Основные города Узбекистана известны нам как производственные, инновационные, научно-образовательные, культурные очаги, а также как места сосредоточения значимых исторических и архитектурно-художественных памятников и основных религиозных центров.
Выдающиеся очаги науки, образования, учености, культуры – Самарканд и Бухара, а также Хива, Коканд, Андижан, Фергана, Термез, Беруни (Шаббаз) были творческими площадками-лабораториями, где творили самые яркие интеллектуалы своего времени, среди них – р а з н о с т о р о н н е т а л а н т л и в ы е л и ч н о с т и: Рудаки (860–941) – поэт, математик, астроном, философ; Ибн Сина (Авиценна, 980—1037) – разносторонний ученый, врач, музыкант, философ; Аль-Бируни (973—1050) – разносторонний ученый (труды по математике, астрономии, медицине, географии, геологии, минералогии, топографии и по Индии); Омар Хайям (1048–1122) – поэт, математик, врач, философ; М.З. Бабур (1483–1530) – ученый, поэт, воин-полководец, правитель; Х. Хамза (1889–1929) – поэт, художник, композитор, благотворитель; в и д н ы е м а т е м а т и к и и а с т р о н о-м ы: М. аль-Хорезми (787–850) – математик и астроном, Аль-Фергани (798–861) – астроном, Аль-Термези (IX) – математик, М. Улугбек (1394–1449) – астроном, Али Кушчи (XIV–XV) – астроном и математик; ф и л о с о ф ы: М. Фараби (870–950) – философ и ученый-энциклопедист, А. Джани (1414–1492) – философ и писатель; п о э т ы: А. Югнаки (XII), А. Фирдоуси (940—1020), Х. Шеради (1325–1389), А. Навои (1441–1501) – поэт, мыслитель, государственный деятель, М. Муками (1851–1903), З. Фуркат (1858–1909), С. Айни (1878–1954) – поэт и писатель; и з в е с т н ы е м у с у л ь м а н с к и е у ч е н ы е-б о г о с л о в ы: Мухаммад Исмаил аль-Бухари (810–870), Б.-Хафис Гунджари (? —1022), А. Ясеви (? —1169) – шейх, поэт, яркий проповедник, С. Бохарзи (? —1271), Б. Накшбанд (1318–1389).
Аль-Бируни на почтовой марке Ирана
В жизни каждого человека есть две главные даты и два главных места: рождение и смерть, захоронения. Так, в Андижане родились З.М. Бабур и поэтесса Надира (1792–1842), находится символическая могила З.М. Бабура. В Ферганской долине родился Аль-Фергани (798–861). В кишлаке Шахимардан (Хамзаабад) жил и был убит Х. Хамза, сохраняется его мавзолей с захоронением, а родился он в Коканде. В Самарканде в мавзолее Гур-Эмир сохраняется захоронение Тимура (1336–1405) и его внука, родившегося в Самарканде, М. Улугбека (1394–1449); также в Самарканде родился А. Кушчи (XIV–XV), в этом городе родился и первый президент Узбекистана И.А. Каримов (1938–2016). Под Самаркандом родились А.Д. Рудаки (860–941) и А. Югнаки (XII). В Бухаре родился Мухаммад Исмаил аль-Бухари (810–870), а умер он близ Самарканда – в селении Харганка. Под Бухарой родились Ибн-Сина (Авиценна) (980—1037, в кишлаке Афшана) и Б.С. Бохарзи (в кишлаке Орифон, умер в 1261 г.). На окраине современного Шахрисабза (ранее – в кишлаке Ходжа-Илгар) родился Тимур (1336–1405), а похоронен он в Самарканде. В Термезе родился Аль-Хаким Термези (IX). В Хиве родился М. Аль-Хорезми (787–850). В Бируни (бывший Шаббаз) родился Абу Аль-Бируни (973—1050).
Самарканд. Обсерватория Улугбека
В городах Узбекистана и их ближних пригородах сохранились очень многие и разнообразные места особого почитания мусульман – мазары, среди них особое место занимают мавзолеи, иные места захоронения, а также места земной жизни мусульманских святых. Так что Узбекистан представляет очень большой интерес для мусульман и обладает широкими потенциальными возможностями для развития религиозного туризма, организации паломнических поездок. Например, под Бухарой в кишлаке Касри Орифон сохраняется место захоронения основателя религиозного ордена «Накшбандийа» – Бахауддина Накшбанда (1318–1389), который родился в этом селении. В Бухаре учился, в медресе был духовным наставником, выступал с проповедями, писал стихи шейх А. Ясеви (умер в 1169 г.). В Термезе родился и был похоронен крупнейший представитель восточного суфизма и математик аль-Хаким ат-Термези (умер в конце IX в.), сохраняется мавзолей Термези. В Хиве сохранился мавзолей Пахлавана Махмуда (1247–1326) – богатыря-борца, поэта, святого покровителя Хивы. Примеры можно продолжить.
5.1. Северо-восточный Узбекистан
Главные города Северо-Восточного Узбекистана: Ташкент, Гулистан, Джизак. Популярностью пользуются курорты в окрестностях Ташкента, городов Фергана, Наманган и некоторых других.
5.1.1. Ташкент
Столица – это фокус всего самого лучшего, что есть в государстве, выражение языком архитектуры его особенностей, своеобразия возможностей, намерений политического и социально-экономического толка. Зодчество позволяет визуально подчеркнуть достоинства, зримо утвердить успехи и ненавязчиво намекнуть о планах государства.
Особые свойства и своеобразие столиц лучше других сформулировал великий французский писатель-романтик В.М. Гюго (1802–1885): «Столицы – это воронки, куда ведут все географические, политические, моральные и умственные соки страны, куда направлены все естественные склонности целого народа, это, так сказать кладези цивилизации и в то же время каналы, куда капля за каплей, век за веком, без конца просачиваются и скапливаются торговля, образование, население – все, что плодоносно, все, что живительно, все что составляет душу нации» (роман В. Гюго «Собор Парижской Богоматери», 1831 г.).
Ташкент (335 тыс. кв. км, около 3 млн человек), несомненно, с градостоительных и социально-экономических позиций – самый представительный, самый лучший и самый современный узбекский город, столица Узбекистана. Он своим обликом говорит, что стремится и не уступает многим достоинствам европейских городов, а кое в чем выгодно отличается от них.
Вокзал в Ташкенте
Ташкент – самый европеизированный город Узбекистана. Как и в развитых странах Европы, в нем теперь обилие высоких и высотных зданий из бетона, с современным, привлекающим взор остеклением, в том числе зеркальным, характерными для XXI в. архитектурными формами и приемами, со всеми модными атрибутами современного города – пешеходными улицами, «диснейлендом», аквапарками, телевышкой, метрополитеном и другими, – да и еще обычно с успешной практикой учета и внедрения в облик города национальных мотивов в зодчестве и посильным сохранением не слишком большого числа исторических, архитектурно-художественных памятников.
Ташкент из захудалого среднеазиатского города прошлого и времен имперского периода – с узкими улочками, преимущественно одноэтажной малопривлекательной застройкой, в основном без зелени, без качественного коммунального благоустройства, а в советский период – с монотонными типовыми, чуть ли не одинаковыми невысокими домами и элементами индивидуального строительства, с чрезмерным обилием памятников советским функционерам и свершениям, в начале XXI в. превратился в процветающую столицу достойного и результативно развивающегося независимого государства – Республики Узбекистан, чтящего свою историю, героев, традиции и уверенно смотрящего в будущее. Но истинного неповторимого своеобразия и примеров качественной исторической архитектуры восточного города в Ташкенте осталось немного, хотя присутствует ощущение, что Ташкент – это столица новой Средней Азии.
5.1.1.1. История
Ташкент находится в предгорьях Западного Тянь-Шаня, в средней части долины р. Чирчик, на высоте 440–480 м над уровнем моря. Ташкент имеет очень выгодное экономико-географическое положение. Находясь в Ташкентском оазисе, он лежит на скрещивании путей, связывающих Среднюю Азию с Казахстаном, Сибирью, Уралом. В отрогах Тянь-Шаня находятся месторождения многих руд (медных, свинцовых, цинковых и др.) и угля, разработка которых имеет большую роль, в том числе и для хозяйственной жизни Ташкента.
Ташкент достоверно известен с IV–V вв. н. э., но некоторые историки говорят, что об этом городе есть упоминания в очень древних китайских летописях II–I вв. до н. э. Так что Ташкент – один из древнейших среднеазиатских городов, но точно дата его основания неизвестна. Археологи считают, что его возраст – более 20 веков, при этом он в разное время по-разному назывался: Джадж, Чичкент, Шаш-тепа, или Чач-тепа («шесть холмов»), Шашкент («каменный город»), Шаш (в начале XVIII в.), Бинкент. Впервые название Ташкент встречается в трудах Абу-Рейхана Бируни и Махмуда Кашгарского (XI в.).
Ташкент возник в оазисе, в густонаселенной долине, на границе оседлых и кочевых племен как торговый центр. На его развитие большое влияние оказали проходившие через него караванные пути и международная торговля. Развитию Ташкента чрезвычайно успешно способствовало его положение на Великом шелковом пути. В Ташкент везли товары со всех мест Средней Азии, из восточных стран, Сибири, Урала, Европы. Ташкентские и другие местные, а также афганские, индийские купцы здесь заключали крупные сделки. В Ташкент прибывали богатые караваны из разных стран, здесь же другие караваны снаряжались и отбывали в дальние страны. Жители Ташкентского оазиса выращивали рис, фрукты, виноград, овощи, бахчевые культуры, люцерну и выгодно снабжали ими многочисленные караваны, также они занимались торговлей и различными ремеслами.
В VI в. территория нынешнего Ташкента входила в состав Тюркского каганата. Начиная со времени возникновения (город достоверно известен с IV–V в. н. э.) до 1860-х гг. Ташкент был значительным торгово-промышленным городом, что делало его лакомым, завидным местом для правителей среднеазиатских государств, ханств, и они вели борьбу между собой за обладание им. За свою многовековую историю Ташкент неоднократно подвергался набегам завоевателей. Вторгшиеся в начале VIII в. в Среднюю Азию арабы завоевали город и сильно его разрушили. С распадом Арабского халифата (Х в.) Ташкент вошел в государство Саманидов и оставался в его составе в конце IX – начале Х в.
Ташкент современный
В IX–X вв. Ташкент делился на четыре части, каждая из которых была окружена оборонительной стеной. В центре были цитадель и шахристан (внутренний город), за их стенами находились рабат-дажиль (внутренний пригород), за ним находился рабат-харидж (внешний пригород). В городе развивались ремесла, а в его окрестностях – горнорудное дело.
В XI–XIII вв. Ташкент был уделом в государствах Караханидов, затем Каракитаев. В 1214 г. город разрушили по приказу Мухаммада Хорезмшаха. Ташкент после его завоевания Чингисханом, в начале XIII в., был разрушен, вошел в состав Моголистана. В XIV в. Ташкент стал одной из крупных крепостей государства Тимуридов. С начала XVI в. он стал городом первого узбекского государства Шейбанидов.
Со второй половины XVI в. Ташкент входил в состав Бухарского ханства. Находясь в составе Бухарского ханства, Ташкент периодически захватывался племенами кочевых казахов в XVII–XVIII вв.
Ташкент, как и вся территория Средней Азии, пережил период междоусобиц.
Но с середины XVIII в. Ташкент некоторое время развивался как свободный город-государство, им управлял Хаким Юнус-хаджа.
К началу XIX в. в Ташкенте насчитывалось не менее 40–50 тыс. жителей, его территория была обнесена крепостной стеной, построенной еще при Юнус-хадже, с восемью воротами.
В 1818 г. Ташкент завоевали войска кокандского хана – владыки Кокандского ханства. Входя в состав Кокандского ханства, Ташкент стал одним из самых крупных феодальных городов Средней Азии. Но этот город имел убогий вид, его облик был типичным для большинства среднеазиатских городов XIX в. Каждое домовладение окружал глинобитный забор – дувал. Все строения были очень низкими и завершались плоскими земляными крышами. Ни одно окно не выходило на улицу. Маленькие деревянные калитки, часто с красивой резьбой, соединяли жилища с внешним миром. Но в городе тогда иногда строили и двухэтажные здания, их верхний этаж представлял собой обычно открытый с одной стороны балкон – балахану. Улицы были без зелени, узкие, пыльные и образовывали запутанный лабиринт среди серых дувалов. В центре Ташкента был большой базар. На нем и в прилегавших к нему улицах располагались многочисленные мастерские ремесленников, караван-сараи (своего рода гостиницы – заезжие дворы для иногородних купцов), медресе, соборная «Пятничная» мечеть. В Ташкенте численность его жителей была около 70 тыс. человек. На Ташкент приходилось до 40 % товарооборота между среднеазиатскими ханствами и Россией. К XIX в. товарооборот между Средней Азией и Россией столь сильно вырос, что через Ташкент на север ежегодно уходили караваны с 15–20 тыс. верблюдов (весь XIX в. товары перевозили отсюда только на верблюдах, железная дорога появилась здесь только в 1899 г.).
Поскольку кокандские ханы и местные феодалы притесняли простых людей, в Ташкенте были массовые недовольства жителей ими. Так, в 1847 и 1863 гг. случились восстания, жестоко подавленные правителями.
Только в интересах Российской империи русские войска взяли в 1865 г. Ташкент, он стал административным центром созданного Туркестанского генерал-губернаторства, в нем возвели дворец, в котором поселился туркестанский генерал-губернатор.
Благодаря присоединению к Российской империи, жители Ташкента в основном избавились от жесткого владычества кокандских ханов и самоуправства местных феодалов.
Большое значение для развития Ташкента имело строительство Закаспийской и Оренбургской железных дорог.
Присоединив Ташкент к России и приступив к его переустройству, русские зодчие решили не разрушать мусульманскую архитектуру его исторического центра, создали в стороне новый город по европейским меркам. Рядом со старыми кварталами Ташкента за каналами Бозсу и Анхор начали строить по проекту русских инженеров и архитекторов новый «русский» город, ставший административно-финансовым центром Туркестанского края (в 1867–1917 гг. существовало Туркестанское генерал-губернаторство, с 1886 г. – Туркестанский край).
С конца XIX в. ускорилось развитие Ташкента. Численность его жителей выросла со 157 тыс. чел. в 1897 г. до 210 тыс. чел. в 1910 г. К 1912 г. в Ташкенте действовали 145 заводов с 4000 рабочих, больше всего было кожевенных и мыловаренных предприятий. В Ташкенте в начале ХХ в. открыли свои представительства компании многих западных стран.
Начавшиеся в России революционные волнения подтолкнули усиление местных недовольств царским режимом. В 1906 г. в Ташкенте прошли революционные митинги. В 1912 г. произошло восстание в армейских частях – восстание 2-го Туркестанского саперного батальона (см. 1.2).
В марте 1917 г. возник первый в Туркестане Ташкентский совет солдатских и рабочих депутатов, в октябре 1917 г. была провозглашена советская власть в Туркестанском крае (см. 1.3). В 1918–1924 гг. Ташкент был столицей Туркестанской автономной социалистической республики (существовала в 1918–1924 гг.), в ходе национального размежевания территории ее части вошли в состав ряда советских республик, в том числе Узбекскую Советскую Социалистическую Республику. С 1930 г. Ташкент стал столицей Узбекской ССР (см. 1.3). В процессе социалистической перестройки Ташкента разрушили целостность его застройки царского периода, снесли многие неугодные новой власти здания – дома генерал-губернатора, купцов, аристократов, сломали или закрыли многие мечети и медресе. Но в городе появились новые предприятия, учебные заведения, учреждения сферы обслуживания, культуры, благоустройства, была создана принципиально новая инженерно-транспортная инфраструктура, начали создавать сеть метрополитена (с 1977 г.).
Исключительно большой бедой, принесшей гибель многих людей и огромные разрушения Ташкенту было землетрясение, произошедшее 23 апреля 1966 г. в 5:23. Вся тогда огромная страна – СССР – помогала восстанавливать Ташкент (разрушительные землетрясения случались и ранее, например, в 1868-м и 1886 г.; они более-менее регулярно повторяются, но обычно не несут огромных разрушений, особенно при сейсмичностойкой практике современного строительства).
Ташкент после землетрясения 1966 г.
С 1991 г. Ташкент является столицей нового независимого государства – Республики Узбекистан. С 1990-х гг. активизировались работы по новому строительству и архитектурно-художественному обновлению города, были восстановлены и открыты закрытые в советский период некоторые религиозные центры и построены новые. Созидательное градостроительное и социально-экономическое развитие Ташкента происходит в принципиально новых исторических условиях.
В наши дни Ташкент является крупнейшим административным, финансовым и хозяйственным центром Узбекистана. В нем находится резиденция президента Узбекистана, главные здания управляющих государственных и частных структур. В Ташкенте ведущие отрасли промышленности – машиностроение, легкая (хлопчатобумажная, трикотажная, обувная и др.), химическая, нефтехимическая, химико-фармацевтическая, пищевкусовая отрасли промышленности. Есть аэропорт.
