Член. Да, были времена, когда я предпочел бы его не иметь. Иригарей права. Он доминирует, он «централизует». Он похож на игрушку из телерекламы: веселит, скорее, своим внешним видом, а не функционалом.
И он создан, чтобы извергнуть сперму, а после съежиться и пойти по своим делам. Повеселиться как следует — значит обойти две эти тенденции: централизацию в пространстве и локализацию во времени. Нужно находить другие ризомы в нервной системе, которые окружают этот отсутствующий центр.
Вот почему я старательно избегаю гетеросексуалок — они редко секут фишку. Как всё это скучно. По крайней мере для меня. Миранда — исключение. Наши игры в гетеросексуальность пока еще, кажется, открывают любопытные грани. Вероятно, потому что она женщина на 101%.
Дата: суббота, 12 августа 1995 г. 16.17:08 +1000 (EST)
От: Маккензи Уорк mwark@laurel.ocs.mq.edu.au
Кому: Acker@eworld.com
Тема: Rе: джо делассандро
А чем еврейские грехи отличаются, скажем, от католических? Не знаю от кого, но, думаю, я унаследовал одно представление о грехе: грешно не следовать «зову» сердца. Как отвратительно исказилось слово «профессиональный» — теперь это значит только «рабочий». Это же нечто обратное работе!
Мне кажется любопытным, что Уорхол создавал художественную серию с деньгами и с супом Campbell's одновременно, но никто про это не вострубил. Возможно, был бы настоящий скандал. Рисовать предметы потребления уже было не ново — все эти английские портреты собак-чемпионов, жен и лошадей, — но вот деньги…
Ага, если ты мальчик, то *не* кончать — это самое большое удовольствие, которое ты можешь себе позволить. Дойти до точки, когда вся нервная система на пределе и остается только отключиться. Правда, падаю в обморок я редко. Раньше это случалось, только когда я был с юношами, но в последнее время я стал настоящим универсалом.
Вообще-то у меня была только одна суперженщина. Ей пришлось учить меня, как быть кобелем. В отличие от настоящих парней-кобелей, с которыми она зависала, я ее не бил и не причинял ей эмоциональных страданий, а когда она забеременела, пытался взять на себя ответственность. И еще поддерживал ее режиссерские амбиции и т. д. Но я считаю недопустимым тратить на нее все свободные деньги, чтобы она могла стать домохозяйкой и размножаться!
Джудит Батлер на французском? Что это за вещь? Что-то из твоего?
Мне тоже нужно сделать кое-какую работу. Всё утро провел в библиотеке универа, запоем читая подшивку New Yorker, Atlantic и т. д. Нужно кое-что написать в Social Test про Гингрича и антипубличную сферу. Нашел по-настоящему жестокие нападки на Руперта Мёрдока в The Nation. Не то чтобы мне нравится Мёрдок, но это просто расизм! Они бы не посмели обсуждать еврейские деньги так жестко, как Мёрдока. Слишком очевидно, что такая линия рассуждений — это расизм и абьюз. Но с Мёрдоком это, похоже, прокатывает, потому что он австралиец.
Иностранный поставщик порока и мерзости вторгся в Америку: звучит *знакомо*? Никому не присягал в верности, дает взятки и замешан в темных махинациях, презрел ценности цивилизации, мертвой хваткой вцепился в Великобританию… тут The Nation ничем не отличается от Пэта Робертсона.
Сейчас в американских мыльных операх много отрицательных персонажей-австралийцев. В Мелроуз их двое. В Агентстве моделей. В Спасателях Малибу. Это расизм, только без расы. Было бы нормально, если бы их ненавидели за то, что они белые. Но они всего лишь (?) злодеи-иностранцы…
Мёрдок, Боб Хьюз, Сабина и я: штука в том, что мы все *любим* АмериКККу[9]. Так сильно любим, что хотим трахнуть ее в задницу! Мы никогда не сможем *быть* америКККанцами, но мы сможем сделать это через дрэг! Мы хотим Гиджет! Мы хотим Боба Хоупа! Мы хотим Гиллигана! Мы хотим Мэри Тайлер Мур! Мы хотим Пэтти Дьюк! Мы хотим Джеймса Брауна! Мы хотим Дика ван Дайка! Мы хотим The Supremes! Мы хотим Энди Уорхола! Мы хотим Фонза! Мы хотим Мами ван Дорен! Мы хотим Кэти Акер!
Мы хотим Либераче! Мы хотим Каспера, Доброе Привидение! Мы xoтим Айс-Ти! Мы — твой внучатый троюродный племянник, который вернулся и хочет наследство! Мы съедим твое душу! Выжмем все хлопья из твоей кукурузы! Долбанем по твоим басам! Трахнем тебя в зад! Всё потому, что мы любим тебя, мы любим всё, что ты делаешь. Это ты сделала нас такими — твоим кошмаром, твоим проклятьем…
Ооооой, меня понесло. Впадаю в кьеркегорщину… в общем, я не смогу, наверное, прояснить «американский вопрос» в австралийской культуре, но написать эссе, наоборот, об австралийском вопросе в американской культуре — в этом что-то есть. Мы никогда не получаем внимания! Мы любим издалека. Пока не приехал Мёрдок… Уф, прости, мысли вслух.
