о, и разный уровень обобщений. Но, чтобы одна не вытекала из другой, не пользовалась ее достижениями, а почти целиком уходила в область мифологических представлений об историческом процессе — такого даже и в поруганном социалистическом прошлом не было.
Примером одного из таких мифов является повсеместное увлечение трипольской археологической культурой. Она, бесспорно, яркая, вполне первобытная, но ничего общего с первыми мировыми цивилизациями не имеет и сама не является такой. Изучается более 100 лет. Распространена на территории трех современных стран: Румынии, Молдовы и Украины. Несомненно, ее население участвовало в сложных этногенетических процессах на нынешней территории Украины в VI-III тыс. до н.э., но считать ее праукраинской, как это имеет место в маскультурной исторической литературе, совершенно нет никаких оснований. Однако сомнения в этом, мягко говоря, не поощряются. Наоборот, официальными идеологами объявляются непатриотизмом.
В «оранжевую» пятилетку ситуация осложнялась еще и тем, что увлеченным любителем и коллекционером трипольских древностей был президент Украины В. Ющенко. С его легкой руки и под его патронатом собрания частных коллекционеров кочевали по музеям мира и представлялись, как созданные древними украинцами. Разумеется, в учебниках истории для средней и высшей школы иной интерпретации, чем изложенная выше, не могло быть по определению. Можно себе представить с каких времен начиналась бы в учебниках история украинцев, если бы Виктор Андреевич увлекался не трипольскими древностями, а, скажем, палеолитическими орудиями труда.
Аналогичная мифологизация имеет место практически в каждом периоде древней истории. Во всех случаях побудительным мотивом является стремление рассматривать ее исключительно через украинскую этническую призму, что логически ведет к ее идеализации. По существу, в новых учебниках история представлена не такой, какой она была и даже не такой, какой могла бы быть, а такой, какой ее хотели видеть нынешние этноидеологи. При этом многие из них искренне убеждены, что на современном этапе развития украинской государственности и народного самосознания, создание национальных мифов просто необходимо. Как говорил мне один из талантливейших украинских поэтов, это тот случай, когда ложь во благо. Непонятно только, какое благо могут извлечь современники из ими же созданных мифов о своем прошлом. Разве что несколько скрасить нынешние реальные неудачи воображенными достижениями далеких пращуров.
Видимо, именно этим можно объяснить появление в учебниках рассказов о древнейшем украинском государстве Аратта, которое старше Шумера и Аккада, о становлении украинской монархии в скифское время, о заселении славянами Северной Африки и Ближнего Востока, о Велесовой книге, об украинцах — создателях Киевской Руси...
Начиная с истории Киевской Руси, мифы постепенно теряют свое позитивное содержание и превращаются в страшные сказки о невыносимо трудной судьбе Украины. Особенно это относится ко времени после присоединения к России и до распада Советского Союза. В новых учебниках Украина представляется исключительно как жертва российского империализма, в продолжении более чем 300-летнего периода находившаяся на положении колонии, эксплуатируемой и притесняемой москалями.
Стоит ли говорить, что эта ложь уж точно не во благо. Ведь она формирует в обществе негативное историческое самосознание, воспитывает комплекс исторической неполноценности, неуверенности в собственных созидательных способностях. Ведь если не было успехов в прошлом, если несчастными украинцами не помыкал и не унижал их только ленивый, то какая может быть уверенность, что в будущем будет по-другому? Так и прививается в масштабах целого народа чувство социально-психологической несостоятельности.
А еще безответственности за прошлое, которое было якобы вовсе и не его прошлым. К нему он не имел другого отношения, как только пассивной жертвы. Объединение 1654 г. с Россией, оказывается, навязали нам лукавые москали, социализм в Украину принесли на штыках тоже они. В 1932-1933 гг. устроили украинцам страшный голодомор, а в 1941-1945 гг. втянули в свою войну с Германией.
Получается, как в той пословице: «И я не я, и хата не моя». Но это плохая услуга собственному народу. Изъятие его прошлого из исторического контекста России и Советского Союза превращает Украину из субъекта истории в ее объект.
Разумеется, это не так. Вот только в новых учебниках истории вы не найдете свидетельств того, что украинцы были такими же сотворцами российской государственности и культуры, как и русские. Что одним из авторов, выражаясь современным языком, проекта Российской империи был соратник Петра I, бывший ректор Киево-Могилянской академии, профессор Ф. Прокопович. Что практически во всех правительствах России, начиная от Елизаветы Петровны, на вторых ролях находились украинцы. Это: братья Алексей и Кирилл Разумовские, сын Кирилла Алексей Разумовский, А. Безбородко, В. Кочубей. В советское время выходцы из Украины были не только вторыми лицами в государстве, как К. Ворошилов, Н. Подгорный и др., но и первыми — Н. Хрущев, Л. Брежнев.
