— Вместо того, что я разбил.
— Зачем же…
— Возражений не принимаю.
Сказал жёстко, все так же медленно развернулся и направился к камину на привычное место. А Вельда проскользнула в кухню.
— Я отнесу господину Стефану вино, тётушка.
— Смотри не разбей подарок, — покачала та головой. — Птицу свою в комнате запри от греха… Ворон же.
— И что ворон?
— Ты герб Фолгандов видела?
Вспомнила Вельда, что действительно на гербе лорда изображён ворон, как и на плаще молодого мага.
Словно почувствовал ворон, что его собираются в тесную коморку закрыть, вспорхнул и впервые за долгое время перелетел в залу, да на каминную полку, прямо напротив мага.
Тут уж и тётя всполошилась, за вороном в залу вышла.
— Простите, господин Стефан, это глупая птица моей племянницы, но мы ворона сейчас под замок посадим.
Долгим взглядом изучал Стефан птицу, а птица его.
— Не нужно, Рейна. Никого не нужно сажать под замок. Особенно такого замечательного ворона.
Протянул руку вперёд, ворон и пристроился на пальце мага.
— И что ты мне поведаешь, друг мой? — спросил Стефан птицу. — Даже так? Так берегись котов впредь. Они бывают весьма несносны.
Лицо младшего Фолганда оставалось непроницаемо холодным, ни тени улыбки. Провёл пальцами второй руки по спине ворона, скользнул по раненому крылу, и Вельда готова была поклясться, что увидела голубые искорки, пробежавшие по перьям. Настоящая сказка творилась на её глазах. И не мечтала Белка увидеть когда-нибудь колдующего мага.
Птица встрепенулась, расправила крылья.
— Тс-с, приятель. Подлечу тебя немного. Вот, так лучше. Ну и болтлив же ты. А вот девичьи секреты не следует разбалтывать всем подряд.
Белка стояла рядом и держала поднос с бокалом. От последних слов мага краска залила пунцовым цветом лицо. А что, если и правда ворон что-то рассказывает магу? Про кота же Стефан знать не мог! Или он смеётся над глупой девчонкой? Только вид делает. Сложная штука магия, а маги сущее наказание для рыжих девчонок.
— Всё, — махнул рукой Стефан, подбросив птицу. — Лети к хозяйке. Ты ей многим обязан.
Птица послушно расправила крылья и вернулась не плечо к Вельде.
«У-у, предатель», — подумала она, тут же почти перестав дышать.
Отогревшись у камина, Стефан впервые скинул плащ, черными крыльями отбросив его на спинку диванчика. И Вельда зачаровано не могла отвести глаз от мага. И как раньше не замечала очевидного. Как слепая ходила.
Стефану шёл чёрный цвет, и сам он был такой ладный, да статный, что глаз отвести невозможно. Лицо выразительно тонкое, пусть и со странной рассогласованностью черт, пусть холодное и сейчас сильно измождённое. Совсем не такой как Григор или другие парни, которых Вельда часто видела в трактире. На фоне них молодой маг показался настоящим героем любимых историй. Загадочным и притягательным. Новая сказка стучалась в жизнь рыжей девчонки. Как же страшно и отчаянно весело стало Вельде.
Подошёл, взял бокал с вином. Посмотрел в глаза немного наклонив голову с высоты своего роста, чёрная прядь упала на лицо, совсем как тогда, у костра на площади.
— Беги от меня, Бельчонок, — глаза как льдинки, колют до крови, обжигают сердце.
Поднос полетел на пол, а Вельда стремглав вверх по ступенькам лестницы, в маленькую комнатку под самой крышей. Захлопнула дверь, почти упала спиной на неё, тяжело дыша. Испуганный ворон потерялся в общей зале.
Что делать теперь — плакать или смеяться, радоваться или горевать. Она не знала. Все прочёл, как по книге, молодой маг, каждую мысль и чувство. Или угадал. Стыдно и страшно. И почему-то с толикой тайной радости.
Отдышалась, взглянула в зеркало — лицо раскраснелось, глаза блестят, отчаянные, весёлые. Совсем девчонка. Наивная и маленькая.
— Бельчонок, — сама себе прошептала Вельда, обхватила ладонями пылающее лицо.
— Он назвал меня Бельчонком.
Не хотелось думать, что это означает и почему необходимо бежать от Стефана Фолганда. Как же можно потерять только что обретённое. Никак невозможно. Только чувствовать искрящуюся радость и верить. Сердечко Вельды падало в пропасть с мучительным наслаждением.
— Вельда, — голос тёти вернул к реальности. — Спускайся, дорогая, нужна твоя помощь.
Пришлось взять себя в руки и вернуться в общую залу. Ворон устроился на лестнице, сверху наблюдая за посетителями, чистил перья и вёл себя как положено благородной птице.
Брошенный поднос Вельда нашла на одном из столиков. Забрала, занялась работой, тщательно обходя стороной мага. И смотреть в его сторону стыдно. Иногда не могла удержаться и бросала искоса короткие взгляды. Стефан сам как чёрный ворон сидел возле огня, медленно пил вино, о чем-то размышлял.
«Интересно, что у него там, в голове», — в Вельде проснулось вечное любопытство.
— «О чем могут думать маги?».
Посетителей становилось больше. На глупости времени не оставалось.
— Смотри, народ, представление начинается!