Дата: суббота, 12 августа 1995 г. 03:19:04 -0700
От: Acker@eworld.com
Кому: mwark@laurel.ocs.mq.edu.au
Люблю, когда ты думаешь вслух. The Nation становится странным. Может, он всегда был странным. То есть: либералы (такие как The Nation) объединяются против пpoлов (сил народного ополчения и т. д.) с не-белыми, а в эпицентре черные, как пушечное мясо, — это же настоящее военное время. Ох, я выражаюсь туманно. Бог знает, что вы все нашли в Америке. Я нашла там сплошную войну и разруху. Ебаные пилигримы, покидая Англию, потому что тамошних законов и косности им было мало, приезжают сюда, ненавидят любые идеи, мысль, критику; Квакеры и Пилигримы сражаются с толстосумами в Нью-Йорке и Вашингтоне, а в результате получаемся мы. Отлично. Думать не надо, просто убейте всех. Эта страна уже пережила свою имперскость и даже не пыталась начать думать. Я вижу тут гигантскую черную дыру; неудивительно, что все жаждут религии; жажда — это жажда; они ненавидят арабов за то, что арабы культурные. Итак, сейчас хреновы три часа утра, и у меня едет крыша. Вернусь к нашему разговору про Уорхола, когда буду в здравом уме. Уорхол и деньги. Ты должен написать об этом. Пришла домой пьяная и редактировала французский (это сборник эссе для Помпиду, будет большой показ на тему гендера, открытие в октябре, милый подарочек для меня, хотя редактировать французский, когда ты пьяна, это… уф… странно… а потом я разрыдалась. В отчаянии позвонила другу XY… почему я схожу с ума… что со мной сделала Австралия… у XY не было никаких вариантов, а у него крыша ехала/едет похлеще моего… он и его жена (вернее, они не женаты, много лет вместе, обычно у них есть другие любовники, думают о небольшом перерыве, у XY только что была интрижка с молодой художницей, которая рассказала всем, что он садомазохист, а потом она его бросила, и у него конкретно крыша едет, я боюсь, что он снова начнет резать вены… в общем, мое нытье выглядело мелким и неоправданным на его фоне… нужно повидаться с XY завтра вечером… они с KY — великие писатели… не могу понять, зачем я это делаю… несколько лет так не делала… езжу… например… каждый месяц, и уже привыкла к такой жизни… работа идет по плану и… это часть жизни писателя, никогда не знаешь, то ли станешь вот-вот бомжом, то ли разбогатеешь… черт, я привыкла, и сейчас стабильнее в деньгах, чем обычно, так что причина не в этом… ненависть к Сан-Франциско?.. какое-то время я ненавидела этот город и говорила, что перееду, как только пойму куда, и обрету работу / экономическую стабильность… так что всё запланировано… нет причин сходить с ума… блядь, Кен, сейчас три утра, и вместо того чтобы запоем читать про К. Мэнсфилд, я пишу тебе имейл, ты для меня как наркотик… больше всего похоже на наркоту… нужно прекратить… один имейл в день, не больше… твою мать, что происходит?.. не понимаю, что я чувствую, почему так веду себя… XY сказал, пусть случится всё, что должно случиться, и когда это зайдет далеко, ты поймешь, что происходит… думаю, это дельный совет… я так отвыкла от чего-то еще, кроме сверхурочных и похоти, что и слона не замечу, даже если наткнусь на него… может, просто будь моим другом… наверное, это странная болезнь или еще что, всё пройдет, я остыну и буду отличным нормальным другом… почему Австралия? Никогда не думала об Австралии, только о своих привычных австралийских друзьях, которые напивались и ели стейк и яичницу в пять утра… (мое первое предисловие, к твоим землякам)… я такая чертовски отсталая неудивительно что я писатель не знаю как можно хоть что-то сказать… мне нравится, когда ты рассказываешь о своих отношениях, потому что я не знаю, что это такое, а кто-то же должен их строить… что со мной, твою мать, происходит? Прости, Кен; пожалуйста, будь моим другом.
Дата: суббота, 12 августа 1995 г. 11:44:20 -0700
От: Acker@eworld.com
Кому: mwark@laurel.ocs.mq.edu.au
Тема: Re: Тема
Ох, позволь принести извинения за вчерашнее письмо в форме объяснения, что такое Америка. Говорю сейчас без пафоса — возможно, я правда считаю, что есть разные культуры. Ну, есть кое-что общее, но я — не ты, так они говорят. (Инаковость.) О, Кен. Понимаешь, Америка, которую видишь ты, — это не та Америка, в которой живу я. Америка, которую видишь ты, — корпоративная Америка с ее образами. Скорее всего, ты знаешь об этой корпоративной Америке больше моего, потому что я не смотрю телевизор. Почти никогда, разве что фильмы и случайные (например) эпизоды _Секретных материалов_. Я бы не отличила здание приюта от здания, где снимают телешоу. Что касается, например, КЭТИ АКЕР, которую ВЫ ХОТИТЕ (по вашим словам), это еще один МИККИ-МАУС — и, скорее всего, ты знаешь ее лучше, чем я. Это медиа, Кен. Это не я. Как и большинство тех, кого я знаю, и уж точно все мои близкие — «деятели культуры», достигшие так называемого успеха, — я часть культуры, которая меня отвергает. Я не ученый/военный/врач/и т. д. , не пушечное мясо, я даже не на обочине, я просто в изгнании. Все мы такие — и мы это знаем. Мы суетимся, танцуем тустеп, танец для тех, кто вытеснен ходом истории (т. е., считай, мертв), потому что мы пытаемся выжить. На нашей карте выживания написано СЛАВА, а с обратной стороны — милая картинка: «бездомность». В Англии есть нищета; это «бездомность». Вот кто я такая; большую часть времени работаю сверхурочно; я могу глотнуть воздуха (впервые за несколько лет мне не нужно работать на пяти работах, я путешествую и дописываю роман и журналистику / теоретические статьи и преподаю и делаю кучу других проектов, таких как запись альбома с Mekons, и могу глотнуть воздуха и понять, кто я такая… одинокая и напуганная).