Как же можно утверждать, что это была не наша история? Как можно говорить о колониальном статусе Украины? Где еще представители угнетенного народа имели такой доступ к управлению страной, становились канцлерами, министрами, сенаторами, крупными военачальниками и другими высокопоставленными чиновниками метрополии? Сказанное никак не согласуется с колониальным статусом Украины. Его не могло быть уже хотя бы потому, что российская общественная мысль в имперское и советское время не считала малороссов и украинцев отдельным от русских народом.
Еще большим было участие украинцев в созидании общерусской культуры. В XVII-ом в. на этом поприще трудились Е. Славинецкий, А. Сатановский, в XVIII-ом — С. Яворский, Ф. Прокопович, Дм. Ростовский (Туптало), Д. Левицкий, В. Боровиковский, А. Лосенко, в ХIХ-ом — О. Бодянский, М. Максимович, Н. Гоголь, Н. Костомаров, в ХХ-ом — И. Козловский, К. Паустовский, Н. Островский, С. Бондарчук и многие другие. Взаимопроникновение культур двух родственных народов было столь значительным и органичным, что мы и сегодня не всегда можем с достаточной степенью убедительности, а главное — без ущерба для исторической правды, разделить многих деятелей истории, культуры, науки между Россией и Украиной.
К сожалению, обо всем этом в наше время не принято писать и говорить. Потому и можно услышать от молодых людей, к примеру, сомнения в легитимности Переяславской Рады, на которой не было принято никакого юридического документа об объединении Украины и России. Это они прочитали в новых учебниках, авторы которых прибегают к элементарному шулерству. Ведь знают же, что на Переяславской Раде и не должны были приниматься никакие юридические акты. Они были приняты раньше, в 1653 г. Было прошение о принятии Малороссии в российское подданство гетмана Б. Хмельницкого и было Решение Земского собора России об его удовлетворении. Знают, и все-таки лукаво роняют в молодые души зерна сомнений.
С таким же лукавством авторы утверждают, что советская власть и социализм Украине были навязаны исключительно большевиками России. Это оттуда пришли «несметные» орды Муравьева и принесли на своих штыках бедным украинцам ненавистный им социализм. Хотя, если бы они были честны перед историей, должны были бы сказать, что за советскую власть сражались десятки тысяч украинцев под водительством украинских же полководцев: Щорса, Боженко, Пархоменко, Коцюбинского, Антонова-Овсеенко и др., и их поддержало большинство украинского населения. Признал же это впоследствии такой видный деятель украинской революции как В. Винниченко.
Историческая правда заключается также и в том, что социалистическую идею исповедывали и утверждали своим творчеством такие выдающиеся украинские интеллектуалы как И. Франко, М. Драгоманов, Л. Украинка, В. Винниченко. Были социалистами, как известно, и отцы-основатели Украинской народной республики: Грушевский, Винниченко, Петлюра.
Конечно, они мечтали не о таком социализме, какой получился в Советском Союзе. Но ведь тоже самое можно сказать и о русских интеллектуалах. Никто не предполагал, что осуществленная мечта человечества о социальной справедливости наряду с несомненными достижениями обнаружит и чудовищные уродства — репрессии, гулаги. Однако и в этих трагических событиях повинны не только «москали». Достаточно нагрешили и мы, украинцы. Можно сказать, многие наши соотечественники воспользовались «благоприятной ситуацией», чтобы свести счеты друг с другом.
То же можно сказать и о трагическом голоде 1932-1933 гг., унесшим миллионы украинских жизней. Кроме Украины, страшная беда постигла и другие зерносеющие регионы Советского Союза: Кубань, Подонье, Поволжье, Северный Казахстан. Признавая это, некоторые украинские историки утверждают, что больше всего жертв было все же в Украине. А коль скоро это так, значит, мы имеем дело с явлением геноцида против украинского народа.
Характерно, что особо активны в осуждении этого явления диаспорные украинцы, а также те из наших соотечественников, которые происходят из западных регионов Украины, где этого самого голодомора не было. Правда, были другие проблемы, вытолкнувшие миллионы выходцев этих земель Украины в Канаду, США и другие страны Нового Света, но об этом национал-патриоты предпочитают не вспоминать.
Вполне конкретен и адрес палачей. Конечно — это Москва. Нам бы задуматься над тем, почему с Украины выгребли хлеба больше, чем с других регионов. Не наши ли соотечественники повинны в этом? Из Москвы ведь не было видно крестьянских чуланов или ям с зерном. Но для этого надо хоть немного напрячь мозги, а для обвинения «москалей» ничего напрягать не нужно. Они заведомо виноваты во всем.
Еще более безнравственно в новых учебниках отношение к Великой Отечественной войне, а также к событиям, которые ей предшествовали и за ней следовали. Произошла практически тотальная их переоценка. Уравнены в ответственности жертва и ее палач. Война объявлена не нашей. Герои-освободители, получившие признание и уважение всей спасенной ими от фашистской чумы Европы, унижены реабилитацией и героизацией западноукраинских националистов, сотрудничавших с немцами. Пакт Молотова-Риббентропа оценен как преступный тайный сговор двух агрессоров, а послевоенное мироустройство — как порабощение Советским Союзом народов Восточной Европы.