— Не хочу!
А воробей говорит (смотрите, всё своим прислужникам приказывает):
— Идите по воду! Ступай, вода, огонь тушить, ведь огонь не хочет татар палить, а татары не хотят людей рубить, а люди не хотят волка бить, а волк не хочет резать козу, а коза не хочет былинку грызть, а былинка не хочет покачать воробья, добра молодца!
Да и вода говорит:
— Не хочу!
— Сходите за волами! Волы, волы! Идите, волы, воду пить, не хочет вода огонь тушить, не хочет огонь татар палить, не хотят татары людей рубить, не хотят люди волка бить, а волк не хочет резать козу, а коза не хочет былинку грызть, а былинка не хочет покачать воробья, добра молодца.
Так и волы не хотят!
Вот воробей и говорит:
— Сходите за долбнёй! Пусть идет волов бить, ведь волы не хотят воду пить, не хочет вода огня тушить, а огонь не хочет татар палить, не хотят татары людей рубить, не хотят люди волка бить, волк не хочет резать козу, а коза не хочет былинку грызть, а былинка не хочет покачать воробья, добра молодца.
Долбня говорит:
— Не хочу!
— Ступайте, черви, долбню точить, ведь не хочет долбня волов бить, не хотят волы воду пить, а вода не хочет огонь тушить, не хочет огонь татар палить, а татары не хотят рубить людей, а люди не хотят волка бить, а волк не хочет резать козу, а коза не хочет былинку грызть, а былинка не хочет покачать воробья, добра молодца.
Черви не хотят.
— Сходите, — говорит, — за курами! Ступайте, куры, червей клевать, не хотят черви долбню точить, не хочет долбня волов бить, не хотят волы воду пить, не хочет вода огонь тушить, а огонь не хочет татар палить, не хотят татары людей рубить, а люди не хотят волка бить, волк не хочет резать козу, а коза не хочет былинку грызть, а былинка не хочет покачать воробья, добра молодца.
Да и куры говорят:
— Не хотим.
— Сходите, — говорит, — к коршуну! Ступай ты, коршун, кур хватать, ведь куры не хотят червей клевать, а черви не хотят долбню точить, а долбня не хочет волов бить, а волы не хотят воду пить, а вода не хочет огня тушить, не хочет огонь татар палить, не хотят татары людей рубить, а люди не хотят волка бить, а волки не хотят козу резать, а коза не хочет былинку грызть, а былинка не хочет покачать воробья, добра молодца!
Коршун за кур, куры за червей, черви за долбню, долбня за волов, а волы за воду, а вода за огонь, огонь на татар, а татары на людей, люди на волка, а волк за козу, коза за былинку, а былинка тогда:
⠀⠀ ⠀⠀
К-о-о-лых, к-о-о- лых,
Батьке его сто лих!
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀Два товарища⠀⠀ ⠀⠀
от сказывают люди, чтоб до Юрья было сено и у дурня; а как до благовещенья дозимует скотина, хоть на лубочке тогда ее вывози, — никак не сдохнет.
Вот расскажу я вам.
Был у одного бедного мужика всего лишь один одёр, да и того он еле-еле до благовещенья дотянул, а на благовещенье еле живого на луг дотащил. Вот как стал одер траву щипать, маленько и поправился. Только на ноги стал — и пошел дальше, от ветра шатаючись.
Идет, вдруг попадается ему по дороге конь, большой да сильный, никакого зверя не боится, — одер и говорит:
— Здорово, товарищ!
Глянул конь на товарища и подумал: «Это не мне товарищ», — и отвечает:
— Доброго здоровья!
Спрашивает сытый худого:
— А куда ты идешь?
— Да так, куда ноги идут.
— И я туда же, давай будем товарищами.
— Что ж, давай! — молвил одер.
Вот и пошли они вдвоем. Идут и беседуют, а сытый и спрашивает:
— Скажи мне, как тебя звать?
Худой отвечает:
— Одер.
— А я — конь, — говорит сытый. — Пойдем теперь на железный ток силу пробовать, кто сильней окажется.
— Пойдем! — сказал тоненьким голоском одер, он рад, что хоть живой остался.
Пришли на ток.
А конь и говорит:
— Бей, одер!
— Нет, бей ты! — говорит тот.
Вот как ударит конь, так ток и гнется, а как ударит одер, так огонь и крешет. Призадумался конь: «Какой он, однако, сильный — не мне товарищ! Как ударю я, искры не сыпются, а только ток гнется, а от него аж искры сыпются!»
А о том конь и не знал, что одер-то ведь подкован: хозяин на зиму его подковал, да и забыл снять подковы, когда на луг выпустил.
Вот конь и говорит одру:
— Пойдем-ка, товарищ, еще к морю, посмотрим, кто больше воды выдует?
— Пойдем, — сказал Одер.
Вот и пошли. Как дунет конь, так чуть рыб за хвосты не хватает, — аж досуха выдул. А одер свесил голову в воду, язык высунул, — еле живой, а щука и подумала, что это мясо, и цап его за язык, а одер клац ее зубами и говорит коню:
— Что, товарищ, поймал что-нибудь?
— Нет.
— А я поймал!
Глянул конь на одра, испугался, что держит одер в зубах такую огромную щуку, и говорит:
— Пойдем, товарищ, варить, теперь есть что! — А сам только голову почесал, да на одра поглядывает и думает:
«Вот какого черта себе на беду нашел!»