Ташкент является крупнейшим научно-образовательным и культурным центром Узбекистана. В нем находятся Академия наук Узбекистана, многие научно-исследовательские учреждения, в том числе комплекс научно-исследовательских институтов в созданном в советский период Ташкентском академгородке, несколько десятков самых разных высших и средних учебных заведений (светских и религиозных; есть, например, православная духовная семинария и мусульманское медресе), есть государственный университет (ведет свою историю с 1918 г. от народного университета, создан в 1920 г., в 2020 г. ему исполнится 100 лет), порядка двух десятков театров, консерватория, киностудия, очень большое число разнообразных музеев.
Музей истории Узбекистана
Среди многочисленных и преимущественно государственных музеев Ташкента наиболее известны Музей истории Узбекистана (проспект Ш. Рашидова, 3), Музей искусств Узбекистана, Музей прикладных искусств Узбекистана (находится в здании усадьбы русского царского дипломата А. Поповцева), Галерея изобразительных искусств Узбекистана (находится в здании – образце новейших тенденций в узбекской архитектуре, построено в 2004 г.; ул. Буюк Турон, 2), Музей литературы им. А. Навои, Музей астрономии (открыт в 2009 г. при Астрономическом институте им. М. Улугбека АН Узбекистана, Музей олимпийской славы (основан в 1996 г.), Музей железнодорожной техники, Музей С.А. Есенина, Музей здравоохранения, Музей истории электронного телевидения, Музей истории Тимуридов (здание построено в 1996 г. по инициативе президента Узбекистана И.А. Каримова), Музей памяти жертв репрессий (2002 г., находится в районе станции метро «Бодомзор», напротив телевышки), Музей памяти жертв репрессий оставляет сложное впечатление из-за сути и жесткого содержания его экспозиций – это фактически музей русской оккупации Средней Азии. Почему-то рассказывается целенаправленно о негативной роли русских в истории Узбекистана, что не лишено истины, но далеко от реальной правды (см. 1.2 и 1.3). После посещения этого музея, как и подобных музеев в прибалтийских городах, лишний раз осознается правота слов великого русского императора Александра III (1868–1894 гг., правил с 1881 г.): «Во всем свете у нас только два верных союзника – наши армия и флот. Все остальные при первой же возможности сами ополчатся против нас».
В Ташкенте есть не только уйма музеев и выставочных залов, много и театров. Основные из них Государственный академический большой театр им. А. Навои (построен в 1940–1947 гг, проект академика А.В. Щусева), Узбекский национальный академический драматический театр, Академический русский драматический театр Узбекистана, Молодежный театр, Ташкентский театр музыкальной комедии (оперетты), Театр Марка Вайля «Ильхом» и др. Есть концертные залы, консерватория.
Достопримечательностью является Национальная библиотека им. А. Навои (площадь ее помещений 25 тыс. кв. м, фонды – более 6,5 млн книг, из них 200 тыс. – редкие и 16 тыс. относятся к особо ценным.
Национальная библиотека им. А. Навои
Достопримечательностью является и ташкентское метро, функционирующее в сейсмичной зоне (первая ветка метро была введена в эксплуатацию в 1977 г., сейчас 3 линии и 29 станций, протяженность линий 36,2 км, с 2001 г. строительство линий метро приостановлено). Толщина лёссов, на которой раскинулся Ташкент, хорошо подходит для прокладки линий метро, даже в условиях сейсмичности.
Ташкент является значительным религиозным мусульманским центром, в нем есть несколько действующих мечетей и мазары – места особого почитания мусульман (см. 5.1.1.2). С 1943 г. Ташкент стал религиозным центром республик советской Средней Азии, в нем было открыто Духовное управление мусульман Средней Азии и Казахстана. Сейчас в медресе Барак-хана (XVI в.) располагается Духовное управление мусульман Узбекистана. В мечети Намазгох (XIX в.) функционирует Исламский институт имени имама Аль-Бухари. В Ташкенте есть практика создания абсолютно новых мечетей, среди них огромная мечеть Хазрати-Имам (конец ХХ – начало XXI в.) с двумя минаретами высотой 55 м и голубыми куполами (очень похожа на мечеть эпохи Тимура) и новая мечеть Джами. Ансамбль и площадь Хаст-Имам – религиозный центр Ташкента, где в мусульманские праздники творят молитвы многие тысячи мусульман. Учитывая сохраненный и упрочивающийся религиозный мусульманский авторитет Ташкента, в 2007 г. Международная исламская организация по вопросам образования, науки и культуры выбрала Ташкент столицей исламской культуры. В Ташкенте есть религиозные центры не только мусульманские, но и других конфессий. Среди них пять православных храмов, включая храм в Никольском женском монастыре и кафедральный собор (ул. Авлиё-Ота) Успения Божией Матери (заложен в 1870-е гг., в 1996 г. освящен Патриархом Московским и всея Руси Алексием II (А.М. Ридигер, 1929–2008 гг.), настоятель храма – митрополит среднеазиатский является главой Ташкентской и Узбекской епархии, в ведении которой находятся 35 приходов и 3 монастыря. Есть также буддийский храм (в районе улиц Вохидова и Кухинур), католический костел (в районе пересечения улиц Каракиёт и А. Кадыри), протестантская кирха (в районе ул. С. Азимова), 3 иудейские синагоги (в том числе одна в районе улиц Мингтузар и К. Мирабад), храмы христиан-баптистов, христиан полного Евангелия и адвентистов седьмого дня.
Ташкент с его давней историей, большим числом культурных объектов и памятников, комфортными гостиницами является солидным туристическим центром, стабильно увеличивающим свою туристическо-эксплуатационную привлекательность. Число приезжающих в Ташкент с деловыми целями и ради знакомства с его культурологическими ценностями быстро растет.
Отправляющиеся в туристический визит в Ташкент, участвующие в экскурсионной поездке в него должны четко осознавать, что этот город – прежде всего столица Узбекистана, главный административный и финансово-деловой, крупный научный, учебный и культурный центр страны, а также видный мусульманский религиозный очаг. В Ташкенте в максимальной мере среди узбекских городов сказался процесс европеизации в градостроительной ткани, ритме жизни населения, облике и социальной психологии жителей.
Здесь нет обилия впечатляющих очень древних, даже средневековых, архитектурно-художественных памятников.
Ташкент. Вечный огонь в сквере памяти воинов, погибших в Великой Отечественной войне
Город по своей современной архитектуре больше похож на современные европейские города – кругом многоэтажные красивые здания из стекла и бетона, парадные площади, регулярные скверы и парки, пешеходные улицы, обилие рекреационных и развлекательных заведений, масса ресторанов и кафе, – только кое-где можно увидеть и только отчасти ощутить черты восточной архитектуры. Ташкентцы одеты и причесаны в основном в европейском стиле, женщины любят открытые платья и мини-юбки, среди мужчин особенно много сторонников джинсовой одежды и кроссовок, костюм многих завершают модняцкие кепи, разноцветные панамки и замысловатые шляпки. Но в ресторанах и кафе можно отведать традиционные блюда узбекской кухни. Для первого экскурсионного знакомства с Ташкентом хватает 1–2 дней, и лучше всего это делать в составе организованной экскурсионной группы, передвигающейся по городу на комфортабельном автобусе. Морально нужно быть готовым к тому, что обилия впечатляющих, красивых средневековых памятников туристы не увидят.
Отсутствие в Ташкенте массы исторических архитектурных строений объясняется: 1) стремлением в советский период в процессе социалистического благоустройства и реконструкции города возводить новые дома, в том числе в ущерб и на месте исторической застройки; 2) безумным азартом лихолетий советских антирелигиозных лет, необъяснимой решимостью сносить «классово чуждые здания»; 3) чуть ли не эпидемией установки памятников советским вождям и для этого освобождением от «ненужной застройки» окружающих пространств; 4) разрушительными последствиями крупных землетрясений (1868, 1886, 1966); 5) относительно недавними его столичными функциями (только с 1930 г. столица Узбекистана, с 1991 г. – нового, независимого государства Узбекистан). Так что атмосферу древней узбекской архитектуры в Ташкенте познать нельзя.
Ташкент. Телевышка
Отсутствие в Ташкенте большого числа значительных и ценных архитектурных памятников совсем не означает, что его городская ткань не вызывает интерес. Совсем наоборот, развитие городской среды в последние десятилетия в Ташкенте является хорошим опытом совершенствования городской композиции.
5.1.1.2. Достопримечательности, архитектурные и исторические памятники, религиозные центры, неординарные личности
Ташкент как древний город несет на себе печать различных архитектурно-планировочных эпох. На границе старого мусульманского и нового «русского» города, по обеим сторонам древнего канала Анхор, сложился центр Ташкента. Здесь находятся главные узбекские и ташкентские областные административные учреждения, научно-исследовательские и проектные организации, значительная часть высших учебных заведений, крупные магазины, уйма сувенирных лавочек, театры, музеи, библиотеки. После страшного землетрясения 1966 г. (8 баллов), принесшего колоссальные разрушения, Ташкент стал застраиваться домами, сооруженными новыми методами сейсмичного строительства, для которых не страшны даже 9-балльные подземные толчки. При этом нужно отметить, что Ташкент после этого землетрясения восстанавливала и строила вся тогда огромная, богатая, сильная и единая страна – СССР.
Чтобы хотя бы отчасти представить облик давнего Ташкента, нужно прийти в его исторический квартал Хаст-Имам, где находится известный одноименный мемориальный и архитектурный ансамбль. Эта часть города сохранила некоторые черты традиционной узбекской махалы (квартала, общины), местности со своей характерной застройкой, живущей по своим правилам и традициям. Здесь отчасти сохранились узкие улицы с остатками старой, царского времени, застройки.
Главными архитектурно-художественными памятниками Ташкента являются: 1) ансамбль площади Регистан, включающий Джума-мечеть (XV–XX вв.), медресе Кукельдаш (XVI в.); 2) ансамбль Шейхантаур с мавзолеями святого шейха Хвенди ат-Тахура (Шейхантаур), святого покровителя Ташкента (XIV–XIX вв.), Калдыргач-бия (XV в.) и Юнус-Хана (XV–XVI вв.); 3) ансамбль Хазрати Имам (Хаст-Имам) с мавзолеями Каффаль Шаши, Суюнидж-хана (XVI в.) и медресе Барак-хана (XVI в.)
Архитектурный ансамбль Хаст-Имам
Однако особо увлеченные ташкентской архитектурой прошлого туристы за несколько дней в индивидуальном порядке могут увидеть от древних поселений, существующих на месте Ташкента, и зданий следующее: следы – остатки замков: Ак-тепе (VI–VIII, XI вв.) и Нораз-тепе (X–XII, XV вв.), Тарнауш-тепе (VII–VIII, IX–XI вв.); городище Курайт-тепе (III–XIII вв.), Минг-Урюк (I–VIII вв.); мавзолей Зайнутдина-бобо (XII–XV вв.); загородный комплекс Хайрабад-ишан (XVIII–XIX вв.), включающий мавзолей и мечеть; медресе Сейнд-Абдулкасыма (XIX в.); мавзолей Нуритдин-бобо (XVI в.); комплекс Чупан-ата (XVIII–XX вв.). Сохранились также здание Туркестанской казенной палаты, ансамбль Никольского монастыря, котел, кирха, женская гимназия, дом дипломата А. Половцева (все конца XIX – начала ХХ в.).
В Ташкенте, городе с очень жарким климатом в летний период, островки зелени в городе кажутся особенно привлекательными. Среди них сквер Амира Тимура, сквер памяти воинов, погибших в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг. с мемориальным комплексом, сквер перед оперным театром им. А. Навои, парк с речкой и декоративной ротондой в составе комплекса «Шахидлар Хотираси (в районе станции метро «Бодомзор»), парк им. Бабура, также с большим ухоженным парком с экспозиционными корпусами и каналом Анхор комплекс «Узэкспоцентра» (аналог московской ВДНХ), Японский сад («Узэкспоцентр» и Японский сад находятся поблизости от станции метро «Бодомзор»).
Японский сад напоминает о японских военнопленных, которые в 1940-е гг., после окончания Великой Отечественной войны (1941–1945) и Второй мировой войны (1939–1945), работали в Ташкенте, в том числе выкопали котлован под озеро в этом месте. Появилась и была реализована идея создать в Ташкенте Японский сад. Удалось создать маленький парк, стилизованный под японский сад. В нем есть домик для чайных церемоний и композиции из камней.
Есть в Ташкенте Ботанический сад (65 га, более 4000 видов растений) и рядом Зоопарк (основан в 1924 г. на базе частного зверинца Туркестанского генерал-губернатора, теперь его площадь 23 га, его более 3 тыс. обитателей представляют свыше 400 видов животных). Они находятся в районе станции метро «Бодомзор».
В районе станции метро «Бодомзор» находятся еще два любопытных объекта: проходит трасса канатной пассажирской дороги (вход на нее находится прямо на проспекте Амира Тимура) и Телебашня. Наличие в находящемся на равнине Ташкента канатной дороги – само по себе дело удивительное, ведь подобные дороги создают только в горах и в городах с гористым рельефом. Почему канатную дорогу, да и еще подвешенную совсем близко над землей, создали в Ташкенте, абсолютно неясно. Но прокатиться по ней просто любопытно, тем более что кабинки двигаются порой совсем над крышами домов и над кронами деревьев, которые иногда можно задеть вытянутыми руками или ногой. У этой канатной дороги нет начала и конца маршрута, она двигается по кругу. Поездка на канатной дороге позволяет сверху рассмотреть застройку города, попытаться разглядеть территориальную организацию Японского сада, «Ташкент-Лэнда» (местного «Диснейленда»), главного аквапарка, сделать необычные фотографии. В Ташкенте несколько аквапарков для взрослых и детей, в них есть бассейны, в том числе с морской водой, водяные горки, джакузи.
Телебашня в Ташкенте – это самая высокая постройка в нем и во всей Средней Азии (375 м), возведенная в 1978–1985 гг. Скоростной лифт поднимает посетителей на круговую смотровую площадку (на высоте 94 м). Кроме того, на телебашне есть кафе и ресторан из двух залов, расположенных на двух этажах (на высоте соответственно 98 и 104 м), где столики вращаются по кругу. Есть еще верхняя неостекленная смотровая площадка, официальным законным образом туда попасть нельзя, но если ловко провести разговор со служителями и заплатить им, то есть вероятность попасть и на нее. Поскольку телебашня – объект особой важности, при входе предъявляют паспорт, а вещи сдают (бесплатно) в камеру хранения.
Площадь Независимости (по-узбекски Мустакиллик майдони, названа так в 1992 г.) – это главная площадь Ташкента, находится около станции метро «Мустакиллик майдони». Эта площадь была в городе главной еще в царский период, ее застраивать начали во второй половине XIX в., после присоединения Ташкента к Российской империи. В царский период на площади, которая тогда называлась Соборной, стоял в византийском стиле красивейший Спасо-Преображенский, или Военный (в нем хоронили высокопоставленных офицеров русской армии), собор (1882–1886 гг., его снесли во время советской «безбожной пятилетки» в 1930-е гг.), резиденция Туркестанского генерал-губернатора, площадь переименовали в Красную, снесли не только собор, но и губернаторский дом, на месте которого построили здание Совета народных комиссаров Узбекской ССР, а в центре площади установили памятник вождю большевиков-коммунистов В.И. Ленину. В 1960-е гг. памятник Ленину заменили на новый, площадь переименовали (1956) в площадь Ленина, реконструировали-приукрасили главное административное здание. В 1965–1967 гг. построили новое здание Совета министров Узбекской ССР («бетонную коробку»). В 1974 г. площадь расширили, опять поставили новый (третий по очередности установки) памятник Ленину. После событий 1991 г. стандартные прямоугольные административные здания обложили белым мрамором, памятник Ленину ликвидировали и на его постамент установили огромный шар золотого цвета, на котором нанесены границы нового независимого государства – Республики Узбекистан; этот памятник в народе называют «Глобус Узбекистана». В 2006 г. к постаменту добавили фигуру женщины с ребенком на руках (Счастливую мать) и арку Добрых и благородных устремлений (Эзгулик). В сквере рядом с площадью находится монумент воинам, погибшим в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.: бронзовая статуя скорбящей матери, на аллее перед ней – золотая Книга памяти с фамилиями погибших солдат и офицеров, Вечный огонь.
Сквер Амира Тимура (по-узбекски Амир Тимур хиёбони) находится в самом центре Ташкента, он представляет собой обширные травяные газоны (еще не так давно здесь росли огромные столетние платаны, дававшие столь желанную в жару тень и прохладу, но их почему-то снесли). Раньше здесь стояли сменявшие друг друга памятники: первому генерал-губернатору Туркестанского округа К.П. Кауфману (1913–1919), борцам революции (1919), монумент «Серп и молот» (1919–1926), памятная колонна к 10-летию революции (1927–1930), памятники советским вождям – В.И. Ленину (1930) и И.В. Сталину (1948–1961, установлен при жизни Сталина-Джугашвили, 1878–1953), основоположнику научного социализма Карлу Марксу (1968–1993). В 1994 г. установили памятник великому полководцу Тимуру и в 1996 г. открыли Музей истории династии Тимуридов (правили в 1370–1507 гг.), возведен в стиле туркестанского Средневековья. Кроме того, здесь построили роскошный, облицованный белым мрамором Дворец международных форумов «Узбекистан» (2009). Этот дворец имеет площадь 9500 кв. м, высоту – 48 м, на его куполе установлена скульптура аистов (символ счастья), к дворцу ведет лестница из черного мрамора. Сохранились ранее возведенные здания: гостиница «Узбекистан» (1974) и Юридический институт (1900 г., бывшая царская первая женская гимназия). Еще здесь высятся две одинаковые башни с Ташкентскими курантами (1947, 2009). Первую башню с часами наверху открыли 9 мая 1947 г. в честь победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг., часы привез в Ташкент в качестве трофея из немецкого города Алленштейна ташкентский еврей А.А. Айзенштейн, служивший в Бобруйской краснознаменной стрелковой дивизии. В 2009 г. на площади появились точные копии башни и часов. Вечером здания и сквер очень красиво подсвечиваются.
