– Ты сейчас серьезно? Да вы издеваетесь!
Они пригласили десятки студентов на заезд, зная, что кого-то могут арестовать? Как после этого хоть кому-то доверять?
– Успокойся, не стоит так переживать, – встревает в разговор Аарон.
Может, у него это не в первый раз, но меня приглашают на допрос впервые. И я буду паниковать.
– Вы два безответственных придурка, которые могли хотя бы предупредить о том, что это незаконно!
– Мы тут ни при чем… – начинает Ноа, но его перебивает Аарон:
– Не нужно оправдываться.
Он впервые смотрит на меня. И от его потухшего взгляда по коже пробегают мурашки. Мне все больше хочется узнать, что с ним происходит.
Ничего не ответив на реплику своего брата, Ноа прощается со мной и уходит.
– Мне пора.
Кивнув ему на прощание, я тоже собираюсь уходить. Но фраза Аарона заставляет меня прирасти к полу.
– Я заеду за тобой завтра в два часа, будь готова.
Будто не веря своим ушам, я смотрю на Бэйкера и впервые за долгое время снова вижу его ухмылку.
– В полицию поедем, ведьма.
Поняв, что сейчас я выгляжу как дура, я отвечаю фразой, которая делает меня не просто дурой, а полной дурой:
– Я так и подумала.
– Я заметил.
Хоккеист разворачивается и, даже не попрощавшись, уходит.
Как же ты бесишь меня, Аарон Бэйкер!
Мысли о предстоящем допросе не позволили мне выспаться. Мозг всю ночь продумывал возможные сценарии допроса. Что я буду отвечать? Как я буду себя вести? Стоит ли говорить правду или лучше соврать? Все эти вопросы крутились по кругу и заставляли мозг бодрствовать, в то время как тело просило об отдыхе.
Сегодня день моей выписки, но это и день допроса в полиции. И сейчас я с полной сумкой вещей жду Бэйкера. Надеюсь, этот засранец не откажет мне в просьбе довезти меня до общежития.
Когда новенький черный пикап останавливается недалеко от меня, я не сразу узнаю в нем машину Аарона. А точнее, совсем не узнаю, так как вижу ее впервые.
– Залезай, – выкрикивает мне хоккеист, открыв окно.
Как по-джентельменски с его стороны.
– Даже не откроешь мне дверь? – спрашиваю я, подходя к машине.
– У нас нет времени. Залезай либо добирайся сама.
Я чуть не взрываюсь от гнева. Да что он о себе возомнил? Я не просила его забирать меня, он сам вызвался.
Я открываю дверь, закидываю в ноги свою сумку и затем с трудом, но залезаю в его гигантскую машину. Наблюдая за всем этим, Аарон тихо усмехается.
– Помог бы лучше, – кидаю я на него гневный взгляд, наконец-то усевшись.
Он лишь весело крутит головой.
– Что за сумка?
– С вещами, меня сегодня выписали.
Он ничего не отвечает. Может, пока у него более или менее хорошее настроение, заранее попросить его подвезти?
– У меня есть к тебе вопрос.
Аарон никак не реагирует, и я продолжаю:
– Ты не сможешь подвезти меня потом к общежитию? – Я делаю паузу. – Пожалуйста.
Но не получив в ответ никакой реакции, я бросаю эту идею. Вызову такси.
Мы некоторое время едем в тишине, и я решаю включить радио. Но хоккеист бьет меня по руке.
– Какого черта? – возмущаюсь я.
– У меня нет настроения.
Я закатываю глаза.
– Оно у тебя хоть когда-то бывает?
– Было. – Он бросает на меня взгляд. – Пока я не увидел тебя.
– Останови.
Он снова меня игнорирует.
– Останови машину, Бэйкер! Я не собираюсь слушать оскорбления!
Ноль реакции. Ноль!
– Останови эту чертову машину! Сейчас же! Я никуда с тобой не поеду!
– Успокойся ты уже, – вздыхает Аарон. – Я не остановлю машину, и точка. Мы вместе доедем до полицейского участка, а дальше делай что хочешь.
Еще чуть-чуть – и у меня из ушей пойдет пар. Если бы я могла испепелять взглядом, то от этого засранца ничего уже не осталось бы.
– И не смотри на меня так. Раздражаешь.
Это я его раздражаю? Ну все!
– Да что ты себе позволяешь? – повышаю я голос. – Ты самовлюбленный кретин, которому плевать на всех, кроме себя! И если у тебя не задался день, то не нужно портить его другим! Ни один человек не заслуживает такого обращения!
Как мне хочется его ударить! Но я сдерживаю себя из последних сил. Остальную часть пути мы едем молча.
Я отворачиваюсь к окну и смотрю на мелькающие вдоль улиц здания, а в голове медленно, но верно генерируется план по уничтожению моего водителя. Когда вдалеке показывается здание полиции, я облегченно вздыхаю про себя. Я больше не выдержу ни единой фразочки Аарона.
Как только мы въезжаем на территорию участка, Бэйкер паркует машину на стоянке. Он не успевает заглушить двигатель, как я уже вылетаю из пикапа почти со скоростью звука. Забираю свою сумку и громко хлопаю дверью. И мне плевать на то, что машина выглядит новой и дорогой.
– Постой, – окликает меня Аарон.
Но я не останавливаюсь. Закинув сумку с вещами на плечо, я показываю ему средний палец и захожу в участок. Хочешь поиграть? Хорошо. Игра началась!
