И изюбров жилами трех
Тесно склеенный с двух сторон,
Сверх обтянутый лыком берез,
Что растут на склонах Шенё.
Ловко крепкую натянул
Тетиву, из полос с худых
Им нарезанных кож коров,
И сплетенных в тугую косу,
На кобылку согнувши лук
Враз накинул могучей рукой.
И, стрелу положив, так сказал:
«Ай! Моя стрела, ты лети…»
Наконец просит разрешить ему копейное соревнование. Все смеются над ним, говоря что у него нет копья. Тогда он едет в горы Шенё и ломает вяз толщиной в бедро. И побеждает в соревновании. Опять издевается.
Кэртё как победитель должен быть одарен, но подарки, подмененные Бологоем-Гохоем, и позорящие победителя, Кэртё отвергает. Потом возносит хвалу обручаемой, а отцу заявляет:
Так сказал-говорил Кэртё
Похваляя ханши красу;
Жениха же седого так
Поносил-оскорблял Кэртё,
Говоря такие слова:
«А тебе сивый мерин скажу,
Не объезживать кобылиц.
Им на то хорош жеребец,
Что играет огнем в крови…»
Рассердился тут Хологон,
Удивился речам таким,
И до хруста сжав рукоять
Сабли острой — едва не сломав,
Прежде чем наглеца убить,
Разрубить на сотни частей,
Грубияна так вопрошал:
«Эй, подобный, — в гневе сказал, —
Куче конской, скажи своё
Имя смрадное, чтоб я знал,
Имя подлое, ведал чтоб,
Чей мне род погубить-извести!
Чьё мне племя прахом пустить!»
Говорил Хологон-Баатор.
И такое услышал в ответ,
На вопрос свой услышал слова:
«Мать прозвала меня Кэртё, —
На вопрос Хологона так
Говорил-отвечал удалец, —
Ведь родился в один я час
С жеребёнком кобылы, так
На закате родился я,
С полным острых зубов коренных
Ртом и черною головой,
На привале родился я. —
Говорил-хвалился Кэртё. —
От рождения в первую ночь
Волка взрослого задушил,
Что хотел жеребёнка украсть,
Что подкованным был рожден;
И с убитого шкуру сняв,
На себя ту шкуру одел!
Отчего прозвали меня
Люди все Боорим Шэгы,
Что в наречии древнем Урхён
Означает Волчьи Штаны…»
Так пред всем народом честным
Говорил-хвалился Кэртё…
Продолжал говорить: «Затем
Стал я метким стрелком! Затем
Стал охотником знатным я!
На охоте в степи повстречал
Пастухов, что пасли стада…»
И про шкуру льва. В общем, отец догадывается о его происхождении. И когда сын предлагает ему биться, отвечает:
Знает каждый мудрый в степи,
Что не должен волк молодой
Спорит с сивым матерым псом.
Но достойно отцу назвать
Сына, что его перерос,
Взрослым именем, чтобы мог
Сын достойно именовать
Средь героев знатных себя;
И врага повергая в страх,
Мог бы имя сказать своё.
С дня сего и во веки веков
Впредь во всех коленах Урхён
Именовать тебя люди будут
Янды-Мэргэн;
И добавлю ещё Ураг,
Ведь подобно хану ветров
Ты сметешь на своем пути
Все преграды, что враг тебе
В злобе лютой воздвигнет своей.
Потом призывает к себе Гюлё-Тегинь — тут же привозят, а молодую невесту отдают за Кэтрё.
Отъезд Янды-Мэргэна на борьбу с мангадхаем
Став ханом Янды-Мэргэн отправляется в поход на соседей. Собирает дружину из сорока удальцов, молодых и сильных, а старшим из них берет мудрого Джемо-Баатура.
Облачается в доспехи: белые, покрывающие его от головы до пят, из множества узких стальных полосок, перевязанных красными шелковыми шнурами (особое внимание уделяется удобству и крепости этой брони, а так же мастерству изготовителя)…
Шлемом голову увенчал,
На который стальных полос
Сорок штук ушло целиком,
А поверх искусный кузнец
В палец золота натянул,
И чеканщик умелой рукой
Песнь о подвигах изобразил
Изначальных героев времен…
Мощных лука три расписных
Взял с собой, их в налуч вложив.
Налуч тот из кожи цветной
К боку левому прикрепил.