Между площадью Независимости и сквером Амира Тимура (у станций метро «Мустакиллик майдони» и «Амир Тимур хиёбони») находится главная прогулочная пешеходная улица Сайилох, типа московского Старого Арбата. Улица эта меняла свое название: называлась в царский период Кауфманский проспект (в честь генерал-губернатора К.П. Кауфмана), в советский период она стала улицей Карла Маркса. Теперь называется ул. Сайилгох («Предназначенная для гуляний»), но ташкентцы называют ее Бродвей. На этой улице продают разные сувениры, открытки, картины местных художников, тут же выполняются по заказам портреты.
Здание Национального банка Узбекистана
В центральной части Ташкента сохранился (проспект Шарафа Рашидова, у станции метро «Мустакиллик майдони»), дворец Романовых, или Дом-дворец великого князя Николая Константиновича Романова (1850–1919) – личности чрезвычайно интересной (см. текст о нем в конце этого раздела). Этот дворец был построен в 1889–1891 гг. по проекту архитекторов В.Г. Гейнцельмана и А.Л. Бенца. Великий князь Николай Константинович в нем жил в период своей ссылки (с 1881 г.), а в 1917–1919 гг. уже как свободный человек. В 1918–1933 гг. во дворце размещался Музей искусств Узбекистана, в 1933–1980 гг. – республиканский Дворец пионеров и школьников, в 1980–1982 гг – Музей антиквариата и ювелирного искусства Узбекистана, с 1993 г. дворец используется как Дом приемов Министерства иностранных дел Узбекистана. Дворец великого князя Николая Константиновича большой архитектурной ценностью не является, но он обладает определенным изяществом и аристократизмом, оценивается как исторический памятник.
Поблизости от Дворца Романовых находится Мемориальный комплекс «Мужество» (в районе станции метро «Мустакиллик майдони»), посвященный памяти жертв землетрясения 26 апреля 1966 г. (в 5 ч. 23 мин., 8 баллов), тогда значительная часть Ташкента была разрушена, погибли очень многие ташкентцы.
Примечательным местом в городе (на проспекте Узбекистана, между станциями метро «Мустакиллик майдони» и «Космонавтлар») является Большой театр оперы и балета им. А. Навои (проект архитектора А.В. Щусева) и уютный сквер перед ним с фонтаном и красиво устроенной подсветкой, где на лавочках допоздна сидят, что-то обсуждают, отдыхают в основном молодые люди. Здание театра было построено в 1940–1947 гг., реставрировалось в 2010–2011 гг., его внутреннее убранство оформлено в шести разных стилях и посвящено шести областям Узбекистана: Ташкентской, Самаркандской, Ферганской, Бухарской, Хорезмской, Термезской.
Среди наиболее известных и часто посещаемых туристами памятников средневековой арабской архитектуры в историческом районе Чорсу (около станции метро «Чорсу») являются мечеть Джами (первая мечеть была построена здесь в 1451 г.), медресе Кукельдаш (XVI в.) и в небольшом отдалении от них – архитектурный ансамбль Хаст-Имам (XVI, XIX вв.). При этом нужно отметить, что исторический район Чорсу славится и своим масштабным рынком, поражающим обилием продуктовых товаров, разнообразием национальных сувениров и голубым куполом.
Мечеть Джами (Пятничная, Джума-мечеть, XVI–XX вв.) является прообразом средневековой мечети дворового типа. Первую мечеть на этом месте построили в XV в., она неоднократно перестраивалась, разрушалась и восстанавливалась. Из-за землетрясения 1868 г. мечеть была сильно разрушена, оказалась вынужденно заброшенной на целых 20 лет, но ее восстановили к 1888 г., причем на средства, пожертвованные русским императором Александром III (1845–1894 гг., правил с 1881 г.). Обветшавшую мечеть снесли в 1997 г. и на ее месте построили новую, так что туристы видят мечеть-новодел. В 1954 г. снесли находившуюся рядом с мечетью Джами медресе XV в. (ради использования ее кирпичей для ремонта соседних домов).
Медресе Кукельдаш является интересным примером монументальной архитектуры древнего Ташкента, а также напоминает о жестокости порядков в то время. У Кукельдаша объявляли неоспоримые приказы ханов и казиев, устраивали публичные казни по приговорам местных светских владык. Медресе Кукельдаш – это представительное здание с 2-этажными галереями. Медресе было построено по инициативе визиря ташкентских ханов (1551–1575), которого звали Кукельдаш. Здание медресе служило главным образом для учебных целей мусульман, но были периоды, когда духовное училище закрывали и в его помещениях – разных комнатах – устраивали гостиницу с гостиничными номерами. В 1830–1831 гг. медресе почти разрушили: его купола и часть второго этажа были разобраны для использования их кирпичей для новых светских построек. Сильные землетрясения 1868, 1886 гг. вызвали дальнейшее разрушение медресе. Но в советский период осознали архитектурную ценность этого медресе и начали его восстанавливать. В наши дни медресе полностью реконструировано и является действующим высшим мусульманским учебным заведением. Мечеть Джами и медресе Кукельдаш входят в архитектурный ансаибль Регистан.
Поблизости находится мемориальный и архитектурный ансамбль Хаст-Имам (XVI, XIX вв.), являющийся религиозным центром Ташкента. Ансамбль Хаст Имам, или Хаздрати Имам, – это большая пешеходная площадь, в разных концах которой находятся четыре значимых архитектурных памятника, причем один из них является мазаром – место мусульманского паломничества. Здесь находятся: мавзолей Каффора Шаши (1542 г, мазар), медресе Барак-хана (XVI в.), две мечети (Тиля-Шейх и Намазгох, XIX в.).
Мавзолей Каффола Шаши (1542 г.) является историко-архитектурным памятником и местом паломничества мусульман. Здесь в 976–977 гг. был похоронен святой имам Абу Бакр Мухаммад ибн Исмаил Каффальаш-Шаши, или Харзрат Имам (903–976), знаменитый ташкентский ученый, знаток Корана и хадисов. Над его могилой поначалу построили скромный небольшой мавзолей, со временем его заменил новый, более представительный мавзолей, который мы и видим. Сын (первого правителя Ташкента из узбекской династии Шейбанидов) Суюнча Ходжи-хана – молодой Навруз Ахмед Барак-хан развил (XVI в.) этот мемориальный комплекс. По воле Барак-хана рядом с мавзолеем святого Каффальаш-Шаши возвели медресе, названное в честь Барак-хана. Первым ректором медресе Барак-хана (медресе Кукельдаш) был выдающийся ташкентский поэт Зайн ад-Дин Васифи (1485–1556). Позже, в XIX в., здесь создали две мечети: Тиля-Шейк и Намазгох. В 1943 г. на площади Хаст-Имам открыли Духовное управление мусульман Средней Азии и Казахстана. Здесь в первом десятилетии XXI в построили в духе архитектуры эпохи Тимуридов новую огромную мечеть Хазрати-Имам с двумя минаретами высотой 55 м и голубыми куполами. В дни мусульманских праздников площадь Хаст-Имам заполняют тысячи верующих мусульман, творящих здесь молитвы. В мечети Намазгох (XIX а.) находится Исламский институт имени имама Аль-Бухари (см. об Аль-Бухари в разделе 5.3.2.1), а в здании медресе Барак-хана (XVI в.) размещаются Духовное управление мусульман Узбекистана и библиотека восточных рукописей. В специальном помещении – в музее-хранилище медресе Муи Муборак (XIX в.) – хранится священная реликвия – знаменитый Коран халифа Османа (Османский, или Усманский, Коран) начала VII в., представляющий собой 353 пергаментных листа больших размеров; ЮНЕСКО в 2000 г. подтвердила, что этот Коран является единственной сохранившейся до наших дней оригинальной рукописью Корана. В этом музее есть и другие старинные мусульманские книги.
Мемориальный и архитектурный комплекс ансамбля Шейхантаур состоит из трех небольших мавзолеев: Шейхантаур, Калдыргач-бий (первая половина XV в.), Юнус-хан. Комплекс находится поблизости от пр. А. Навои, д. 16–18). Место это издавна почитается. В давности здесь, у священного источника, росла роща древних сауров Искандера, посаженных, по легенде, при посещении этого места А. Македонским. Один высохший ствол из тех сауров хранится в мавзолее Шейхантаур.
Мавзолей святого Шейхантаура в Ташкенте в конце XIX в.
Мавзолей Шейхантаур был возведен в конце XIV в.) над захоронением прямого потомка святого пророка Мухаммеда, святого покровителя Ташкента шейха Ховенди ат-Тахура, или Шейхантаура. Вокруг мавзолея родственника святого пророка возникло кладбище для узбекской знати, функционировавшее в XIV–XX вв. Мавзолей Шейхантаур является мазаром (местом поклонения мусульман). Мавзолей Шейхантаур находится на территории Исламского университета, но попасть внутрь этого университета нельзя. Войти на территорию Исламского института теоретически немусульманам нельзя, но за небольшие деньги охраннику это удается сделать желающим увидеть собственно мавзолей и корпуса мусульманского вуза. Два других мазволея, Калдыргач-бий и Юнус-хан, отданы верующим, в них совершаются мусульманские богослужения.
В Ташкенте издавна жили и живут люди разных национальностей и вероисповедания. По численности, естественно, резко преобладают узбеки, много таджиков и других мусульман. После включения Ташкента в состав Российской империи в нем существенно увеличилась численность русских и других православных людей, возникла новая, русская часть города, появились православные храмы, но век их был недолгим из-за разрушительного атеистического безумия, особенно в первые десятилетия советской власти. Так, на площади Независимости, а тогда Красной площади, в 1930-е гг. снесли ее архитектурную доминанту, красивый Спасо-Преображенский собор (1882–1886 гг.). Но и в независимом Узбекистане подобная практика отчасти сохранилась. Так, у сквера Амира Тимура в 2009 г. снесли церковь во имя Святого русского князя Александра Невского (1898). В наши дни главным православным храмом Ташкента является Свято-Успенский кафедральный собор, принадлежащий Русской православной церкви, Московскому патриархату. Церковная история этого места исчисляется полутора веками (2019 г. – 148 лет). В этом месте, при госпитальном кладбище, первую церковь во имя великомученика Пантелеймона открыли в 1871 г., ее называли еще и Госпитальная церковь. В 1878 г. на этом месте возвели новую большую церковь, но в безбожный советский период храм закрыли (1933–1945 гг.) и устроили в нем склад. После победоносного окончания Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. храм вернули общине православных верующих, он был переименован в Свято-Успенский кафедральный собор, который с 1945 г. стал главным храмом Ташкентской епархии. В 1958–1960 гг. провели реконструкцию собора, его расширили, увеличили в объеме. В 1996 г. этот собор освятил и в нем совершил богослужение Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II (А.М. Ридигер, 1929–2008 гг.). Комплекс храма постоянно расширяется, благоустраивается, украшается; он включает собственно собор, крестильню, водосвятную чашу, церковную лавку, подсобные помещения, цветники, въездные ворота и духовную семинарию (собор находится поблизости от станции метро «Ташкент», на углу ул. Нукубская и Авлиё Ота).
В Ташкенте есть действующий Свято-Троицкий Никольский женский православный монастырь (ул. 8 Марта, д. 7). Женская община была учреждена в 1893 г. на 3 десятинах земли, пожертвованных полковником Е.И. Ионовым. Были построены сестринский корпус и домовая церковь во имя Св. Николая Мирликийского. В 1901 г. общине был присвоен статус женского монастыря. В 1903 г. император Николай II подарил обители участок земли в 524 га в 25 км от Ташкента, за селом Черняевским. На нем организовали подсобное хозяйство и создали храм Преподобного Серафима Саровского. В 1920 г. этот монастырь закрыли.
Ташкент. Свято-Успенский кафедральный собор
В здании храма и келейных корпусах устроили женскую тюрьму. Игуменью монастыря Лидию (Нагорнова) арестовали в 1918 г., 8 лет держали в заключении в Соловецком монастыре, затем сослали в Ашхабад (Туркмения). Умерла она в Ташкенте в 1936 г., ее могила особо почитается верующими. В 1990 г. епископ Владимир (позже митрополит) начал ходатайствовать о восстановлении Никольского монастыря. Но на территории, где раньше был монастырь, в советский период построили женскую колонию. Монастырь восстановили на месте молитвенного дома Святой Троицы, существовавшей неподалеку в советский период. Монастырь стал называться Свято-Троицкий Никольский. С 1990 г. территория монастыря увеличилась. В нем проживают более 30 сестер (29 – в 2011 г.). Святынями монастыря являются: икона «Живоносный Источник Божией Матери», вышитая монахинями 100 лет назад, ковчег с множеством частиц святых мощей, крест с частицей Животворящего Креста Господня и камень от Живоносного Гроба Господня.
Сохранилось в Ташкенте старое русское кладбище, заложенное в 1872 г. (в районе станции метро «Машинасозлар», на пр. Улугбека), и на нем – храм во имя Святого князя Александра Невского (1902–1904). Землю для этого кладбища подарил местный купец, владелец винокуренных и пивоваренных заводов Н.И. Иванов, он был похоронен здесь в 1906 г. В царский период эта местность была известна как «дача купца Иванова», кажется удивительным, что этот купец не побоялся здесь, недалеко от своей дачи, позволить создать кладбище. На этом старом (2019 г. – 147 лет) русском кладбище поначалу захоранивали знатных людей, а потом стали хоронить на нем и людей попроще. На этом кладбище похоронены автор «Толкового словаря русского языка» (1–4 тома, 1935–1940 гг.) Дмитрий Николаевич Ушаков, выдающийся филолог, член-корреспондент (с 1939 г.) АН СССР (1873–1942), многие священники Ташкентско-Среднеазиатской епархии, а также мать и сестра главы российского буржуазного Временного правительства (А.Ф. Керенский – Аарон Керенский-Гельфман, 1881–1970 гг.). Кроме того, здесь хоронили состоятельных православных греков и армян. В советский период на этом кладбище хоронили рядовых людей, сейчас захоронения на нем не проводятся.
В Ташкенте с давности была еврейская диаспора, это была в основном община, состоявшая из состоятельных евреев – торговцев, купцов, портных, парикмахеров, аптекарей и других иудеев. В первые десятилетия ХХ в. Ташкент был одним из основных мест расселения евреев в Узбекистане, у них были молитвенные дома, постепенно закрытые в советский период. Сейчас в Ташкенте можно ознакомиться с тремя иудейскими синагогами.
Как и во всех городах с многонациональным и разноконфессиональным составом жителей, в Ташкенте, при преобладающем числе мечетей, были и есть центры разных религиозных конфессий (см. 5.1.1.1) – православные храмы, костел, молитвенные дома протестантов, синагоги, буддийский храм, другие религиозные центры (XIX–XX вв.), судьба которых в советский период была одинаковой (см. текст ранее). Так, в готическом стиле римско-католический костел во имя Святейшего сердца Иисуса (1912–2000), переживший долгий процесс своего создания (1875 г. – просьба католической общины к властям о постройке костела, 1905 г. – открытые временной часовни, 1912 г. – начало строительства костела), в 1925 г. в недостроенном виде костел был осквернен, в нем разрушили все созданные интерьеры, разрушили статуи, превратили часть здания в склад, а в оставшейся части разместили разные предприятия. Но в 1976 г. начали реставрацию костела. В 1981 г. он получил статус архитектурного памятника. Костел как религиозный центр возродился в 1992 г. В 2000 г. комплекс костела был полностью завершен, восстановили его исторический облик внутренних помещений. Службы в этом костеле проходят на русском, английском, корейском языках (костел находится в районе станции метро «Амир Тимур Хиёбони, улица Мусаханова, 80/1).
В горной местности в окрестностях Ташкента туристы могут увидеть остатки средневековых крепостей и замков: Нанай-тепа (VI–VII вв. у поселения Нанай, Кадоват-тепа (с IV в., у поселения Богустан), Каранкуль-тепа (VI–XII вв., у поселения Каранкультугай), Баланд-тепа (V–XII вв., у поселения Сиджак) и др. У р. Чаткал были найдены находки в гроте Оби-Размат, у поселения Палтаусай, свидетельствующие о том, что эти места были заселены людьми с доисторических времен. В районе р. Пскем, в окрестностях Чарвака, были найдены датируемые первым тысячелетием до н. э. многочисленные петроглифы. У обрыва над р. Пскем сохранились следы древнего городища Шахджувар (основано в первых веках нашей эры, разрушено монголами в XIII в., площадь 20 га). В районе поселеня Чарвак сохранилось городище Ходжикент базарбош (VI–XII вв., 9 га). В районе поселения Бурчмулаф сохранилось городище Бричмулла (VI–XVIII вв., 16 га, у поселения Караултепа). Особо почитается кишлак Богустан, ставший в послемонгольское время крупным суфийским центром. В кишлаке Богустан родились почитаемый шейх Ховенди Тахур и его правнук, знаменитый шейх ордена «Накшбандийя» – Ходжа Ахрар. В Богустане сохранились мазары отца Ховенди Тахура – шейха Умара Вали и его сына Ходжи Дауда.