Разложил костер, чтобы рыбу варить. А конь и говорит:
— Ты, товарищ, тут у костра посиди, а я дров принесу!
— Что ж, ладно! — сказал одер, да и сел, голову понурив: сказано — вот-вот ему подыхать. А сорока и подумала, что он неживой, цап его за язык, а одер клац зубами — и держит его во рту. Приходит конь, а одер спрашивает:
— Ну что, товарищ, поймал что-нибудь?
— Нет, — отвечает конь.
— А я поймал! — говорит одер.
Смотрит конь, и вправду держит одер в зубах сороку. Удивился конь, говорит:
— А где ж ты, товарищ, сороку взял?
— Э-э, товарищ, — сказал одер, — я в поднебесье летал, вот и поймал.
Сильно пригорюнился конь и говорит про себя:
«Э-э, это не мне товарищ: коли он ловит в море рыбу, а в поднебесье птицу, то куда уж мне с ним тягаться! Хоть я и силен, дубы с корнем вырываю, а рыбу и птицу в море не поймаю!» Так думал про себя конь и стал раздумывать, как бы это ему от одра убежать.
Пораздумавши, говорит конь:
— Ты, товарищ, вари, а я пойду, может дровец принесу.
— Ладно! — согласился одер.
Обошел конь, да кругом, и ну бежать во всю прыть, бежит, оглядывается и говорит:
— Чтоб тебя нечистая сила забрала! Ты не по моим силам, поскорей бы от тебя удрать!
Вот бежит конь, а навстречу ему волк.
Говорит волк:
— Здорово, конь!
— Здорово, волк! — сказал конь и таким боязливым голосом. — Ты уж лучше молчи.
— Да что там такое, расскажи! — спрашивает волк коня.
— А вот что! — начал рассказывать конь. — Повстречался я с товарищем, хотел было с ним побрататься, ну и пошли мы силу пробовать, кто посильней. Так вот, что ты думаешь? Как ударю я — железный ток гнется, а как ударит он — так искры и сыпются. Пошли к морю воду сдувать, — как дохну я, то аж досуха, а он и рыбу поймал. Пошли рыбу варить, и что ж ты думаешь? Пока я принес дров, а он уж сороку поймал! Вот и вижу я, что не по моим он силам, и давай я от него тягу.
— А как его звать? — спросил волк у коня.
— Одер, — сказал конь.
— Э, да таких-то я подбривать умею, — сказал волк, — только покажи мне, где он.
— Э, нет! — сказал конь. — Я туда тебя не поведу; вот взберемся на дуб, тогда покажу: вон там, под курганом, в долине костер горит, это мой товарищ одер его раскладывает.
Посмотрел волк, так весь и затрясся, говорит:
— Ты, конь, сиди тут да поглядывай, а я пойду и тебе шкуру на сапоги притащу, чтоб ты никого не боялся и нам бы доверялся: таких бродяг подбривать-то мы умеем!
Вот пошел волк к одру и как схватит его за хвост, так шкуру до головы и содрал и коню подарил.
Остался конь один, а одер так и пропал ни за что ни про что.
Вот вам и сказка, а мне бубликов вязка.
⠀ ⠀ ⠀⠀⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀Портной и волк⠀⠀ ⠀⠀
ыл у попа портной. Пошел он на село работать, а на ту пору не послал бог корму несчастному волку.
Взобрался волк на гору, да и просит бога:
— Дай, господи, поесть, а то помру!
— Ох, ступай, — говорит, — волк, что встретишь попово, то и будет тебе в пищу готово.
Идет волк, ходит кобыла.
— Здорово, кобыла, а ты чья?
— Ох, волк, я попова!
— Вот ты мне в пищу и готова!
— Ох, да посмотри, — говорит, — волк! Я была в городе, принесла бумаги.
Стал волк, разглядывает бумаги. А кобыла как скакнет, оглянулась — не видать уже волка.
Идет волк, думает: «И дурак же я однако! И не пан я и неграмотный, и зачем мне было какие-то бумаги разглядывать?»
Идет волк, а тут баран ходит.
— Здорово, баран! Ты чей будешь?
— Попов.
— Вот ты мне для пищи и готов!
— Ой, становись ты, волк, внизу, а я на горку взойду. Раскрой рот, а я сам к тебе и влечу.
Разогнался баран, как дал ему в лоб, так волку чуть конец не пришел.
Вот идет волк и думает: «И какой я дурак! Да разве я пан какой, что захотел легкого хлеба?»
Повстречал волк свиней.
— Здорово, свиньи! Вы чьи?
— Поповы!
— Вот для пищи вы мне и готовы.
— Ох, братец волк! Дозволь нам хоть песенку спеть.
Пока свиньи волка манили, крестьяне заметили его и прогнали.
Идет волк, встречает портного.
— Здорово, портной! А ты чей?
— Попов!
— A-а, так ты мне для пищи готов!
— О-ох, братец волк! Дозволь мне тогда перед смертью хотя бы умыться. Дай мне твоим хвостом утереться.
Вот обкрутил портной руку волчьим хвостом и как всыпал ему трижды аршином[7], так волк чуть на месте и не остался…
Смекнул портной, побежал да на дубе и спрятался. Стал волк думать-гадать, как бы ему портного догнать. Собрал молодцов, подошел к самому дубу.
— Вон, братцы, сидит на дубе портной. А давайте-ка, братцы, достанем его оттуда…
Вот лег бесхвостый внизу, а остальные на него и взобрались; уже одному волку встать и портного достать.