– Извините, мне пора, – сказала я.
– А почему ваш муж не ходит с вами по магазинам?
Ну вот… Видимо, на набор моих продуктов он все-таки обратил внимание.
– Это для соседей, – пояснила я, как будто оправдываясь.
– Понятно, – кивок в ответ.
Посчитаю это знаком к окончанию разговора. Взяв тележку за ручку, я пошла дальше по ряду, потом свернула на другой, хотя мне вроде бы там ничего и не надо было. К кассе я подошла через минут пять, после того как мы расстались с тезкой одного из моих любимых литературных героев.
Расплатившись, я вышла из магазина с двумя пакетами в руках и направилась к пешеходному переходу. На улице, кажется, температура поднялась еще на пару градусов, так что домой я наверняка приду насквозь мокрая. Надо было согласиться на «я вас подвезу».
Не успела подумать об этом, как передо мной остановилась машина. Окно со стороны пассажирского сидения опустилось, и уже знакомый голос произнес:
– Девушка, давайте я все же вас подвезу.
Я недоверчиво посмотрела машину и снова хотела отказаться. Но мне не дали и слова вставить:
– Можете еще подумать, но штраф от ГАИ меня как-то не радует.
А ведь и вправду! Человек нарушает правила из-за меня, а я еще и думаю, как будто цену себе набиваю. Забросив пакеты на заднее сидение, я открыла переднюю дверь, подумав, что в такое авто надо садиться в шубе и сапогах на шпильках, а не в старой куртке и потертых джинсах.
Но мой внешний вид не смущал Григория Александровича. Хорошо человек воспитан.
– Куда едем?
– Здесь недалеко. Во дворы.
Я объяснила дорогу и замолчала. Странное знакомство, странное совпадение, да и сам мужчина странный. Мне почему-то казалось, что таких уже не бывает. Хоть мы и разговаривали мало, но я ни разу его мысленно не поправила. Как будто он филологический с красным дипломом окончил. Только сомневаюсь, что филологи зарабатывают на такие машины.
– Куда дальше?
Мы уже остановились, пока я витала где-то в облаках, думая, что из себя представляет мой новый знакомый. А ведь можно было просто спросить. Да как-то неудобно.
– Я здесь выйду. Спасибо.
Только потянулась к ручке на двери, радуясь, что все-таки не маньяк попался на пути, как на мое левое запястье легла рука.
– Как вас хоть зовут?
Точно! Самое странное знакомство. Обычно люди сразу представляются друг другу, а потом уже читают стихи и подвозят до дома.
– Лола, – повернулась я к нему.
И снова в серых глазах удивление.
– Однако… – протянул Григорий Александрович. – Необычное имя для необычной девушки. И почему ваши родители его выбрали?
Обычно ответом на такой вопрос было лишь пожимание плечами и что-то вроде «ну, так бывает». Только история с именем на самом деле довольно глупая вышла. И хорошо, что я еще была не в том возрасте, чтобы слышать, как орала мама на папу.
– Знаете… – начала я, но тут же замолчала. Вот как-то же этот мужчина заставляет меня откровенничать. – Мама отправила отца регистрировать ребенка, а он, уже больше недели отмечая мое появление на свет, еще опохмелился где-то по дороге и забыл, какое имя выбрали. Мобильных телефонов, конечно, тогда не было у всех, так что пришлось импровизировать. А тогда был довольно популярен «Кабаре-дуэт «Академия»» и, соответственно, Лолита Милявская. Пока папа задумчиво потирал затылок, заполняя бумаги, как раз и заиграла их песня. Вот так и получилась Лолита.
Кажется, в этот раз Григорий Александрович шокирован еще больше, даже мое последнее стихотворение не произвело такого впечатления.
Жаль, конечно, что папа не был знаком с творчеством Набокова и не подумал, как будет выглядеть подобное сочетание.
ГЛАВА 5
Григорий
Я ее узнал в магазине только по росту и добрым карим глазам. Она как будто из другого времени, а уж в определении хронологических рамок я был, возможно, лучшим. А как стихи читает… Как будто отдает частичку себя, до дрожи пробирает.
Еще тогда, возле ресторана, понял, что это написала она сама, а потом корил себя, что не настоял на продолжении знакомства, которое бы заключалось в совсем невинной поездке до ее дома. Но у нее было такое выражение лица, как будто я повинен в убийстве Кеннеди, в падении Римской империи, в расколе церкви и казни царской семьи Романовых.
Я и не настаивал, но судьба вновь столкнула нас. И когда она прочитала то стихотворение, да еще прямо в магазине, я удивился. Не просто удивился, а можно даже выразиться более емко. А потом снова смутилась немного. Как будто закрылась.
Но мне почему-то хотелось провести с ней больше времени. Она не была похожа на других: и разговаривала интеллигентно, и вела себя не вызывающе, и даже не пыталась флиртовать.
Интересная барышня. Очень.
А потом она сказала имя. Лола. Лолита… Кажется, я мысленно произнес это так же, как было в романе Набокова, в первой главе. Давно читал, дословно не вспомню. Надо будет перечитать – книга в библиотеке есть.
И что сейчас делать? Предложить ей выпить кофе? Чувствую себя идиотом. За середину четвертого десятка перевалило, а как будто подросток, ей-богу, не могу девушку пригласить куда-нибудь.