Ходжикент. Петроглифы
Рассказывая о Ташкенте и его окрестностях, нельзя забыть, что целый ряд новаций в этих местах был инициирован великим князем Николаем Константиновичем Романовым (умудрившимся занять совершенно особое место в истории царского Дома Романовых, единственного из них талантливого хозяйственника-практика), который в Ташкенте построил для себя дом-дворец с парком и мини-зоопарком, заложил основу создания сети кинотеатров, театров, также заложил основу ирригационной системы в Голодной степи, способствовал промышленному развитию города и его окрестностей, дал пример организации с экономических позиций высокодоходных и, как сейчас говорят, экологически безотходных производств.
Великий князь Николай Константинович Романов (1850–1919) был внуком императора Николая I, любимым племянником Александра II, двоюродным братом ставшего царем Александра III. Николай Константинович среди молодых великих князей Романовых был самым красивым, самым богатым, самым образованным (в Петербурге окончил с серебряной медалью Академию Генерального штаба), имел щедрый благотворительный настрой (в полку, где он служил, учредил премиальный фонд для лучших солдат и офицеров, подарил деньги Академии для стипендий лучшим студентам), был грамотным и увлеченным коллекционером. 23-летний Николай Константинович влюбился в Петербурге в североамериканскую подданную красивую еврейку Фанни Лир, имевшую репутацию ловкой и хваткой любовницы с темным прошлым (в 16 лет сбежала из дома отца с приглянувшимся мужчиной, стала его женой и вдовой, родила дочь, стала проституткой, уехала в Париж и работала певицей в кабаре, стала дорогой куртизанкой, уехала в Россию, чтобы найти богатого любовника, а еще лучше мужа). Фанни смогла столь сильно влюбить в себя Николая Константиновича, что он решил во что бы то ни стало на ней жениться, что было абсолютно недопустимо по правилам царствовавшего Дома Романовых.
Великий князь Н.К. Романов
Чтобы разлучить влюбленных, по просьбе отца этого великого князя (брата Александра II), Николая Константиновича отправили на войну с Хивинским ханством. Великий князь вместе с вверенными ему офицерами и солдатами страдал от 50-градусной жары и недостатка воды в пустыне, но ловко и смело командовал кавалерией, бесстрашно участвовал в боях, постоянно подвергался опасности. В конце мая 1873 г. Хива пала и Николай Константинович вернулся в Петербург, привез из пустыни пушку, подаренную ему среднеазиатским царским начальством за блестяще проведенную разведывательную операцию в окрестностях Хивы.
Николай Константинович был потрясен красотой дворцов, мечетей, мавзолеев, медресе Хивы и ее окрестностей, высоко оценил природные ресурсы Туркестана, мечтал о возможностях их использовать на благо Российской империи. Он стал по книгам и под руководством наставника, ученого-востоковеда изучать богатства и практические возможности использования богатств Средней Азии. Он стал принимать участие в работе Русского географического общества в деле изучения Средней Азии. Под его напором была снаряжена экспедиция по изучению вопросов судоходства в Средней Азии, и он был назначен начальником этой экспедиции. Он увлекся ориенталистикой, буквально «заболел» интересом к делам Средней Азии, но не забыл и другие свои радости: любовницу Фанни Лир, коллекционирование, выпивки, поездки на европейские курорты и другие. Александр II согласия на его брак с Фанни Лир, естественно, не дал, организовать их тайное венчание также не удалось. Его было необходимо убрать из Петербурга любой ценой. Еще была версия интриги, сплетенной против него и замешанной на впросах престоловладения. Ради всего этого Николая Константиновича обвинили в краже бриллиантов во дворце его родителей. Аргументированно и безоговорочно его вина не была доказана. Никогда не существовало никакого обвинительного заключения. Точно ничего доказать не удалось, но для спокойствия Фанни Лир выслали из России без права возвращения в нее, а Николая Константиновича признали в 1874 г. душевнобольным – безумным, заставили находиться постоянно под стражей, направили на принудительное лечение, заставили жить в полной изоляции вдалеке от Петербурга. Места его, по сути, заключения менялись: Елизаветино под Петербургом, крымская Ореанда, село под Смоленском, село во Владимирской губернии, Умань под Киевом, Тиврово близ Винницы, Оренбург, Самара и другие.
Везде он успевал заводить романы, от которых порой рождались его дети. В 1878 г. 28-летний Николай Константинович тайно обвенчался с 17-летней дочкой простого полицмейстера – Надеждой Дрейер, но в Петербурге их брак был признан недействительным. Ставший новым императором (1881), Александр III, хотя и не любил Николая Константиновича за его репутацию любителя непристойных девиц, дебошира, выпивохи, мастера на разные распутства, своеволие (помнил и то, что в молодости они оба были в одно и то же время любовниками Фанни Лир, которая вскоре отказалась от Александра и предпочла Николая), но, как образцовый семьянин, восстановил супружество Николая Константиновича и Надежды Дрейер и позволил им вместе жить в ссылке в Ташкенте с 1881 г.
В Ташкенте, где был русский гарнизон в 15 тыс. солдат и офицеров, православный храм, особняки генерал-губернатора, великий князь Николай Константинович построил для своей семьи роскошный по тем временам дворец с огромными зеркальными окнами, электрическим освещением, обставил его красивой мебелью, украсил картинами и коллекциями, купил рояли. Вокруг дома-дворца был разбит шикарный парк, где были высажены дубы, клены, березы (как на родине великого князя). В парке гуляли пятнистые олени, в огромных клетках летали диковинные птицы. На заднем дворе была конюшня. Была и большая псарня, у Николая Константиновича было очень много собак самых разных пород. Вскоре в дальнем уголке парка появилось мраморное изваяние полуобнаженной красавицы с яблоком в руках (скульптуру изготовил в 1870-е гг. неаполитанский скульптор Томазо Солари по заказу Николая Константиновича – повторить скульптурное изображение младшей сестры Наполеона I – Паолины Боргезе в образе Венеры-победительницы, возлежащей на античном ложе с яблоком в руке, работы великого скульптора Антонио Кановы, но обязательно добиться портретного сходства скульптуры с возлюбленной великого князя тех лет – Фанни Лир; со временем эту скульптуру выдворили из Павловска, отправили в Ташкент к ссыльному великому князю. В парке были установлены и многочисленные другие мраморные скульптуры. При дворце Николая Константиновича был большой зверинец, открытый для жителей Ташкента.
Средства, которые присылали в Ташкент из Петербурга на содержание Николая Константиновича, были небольшими. Но он с его хорошим образованием и его большой, даже великолепной коммерческой хваткой смог комфортно организовать свой быт и способствовал обустройству Ташкента и его окрестностей. Из Петербурга великому князю присылали 200 тыс. рублей, а он сам смог научиться зарабатывать в Ташкенте не менее 1,5 млн рублей в год. Он в Ташкенте у железной дороги открыл новый базар, чтобы торговать на нем, нужно было за определенную плату получить разрешение на квитанции с надписью «Базар великого князя», за каждый пуд проданных товаров взималась плата. Он получал доходы от помещений под фотоателье, квасных будок, от бильярдных залов, магазинов, мельниц, ткацкой фабрики, заводов рисового, мыловаренного, хлопкоперерабатывающего и «ледодельной» (свего рода холодильника).
Николай Константинович одним из первых масштабно обратился к наиболее тогда доходной части среднеазиатской промышленности – строительству хлопкоочистительных заводов. На своих хлопкоочистительных заводах он досконально продумал технологический цикл. Он организовал фактически безотходное производство: семена, остававшиеся после переработки сырца в волокно, употреблялись в качестве сырья на маслобойнях, а оставшийся жмых частично шел на удобрения и частично на корм скоту. Он обзавелся под Ташкентом двумя имениями – «Золотая Орда» и «Искандер» и сделал их доходными.
Николай Константинович первым в Ташкенте занялся строительством кинотеатров, построил целых пять кинотеатров. Первый построенный им кинотеатр назывался «Хива», в советский период его переименовали в «Молодую гвардию», а в 1966 г. его разрушило землетрясение, но исторический кинотеатр так и не восстановили. Он построил в Ташкенте первый театр, здание было красивым и комфортабельным, в 1890-х гг. в нем гастролировал МХАТ. Он положил начало, точнее, дал пример создания в Ташкенте зоопарка, ведь при его дворце был большой зверинец, доступный для посещения его жителями города.
Николай Константинович, которого в Ташкенте называли «Ташкентский князь», сделал для Туркестана больше, чем вся царская администрация. Он действительно чувствовал себя в Ташкенте реальным хозяином, думал о будущем этих мест. Николай Константинович, несмотря на раздражавшую его опеку местных властей, которые ставили ему палки в колеса, сделал очень многое для орошения Голодной степи. Он смог организовать прорытие за короткий срок 100-километрового канала, названного им в честь своего деда «Император Николай I». Затем он провел еще два канала, и все эти три канала оживили 40 тыс. десятин плодородной земли. Это строительство он вел только на свои личные средства. А в наши дни теперь, похоже, никто ни в России, ни в Узбекистане не помнит, что основы ирригационной системы в Голодной степи заложил именно ссыльный великий князь Николай Константинович.
Николай Константинович по своей инициативе проводил в Средней Азии целенаправленную прорусскую политику. Он приглашал в Туркестан казаков-переселенцев, которым выдавал ссуды. На орошаемых землях были созданы 12 больших русских поселков. Николай Константинович писал: «…Мое желание – оживить пустыни Средней Азии и облегчить правительству возможность их заселения русскими людьми всех сословий». Он считал, что переселение казаков, крестьян в эти места – дело государственной важности, даже необходимости, потому что России нужно иметь в этих местах опору в лице своих граждан. К 1913 г. выросло 119 русских селений в этих местах.
Хотя Николая Константиновича по указанию свыше запрещалось называть «Его императорское высочество», к нему именно так обращались представители царской администрации. Николаю Константиновичу запрещалось носить военную форму, но он считала себя офицером и обязанным думать о служивых людях. В первую очередь он обеспечил водой месторасположение Туркестанского военного округа. Он на свои личные средства построил дома для ветеранов-«туркестанцев» и положил на их нужды капитал в 100 тыс. рублей.
Николай Константинович ощущал себя реальным хозяином в Туркестане. Местный генерал-губернатор обращался к нему «Ваше императорское высочество», пытался слегка укорять его за то, что он не выполняет правила «домашнего ареста», в котором он официально пребывал. А Николай Константинович на Туркестанского генерал-губернатора реально плевал, мог за неугодные в его адрес слова ударить с размаха его по лицу – и все сходило Николаю Константиновичу с рук. Но официально установленные условия его жизни действительно были для него неприемлемыми. Например, ему разрешалось общаться только с теми, кто значился в особом списке, прогулки разрешались только пешком, что для него – профессионального военного, мастера верховой езды, являлось унижением. Высшим местным чинам давалось право арестовывать его за неповиновение и не считать его членом императорского дома, воспринимать его только как частное лицо. Он был ограничен в свободе передвижения и был вынужден всякий раз обращаться на этот счет к какому-нибудь полицейскому чину. Николай Константинович по-своему страдал от этих унижений и чаще всего большинство установленных ему правил не выполнял.
В конце концов он стал жить фактически так, как хотел. Мог даже позволить себе в частных разговорах ругать или критиковать царскую семью, мог спьяну «звать Русь к топору». Мог спрашивать своих гостей: признают ли они его законным претендентом на императорский престол. Он мог спорить, что больше всех выпьет спиртного и останется в своем уме, на своих ногах сможет передвигаться, сохранит трезвую голову – и выигрывал все подобные пари. Он до самых последних дней оставался любителем любовных романов. Но он действительно был красавцем, высокого роста с прекрасной военной выправкой, умел ловко ухаживать за приглянувшимися ему дамами и щедро одаривать их. Николай Константинович всегда имел бешеный успех у всех женщин. Он умудрился без разводов иметь три жены и считал, что это даже мало (ведь по местным мусульманским правилам можно иметь четыре жены). Кроме того, у него всегда были любовницы – молодые женщины и замужние дамы. Первая жена у него появилась в 1878 г. – Надежда Александровна Дрейер, дочь полицмейстера, ему тогда было 28 лет, ей – 17 лет. В 1895 г. появилась вторая жена – казачка Дарья Елисеевна Часовитинова, ему тогда было 45 лет, ей – 15 лет. Он с обеими женами везде и появлялся. В 1900 г. у него появилась третья жена – дочь мелкого чиновника, гимназистка Валерия Хмельницкая, ему тогда было 50 лет, ей – 15 лет. Всех своих жен в материальном плане он обеспечил, были от жен и любовниц дети, но судьбы их были в основном грустными (см. наши книги: «Дворцы Санкт-Петербурга. Наследие Романовых». М.: Вече, 2013, 2015, 2018).
Местные жители предпочитали называть Николая Константиновича «Ташкентский князь», нередко простые люди шли к нему, а не к представителям царской власти, чтобы получить работу, ощутить защиту от неправды и простое уважение к ним, как к людям, а не бесправным рабам. Николай Константинович держался высокомерно со знатью и благоволил простым людям, за что они любили, искренне уважали его. А Николай Константинович нередко перед разными людьми повторял: «Народная любовь и благодарность бесхитростных простых людей Туркестана будут посильнее бронзовых памятников и мавзолеев».
Николай Константинович оставил любопытное завещание. Он – единственный в Туркестане миллионер, обеспечив свою семью, большие средства оставил на поддержание оросительной системы, каналов, прорытых им и переданных им государству, а также на строительство новых сельских школ и материальную поддержку учителям Туркестанского края, ташкентскому университету и политехническому институту (они получили и его ценнейшую библиотеку), на помощь ветеранам русской армии, служившим в Средней Азии.
Николай Константинович приветствовал Временное правительство в феврале 1917 г. и отправил в его адрес в Петербург поздравительную телеграмму. Временное правительство сняло с него арест, наложенный на него в 1874 г., так что Николай Константинович смог более двух лет (1917–1919) пожить свободным человеком. Умер он в возрасте 69 лет в 1919 г. на руках у своей любимой дочери Дарьи (ее матерью была его вторая жена, Д.Е. Часовитинова), так и не оправившись от тяжелого воспаления легких. Но есть версия, что Николая Константиновича расстреляли комиссары в его имении «Золотая Орда», ведь для них он был прежде всего родственником сверженного царя и теоретически мог претендовать на российский трон при его восстановлении.
В царский период Ташкент оценивали как весьма удаленное, чуть ли не дикое место, куда ссылали неугодных русским правителям людей. Великий князь Николай Константинович был далеко не единственным среди сосланных в царский период в Ташкент.
Например, ссыльным в Ташкенте был и сын знаменитого заводчика и яркого благотворителя П.Г. Демидова (1738–1821) – камер-юнкер Александр Павлович Демидов – редкостный богач, деспот, сумасброд, любитель предпринимательских авантюр, жульнических операций и нарушений законов. В возрасте 24 лет он женился на очень хорошенькой 14-летней Александре Александровне Абаза, дочери статского советника А.М. Абазы. За первые шесть лет их семейной жизни его жена А.А. Демидова родила пятерых детей, двое из них умерли в младенчестве, три дочери оказались жизнеспособными. Постоянно беременная жена, суматоха с родами, болезнями, смертями двоих детей стали для А.П. Демидова поводом для беззастенчивых измен и избиений жены. 20-летняя А.А. Демидова невероятно мучилась, страдала; в конце концов ее свекровь С.А. Демидова (урожденная графиня Бенкендорф) помогла невестке добиться развода. А.П. Демидов, освободясь от жены, еще более распустился, еще более позорил своими темными хозяйственными делишками славный род предпринимателей-заводчиков Демидовых, не был он чист и перед законом. Вскоре по императорской воле А.П. Демидов оказался высланным в Ташкент. А его оставленная жена в возрасте 22 лет умудрилась влюбить в себя ссыльного (с 1874 г) великого князя Николая Константиновича Романова, родила от него двух незаконнорожденных детей; сына (1875–1914) Николая и дочь Ольгу. Она несколько раз обращалась к Александру II, просила позволить ей и детям жить вместе с Николаем Константиновичем, что император не позволил, но распорядился выдавать ей деньги на детей из капиталов своего племянника, однако дворянское достоинство и какую-либо фамилию им не дал. Имея троих детей от законного мужа и двоих детей от великого князя, расторопная Александра Александровна смогла влюбить в себя графа Павла Феликсовича Сумарокова-Эльстона (брата знаменитого Ф.Ф. Сумарокова-Эльстона-Юсупова, женатого на красавице-богачке княгине Зинаиде Николаевне Юсуповой, отца князя Ф.Ф. Юсупова, графа Сумарокова-Эльстона-младшего, 1887–1967 гг., ставшего в 1916 г. убийцей старца Г.Е. Распутина), женившегося на ней – скандально разведенной женщине, особы с репутацией обладательницы «желтого билета», т. е. проститутки, матери пятерых детей. Великого князя Николая Константиновича, став графиней Сумароковой-Эльстон, Александра Александровна уже не вспоминала и успела родить второму законному мужу пятерых детей (всего за свою жизнь он родила 12 детей), умерла, не достигнув возраста 40 лет. П.Ф. Сумароков-Эльстон достойно воспитал своих детей и незаконнорожденных детей великого князя – Николая и Ольгу, добился пожалования им дворянского достоинства и фамилии Волынских, обеспечил их материальное благополучие.
