До начала Великой Отечественной танки Т-35 не участвовали ни в каких боевых действиях. Упоминания в западных и некоторых отечественных изданиях об использовании этих машин в советско-финской войне 1939–1940 годов не соответствуют действительности.
31 марта 1939 года 5-я тяжёлая танковая бригада была передана в состав КВО и переброшена в г. Житомир. Вскоре она сменила номер и стала 14-й тяжёлой танковой бригадой.
Не прошло и полгода, как «служебная карьера» Т-35 чуть было не завершилась.
27 июня 1940 года в Москве состоялось совещание «О системе автобронетанкового вооружения Красной Армии», на котором рассматривался вопрос о перспективных типах танков и о снятии с вооружения старых образцов. В отношении Т-35 мнения разделились. Одни считали, что их нужно переделать в самоходно-артиллерийские установки большой мощности (типа СУ-14), другие предлагали передать их танковому полку ВАММ и использовать для парадов. Но в связи с начавшейся реорганизацией танковых войск Красной Армии и формированием механизированных корпусов Т-35 решили «оставить на вооружении до полного износа, изучив вопрос об их экранировке до 50–70 мм».
В результате почти все машины оказались в 67-м и 68-м танковых полках 34-й танковой дивизии 8-го механизированного корпуса Киевского Особого военного округа.
В целом же на 22 июня 1941 года танки Т-35 распределялись следующим образом: 8-й мехкорпус (КОВО) — 48 машин; ВАММ (МВО) — две машины; 2-е Саратовское танковое училище и КБТКУТС (ПриВО) — шесть машин; ХПЗ (ремонт) — пять машин.
Боевая карьера Т-35 оказалась очень короткой. 21 июня 1941 года в 24.00 в полках 34-й танковой дивизии, дислоцированных в Грудеке-Ягеллонском юго-западнее Львова, объявили тревогу. Машины заправили и вывели на полигон, где началась загрузка боекомплекта. В ходе последующих боевых действий все Т-35 8-го мехкорпуса были потеряны. Читателю предоставляется уникальная возможность проследить судьбу каждого из них, вплоть до номера машины, даты и места гибели и характера боевого или технического повреждения. Сделать это позволяют сохранившиеся в архивах акты на списание боевых машин, из которых следует, что на 18 июля 1941 года танки Т-35 67-го танкового полка были потеряны при следующих обстоятельствах (цитируется дословно по документации 1941 года с сохранением орфографии):
№ 183-6 — 9.7. — г. Волочиск, сожжены бортовые тормоза;
№ 183-16 — 29.6. — 20 км от Львова, поломка КПП;
№ 744-65 — 9.7. — между Тарнополем и Волочиском, поломка КПП;
№ 234-35 — 30.6. — с. Иванковцы, опрокинулся в реку вверх гусеницами;
№ 238-69 — 30.6. — между Буск и Красне, авария КПП;
№ 288-43 — 26.6. — г. Грудек, сожжён главный фрикцион;
№ 200-5 — 8.7. — г. Злочув, поломка КПП;
№ 234-42 — 3.7. — г. Запытов, сожжён главный фрикцион;
№ 537-70 — 30.6. — между Ожидев и Олесно, поломка КПП;
№ 744-62 — 26.6. — г. Грудек, сожжён главный фрикцион, снаряды все расстреляны;
№ 744-67 — 2.7. — г. Жидин, лопнул коленчатый вал;
№ 744-66 — 9.7. — с. Бяожено, сожжён главный фрикцион;
№ 196-75 — 9.7. — Дзердзуне, сожжён главный фрикцион, отсутствуют аккумуляторы;
№ 197-1 — 25.6. — 20 км восточнее Грудека, сожжён главный фрикцион;
№ 744-64, № 196-95, № 330-75 — остались в г. Грудеке в состоянии негодности, так как находились в среднем ремонте.