Хорошо поставленный голос донёсся из другого конца залы, а Вельда внутри сжалась. Сама удивилась, что появление кукольника не вызвало прежней радости. В памяти осталось неприятное с ним связанное. Опять украдкой взглянула в сторону мага — бокал поставил на стол, накинул плащ. Уходить собирается? Нет, сел на диванчик, напряжённая рука привычно удерживает край плаща на плече, закрылся, сгорбился. Лицо белое. И ему кукольник не в радость.
В этот раз представление изменилось. Сразу несколько кукол управлялись ловким кукольником.
— Пришёл народ поклониться Дивному богу! Спаси нас бог от чёрной чумы, да белой смерти! И тут…
Другой рукой кукольник вывел на сцену не Дивного бога, а бесформенное чудовище состоящие из каких-то разрозненных частей сразу всего — щупальца и клешни, клыки и когти. Ничего не поймёшь.
Зрители охнули.
— Тёмный лик! Горе нам и беда! Ничто не спасёт.
Чудовище напало на кукол. Стефан сильнее обхватил себя руками. Невыносимо наблюдать за страданиями мага. Она чувствовала, как ему плохо. Что-то такое было в постановке, она догадалась. И это касалось Дивного бога.
Муторно сделалось и тоскливо. Много разговоров про белую смерть и смерти. Сама испытала, что это такое. Страшно и непонятно, потому что никто не знает как выбирается жертва и почему. Так и стоит перед глазами гибель горожан на празднике Дивного бога. И Стефан словно истаивал свечой. Вельда очень хотела помочь, но не представляла как.
— Почему ты грустная, Бельчонок?
Вздрогнула. Не тем голосом задан вопрос. Это всего лишь Григор.
— Кто тебя обидел? Скажи, я сверну ему шею.
Этот свернёт. Кулачища вон какие. Но Вельда качает головой.
— Все хорошо, Григор. Устала немного и кукольник… он меня пугает.
Парень нахмурился, покосился на кукольника, складывающего пожитки в ящик.
— Не бойся. С тобой не должно ничего случиться. Кукольник сказки рассказывает.
— Помнишь ты мне книжку купил на празднике? — она вспомнила, что читала недавно.
— Да, Бельчонок.
Каждый раз теперь будет вздрагивать, слыша прозвище от других, не из уст мага.
— Григор, ты хороший, — Вельда села рядом. — Но… пожалуйста, не называй меня так. В той книжке сказки про Дивного бога. И есть про тёмный лик. Так все непонятно, но выходит, что тёмный лик и есть Дивный бог. Или у него два лица. И если тёмный лик насылает болезни на народ Фолганда, а светлый лик спасает, то какой в этом смысл? Зачем это Дивному богу. Понимаешь? Очень сложно понять.
Григор вздыхает, опять хмурится, огромной пятерней проводит по светлым волосам.
— Ладно, Бель…, - с трудом останавливает себя. — Я мало смыслю в жреческом мастерстве. Только то, что говорят в Доме Дивного бога. Мы не можем знать замысел светлого лика.
— Может и так. Ладно, меня зовут.
Девушка оставляет парня за столом. Нужно помогать тёте с посетителями. Быстрой белкой бегает Вельда по общей зале. Почти забыла про мага у камина. Слушает разговоры и работает.
— Он здесь. Вон сидит у камина, — тихий шёпот у дальнего столика в полутёмном углу.
— Вижу. И как?
— Дождёмся, когда выйдет и за угол трактира зайдёт. Всегда так ходит.
— А если он своим путём уйдёт?
— Не боись. Успеем перехватить. Двое позади, а я ударю.
Сделав вид, что очень занята, Вельда начинает протирать соседний столик, который на вид вполне чист и готов встретить нового посетителя. Напевая, с улыбкой, трёт этот проклятый стол, ждёт продолжения страшного разговора, но троица за столиком неторопливо пьёт ячменный квас. На вид самые обычные горожане из простых. Никого раньше она не видела в «Пустой бочке». Внутри всё дрожит от волнения и беспокойства.
Вельда собрала грязную посуду и проследовала на кухню. Обычные дела для помощницы. Тут смогла выдохнуть. Обеспокоено выглядывала в залу, чтобы убедиться, что Стефан на своём месте, сидит перед камином.
Срочно нужно что-то делать. Бежать, спасать, пытаться помочь. Попросить Григора? Нет, не поймёт Григор, да и не хотела Вельда, чтобы парень знал про её заботу о маге. Это только её тайна. Закусила губу, взяла поднос и решительно пошла к магу, забрала пустой бокал со столика.
— Господин Стефан хочет ещё вина? — нарочито громко спросила, уронила поднос совсем рядом с диванчиком, выразительно посмотрела.
Как же сказать? А маг странно смотрит, вроде бы удивлён.
— Вас убить хотят, — сбивчиво прошептала Вельда, поднимая поднос. — Трое в углу, — и уже громче. — Принести вина?
Стефан кивает и действительно несколько удивлённо смотрит на девчонку из трактира. Спокойно и неторопливо она принесла второй бокал вина. Наклонилась, отдавая его прямо в руки мага. Прошептала:
— Как только выйдете, за углом будут ждать.
Чуть заметно Стефан вновь кивнул и Вельде стало спокойнее. Для себя она уже всё решила. Как только маг выйдет, она выскользнет за ним и обязательно помешает убийцам. Надо только у тётушки скалку взять или нож. Вельда плохо себе представляла, как сможет справиться с таким делом, но попытается. Не оставлять же мага один на один со злодеями.