Ташкент был местом ссылки неугодных и царской, и советской власти людей. Так, в 1926–1929 гг. в Ташкенте в ссылке жила знаменитая террористка М.А. Спиридонова, ей тогда было 42–45 лет, а до этого она 3 года жила в ссылке в Самарканде (см. 5.3.1).
Мария Александровна Спиридонова (1884–1941) родилась в Тамбове в дворянской семье (ее отец был коллежским секретарем), получила хорошее домашнее образование, училась в Тамбовской женской гимназии. В 16 лет она тайно вступила в организацию социалистов-революционеров (эсеров), стала членом боевой дружины (становясь членом боевой дружины, человек добровольно объявлял себя смертником, был обязан всю свою жизнь и все силы отдать террору). В 1906 г. она смертельно ранила усмирителя крестьянского восстания на Тамбовщине Г.Н. Луженовского, он через месяц умер.
М.А. Спиридонова
В процессе следствия ее зверски били, раздевали догола, издевались, изнасиловали, ее приговорили к смертной казни через повешение, а через 16 дней казнь заменили бессрочной каторгой в Нерчинске. Февральская буржуазная революция 1917 г. дала ей свободу. За ней закрепился ореол мученицы, жертвы царского режима, в 1917–1918 гг. она стала одним из лидеров партии левых эсеров. Она не одобряла действия большевиков. После 1917 г. призывала к свержению большевистской власти, за что ее не раз арестовывали, обвиняли в клевете на советскую власть. В июле 1918 г. она была идейным руководителем левоэсеровского мятежа, после подавления которого была арестована. Ее приговорили к тюремному заключению на год. Вскоре ее освободили, она снова стала клеймить на митингах большевиков. Ее власти назвали истеричкой и психически больной, поместили ее в Кремлевскую больницу, откуда она сбежала. В 1920 г. чекисты арестовали ее в третий раз, ее, больную тифом, поместили в психиатрическую лечебницу. Спиридонова дала обещание советским функционерам больше не участвовать в политической борьбе. Она почти 2 года жила под Москвой в п. Малаховка в страшной нищете, предприняла неудачную попытку сбежать за границу. После этого ее отправили в ссылку в Среднюю Азию.
Спиридонова разочаровалась в личной и семейной жизни, не верила в верность и желание помогать ей ее возлюбленных (М.К. Вронский и муж И.А. Майоров). Оказавшись зависимой от советских структур, она была вынуждена принять и одобрить советскую власть. Она была в тюрьмах и в ссылках в 1906–1941 гг., в 1941 г. ее расстреляли вместе с мужем И.А. Майоровым и другими политзаключенными в тюрьме в Орле.
Иногда жизненные обстоятельства заставляли людей по своей воле ехать в Ташкент, жить и работать в нем, чтобы заработать денег, подкормиться, укрыться от опасностей в Центральной России.
Так, в 1910 г. в Ташкенте в период гастролей выступала, но заразилась оспой и умерла знаменитая русская актриса Вера Федоровна Комиссаржевская (1864–1910), ей было всего 46 лет. В Ташкенте В.Ф. Комиссаржевская оказалась не столько из-за желания оценить культурный потенциал российской Средней Азии, сколько потому, что искала средства для реализации своих творческих планов. Ее гастроли в провинциях всегда проходили с аншлагами, приносили хороший доход. Она приехала в Ташкент с созданным ею ее собственным театром (Театр Комиссаржевской, 1904–1910 гг.). Ее театр и план создать еще собственную Школу искусств требовали ощутимых денег, ради чего и пришлось отправляться в дальние гастроли. В.Ф. Комиссаржевская искала в своей руководящей и артистической деятельности забвения от непорядочности коллег – ее завистников, измены мужа и сестры (ставших любовниками), нерешительности сильно увлеченного ею А.П. Чехова (которого цепко держала в руках, стремилась женить его на себе хваткая актриса и ловкая женщина О.Л. Книппер, ставшая со временем женой Чехова и изменявшая ему).
В Ташкенте работал в больнице в 1917–1923 гг. и в Институте неотложной помощи в 1934–1937 гг. врач, доктор медицины В.Ф. Войно-Ясеневский (1877–1961 гг., после 1923 г. – епископ Пенджикентский Лука, канонизирован).
В период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Ташкент принял очень многих эвакуированных взрослых людей и детей из европейской части России.
В Ташкенте жил с 1958 по 1960 г. в возрасте 43–45 лет известный советский литератор (поэт, драматург, писатель) и верный служака советского режима Константин (Кирилл) Михайлович Симонов (1915–1979). Верные люди в Москве подсказали ему, что его невзлюбил новый советский и партийный лидер Н.С. Хрущев (1894–1971) как любимца и усердного исполнителя приказов его всесильного предшественника И.В. Сталина (1878–1953), культ которого хитрый, изворотливый Хрущев усиленно разоблачал. Симонов, чтобы обезопасить себя и свою новую, четвертую семью, по собственному желанию переехал в Ташкент, где он работал всего лишь разъездным корреспондентом газеты «Правда» по советским республикам Средней Азии (это был крупный шаг назад в его карьере, ведь в Москве при Сталине он занимал весьма почетные и очень важные служебные места; был 6 раз лауреатом сталинских государственных премий). За 3 года, когда он жил в Ташкенте, Симонов совершил многие служебные поездки – командировки в Голодную степь, в Каршинскую степь, в пустыни Каракумы и Кызылкум, по трассам строившихся тогда газопроводов, а также на Тянь-Шань и на Памир, в другие среднеазиатские места. Симонов в те опальные годы, будучи ловким, хватким человеком с неисправимым карьерным настроем, упорно боролся за хлебное, безопасное, престижное место для себя в новом, изменившемся мире. Он писал угодные новым партийным лидерам доклады, выступал и доказывал, что никто не должен уклоняться от мудрой линии Коммунистической партии и советского правительства. После подобных рабских, угодных власти утверждений Симонов смог вернуть себе в Москве доверие властных персон и структур, с радостью переехал с семьей в столицу СССР, получил доходные должности и почет, но ничего стоящего как творческая личность он уже не создал, однако премии, баснословные гонорары и зарплату он опять стал получать. Судьба Симонова лишний раз показывает, как продажные, холуйского склада, эгоистического настроя люди, превращаясь в бездумных и послушных исполнителей любой воли властей предержащих, незаслуженно получают ответственные должности, высочайшие доходы и премии, но теряют главное – способность плодотворно творить, результативно и честно жить во благо своего народа, работать на лучшее будущее своих соотечественников.
Н.П. Каманин в 1934 г.
В начале 1940-х гг. и во второй половине 1950-х гг. в Ташкенте жил удивительный, легендарный человек, настоящий герой своей Родины Николай Петрович Каманин (1909–1982). С 1940 г. 31-летний полковник Н.П. Каманин был командиром отдельной авиабригады, жил в Ташкенте. После начала Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. (ВОВ) он 6 месяцев командовал авиадивизией (г. Ашхабад), был заместителем командующего Военно-воздушных сил Среднеазиатского военного округа, до июля 1942 г. занимался формированием и подготовкой авиационных соединений для фронта. Но он рвался на фронт. В 1942–1945 гг. геройски воевал на фронте, а не отсиживался в безопасных местах. В 1957–1958 гг. Н.П. Каманин был командующим 73-й воздушной армии в Туркестанском военном округе, жил и служил в Ташкенте.
У Н.П. Каманина была крепкая семья: жена Мария Михайловна (урожденная Мисюль, финка по национальности, 1909–1999 гг.), два сына – Аркадий (1928–1947) и Лев (1934–2011). Н.П. Каманин был строгим и требовательным отцом: требовал от сыновей точно выполнять их обязанности в масштабе семьи, хорошо учиться, расширять свой кругозор, соблюдать режим дня, заниматься физкультурой и спортом, развивать и укреплять их патриотический настрой. В 1941 г. к Н.П. Каманину приехали из Москвы в Ташкент жена и сыновья. Когда началась Великая Отечественная война, старший сын, 13-летний Аркадий Каманин, добровольно пошел работать на эвакуированный из Москвы в Ташкент авиазавод, работал по 10–12 часов в день, перевыполнял установленный для взрослых план. В 1943 г. М.М. Каманина и 15-летний Аркадий отправились следом за главой их семьи на фронт, на передовую. М.М. Каманина стала делопроизводителем в штабе армии, также летала как штурман. Аркадий стал механиком на фронтовом аэродроме, а с июля 1943 г. в 15 лет официально стал летчиком (его отец лично проверил его летные знания и способности). В 1945 г. в Москве на Параде Победы принимали участие 36-летний Н.П. Каманин и его 17-летний сын Аркадий (самый юный участник того Парада).
Н.П. Каманин внес важный вклад в укрепление боеспособности своей страны, в подготовку квалифицированных летчиков, прежде всего – летчиков-истребителей, в том числе и в подготовку летчиков-узбеков для военно-воздушного флота, а также в подготовку космонавтов. Велики заслуги Н.П. Каманина перед Родиной в военное и в мирное время. В 1966–1971 гг. Н.П. Каманин руководил подготовкой советских космонавтов. Он был генерал-полковником авиации (1967), Героем Советского Союза (1934 г., был в возрасте 25 лет командиром отряда самолетов, спасавших экипаж теплохода «Челюскин»), видным советским военачальником.
5.1.2. Курорты и другие достопримечательности в окрестностях Ташкента
В окрестностях Ташкента есть курорты, в основном пляжные и горнолыжные. Местные природные ресурсы и условия позволяют расширять здесь лечебно-оздоровительное курортное дело. В окрестностях Ташкента есть термальные (горячие) минеральные воды. Ташкентская минеральная вода имеет лечебные свойства и используется как простой приятный столовый напиток.
Зона пляжного отдыха (в 70 км от Ташкента) находится на Чарвакском водохранилище, в окрестностях поселка Ходжикент. Чарвакское водохранилище (протяженность береговой линии около 100 км) создано на р. Чарвак, образовано высокой плотиной (168 м) Чарвакской ГЭС (на р. Чирчик, 1903–1973 гг., напор 148 м, емкость водохранилища 2 куб км, среднегодовая выработка порядка 2 млрд кВт/ч). В поселке и совсем рядом с ним достопримечательностей мало: небольшое число наскальных рисунков каменного века, грот в скале (пещера), с высоты открывается дивный вид на окрестности, большая скала, огромные старые платаны (чинары).
На Чарвакском водохранилище (960 м над уровнем моря) купальный сезон короткий – июль и август. На берегах водохранилища много домов отдыха, пансионатов, оздоровительных центров, где легко снять номер, в частном секторе местные жители с удовольствием сдают отдыхающим комнаты, флигеля, специальные летние небольшие домики во дворах их домов. Самый популярный курортный поселок на этом водохранилище – Юсупхана (Бурчмулла). Поблизости можно разглядеть вдалеке правительственную дачу. На местном пляже можно арендовать топчан и мангал для шашлыка, за деньги можно заехать на пляж на легковом автомобиле. Отдыхающим предлагают нехитрые развлечения: катание на парусной лодке, обучение управлению ею, на спортивном катамаране, а также на катере с мотором, водные лыжи, виндсерфинг и обучение виндсерфингу, обучение управлением и развлечение на надувном катамаране, организация пикника, предоставление палаток для ночевки и оборудования места отдыха на «диком» берегу водохранилища, а не на пляже и некоторые другие.
В Ташкентской области, в 90 км от Ташкента, находится поселок Чимган, он известен с 1980-х гг. как центр горнолыжного спорта и туризма, кроме того, он ценится как климатологическая курортная местность. Чимган находится в отрогах Чаткальского хребта (на высоте 1400–1600 м) в долине р. Чимганка. Здесь возвышаются горы Малый Чимган (2100 м), гора Большой Чимган (3309 м). На склонах горы Большой Чимган, на высоте 1670 м, в поселке Чимган в 1982 г. был создан туристический комплекс из нескольких 9-этажных корпусов с номерами на 2 и 3 человека, с канатной дорогой, пунктами проката туристического и спортивного снаряжения, горнолыжными трассами. С конца ХХ в. начался новый этап функционирования туристического центра «Чимган», он в основном стал специализироваться на обслуживании горнолыжников-любителей, было провозглашено создание горнолыжного курорта. Чирчик подходит для семейного отдыха, начинающих горнолыжников и сноубордистов. В составе нынешнего горнолыжного курорта «Чимган»: 1) лыжная трасса длиной 1,5 км, ее верхняя точка находится на высоте 1925 м, перепад высот – 275 м; 2) есть канатно-кресельная дорога (800 м); 3) имеется много 300—500-метровых склонов для катания, оборудованных канатно-бугельными подъемниками; 4) есть пункты проката лыж и санок. Туристам, кроме катания на лыжах, предлагают прогулки на лошадях по горам и к леднику в сопровождении проводника.
В 7 км от Чимгана находится более комфортабельный и с лучшими видами горных окружающих мест горнолыжный курортБельдерсай, рассчитанный на опытных горнолыжников и спортсменов. В нем длина горнолыжной трассы – 3 км, верхняя точка трассы 2300 м, между нижней и верхней точками трассы – 765 м. Трасса оснащается канатно-кресельной дорогой (2250 м) и бугельным подъемником (600 м). Верхняя станция канатной дороги находится недалеко от вершины горы Кумбель (2880 м), на ее вершине находится метеорологическая станция, ее здание имеет форму шара. С вершины горы открывается поразительно красивый вид на окрестности.
Гора Большой Чимган
В Ташкентской области есть 2 действующих православных монастыря – в г. Дустабад и г. Чирчик. В 1992 г. при приходском Покровском храме г. Солдатский – ныне Дустабад – было открыто подворье Ташкентского Свято-Троице-Никольского женского монастыря, преобразованное в 1998 г. в женский монастырь в честь Покрова Пресвятой Богородицы (ул. Мухамедкулова, д. 85). В монастыре в современном 3-этажном корпусе живут более 2 десятков сестер (22 – в 2011 г.). Сестры обрабатывают 9,2 га земли. Они содержат домашнюю скотину и птицу, сеют пшеницу, также выращивают кукурузу и рис, ловят рыбу, возделывают фруктовый сад, заботятся о теплицах, из собственного винограда делают красное монастырское вино. Построен новый храм. Главная святыня монастыря – икона Св. Митрофана Воронежского с частицей его мощей, подаренная благотворителем из Воронежа Г.Г. Лотоцким.
В г. Чирчик действует основанный в 1996 г. Чирчикский Свято-Троице-Георгиевский мужской монастырь (ул. А. Навои, д. 1а). В нем есть древний собор во имя Святого Георгия Победоносца (1900 г., в 2020 г. – храму 120 лет). В 1900 г. 1/3 средств на создание этого тогда приходского православного храма внес чирчикский мулла. В 1931 г. храм закрыли и осквернили – в нем разместили конюшню, а позже вместо нее устроили тюрьму для немецких военнопленных. В 1945 г. храм вернули Церкви. В 1996 г. Георгиевский приход преобразовали в мужской монастырь. В 1997 г. построили 3-этажный келейный корпус. В монастыре живут более 10 насельников (11—2011 г.). Святынями монастыря являются чудотворные иконы Божией Матери «Экономисса» и «Достойно есть», написанные на Святом Афоне, а также частицы мощей многих святых.
5.1.3. Гулистан
В Сырдарьинской области находится город Гулистан – областной административный центр. Это поселение до 1922 г. называлось Голодная степь, а до 1961 г. – Мирзачуль, статус города получило в 1952 г. Хотя этот населенный пункт возник в конце XIX в., его промышленное развитие и коммунально-бытовое благоустройство началось только в советский период, когда в нем были построены хлопкоочистительный и ремонтно-механический заводы, домостроительный комбинат, другие градообразующие и градообслуживающие предприятия и учреждения. Никаких особо ценных архитектурных памятников в городе нет. Достопримечательностями являются театр, мечеть с 4 минаретами, православный храм Святого Николая Чудотворца (1945–1957), памятники с Вечным огнем погибшим в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг., памятник поэту и философу А. Навои, монумент с фигурой птицы Хумо – символа жизнеспособности, благородства, самоотверженности (возведен на постаменте снесенного памятника В.И. Ленину).
Для Гулистана и окружающих его мест особо важным делом стало строительство канала Дустлик, начатое в конце XIX в. (по инициативе и на средства великого князя Николая Константиновича – см. 1.2 и 5.1.1.2), и строительство в ХХ в. Центрального и Южно-Голодностепного каналов, благодаря которым начали осваивать Мирзачульскую (Голодную) степь. В Гулистане есть музей, рассказывающий об истории этих мест, также интерес представляют Сырдарьинский краеведческий музей и Сырдарьинская областная картинная галерея. Окружающая Гулистан остальная территория Сырдарьинской области простирается в пределах Голодной степи. Главная река этих мест – Сырдарья. В Сырдарьинской области развиты легкая, пищевая промышленность, производство строительных материалов; действуют Сырдарьинская ГРЭС, Фархадская ГЭС. Развивается поливное земледелие, большое внимание уделяется хлопководству, возделывают также люцерну, зерновые, овоще-бахчевые культуры, виноград, садовые плоды и ягоды. В животноводстве преобладает разведение крупного рогатого скота и овец, также разводят даже свиней и занимаются шелководством.