– Может, с пакетами помочь? – спросил я, выйдя следом за ней из машины.
– Спасибо, что подвезли, но не стоит.
И прозвучал ее ответ не так, как будто она старается от меня отделаться, а так, как будто в квартире прячет парочку незарегистрированных таджиков. Ну и чем она еще меня шокирует? Стихотворение странное прочитала, про нестандартный подход отца к выбору имени рассказала…
– Григорий Александрович, – улыбнулась она, – у меня сосед в запое и поет русские народные песни на всю квартиру, жена его пилит за это, но гармошку не отбирает. Второй сосед смотрит футбол на полную громкость, а трехлетний ребенок носится по коридору, снося все на своем пути.
Я понял – коммунальная квартира. Слышать доводилось, но прочувствовать – нет. Я всю жизнь провел в пятикомнатной квартире родителей-профессоров, так что коммуналки видел только по телевизору. Но ведь не в жилплощади дело. Можно жить друг у друга на головах, но быть счастливыми. А можно в хоромах тащить на плечах багаж прошлого и страдать.
– Лола, не хотите через часа два выпить кофе? – все-таки спросил я и понял, что волнуюсь.
Я действительно как будто не дышал, пока ждал ее ответа. Она наморщила лоб – думает. А потом пожала плечами и улыбнулась:
– Давайте.
– Чудесно! – обрадовался я так, что карий взгляд снова стал недоверчивым, даже не удивлюсь, если она сейчас передумает. – Выбирайте место, – добавил, чтобы она больше на меня настороженно не смотрела.
– Здесь недалеко есть кофейня, – кивнула она куда-то в сторону. – На выезде направо и остановка вперед. Слева от дороги.
– Буду ждать вас через два часа там. И надеюсь не только на кофе, но и на минуту поэзии.
Лола кивнула и, подхватив пакеты, пошла к подъезду. Я смотрел ей в спину, пока она не скрылась за дверью, а потом снова сел в машину и усмехнулся. В последний раз на подобное свидание я ходил еще студентом. И тогда я это свиданием не посчитал. А в итоге женился.
Дома было пусто. Только дурацкие антикварные часы, подаренные мамой, нарушали тишину в квартире. Я сложил свои немногочисленные покупки в холодильник и почувствовал короткую вибрацию в кармане.
Вот же… А я ведь у Лолы даже не взял номер телефона. Мало ли, как у нее планы могут измениться. Мало ли, она передумает.
Я достал телефон и прочитал сообщение:
«Получил разрешение от Академии наук. Завтра прилетай в Минск».
Отлично! Просто день сюрпризов, причем довольно приятных. Только огорчало, что снова придется уехать, и в этот раз даже не знаю, на какое время затянется моя командировка.
Отправил в ответ:
«Бронирую билет. Жди».
Я думал, что разрешение от этих бюрократов получу ближе к лету. Но тогда бы мы и начали сам процесс уже к осени. А погода уже не та. В нашем климате у нас есть от силы пять месяцев для полевой работы.
Открыв ноутбук, понял, что он разрядился. Можно было забронировать и с телефона, но мне неудобно. Подключив зарядное устройство, зашел в пустую соседнюю комнату и покачал головой. Дети и порядок – понятия малосовместимые. Завтра придет Елизавета Сергеевна и наведет порядок… Но как можно было за два дня сделать из комнаты непонятно что?
Компьютер был в спящем режиме, так что включил я его быстро. У меня никогда не было привычки нарушать личное пространство других людей, даже если это мой собственный ребенок, но он сам виноват, что не закрыл переписку на своей странице «ВКонтакте». Я хотел закрыть вкладку, но натолкнулся на имя собеседника.
Да черт возьми! Пора мне хотя бы в школу наведаться. Неужели этот… Я даже подходящего эпитета не нашел… Неужели он переехал сюда, да еще и его сын попал в один класс с моим?
Совпадение? Или он собрался и дальше вставлять мне палки в колеса и портить жизнь?
ГЛАВА 6
Его предложение было сколько ожидаемым, столько и неожиданным. Странная дилемма. И хоть я сомневалась, но все же согласилась. А почему бы и нет? Поход в кофейню ни к чему не обязывает. Да и намеков двусмысленных я не заметила. Кажется, вполне приличный мужчина.
Едва хлопнула входная дверь, как в коридоре тут же раздался топот маленьких ножек.
– Леля! – закричал Тимофей. – Дай, дай, дай!
Шоколадное яйцо было где-то на самом дне пакета, но заставлять ждать ребенка с такими умоляющими глазами невозможно. Я присела на корточки, даже не раздевшись, и начала искать. Через минут пять, когда уже один пакет подхватил вышедший из комнаты Витька, нашла. Тимофей повис на моей шее, едва не завалив на пол от неожиданности, и звучно чмокнул в щеку, а потом серьезно сказал:
– Леля, я тебя люлю.
– Я тебя тоже, – улыбнулась в ответ, погладив его по пухлой щеке.
Час пролетел как-то незаметно. Все толкались на кухне, распределяя покупки, я считала мелочь, раздавая сдачу. Потом пыталась незаметно отдать дяде Коле спрятанный за тумбочкой для обуви алкоголь.