С боку правого крепкий тул
Из коры прикрепил, зацепив
Крюком, к поясу своему.
Изготовил тысячу стрел,
Остриями стальными так
Заострил он все стрелы те,
Что кедровых десять стволов
Можно было пробить насквозь,
Не замедлив полета. Снабдил
Оперением стрелы те
Крепким с крайних перьев орла,
Взяв для каждой своей стрелы
С разных крыльев одно перо,
Отчего мог за десять дней
Белку в глаз поразить. Набил
Туго стрелами тул. Тогда
Слева к поясу прицепил
В ножнах желто-серебрянных меч,
Разрубающий словно сыр
Панцирь крепкий хангайский стальной.
Длинное взял копье свое,
С древесины вяза, что рос
На отрогах дальних Шенё.
На копье том тучных врагов
Десять в панцирях можно поднять,
Было их в бою наколов,
Отчего б не согнулось оно.
Оседлал своего коня,
В бой жестокий собрал его…
Кликнул он дружину потом
И сказал расставаясь жене,
Ей такие сказал слова:
Говорит жене, садясь на коня: гостеприимной будь, почтительной будь, особенно к родне. Уезжает.
После его отъезда жене приходит дядя и угощаясь заботами хозяйки склоняет её к измене. Однако ханша, приняв его разговоры за пьяный бред, все так же вежлива с ним. Так повторяется три дня, пока дядя, окончательно обнаглев, не переходит к действию. Тут уж верная жена, прибегнув к помощи охраны, спроваживает сластолюбца.
Возвратившись из победного похода и узнав о происшедшем, Янды-Мэргэн находит дядю (в степи) и говорит ему в гневе:
«Знать не хватит ума моего
По закону с тобой поступить.
Хватит мне однако ума
Поучить тебя крепко кнутом,
Чтоб не смел ты больше во век
Жен чужих осквернять-оскорблять,
Чтоб невестку родную ввек
Ты не вздумал впредь обижать.»
Так сказавши длинный свой кнут
Весом в сорок гин взял легко,
Крепко свитый из конских кож,
Сверх окованный сталью. Кнутом
Тем ударил дядю слегка,
Отчего Бологой Гохой
Сорок саженей пролетел
Вверх тормашками, вниз головой.
Застонал-закряхтел дядя, встал едва
Говоря-причитая так:
«Руки-ноги мне все
Ты отбил-поломал.» Тогда
Дядю поднял Янды-Мэргэн,
Посадил он дядю верхом,
Посадил спиной к голове
И камчёй подогнал коня,
Чтоб скакал тот во весь опор
К юрте теплой, где дядю ждут.
Провожали его смеясь
Люди все от седых стариков
До младенцев грудных. Слова
Бологою Гохою вслед
Говорили со смехом они:
«Видно правильно ты сидишь!
Коль не может разум вести
Пусть тогда впереди будет зад!»
Говорили ему потом:
«Поделом тебе коль забыл
За похмельем совсем ты стыд!
Ведь жену не чужую хотел
Осквернить ты — невестку свою!»
Затаил Бологой Гохой
На племянника злобу. Решил
Извести-погубить его.
Затаил зло Бологой-Гохой, и решает погубить Янды-Мэргэна. Для того рассказывает ему о злом мангадхае на востоке, что овец крадет и людей ест.
Янды-Мэргэн похваляется убить мангадхая, извести злодея, освободить людей от опасности и страха.
Янды-Мэргэн собирается в путь.
Шлемом голову увенчал,
На который стальных полос
Сорок штук ушло целиком,
А поверх искусный кузнец
В палец золота натянул,
И чеканщик умелой рукой
Песнь о подвигах изобразил
Изначальных героев времен…
Мощных лука три расписных
Взял с собой, их в налуч вложив.
Налуч тот из кожи цветной
К боку левому прикрепил.
С боку правого крепкий тул
Из коры прикрепил, зацепив
Крюком, к поясу своему.
Изготовил тысячу стрел,
Остриями стальными так
Заострил он все стрелы те,
Что кедровых десять стволов
Можно было пробить насквозь,
Не замедлив полета. Снабдил
Оперением стрелы те
Крепким с крайних перьев орла,
Взяв для каждой своей стрелы
С разных крыльев одно перо,
Отчего мог за десять дней
Белку в глаз поразить. Набил