Окружающая Гулистан территория обладает рядом интересных достопримечательностей. Около города Бахт, на городище Нурота (40 га), сохранились остатки основанного в IX в. города Хушкет. Около поселения Сырдоба сохранилось крытое водохранилище XIV–XVI вв., в котором собирали и хранили талую и дождевую воду (подобные сооружения назывались «сырдоба»). Около г. Хаваст находится городище Эски Хавас, основанное не позднее IV в. до н. э. Недалеко от этого городища располагался основанный Киром II Великим (погиб в 530 г. до н. э., первый царь – с 558 г. до н. э. – государства Ахеменидов, династии древних персидских царей в 558–330 г. до н. э.) царский город-крепость Кирополь, который с боем взяли войска А. Македонского, вторгшиеся в Среднюю Азию в 329 г. до н. э. и подчинившие царство Ахеменидов. Расцвет г. Хаваст-Хаваса пришелся на расцвет Великого шелкового пути (название до XVI в., караванные пути из Китая в Переднюю Азию через Среднюю Азию), максимальный размер он имел в IX в. Древнее городище в прошлом занимало порядка 40 га, а теперь из-за антропогенной хозяйственной деятельности – около 12 га. Вокруг городища Эски Хавас находятся остатки старинных кладбищ со святыми мазарами, среди них мазар доблестного полководца Шер-бобо. Поблизости проходит Южно-Голодностепский канал.
5.1.4. Джизак
Город Джизак, являющийся административным центром Джизакской области (1973–1988 гг. и с 1990 г.), расположился в Джизакском оазисе, в бассейне мелководной речки Сансар. Джизак находится на равнине, между горами. Он очень удачно расположен на местности, у входа в долину реки Сансар – единственного удобного горного прохода отсюда в Зеравшанскую долину. В истории он известен как Ворота Тамерлана, или Тамерлановы Ворота (Врата). Ворота Тамерлана находятся недалеко от Джизака, в узком горлышке ущелья. По легенде, через этот единственный удобный проход между гор по долине р. Сансар проходило войско Тимура. Там, довольно высоко над землей, на одной из скал имеются надписи по-арабски, сделанные в 1425 и 1571 гг. (но они отношения к Тимуру не имеют), а другие тамошние скалы изрисованы современными граффити.
Тамерлановы Врата глазами путешественника XIX в.
У Ворот Тамерлана туристы любят фотографироваться: вокруг простирается очень живописная местность.
Джизак – одно из древнейших поселений Узбекистана, возникшее как перевалочный пункт на Великом шелковом пути. Когда был основан Джизак, неизвестно, но в письменных источниках он упоминается с Х в. Есть несколько версий возникновения названия этого города. По одной из них, слово «джизак» происходит от согдийского языка и означает «маленькая крепость» (в древнем Джизаке действительно была крепостная стена, в случае угрозы от врагов его жители прятались внутри этой местной крепости, за крепостными стенами). По другой версии, учитывая, что «джиз» в согдийском языке означает «шипящий, белый» жители и купцы, затушивая разведенный для приготовления еды костер и заметив, что камни при этом шипят и становятся белыми, назвали город Джизак. Долгое время Джизак жил беспокойно: находясь на границе Кокандского ханства и Бухарского эмирата, он неоднократно становился ареной битв, переходил из рук в руки. В 1866 г., после 7-дневной осады, Джизакскую крепость взяли штурмом русские войска генерала Д.И. Романовского. В 1887 г. Джизак стал уездным городом Российской империи, а с 1924 г. превратился в советский районный, а затем – областной центр Сырдарьинской, потом Джизакской области.
В Джизаке развиты промышленность стройматериалов, машиностроение, легкая (хлопкоочистительная, хлопчатобумажная, трикотажная), пищевая промышленность. Есть педагогический институт, два театра (музыкально-драматический и кукол), краеведческий музей. Установлен обелиск (1980) поэту, уроженцу Джизака – Х. Алимджану.
Раньше в Джизаке было несколько скромных квартальных мечетей, но все они были разрушены в советский период. Но сохранилось медресе Ходжа Нуриддин Хофии (1860 г.). Внутри здания недействующего медресе размещается Центр ремесел; с минарета открывается неплохой вид на окрестности.
Тамерлановы Врата в наши дни
В городе есть православный храм (молитвенный дом) во имя святителя Николая Чудотворца, открытый в 1947 г. Есть несколько парков и открытых природных территорий: парк «Орда», детский парк «Истиклон» с детской железной дорогой (ее длина 2 км, состоит из 2 тепловозов, 2 пассажирских вагонов, 2 станций), парк с горой Етимгог («гора Сирота») со смотровой площадкой на ее вершине и кафе в форме мельницы, парк с памятником павшим в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг., небольшой парк-сад, именуемый «Сад ветров», расположенный на холме «Лысая гора», на его вершине установлено скульптурное изображение символа Узбекистана священной птицы Хумо, именуется также Семург и Давлат-Куши (Птица-государство).
Большая часть окружающей Джизак Джизакской области простирается в пределах Мирзачульской (Голодной) степи и пустыни Кызылкум, на юге находятся отроги Туркестанских гор (высота до 3163 м), на западе – Нуратинский хребет. Главная река в этих местах – мелководная речка Сансар с родниково-снеговым питанием, на ней построено водохранилище, есть озера Айдаркуль и Тузкан. В Джизакской области находятся заповедники: Арнасайский, Зааминский, Нуратинский и Народный парк Узбекистана (32,3 тыс. кв. км, организован в 1978 г. на базе Заарминского заповедника, в нем имеются более 300 видов растений степного, лесного и субальпийского поясов, разнообразная фауна: куница, рысь, горный баран, сибирский горный козел, волк, разные породы птиц; туристов особо привлекают валунно-арчовые поля, водопады, пещеры). В области ведется добыча вольфрамо-молибденовых руд. Развиты промышленность строительных материалов, легкая, пищевая промышленность, машиностроение (преимущественно сельскохозяйственное), химическая промышленность (производство пластмасс). Хлопководство ведется на поливных землях, выращивают также зерновые и овоще-бахчевые культуры. Развиты плодоводство и виноградарство. В животноводстве наибольшее развитие получили каракулеводство, мясо-молочное скотоводство, шелководство.
В Джизакской области родился второй (нынешний) президент Узбекистана Шавкат Миромонович Мирзиёев (р. 1957).
В окрестностях Джизака есть немало достопримечательностей, в том числе почитаемые святыми места. Около поселения Зарбдар, в районе кишлака Пешагор, можно посетить пещеру Пешагор, 1000 лет назад в ней жили люди каменного века. Недалеко от кишлака Пешагор сохранился мемориал суфийского шейха ордена «Накшбандийа» (XIV в.) Мауланы Мухаммада Пехагори, включающий мавзолей, мечеть и священный родник. Этот мемориал чтят как святыню. В районе г. Заамин – города с почти 2-тысячелетней историей, сохранились остатки средневекового городища Турткуль-тепа (1 га). Заамин еще в XIX в. представлял собой город-крепость, за владение им боролись между собой Бухарское и Кокандское ханства. В Заамине в краеведческом музее экспозиция рассказывает об истории этого города и его окружения. В районе Заамина, поблизости от Зааминского национального парка, сохранились руины средневековой крепости Муг, или Мык (VI–XII вв.), расположенной на высоте 2000 м, вокруг этой крепости в прошлом добывали железную руду и выплавляли металл. Недалеко находятся высокогорный санаторий «Заамин», на территории которого есть водопад и огромная именная многовековая орешина «Бобоенгок», дальше простираются курортные места Бахмаля. Особый интерес вызывает Зааминский горно-арчевый заповедник. На горном плато Суффа (высота 2300 м) находится Международная радиоастрономическая обсерватория. В районе поселка Галляарал находятся остатки средневекового города Харакана – городище Курган-тепа, – который занимал порядка 90 га. Недалеко, у поселения Усмат, находится святое место у родника, связанное с именем сподвижника пророка Мухаммеда – Саада ибн Ваккаса. На склоне Нуратинских гор находится плотина Ханбанди, построенная в Х в. на притоке р. Зеравшан (высота 15 м, ширина 85 м, шлюзы и арочный туннель). На берегах озер Айдаркуль и Тузкан есть места для привала, отдыха, ночлега, в том числе в юртовом лагере. В этих озерах можно купаться, рыбачить, кататься на лодках. По их окрестностям для туристов проводят прогулки верхом на лошадях и верблюдах.
В окрестностях Джизака находится искусственное озеро Айдаркуль (простирается в Джизакской и Навоийской областях), созданное в 1970–1980 гг. в результате сброса избыточных паводковых вод р. Сырдарья. Его площадь около 3000 тыс. кв. км. Это озеро изобилует пресноводной рыбой. С высыхающего Аральского моря сюда перелетело множество водоплавающих птиц. Здесь подходящие места для рыбалки и охоты.
Озеро Айдаркуль
В Джизаке родился и провел детство и юность Ш.Р. Рашидов – первый секретарь (1959–1983) узбекского комитета Коммунистической партии. Рашидов очень любил свою малую родину, результативно способствовал социально-экономическому развитию Джизака. В городе установлен памятник Рашидову. Рядом с ним находится школа № 10, где в юности Рашидов учился, перед этой школой установлен (после 1991 г.) золотой бюст Рашидова. Есть в Джизаке дом-музей Ш.Р. Рашидова и площадь Шарафа Рашидова.
Шараф Рашидович Рашидов (1917–1983) был ярким партийным и государственным деятелем советского Узбекистана, дважды Героем Социалистического Труда (1974, 1977). Он был членом Коммунистической партии с 1939 г., состоял в ней 44 года. Рашидов после окончания джизакской средней школы учился и в возрасте 18 лет (1935 г.) окончил в Джизаке педагогический техникум, затем недолго работал учителем, с 1937 г. работал редактором газеты «Ленинский путь», в 1939 г. (ему 22 года) вступил в Коммунистическую партию. Он продолжил учебу и в 1941 г. окончил Самаркандский университет. В возрасте 24 лет (1941) Рашидов попал на фронт, участвовал в боевых операциях Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Он был ранен, в 1942 г. его комиссовали, он продолжил с 1943 г. работу в газете «Ленинский путь», сполна посвятил себя идеологической партийной деятельности. В 1944 г. (ему 27 лет) Рашидов стал секретарем Самаркандского областного комитета Коммунистической партии Узбекистана. В 1950–1959 гг. он был председателем Президиума Верховного Совета Узбекской ССР и заместителем председателя Президиума Верховного Совета СССР, то есть занимал чрезвычайно высокие государственные посты; тогда ему было 33–42 года. В 1959 г., с возраста 42 лет, он стал первым секретарем Центрального комитета Коммунистической партии Узбекской ССР. С 1961 г. он стал членом Центрального комитета КПСС, с 1950 г. был депутатом Верховного Совета СССР. В 1959–1983 гг., в возрасте 42–66 лет (24 года), Рашидов был первым секретарем Центрального комитета Коммунистической партии Узбекистана, то есть почти четверть века он был неофициальным правителем в советском Узбекистане.
Шараф Рашидович Рашидов, 1982 г.
В последующие годы оценка деятельности Рашидова союзными московскими властями, партийцами резко отличалась от оценки его деятельности узбекскими функционерами, партийцами, местными властями всех уровней.
По официальной московской версии, руководя Узбекистаном, Рашидов способствовал коррупции, игнорировал законность (БЭС. С. 1105). Хотя в послевоенное время в СССР массовой и повсеместной коррупции в основном не было, в Узбекистане она расцвела и утвердилась. Узбекские функционеры посылали в Москву отчеты с сильно завышенными показателями развития отраслей экономики Узбекистана. До поры до времени все это им сходило. Юрий Владимирович Андропов (1914–1984), очень крупный советский партийный и государственный деятель: в 1967–1982 гг. – председатель КГБ СССР, с 1982 г. – генеральный секретарь ЦК КПСС и одновременно с 1983 г. – председатель Президиума Верховного Совета СССР, – начал осуществлять первые шаги по преодолению негативных явлений в жизни СССР. Изучив стиль управления и результаты хозяйственной деятельности Рашидова, Ю.В. Андропов начал готовить аргументированное отстранение Рашидова от власти. Факты массового взяточничества в Узбекистане были озвучены на весь СССР под названием «Хлопковое дело». Прокуратура СССР создала в 1983 г. следственную комиссию по расследованию фактов экономических проступков в Узбекистане, ее работу возглавляли Т.Х. Гдлян и Н.В. Иванов. Видные узбекские функционеры были привлечены к ответственности, у некоторых часть имущества была конфискована для ликвидации нанесенного ими ущерба и как явление незаконного обогащения. Но никто из крупных обманщиков-функционеров не оказался за решеткой. Довести до конца обвинительное дело против узбекских коррупционеров и Рашидова так и не удалось. Одно следственное дело разбили на кучу маленьких, которые до конца довести так и не смогли, тем более что в 1983 г. Рашидов неожиданно умер в возрасте 66 лет. Ходили слухи, что он покончил жизнь самоубийством, потому что боялся позора и строгости наказаний за его проступки. В СССР, особенно РСФСР, имя Рашидова было символом коррупции и воровства.
В Узбекистане многие крупные чиновники лишились своих доходных служебных мест, у некоторых конфисковали часть имущества как нажитое нечестным путем, но массовых лишений их свободы не было. Не было широкомасштабного освещения в узбекских СМИ происшедших событий и их официальной оценки властями советского Узбекистана. Постепенно и за много лет скандал, казалось, забылся. После провозглашения независимости Узбекистана в нем вспомнили о «Хлопковом деле» и оценили его как лживо сфабрикованное. Ш.Р. Рашидова полностью реабилитировали, объявили жертвой московской властной политики, страдальцем от попыток расправиться с ним как с неугодным центральной советской власти местным национальным лидером-правителем. Одну из главных улиц Ташкента (в этом городе он прожил половину своей жизни и умер) назвали в честь Рашидова, появились и другие улицы, памятники, музеи в его честь.
5.2. Восточный Узбекистан
Главные города Восточного Узбекистана – Андижан, Асака, Фергана, Маргилан, Коканд, Наманган.
С Восточным Узбекистаном, его городами, поселениями, кишлаками была тесно связана жизнь знаменитого русского генерала М.Д. Скобелева (см. 1.2). Его деятельность как успешного боевого генерала, а также дельного администратора в мирных условиях в большой мере с 1875 г. началась с Восточного Узбекистана. Он играл ключевую роль в боях русских войск за взятие Андижана, Намангана, устранял беспорядки в Кокандском царстве, с 1876 г. был первым губернатором образованной Ферганской области.
Михаил Дмитриевич Скобелев (1843–1882) вошел в русскую историю прежде всего как бесстрашный воин, талантливый легендарный военачальник (см. 1.2), а с 1876 г. и как честный и гуманный администратор в Восточном Туркестане. Он результативно принимал участие в Хивинском походе (см. 1.2), был одним из главных героев штурма Хивы (1873). После отпуска в 1873 г. во Франции и Испании в 1874 г. М.Д. Скобелева снова потянуло в Туркестан. В 1876 г. 33-летний Скобелев добился назначения в Туркестан вновь. На этот раз генерал-губернатор В.П. Кауфман поручил Скобелеву ликвидировать в Кокандском царстве беспорядки, что-то типа восстания против местного Худояр-хана, считавшегося надежным союзником России и попросившего помощь у Кауфмана. Он направил в Коканд для выяснения всех обстоятельств посольство под охраной казаков Скобелева. Благодаря ловкости Скобелева без применения оружия вывезли из Коканда Худояр-хана. Скобелев совсем не покровительствовал Худояр-хану, знал о его неограниченной жадности и стремлении облагать подданных непомерными налогами, стремлении сохранять его политику при помощи русских военных. Но Скобелев прежде всего выполнял приказ своего военного начальства – Кауфмана. На Кокандском престоле сел сын Худояр-хана – Насреддин-бек, продолживший дружескую политику с Россией, что не устраивало кокандских феодалов, мечтавших о войне («газавате» – священной войне) с неверными, то есть с немусульманами. Кокандцы стали вторгаться в Туркестанское губернаторство, убивать русских чиновников, грабить почтовые станции, осадили русский гарнизон в Ходженте. На подавление мятежа в Ходженте отправился сам Кауфман с 4-тысячным отрядом, казаками кавалерии командовал Скобелев. Во главе мятежников стоял Абдуррахман, кокандцы выбрали его вождем. Начались бои русских войск с кокандцами, в том числе у кишлака Каракчикум и у г. Махрама (где Скобелев получил восьмое тяжелое ранение). Кокандцы затопили местность перед городом и сосредоточили в этих местах 50-тысячное войско. Но они не смогли противостоять русским войскам, бежали с поля боя, оставили 39 орудий, 900 из воевавших кокандцев стали пленными. Скобелев командовал двумя ротами солдат и 600 казаками, они захватили оставшуюся кокандскую артиллерию и обоз Абдуррахмана. Был подписан мирный договор с кокандским ханом Насреддином, но Абдуррахман вскоре сверг его и отдал престол своему ставленнику – Пулат-хану, по воле которого продолжились нападения на русские гарнизоны и почтовые станции. Был создан русский отряд для борьбы с Абдуррахманом, начальником штаба этого отряда был Скобелев. В 1875 г. русский отряд захватил столицу Абдуррахмана г. Андижан. Затем Скобелев во главе отряда численностью более 4 тыс. военных продолжил борьбу с силами Абдуррахмана, укрывшимися в горах (тогда Скобелев учел уроки партизанской войны в горах Испании).
