— Леон… — а вот этого не надо. Не надо меня по имени называть. — Я ведь ничего такого не хотела. Мне просто понравилось общение с тобой, — вот как она всё это повернула, хитрая. Да всё я понял с вчерашнего вечера. За неё говорили её глаза. Ей меня не обмануть. — Не думай что я какая-то мелкая шлюшка. Всё совсем не так.
— Никогда не видел в тебе шлюшку, — сразу же ответил я, покачав головой. — Если бы видел, то было бы все по-твоему.
— Я позвала тебя просто погулять и уток покормить, — смотрела на меня своими невинными глазами и хлопала ресницами. — Ничего такого. Я понимаю что тебе это наверное неинтересно и ты человек занятой скучными земными делами, но…я просто хотела рискнуть вытащить тебя из этого хотя бы ненадолго. Глупо, но я из смелых и решила рискнуть, — это точно, она из смелых.
— Джессика… — тяжело вздохнул. — У меня правда нет на это времени. Ты очень милая и тут дело абсолютно не в тебе. А во мне, — я всем так говорю, чтобы в душу не лезли.
— Наверное и во мне тоже, раз ты кому-то другому позволяешь быть рядом, а мне нет, — проворчала Джессика, притопнув ногой в порыве злости. — Неужели, я тебе совсем не нравлюсь?
— Кому я это позволяю? — удивился я.
— Тому кто оставляет у тебя эти дурацкие лаки для ногтей, — съязвила Джессика, скрестив руки на груди. — Я всё поняла. Тебе нравятся грязные девки. Наверное стоит стать такой же, чтобы ты обратил на меня внимание. Ты этого хочешь?
Господи, что она несет. Она с ума что ли сошла? Да что с ней черт возьми такое?
— Рот свой закрой! — я разозлился. Довела меня. Не совсем, но скоро отхватит точно. Не знаю что я с ней сделаю, но что-нибудь сделаю. — Чтобы я этого больше не слышал. А теперь отправляйся домой и подумай о своих словах. Темно скоро будет, — стоило убраться отсюда, чем скорее, тем лучше. Пока она не договорилась до чего-нибудь.
Глава 7. Откровения Джессики
Она и с места не сдвинулась, будто я ничего и не говорил. Стояла и просто испепеляла меня взглядом. Злилась на меня. Очень злилась. Ну я тоже не в восторге от этой ситуации. Да, я знаю что наше общество стало теперь более толерантным к таким союзам. Да тут дело даже не в возрасте, хотя и в нем тоже. Я просто нутром чувствую что это всё хреново закончится. Признаться, я впервые в такой ситуации. Растерялся даже. При других обстоятельствах и если бы не было у меня этого груза за спиной, даже бы не задумался ни на секунду.
— Я никуда не пойду, пока ты мне не ответишь на мой вопрос, — прошипела Джесс, продолжая сверлить меня ненавистным взглядом. Обидно ей было. Понимаю, но я должен быть строг с ней. Потом еще смеяться будет над собой и радоваться что не наделала глупостей по молодости. Меня в своё время никто не остановил. — Я тебе совсем не нравлюсь? Мне нужно это знать. Может я зря перед тобой тут стою и унижаюсь, в то время когда я тебе совсем не нравлюсь. Меня убивает эта безвестность. Я чувствую что да — нравлюсь, но после этого разговора уже начинаю сомневаться. Вчера ты был совсем другим.
Да, я был другим. Совсем другим. В этом и была моя ошибка. Я позволил ей думать что так и будет продолжаться. Не мог я её заставить поверить в ложь. Пусть знает правду, а то еще чего недоброго случится. Будет считать себя дурой и униженной в доску. Ведь она далеко не дурочка для своего возраста. Есть в ней что-то мудрое, но больше смелости конечно.
Она думает что это я ей не даю шанс, но это не так. Это я себе шанс не даю.
— Нравишься, Джессика, — кивнул я, с горестью посмотрев на нее, чтобы она понимала как это неправильно. Именно в моем понимании — неправильно. Никому другому я не навязываю своих взглядов. Она не понимала этого, но я то знаю что мне нечем скрасить её жизнь. А она ведет себя так, как-будто хочет открыть мне новый мир, которого я еще не видел. — Очень нравишься.
Наконец-то её взгляд потеплел. А через пару секунд она стала такой будто выиграла джекпот. Снова эта ухмылка победная. Обошла меня так странно, я весьма красноречиво проследил за ней взглядом. Эта правда, её развеселила или же задобрила.
— У меня времени только до двенадцати, — зачем-то сказала Джесс, начиная пятиться назад, вглубь парка. — Ну как у золушки из сказки. Туфельки у меня нет, но думаю мой сороковой размер ноги ты быстро отыщешь. Пойдем присядем. У меня уже ноги болят. Там где-то лавочка была, — какой-то не ясный обзор она открыла для поиска лавочки. — Думаю, нам есть что обсудить.
Я как бы уже всё сказал, но если уступить ей еще раз, то от этого ничего не изменится. Пусть говорит.
— Ладно, идем искать лавочку, — тяжело вздохнул я, идя за ней. Снова она веселая. Любит когда всё по её. Чёрт, я тоже люблю когда по-моему. Ох уж наши характеры.
Поиски лавочки не заняли много времени. Они тут на каждом шагу. Но эта барышня увидела вдалеке качелю и рванула к ней. Покачаться ей захотелось.
— Покачаешь меня? — присела она на качелю, посмотрев на меня щенячьими глазами. — Ну только потихоньку, а то голова закружится, — спасибо что предупредила, а то я собирался её так раскачать, чтобы она улетела в космос. Шутка. Это побочные мысли.