А вот как сложилась боевая судьба у «тридцать пятых» из 68-го танкового полка:
№ 200-4, № 196-94, № 148-50 — 24.6. - оставлены при производстве среднего ремонта в Садова Вишня, вооружение и оптика сняты, при отходе взорваны;
№ 220-29, № 213-35 — застряли в болоте, оставлены при отходе;
№ 200-8 — 26.6. — поломан коленчатый вал, машина оставлена, вооружение и оптика сняты;
№ 220-27, № 537-80 — 24.6. — в районе Грудека-Ягеллонского поломана бортовая передача и КПП, машины оставлены, пулемёты и боеприпасы сняты и закопаны;
№ 988-17, № 183-16 — 29.6. — оставлены в районе Львова в ожидании капремонта, вооружение и оптика сняты;
№ 288-1 1 — 29.6. — упала с моста и сгорела вместе с экипажем в районе Львова;
№ 200-9, № 339-30, № 744-61 — 30.6 — поломка трансмиссии и бортовой передачи, оставлены при отходе, № 200-9 подбит противником и сгорел, оптика и вооружение сняты со всех трех машин;
№ 399-48 — 30.6. — район Бело-Каменки, подбит при отходе и сгорел;
№ 183-3 — 30.6. — район Бело-Каменки, авария двигателя, оставлен экипажем, вооружение и боекомплект сняты и закопаны;
№ 148-39 — 30.6. — район Верби, подбит и сгорел;
№ 482-5 — 29.6. — авария бортовой передачи, оставлен в с. Запить;
№ 288-74 — 1.7. — район Тарнополя, авария главной и бортовой передачи, подожжён экипажем при отходе;
№ 196-96 — 2.7. — авария бортовой передачи, оставлен в районе Тарнополя, вооружение не снято;
№ 148-22 — 1.7. — поломка КПП, оставлен в лесу не доезжая д. Сосово, пулемёты сняты, оптика зарыта;
№ 288-14 — 28.6. — без вести пропал вместе с экипажем у с. Запить;
№ 220-25 — 30.6. — с. Птичье, подбит во время атаки и сгорел;
№ 744-63 — 1.7. — заедание поршней двигателя, оставлен на пути из Злочува в Тарнополь, пулемёты сняты;
№ 988-15 — 1.7. — поломка КПП, оставлен в г. Злочув, вооружение, оптика и боеприпасы сданы на склад;
№ 715-61 — поломка КПП, оставлен в 15-км за Львовом, пулемёты сняты;
№ 988-16 — 30.6.— с. Птичье, подбит и сгорел во время атаки;
№ 715-62 — 29.6. — г. Львов, поломка привода вентилятора, оставлен экипажем, пулемёты сняты;
№ 339-68 — 30.6. — авария бортового фрикциона, подбит снарядом и сгорел под Бродами;
№ 200-0 — с. Птичье, сгорел в бою во время атаки.
Из этих актов следует, что большинство Т-35 обоих полков были потеряны по техническим причинам. Погибли в бою считанные танки. Четыре машины, находившиеся в ремонте на ХПЗ в июле — августе 1941 года, были в спешном порядке отремонтированы и переданы в войска.
В боях под Москвой в составе танкового полка ВАММ принимали участие два Т-35, правда, подробностей об этом боевом эпизоде пока обнаружить не удалось.
Был и ещё один «боевой» дебют Т-35. На этот раз в кино. Речь идёт о документальном фильме «Битва за Москву». Некоторые эпизоды картины снимались под Казанью, и в этих съёмках участвовали два Т-35 с КБТКУТС.
До наших дней сохранился один экземпляр тяжёлого танка Т-35. Он экспонируется в Музее бронетанкового вооружения и техники в Кубинке.
Оценка машины
Без преувеличения можно утверждать, что танк Т-35 — единственный в мире пятибашенный танк серийной постройки — является уникальной боевой машиной!
Состав и размещение его вооружения оптимальны для многобашенного танка. Пять башен, расположенных в два яруса, позволяли сосредоточить массированный огонь из 76-мм и одной 45-мм пушек и трёх пулемётов вперёд, назад или на любой борт. Однако столь большая огневая мощь потребовала увеличения числа членов экипажа и усложнения конструкции танка. Двухъярусное расположение башен обусловило значительную высоту машины, что повышало уязвимость танка на поле боя. Без малого 10-метровая длина привела к резкому снижению манёвренных характеристик — отношение длины танка к его ширине составляло 3,03!
Кроме того, Т-35 имел большое количество недостатков, особенно касающихся двигателя и трансмиссии. К сожалению, их так и не удалось устранить. Самое слабое место, пожалуй, — это бортовые передачи и система охлаждения двигателя. Справедливости ради следует сказать, что подвеска Т-35 при всей её громоздкости в целом зарекомендовала себя хорошо.
Хотелось бы поделиться с читателями некоторыми впечатлениями от непосредственного знакомства с машиной.
Прежде всего поражает высота расположения надгусеничных полок — без малого два метра! Так что взобраться на танк стоит большого труда, а если нет специальных лесенок — без посторонней помощи практически невозможно. Учитывая, что в танкисты предпочитали брать людей невысокого роста (примерно 160 см), можно себе представить, каково было «экипажу машины боевой» занимать по тревоге свои места.
Внешне Т-35 ошеломляет своими размерами, но, очутившись в танке, поражаешься его тесноте. И это учитывая, что находящаяся в Кубинке машина разукомплектована: отсутствуют ряд деталей внутреннего оборудования, некоторые перегородки, конечно же, нет боекомплекта и, само собой разумеется, экипажа. Боевые отделения не сообщаются между собой, так что проникнуть из одного в другое без выхода из танка невозможно. Обзорность из Т-35 крайне низкая, особенно с места механика-водителя. Можно предположить, что в боевых условиях ему приходилось вести машину чуть ли не вслепую: смотровые щели позволяли видеть местность только слева и впереди, да и то в весьма ограниченных секторах.