Указом Александра II в 1876 г. Кокандское ханство было упразднено, на его территории была образована Ферганская область, вошедшая в состав Туркестанского генерал-губернаторства. Первым губернатором Ферганы и начальником всех войск, расположенных на территории Ферганской области, был назначен Скобелев.
В Ферганской области Скобелев каждый день принимал по любым вопросам местных жителей, выслушивал их жалобы, просьбы и неизменно достойным путем старался решить их проблемы. Он реально уничтожил в Фергане рабство, упорядочил систему налогов, чтобы не развращать местных чиновников, запретил подношение им дорогих подарков. Сам Скобелев при вступлении в должность губернатора получил щедрые дары, которые он тут же продал с аукциона, а на вырученные деньги купил землю, построил на ней кишлак, провел арык, поселил в этом кишлаке наиболее бедные узбекские семьи.
Думал Скобелев и о быте солдат. По его усилиям в Фергане были построены военные городки, в них открыли чайные и полковые школы. Скобелев настоял, чтобы в Фергану были вызваны жены русских солдат, что содействовало закреплению в этих местах русского населения.
В 1876 г. по приказу Кауфмана Скобелев отправился в экспедицию, обследовал ферганскую часть Тянь-Шаня. Итогом этой экспедиции стало признание за Россией владения Ферганским Тянь-Шанем. Скобелев возглавлял экспедицию и в Южную Киргизию. В 1879 г. от высокого столичного начальства Скобелев снова получил приказ отправиться в Туркестан (см. 5.5), где ему пришлось наводить порядок, но уже на восточном берегу Каспийского моря, в Ахалтекинском оазисе. В 1881 г. под напором русских войск пала крепость Геок-тепе с гарнизоном около 30 тыс. человек. Во все концы оазиса Скобелев разослал воззвания, призывавшие местное население к миру и спокойствию (5.5).
М.Д. Скобелев содействовал основанию в 1876 г. военно-административного центра Ферганской области (в 12 км от существовавшего города Маргилан), этот центр поначалу назвали Новый Маргелан. Учитывая большую заслугу М.Д. Скобелева в присоединении среднеазиатских земель к России и наведению порядка в них, особенно в Восточном Туркестане (Восточном Узбекистане), в 1910 г. город Новый Маргилан переименовали в город Скобелев, который существовал с этим названием в 1910–1924 гг., но в советский период, в 1924 г., был снова переименован уже в город Фергану.
5.2.1. Андижан
Город Андижан – административный центр Андижанской области. Когда Андижан возник, никто точно не знает, но с IX в. поселение на его месте было известно под названием Андукан; по местным устным преданиям, это поселение уже существовало в VII–VIII вв. н. э. Известный арабский географ-путешественник Х в. Ибн-Хаукаль писал, что в его время Андижан был крупным торгово-ремесленным городом с развитым земледелием. В конце XV – начале XVI в., при жизни известного государственного деятеля султана Бабура (Захиреддин Мухаммед Бабур, 1483–1530), Андижан стал столицей Ферганы, главным ее торговым и ремесленным центром, особенно славился производством хлопчатобумажных и шелковых тканей. Развитию Андижана способствовало его выгодное экономико-географическое положение. Андижан, с XV в. расположенный на караванном пути в Китай, стабильно укреплялся как торговый и ремесленный центр Ферганы. С 1876 г. он был в составе Российской империи. С начала ХХ в. Андижан был одним из самых крупных экономических и торгово-промышленных центров Туркестана.
Вид улицы Андижана в 1913 г.
Андижан имеет ряд отличительных, характерных только для него исторических черт. Андижан – самый крупный город Ферганской долины. Он находится на высоте 450 м над уровнем моря, расположен на покатой равнине, что очень удобно для самотечного орошения – вода струится по естественному уклону. Воду дает р. Андижансай, из которой берут начало 9 каналов. Во-вторых, Андижан среди других мест Ферганской долины и всего Узбекистана выделяется очень большой сейсмичностью, он часто подвергается землетрясениям. Самым сильным было землетрясение 1902 г. – 9 баллов, тогда нельзя было устоять на ногах, погибли более 4 тыс. человек, почти все здания в городе были разрушены. За 1861–1966 гг. (85 лет) произошло свыше 650 землетрясений, что значит – каждый год случалось 7–8 землетрясений. И в последующие десятилетия землетрясения здесь продолжались и продолжаются. В-третьих, Андижан – центр крупнейшей в Узбекистане и во всей Средней Азии хлопководческой области. В-четвертых, Андижан, возникший в IX в. на трассе Великого шелкового пути, принимал торговые караваны с горной дороги, давал отдых купцам и верблюдам, караванщики расслаблялись в его караван-сараях, вокруг которых возникли ремесленные мастерские, а затем и промышленные предприятия, укреплялась торговля, людность города быстро росла. Особенно быстро стали расти число заводов, кустарных заведений и численность работающих на них с конца XIX в. (1914 г. – 26 заводиков и 3500 кустарных заведений). Андижан стал важным перевалочным пунктом России в торговле с Китаем и другими восточными странами. Через Андижан ежегодно проходило порядка 120–140 тыс. пудов, или 2–2,3 тыс. т различных товаров (1910–1913). Андижанцы издавна многое умели делать, многое знали, отличались сообразительностью и отсутствием рабской психологии. Неудивительно, что в этом городе выражения недовольства правившим режимом принимали острые формы. Так, в 1898 г. андижанцы приняли активное участие в антиколониальном движении крестьян в Ферганской области, названном «Андижанским восстанием». В нем участвовало порядка 2000 человек. Тогда феодальная знать и духовенство под лозунгом газавата (или джихада – священная война мусульман против иноверцев) пытались использовать неискушенных в политике простых людей для восстановления Кокандского царства. Как и следовало ожидать, Андижанское восстание было подавлено российским царским правительством.
В 1905 г. в Андижане проходили забастовки, была проведена политическая демонстрация под лозунгами «Долой царизм!» и «Да здравствует революция!» В 1916 г., когда в период Первой мировой войны указом российского царского правительства стали мобилизовывать азиатское население на тыловые работы, андижанцы против этого подняли восстание. В первые годы советской власти в Андижанской области происходило жесткое противостояние местных буржуазии, духовенства, баев, белогвардейских офицеров, поддерживаемых иностранными агентами, и представителей советской власти, войск Красной Армии. Размах басмаческого движения в этих местах был очень большим, ведь многие простые люди не могли понять все разноплановые нововведения советской власти, а принижение национальных правил и мусульманских традиций гордые андижанцы терпеть не хотели. Басмачи основные свои силы направили в этой части Узбекистана прежде всего против Андижана. Но из-за действий регулярных частей Красной армии в сентябре 1919 г. осаждавшие Андижан басмаческие отряды были разбиты. Одним словом, андижанцы никогда не были послушными и терпеливыми рабами правивших режимов, другой разговор – они не всегда быстро могли верно разобраться против кого и вместе с кем им стоит бороться. В советский период андижанцы оценили ряд положительных новаций, но заметили и не простили досадные ошибки и упущения. Неудивительно, что они приветствовали распад СССР и образование независимого государства Узбекистан.
В 1990-е гг., когда в Среднюю Азию пришел радикальный ислам, андижанцы далеко не сразу определили свое отношение к сложившейся ситуации. В мае 2005 г. вспыхнуло восстание исламистов в Андижане. Вооруженные террористы захватили воинскую часть (где добыли стрелковое оружие и еще лучше вооружились) и тюрьму (выпустили из нее 1500 заключенных, прежде всего – членов радикальных группировок). Затем вооруженные террористы захватили несколько административных зданий, взяли в осаду здания службы национальной безопасности и милиции, вступили в перестрелку с силами милиции и спецслужб. В поддержку радикалов-исламистов на главной площади Андижана собрался большой митинг, по участникам которого по приказу властей был открыт огонь из автоматов и пулеметов, тогда погибли, по разным источникам, 170–700 человек. Кто был виноват в появлении жертв, неясно. По официальной версии, террористы под прикрытием мирного населения решили выйти из окружения и скрыться, что им сделать не позволили. А оппозиционеры утверждали, что милиционеры и военные открыли огонь, чтобы разогнать митинг, с санкции президента. Постепенно андижанцы разобрались в позиции узбекской законной власти, стали поддерживать ее и осуждать оппозиционеров. Но террористы не успокоились, например, в 2009 г. они пытались захватить отделение милиции в Ханабаде Андижанской области, в том же году террорист-смертник взорвал себя на улице Анджикента.
Андижан стал действительно крупным промышленным и культурным центром в советский период. В наши дни в Андижане развиты машиностроение и металлообработка, легкая (хлопкоочистительная, хлопчатобумажная, обувная, трикотажная, швейная), пищевкусовая и другие отрасли промышленности. Развиты народные промыслы: вышивка и ковроделие. В городе несколько театров (в том числе драмы и комедии, а также детский кукольный) и музеев, работают несколько высших учебных заведений (в том числе медицинский и педагогический институты). В 1964 г. в Андижане был создан первый в СССР Институт хлопководства. Есть аэропорт.
В Андижане нет обилия ценных архитектурно-художественных памятников, но историко-архитектурные достопримечательности есть, среди них комплекс Джами: медресе (1890), соборная Ажума-мечеть (1884–1885) с минаретом (в здании медресе размещается этнографический музей), крепость Арк-Ичи (VII–VIII вв.), построена помощником хана Ходжар-ноибом (в частично сохранившейся крепости с 1993 г. находится Музей литературы и искусств им. Бабура), античный археологический памятник Сарвантепа, символическая могила З.М. Бабура в Национальном парке им. Бабура (300 га, парк разбит в 1875 г., в нем расположены музеи Бабуридов и градостроительства Андижана), памятник А. Навои. В российской крепости 1880–1881 гг. теперь размещается отделение рукописей Музея литературы и искусств.
Захириддин Мухаммад Бабур. Средневековое изображение
Есть интересный краеведческий музей. В Андижане есть действующий православный храм во имя Всех Святых (первый в советский период православный приход появился в 1943 г., богослужения поначалу проходили в жилом доме, затем – в часовне на кладбище, с 1947 г. – в молитвенном доме, ул. Мусаева, 10).
Андижан – родина султана, полководца, ученого, поэта З.М. Бабура и узбекской поэтессы Надиры (1792–1842).
В истории Узбекистана, и прежде всего в поэзии, оставил свой яркий след Мухаммад Захиреддин Бабур (Захр ад-Дин Бабур, 1483–1530 гг.), потомок Тимура, основатель государства Великих Моголов (1526–1858), основатель династии Великих Моголов – Бабуридов, государь, воин, ученый, автор газелей (он писал на двух языках – персидском и тюрке, точнее – среднеазиатском тюрке, или староузбекском языке). Бабур первоначально был правителем удела в Фергане, но лишился его, уступив в борьбе за власть Шейбани-хану, был вынужден покинуть свою родину. После захвата его владений Шейбани-ханом Бабур претерпит многие лишения; о своих злоключениях он написал в знаменитой прозаической «Бабур-наме», или «Бабуровой книге», где он написал, как он испытал большие лишения и унижения, не имея владений, в Ташкенте – в 1502–1503 гг., а потом совершил успешные завоевательные походы в Северную Индию (1526–1527 гг.), завоевал большую часть Северной Индии. Он часть своей жизни провел в Индии (где основал индийскую династию Великих Моголов, или Бабуридов) и Кабуле. Остается удивляться, как ему удалось при его военных походах, разрушительном жизненном опыте, научных интересах писать стихи, отражавшие цельность его натуры. На русском языке изданы его автобиография «Бабур-наме» (1958) и стихи «Лирика» (1957). Он прожил всего 47 лет.
В советский период Андижан был городом, куда высылали неугодных центральной светской власти людей. Среди них был иеромонах Пимен (Сергей Михайлович Извеков, 1910–1990 гг., со временем – в 1971–1990 гг. он стал Патриархом Московским и всея Руси). Сергей Михайлович Извеков родился в подмосковном городе Богородске (с советского времени – г. Ногинск) в семье механика. После окончания средней школы (1925) он переехал в Москву и принял монашеский постриг. В 1928–1929 гг. он руководил приходским хором, в 1931 г. (ему 21 год) сдал экзамены за курс духовной школы и был рукоположен в иеродьяконы, в 1932 г. стал иеромонахом, регентом церковного хора. В 1932–1934 гг. он проходил действительную военную службу в Белоруссии. С 1934 г. он жил в Ногинске, за активную религиозную деятельность был осужден на 3 года лишения свободы, которые отбывал санинструктором на строительстве канала Москва – Волга (позже канал им. Москвы) в г. Химки. Затем он был выслан в Андижан, где в 1940–1941 гг. заведовал Домом санитарного просвещения и привлекался на рытье среднеазиатских каналов. Люди, знавшие С.М. Извекова (монаха Пимена) в период его жизни в Андижане, запомнили его душевную отзывчивость, доброе сердце, стремление к одиночеству. Он был монахом с 15 лет, привык оставаться один в молитве к Богу. В начале 1940-х гг. держать в помещении иконы и открыто молиться Богу было опасно. Иеромонах Пимен, если была возможность, мог один часами сидеть на природе, молиться про себя, молчаливо беседовать с Богом. В уединенные ночные часы, без посторонних глаз он усиленно молился, осенял себя крестным знамением и еще иногда писал простые и безыскусные, проникнутые теплым религиозным чувством милые стихи (которые сейчас почти никто не знает).
В начале Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. С.М. Извеков из Андижана был призван на фронт (единственный в истории случай: будущий патриарх был не только церковным подвижником и исповедником, но и доблестным воином в возрасте 31–34 лет, защитником Отечества). С 1941 г. С.М. Извеков был в действующей армии, на фронте. В 1944–1945 гг. его отправили работать санинструктором на северном комбинате «Воркута-уголь». В 1945 г. он вернулся в Москву, но не смог найти работу. В 1945–1949 гг. (ему 35–44 года) он был священником в г. Муроме и Одессе, в Ростовской епархии, с 1949 г. был наместником Псково-Печерского монастыря, с 1954 г. был наместником Троице-Сергиевой лавры. В 1960–1961 гг. епископ Пимен был управляющим делами Московской патриархии. В 1961 г. он стал митрополитом, с 1970 г. был Местоблюстителем Московского Патриаршего престола. В 1971 г. 61-летний митрополит Пимен был избран Патриархом Московским и всея Руси и был им 19 лет (1971–1990 гг., в возрасте 61–80 лет).
В окрестностях Андижана, в Андижанской области, протекает р. Карадарья, есть каналы: Большой Ферганский, Южный Ферганский, Большой Андижанский. Ведется добыча нефти и природного газа. Наибольшее развитие имели машиностроение (производство и ремонт сельскохозяйственных машин и оборудования), легкая (хлопкоочистительная, хлопчатобумажная, шелкоткацкая, трикотажная и др.), пищевая и некоторые другие отрасли промышленности. В сельском хозяйстве преобладает поливное земледелие; возделывают главным образом хлопчатник, овоще-бахчевые и плодовые культуры, виноград. Животноводство представлено мясомолочным скотоводством, овцеводством, шелководством. В районе городов Андижан – Асака есть аэропорт. В этих местах немало достопримечательностей.
В 60 км от Андижана, у целебных источников Кукбулок и Кизбулок, сохранилось древнее культовое почитаемое место, связанное с именем мифической святой Биби-Сешанби, покровительницы семейного счастья, и поблизости – мазар арабского полководца, завоевателя Средней Азии Кутейбы ибн Муслима (погиб в этих местах в 715 г.). В селении Шахрихан сохранились мечеть Понсод с минаретом (начало XIX в.), а в селении Пахтаабад – медресе Ата-Кузи (1915).
5.2.2. Асака
В Андижанском районе, недалеко от г. Андижана, раскинулся город Асака (бывший Ленинск, а еще раньше кишлак Ассаке. По своему расположению это – один из красивейших городов Ферганы. В южной части г. Асака с высоких холмов открывается прекрасная грандиозная панорама долины Шаарихансая и Алайского хребта. В советский период в этом городе были созданы предприятия по обработке сельскохозяйственного и минерального сырья, построены хлопковыве, маслобойные заводы и местного значения промышленные предприятия. Город стал перевалочной базой нефтяных и газовых промыслов долины Шаарихансая (долина Шаарихансая богата залежами нефти и газа). Через город по нефтепроводу нефть идет на Ферганский завод, также через этот город направляется оборудование к местам добычи нефти. На реке Шаарихансае построен каскад гидроэлектростанций.