Я ничего по этому поводу не ответил. Просто молча подошел с краю взялся рукой за цепь и начал её потихоньку раскачивать. Что следующее, в песочницу пойдем? Когда же она уже начнет говорить?
— Спасибо, что сказал мне правду. Я правда очень испугалась что ты вообще ко мне никак не относишься, — не удивлен что она решила продолжить эту тему. Я бы рад к ней "никак" не относиться, но я не могу себя заставить это сделать. — Почувствовала себя ходячим антисексом, — ну это она зря. Она же не видела как я пялился на ее задницу, когда она тянулась за сахаром. — Ты мне тоже нравишься, — это она сказала очень скромно, но качаясь смотрела на меня. Вот девчонка. Мы, до хрена взрослые, чего-то мутим крутим. А она всё напрямую.
— Конкретно, чего ты хочешь? — начал с этого вопроса, а там как пойдет.
— Всего хочу, — очень обобщенно. — Не буду говорить что да как, да это и не сказать словами. Я предпочитаю чувствовать. Лучше ты мне скажи, ты правда можешь сейчас просто уйти и забыть обо мне?
Уйти могу. Забыть так быстро — вряд ли. Но всё же, время всё берет под контроль. Со временем наверное забылось бы. Её образ в голове все равно бы остался. Чертовски выделилась из толпы.
— Нет, — коротко ответил я, посмотрев в сторону. Куда угодно, лишь бы не в её зеленые глаза. Не могу я смотреть в эти глаза наполненные хитростью и невинностью — одновременно. Как у неё это получается? Не пойму.
— Ты наверное волнуешься о том, что подумает наше общество, — это заставило меня резко повернуть к ней голову.
— Меньше всего меня волнует то, что думает общество, — парировал я. — Но всё же, я предпочитаю не афишировать свою личную жизнь даже со взрослыми тетями, — немножко пошутил, а ей не до смеху было. Наоборот, нахмурилась.
— Извини, что путаю твои планы, — проворчала Джессика. — Если ты твердо решил что я тебе не нужна, то я не стану ничего больше говорить и останавливать тебя. Мне тебя не удержать, — вот тебе раз, как она снова повернула ситуацию. Вздумала крутить и вертеть мною. Уходи — не уходи, — Не волнуйся за меня, я быстро доберусь до дома. Я тут недалеко от парка припарковалась. Провожать не надо, — её забыл спросить что мне делать.
— Это всё, что ты хотела сказать? — планировал закончить разговор и проводить эту мадам до её железного коня. Сумерки начались, не стоит отпускать одну. А на оживленной дороге уже будет не так опасно.
— Я хотела тебе кое-что рассказать о себе, — спрыгнула Джессика с качели, отходя чуть в сторону. — О том, как мне вообще приходится в этом мире, где все люди моего возраста думают иначе и живут другими ценностями. Да, у меня есть подруги, но я не понимаю их проблем. Всё так тупо, — досадно произнесла Джессика.
— Рассказывай, — пожал я плечами. Ей должно быть хотелось выговориться. Я всегда умел слушать, наверное потому у меня много друзей. Я не погружался в их проблемы, но мог дать дельный совет. Её же я выслушаю, и попытаюсь прочувствовать этого необычного человека.
— Я чувствую себя одинокой, — это было предисловие. Она не говорила с наигранной грустью в голосе, а ровным тоном как само собой разумеющееся. — Помнишь, я сказала тебе что мои родители…далеко. Так они настолько далеко, что не достать. Давно это было. Несчастный случай. Это уже не так болезненно. Я это пережила и приняла.
— Мне жаль… — я догадывался. Слышал как она произнесла это "далеко" но не думал что она станет мне изливать по этому поводу душу, поэтому и расспрашивать не стал. Не до этого тогда было.
— Я знаю, — коротко улыбнулась мне Джессика. — Но это не самое печальное в моей судьбе. В моей жизни был более близкий мне человек, — сделала паузу, отводя взгляд в сторону.
— И кто же? — была трагедия в её глазах, которую она отчаянно пыталась скрыть.
— Моя сестра, — отозвалась Джесс, улыбнувшись. — Дженнифер. Она покончила с собой пару лет назад. Она была моей поддержкой. На девять лет старше меня. Она заботилась обо мне вместе с бабушкой, — тяжело ей было говорить об этом, но она продолжала. — Я до сих пор не могу ей простить это, — качала Джесс головой.
— Почему она это сделала?
— У неё было нервное расстройство, — быстро ответила Джесс, подняв на меня взгляд. — После смерти её мужа, это случилось. Он погиб в автокатастрофе. Она была на грани сумасшествия. Обычно люди заливают горе водкой или еще чем покрепче, либо принимают наркотики, ну антидепрессанты на крайний случай. Но она выбрала другой способ, — сильно зажмурила глаза и вот-вот разревется. Но сдержалась. — Она тогда предпочла не бросать работу, хотя мы её уговаривали взять бессрочный отпуск, но она отказалась. Она решила снимать свой стресс и депрессию по-другому. Перетрахалась с каждым сотрудником в компании, где она работала. Она была небольшая, но мужчин двадцать там работало. Это я потом…узнала. Это продолжалось где-то три месяца. Она была не в себе. Это было неосознанно. Но не один из этих ублюдков не удержался от того, чтобы не воспользоваться ей! — я молчал, не решался её перебить. Так хотелось её остановить, ведь вижу что ей больно. Но я не стану этого делать. Она должна сделать это. — Потом она узнала что беременна неизвестно от кого. Это было конечным этапом. Я не знала, что люди могут так рыдать. Она долгое время не могла забеременеть от своего мужа, а от кого-то с