Первой, кого я вижу в участке, оказывается Алекса. Мы с ней утром созванивались, но она ни слова не сказала о том, что будет сегодня здесь. Увидев меня, она поднимается с кресла, на котором сидела, и с нервной улыбкой подходит ко мне.
– Ну наконец-то, – обнимает меня соседка.
Я отвечаю на ее объятья.
– Давно здесь сидишь?
– Достаточно, я от волнения перепутала время и пришла на час раньше, – смеется подруга. – О, и он здесь.
Я оборачиваюсь и вижу Аарона.
– Я тебе рассказывала, как он меня бесит? – спрашиваю я, хватаю Алексу под руку, и мы отходим подальше.
– Не один десяток раз.
– Ну тогда напомни рассказать тебе об этом еще раз, сегодня вечером.
Я оборачиваюсь с надеждой, что Бэйкер нас не слышит. Так и есть. Он разговаривает с офицером, а затем подзывает нас. Видимо, пришло время давать показания.
Мы с Алексой подходим к офицеру и Аарону, и неожиданно к нам присоединяется Ноа. Я совершенно не понимаю, как он здесь оказался. Но это не важно. Сейчас мы вчетвером направляемся вслед за полицейским, и по моей спине ползут мурашки. Интересно, мы будем заходить по одному или можно вместе? Потому что мне кажется, если я останусь там один на один с офицером, то у меня случится паническая атака.
Я не успеваю присесть на скамейку. Один из офицеров тут же приглашает меня в комнату.
Черт. Все-таки по одному.
– Извините, – почти шепчу я. – А можно не по одному, пожалуйста?
Я громко сглатываю от волнения. Думаю, если приглядеться, то можно заметить, как меня трясет от страха. Я никогда раньше не давала показаний. И я в полицейском участке была пару раз за всю жизнь. И то только из-за папиных штрафов за превышение скорости.
Я чувствую, как коленки подгибаются, и мне кажется, что я вот-вот упаду. В последний раз такое состояние я испытывала довольно давно. Правда, тогда это было не от волнения и страха, а от боли и разочарования. И только вспомнив об этом, я быстро беру себя в руки.
– Простите, мэм, но протокол не позволяет.
Я киваю и прохожу за офицером.
Комната устрашает своей пустотой. Стол и два стула, стоящие друг напротив друга. Все.
– Присаживайтесь, – указывает мне на один из стульев мужчина.
Сам он не садиться, а опирается на стол одной рукой. Он стоит напротив меня и смотрит прямо мне в глаза.
– Давайте начнем с самого начала. Мисс Лоренс, что вы делали на частной территории в понедельник в двенадцать часов ночи?
– Я приехала с подругой на мотогонки.
Врать не имеет смысла.
– Откуда вы узнали о них?
– Подруга рассказала.
– А она откуда узнала?
– Ей рассказал ее молодой человек.
Давай, спроси еще, откуда он узнал о них.
Полицейский все-таки присаживается на стул.
– Если, как вы утверждаете, вы были на мотогонках, то почему, когда приехала полиция, никого вокруг, кроме вас и ваших троих друзей, не было?
– Рассказ может занять время, – предупреждаю я его.
– А мы никуда не спешим, – разводит он руками. – Так что можете начинать.
Простите, ребята, но я не буду прикрывать ваши задницы, рискуя своей.
– Когда вы приехали, гонка уже завершилась. И все разошлись.
Я делаю паузу и начинаю все подробно объяснять:
– Последний гоночный круг длиннее остальных, и, чтобы увидеть самое интересное, нужно сменить точку дислокации. Мы с подругой так и сделали. Мы приехали на место пяти крутых поворотов, когда лидирующие гонщики были уже рядом. Мы встали в самом конце этого участка, но видели все, что произошло. Один из гонщиков выкинул с трассы Аарона Бэйкера, и тот не смог продолжить гонку. Увидев, что Аарон лежит на земле, мы побежали к нему. Потом появился и Ноа. Зрители, убедившись, что с Аароном все хорошо, разошлись и поехали на финиш поздравлять победителя. Но мы с Алексой не ушли. Мы не смогли его оставить.
Точнее, я не смогла. Но это не важно.
– Он не мог управлять мотоциклом, поэтому мне пришлось сесть за руль. Большую часть пути до финиша все было хорошо. Единственное, что мешало, так это дождь, который только усиливался. Мы уже видели финиш и наших друзей, но на последнем повороте с мотоциклом что-то случилось, и начался воблинг. Последнее, что помню, – я не вошла в поворот и слетела с трассы.
Офицер внимательно слушает и не задает никаких вопросов. Он пару раз медленно кивает и что-то записывает в какой-то журнал.
– Это все? – Он поднимает на меня взгляд.
– Да, больше мне нечего рассказать.
Он снова кивает.
– Тогда можете быть свободны, но пока вам запрещено покидать город.
Услышав это, я чувствую, что меня бросает в холодный пот. Не часто мне такое говорят. А точнее, впервые в жизни.
– Хорошо.
Я поднимаюсь со стула и как можно быстрее выхожу из этой ужасной комнаты.
В коридоре я сразу же нахожу подругу и предупреждаю, что подожду ее на выходе. Мне дурно, я не могу больше находится здесь.
– Алекса Харпер, проходите, – слышу я, как ее вызывают.