Город Асака стал пионером нового этапа развития национальной узбекской автомобильной промышленности. В нем в 1996 г., при содействии южнокорейской корпорации «Дэу», был введен в строй автомобильный завод. В нем поначалу доля корейских комплектующих составляла 70 %, но вскоре абсолютно все детали будут производить в самом Узбекистане. Завод в г. Асака был создан на основе существовавшего завода по производству тракторных прицепов. В ряде других узбекских городов создаются и развиваются предприятия-смежники нового автомобильного завода в г. Асака. В окрестностях Асака, в поселении Мархамат, сохранилось городище Минг-тепа, представляющее собой остатки г. Эрши, бывшего в последние века I тыс. до н. э. столицей древнеферганского государства Давань. Тогда центр эрши (38 га) окружала оборонительная стена с башнями.
5.2.3. Фергана
Город Фергана, административный центр Ферганской области, сильно отличается от других городов Ферганской долины. Это город энергетиков, нефтехимии и обработки сельскохозяйственной продукции. Есть аэропорт. Фергана – относительно молодой в сравнении с другими среднеазиатскими городами. Город Фергана был основан в 1876–1877 гг., в 12 км от старого г. Маргилан, как главный российский военно-административный центр образованной Ферганской области, после того как эти места были присоединены к Российской империи (1876).
В 2016–2017 гг. Фергане исполнилось только 140 лет. По промышленному развитию г. Фергана – самый значимый в Ферганской долине. При этом г. Фергана – очень комфортный для жизни, хорошо озелененный город, его окрестности – благодатное место для развития центров отдыха, развлечений и лечения заболеваний. Фергана находится на высоте 580 м над уровнем моря, у подножия гряды Кошкаркыр, возвышающейся над окружающей местностью на 50—100 м. Через г. Фергану протекает р. Маргилансай – продолжение горной реки Шахимардан. Чистый горный воздух, вода, зелень создают хорошие условия для организации в этих местах – в окрестностях г. Фергана – курортно-санаторной зоны. Здесь в советский период были открыты санатории, дома отдыха, туристические центры и базы.
Историю узбекских земель и самого этого города определили трехкратное изменение его названия. Город до 1910 г. назывался Новый Маргелан, в 1910–1924 гг. – Скобелев, с 1924 г. – Фергана.
Промышленному развитию Ферганы способствовало строительство в 1899 г. железной дороги. В советский период промышленное развитие г. Фергана ощутимо ускорилось. В 1921 г. здесь была пущена первая в Средней Азии шелкомотальная фабрика, в 1927 г. начали строить текстильную фабрику. В 1930 г. дала ток первая в Узбекистане Ферганская ТЭЦ (теплоэлектроцентраль). На окраине города построили завод азотных удобрений. В г. Фергана построили крупнейший в Средней Азии нефтеперерабатывающий завод, который начал производить бензин, керосин, различные масла. В Ферганской области были построены Кувасайская ГРЭС и другие местные ферганские электростанции. Ввели в строй крупнейший в Средней Азии масложировой комбинат (маслобойный, гидрогенизационный, мыловаренный заводы). Есть аэропорт. Город Фергана с предприятиями разных отраслей промышленности: нефтеперерабатывающая, нефтехимическая, химическая (производство азотных удобрений, химических волокон, пластмасс), легкая (текстильная, хлопкоочистительная, шелкомотальная, обувная), пищевкусовая, – стал мощным узбекским индустриальным центром. В наши дни г. Фергана является крупным центром нефтеперерабатывающей, химической, легкой, хлопкоочистительной промышленности. В городе есть педагогический и политехнический университеты, два театра – Узбекский театр драмы и комедии и Русский драматический театр, несколько музеев, в том числе краеведческий.
Краеведческий музей в г. Фергана (ул. Усманходжаева, 26) – один из старейших в Узбекистане. В современном здании он работает с 1985 г. Этот музей был основан в 1885 г. (в 2015 г. ему исполнилось 130 лет) по приказу ферганского областного военного губернатора. В царский период музей размещался в подсобном помещении дома губернатора, в 1911 г. он был закрыт, но в 1920 г. возродился и стал называться Научный музей г. Ферганы, сейчас это традиционный краеведческий музей.
Среди достопримечательностей г. Фергана православный храм во имя преподобного Сергия Радонежского (1948), а также ряд архитектурных памятников: военная крепость, дворец-резиденция губернатора (ныне Драматический театр), дом помощника губернатора (2-я городская больница), Военное собрание (ныне Дом офицеров), мужская гимназия (административный корпус университета). Все здания – конца XIX – начала ХХ в., и несколько памятников. В ухоженном центральном городском парке установлен величественный памятник астроному Аль-Фергани.
Аль-Фергани (Абуг Аббас Ахмад ибн Мохаммед ибн Казир Аль-Фергани, или Альфраганус, 798–861 гг.) вошел в узбекскую и мировую историю как древний знаменитый астроном, а также философ и математик. Он родился в Ферганской долине, создал на арабском языке значимые труды по астрономии, в том числе определил дату самого длинного и самого короткого дней в году, открыл существование пятен на Солнце, доказал шарообразную форму Земли.
Кратер на Луне, названный в честь Аль-Фергани
В окрестностях г. Фергана, в Ферганской области, протекает р. Сырдарья, есть каналы – Южный Ферганский, Большой Ферганский, Большой Андижанский и Каркиданское водохранилище, функционирует Абдусаматский заповедник. Область имеет ощутимое промышленное развитие. Работает Кувасайская ГРЭС. Ведется добыча нефти и газа. Развиты нефтеперерабатывающая, нефтехимическая и химическая отрасли промышленности, машиностроение и металлообработка, легкая (в том числе хлопкоочистительная, хлопчатобумажная, шелкоткацкая и др.), пищевкусовая промышленность, производство стройматериалов. В области развито поливное земледелие, здесь создан важный хлопководческий район Узбекистана. Ферганская область известна своим плодоводством, виноградарством, овощеводством, бахчеводством, разведением крупного рогатого скота, овец и даже свиней, а также шелководством. В области находятся курорты Шахимардан и Чимион.
В окрестностях г. Фергана, у г. Кува, сохранились остатки городища раннесредневекового города Кува, площадь которого в пределах его стен VIII–X вв. была 13 га. А еще раньше, в V–VII вв., Кува была одним из значимых буддийских центров Ферганской долины, в городе был солидный буддийский храм.
5.2.4. Курорты в окрестностях г. Фергана
В южных окрестностях г. Фергана особенно чистый горный воздух, живописные горы, есть целебные источники, что позволило создать ряд курортных местностей. Так, на основе древнего кишлака Шахи-мардан был создан горноклиматический курорт Хамзаабад. Он раскинулся на высоте 1540–1570 м над уровнем моря в месте, где р. Коксу и Аксу, сливаясь вместе, образуют р. Шахимардан. На этом курорте, где цветет джида и ее медовый запах растекается по всей долине р. Шахимардан, воздух исключительно чистый и прозрачный, он особенно целебен на берегах р. Аксу. В кишлаке Шахимардан, переименованном со временем в Хамзаабад, провел последние дни своей жизни родившийся поблизости в г. Коканд поэт-демократ Хамза Хаким-заде Ниязи. Он здесь создал школу, занимался просветительством и был зверски убит. Высоко на горе ему поставлен белый мавзолей, к которому ведет каменная лестница. Именно в память о добрых делах Хамзы кишлак Шахимардан переименовали в Хамзаабад, появился город Хамза.
Хамза Хаки-заде Нияхи (1889–1929) родился в Восточном Узбекистане в Коканде. Он стал основоположником узбекской литературы ХХ в. Х. Хамза был очень талантливым человеком. Он был поэтом-демократом (народный поэт Узбекистана, 1926 г.), композитором, художником, драматургом, общественным деятелем, а главное – прежде всего Хамза ощущал себя слугой своего народа. В 1911 г. он в Коканде открыл школу для детей бедняков и сам преподавал в ней. Он изучал народную музыку, всячески перерабатывал ее и сам создавал мелодии, писал песни.
Хамза Хаки-заде Нияхи
Его стихи и песни проникнуты глубокой любовью и сочувствием к трудностям простых людей. Хамза последний период своей жизни провел в окрестностях г. Фергана – в кишлаке Шахимардан, где он создал школу, занимался просветительской деятельностью, разоблачал местных мулл (служителей религиозного культа у мусульман) за их порой некоторые сомнительные дела. Он был убит в возрасте 40 лет религиозными фанатиками. В честь Х. Хамзы в Ферганской области появился в 1974 г. город Хамза (бывший Хамзаабад), в котором был создан мемориальный комплекс в память о нем и его добрых делах. Этот город еще известен как центр нефтепереработки.
В 5–7 км от Хамзаабада находится горный кишлак Иордан, от которого уходят далеко в горы живописные дикие ущелья, а в горах в советский период был создан альпинистский лагерь Дугаб. Эти места привлекают альпинистов и в наши дни. Но погода здесь капризная, порой неприветливая даже летом. Теплая солнечная погода может быстро смениться пасмурной, причем нередко с сильным ветром и снегопадом. Но альпинисты, несмотря ни на что, любят эти места.
К северо-востоку от этих мест и ближе к г. Фергана, в центре долины Алтыарыксая, на высоте 700 м над уровнем моря, лежит поселок Чимион. У подножия местных холмов в царский период возникли нефтяной промысел и рабочий поселок. В советский период в этих местах скважинами вскрыли целебные источники хлоридно-натриево-сероводородной субтермальной (теплой) воды, вскоре выяснилось, что по своим целебным свойствам она не уступает мацестинским и цхалтубским. На основе этой целебной воды в советский период был создан курорт Чимион, где стали лечить радикулит, ревматизм, кожные болезни, в том числе экзему, нервные заболевания. Целительные, лечебные возможности этой местности не иссякли и в наши дни.
5.2.5. Маргилан
В Ферганской области, в Маргиланской долине, находится город Маргилан, что в переводе с персидского означает «курица с хлебом». Легенда рассказывает, что местные жители проезжавшего через их город великого полководца Александра Македонского угощали именно курицей с хлебом. Но в древности этот город называли не Маргилан, а Маргинан. Этот город принадлежит к числу древнейших в Средней Азии. Он возник в земледельческом районе, на торговом пути, проходившем по предгорьям Южной Ферганы, вероятно во II–I вв. до н. э., когда одна из ветвей Великого шелкового пути – тогда мощной торговой трассы – пролегла через Ферганскую долину. Хотя дата основания Маргилана неизвестна, в 2007 г. отмечали условно установленный юбилей этого города – якобы ему исполнилось 2000 лет. Уже в X–XII вв. Маргилан был важным торговым центром, а в XVI в., при Бабуре (Захиреддин Мухаммед, 1483–1530 гг.), Маргилан был одним из крупнейших городов Ферганы, особо славился гранатами, абрикосами и выделкой шелковых тканей, последнее принесло ему мировую славу. В далеком прошлом Маргилан поражал даже китайских, персидских и других восточных купцов своими шелковыми тканями необычайной красоты и расцветки. К концу XIX в. объем производства шелковых тканей резко упал, так как ручное ткачество не могло конкурировать с машинами. Но Маргилан оставался главным центром Ферганы по первичной обработке коконов. В нем находилась почти 1/3 коконосушилок Ферганской долины. Высушенные коконы уменьшались в весе в 3 раза, становились транспортабельными, и их везли за границу, а частично – и на шелкообрабатывающие предприятия России. Наряду с шелкообрабатывающей в Маргилане развивалась и хлопковая промышленность. До 1917 г. в городе было 11 небольших заводов, очищавших хлопок-сырец, поступавший из окрестных крестьянских (дехканских) хозяйств. Масштабное развитие шелковой промышленности в Маргилане началось с конца 1920-х гг., когда на его окраине в 1928 г. построили самую большую в СССР шелкомотальную фабрику, которая постепенно превратилась в крупный шелкокомбинат. Затем в городе появились еще новые шелкоткацкие фабрики, которые стали выпускать ткани хан-атлас и бекасам, из которого шьют узбекские халаты. Маргилан в советский период еще более упрочил свою славу как город шелка. На новом историческом этапе своего развития Маргилан в конце ХХ – начале XXI в. еще более укрепляет свою славу производителя великолепного шелка как главный узбекский центр производства именно цветных шелковых тканей.
Маргиланцы – потомственные ткачи-художники. За долгую многовековую историю своего ремесла они создали уникальные по рисунку и сочетанию красок ткани, известные под названием «маргиланский шелк». В Маргилане, основном узбекском центре ткачества и крашения шелковых и полушелковых тканей, шелк выпускают промышленным и ручными способами фабрики и частные мастерские. На маргиланской шелкоткацкой фабрике, где изготовляют шелк ручным способом, как в старину, проводят экскурсии для интересующихся процессом производства шелковых тканей. Маргилан сохраняет свою значимость и авторитет традиционного центра ручного ткачества, вышивки, резьбы по дереву и ганчу.
В Маргилане нет очень древних и особо ценных архитектурно-художественных построек. Однако достопримечательностями города являются медресе Санд Ахмад Ходжи (конец XIX в.), мавзолей Ходжи Магиза (первая половина XVIII в.), мечеть Чакар, мемориал ученого-богослова XII в. Пир Сиддака, наставника имама Бурхан ад-Дина Маргинани, древнейшая постройка в Маргилане. Этот комплекс включает мавзолей Пир Сиддака (1742 г.), мечеть, минарет, голубятню – все постройки середины XVIII в.
Города Фергана и Маргилан почти слились. Они образуют крупный промышленный Фергано-Маргиланский ареал, являющийся крупнейшим очагом химической промышленности (нефтеперерабатывающего завода в г. Фергана и в г. Хамза, азотно-туковый завод, производство химических волокон, в том числе капралактана, пластмасс) и текстильной (крупный хлопчатобумажный комбинат в г. Фергана, крупнейший в СНГ шелковый комбинат в Маргилане) промышленности. Также здесь работают предприятия пищевой промышленности (масложировая, консервная). На юге Ферганской области добывают и перерабатывают сырье для производства цемента.
В окрестностях Маргилана в поселении Риштан можно посетить гончарные мастерские Центра традиционной узбекской керамики. Риштанская керамика славится издавна, ее в XIX в. производили 100 мастерских, в 1920–1980 гг. – керамический завод, с конца ХХ в. – частные мастерские. Риштанская керамика запоминается ее изумрудно-бирюзовым цветом, который ей придает ишковая глазурь из местных трав.
5.2.6. Коканд
В Ферганской долине, на высоте 450 м над уровнем моря, расположен город Коканд. Местность, где находится этот город, выделяется чрезвычайно малым количеством осадков (98 мм в год) и сильными ветрами, переходящими порой в пыльные бури. За весь год здесь осадки бывают лишь 20–21 день (8 % дней в году). Коканд возник в густонаселенном оазисе, на древнем караванном торговом пути из Индии и Китая, он известен с Х в. и поначалу назывался Хавакенд, или Хукянд-и-Лятиф («Приятный город»). В XIII в. город разрушили ордынцы. Затем неподалеку от нынешнего Коканда родоначальник кокандских ханов Абдулкаримбий Шахрук построил крепость Эски-Курган, с нее и начался рост современного города. Коканд (узбекское произношение «кук-кон») был основан в 1732 г. (в 2022 г. ему исполнится 290 лет), а в 1740 г. он получил свое имя. Возрождение Коканда на месте исчезнувшего древнего города и получение им статуса столицы Кокандского царства, который он удерживал в 1740–1876 гг., определялись его удобным положением у входа в долину. В Коканде, находившемся на мощном торговом пути, шла бойкая торговля, местные купцы стабильно богатели. После присоединения Кокандского ханства к России Коканд оказался городом Российской империи (с 1876 г.), важнейшим центром первичной обработки хлопка, средоточием хлопковых дел, главным рынком торговли хлопком России и крупнейшим финансовым центром Туркестана. Прошедшая через Коканд в конце XIX в. железная дорога сделала его транспортным узлом Ферганы. В царский период и до него в Коканде были мелкие хлопковые и маслобойные предприятия. В советский период были построены крупные хлопковые заводы и масложировой комбинат, крупнейший в Средней Азии прядильно-чулочный комбинат, швейная фабрика, завод по производству удобрений и ядохимикатов для хлопководства. В современном Коканде развиты пищевая, легкая, химическая промышленность, машиностроение и металлообработка. Коканд является главным финансово-промышленным центром Ферганской долины с конца XIX – начала ХХ в. В нем еще в 1910 г. возвели здание Русско-Азиатского банка. Коканд является старинным центром художественных промыслов: вышивка, резьба и роспись по ганчу (ганч – вяжущий материал, получаемый обжигом камневидной породы, содержащей гипс и глину; из ганча делают штукатурку, выполняют резной и литой декор, скульптуру), чеканка по меди, шелкоткачество. Коканд является значимым образовательным и культурным центром; в нем есть педагогический институт, Узбекский драматический театр, ряд музеев, в том числе краеведческий (ул. Истиклол, 2), литературный, дом-музей поэта Хамзы, комната-музей поэта Мукими. Коканд – родина выдающихся узбекских поэтов-демократов Н. Мукими, Фурката, Хамсы (все конца XIX – начала ХХ в.).
Мухаммед Мукими (1851–1903) прославился острыми социальными стихами, обличавшими произвол феодалов, создал портреты жадных вороватых торговцев, но главное – он создал проникновенную лирику.
Закирджан Фуркат (1858–1909) учился в Коканде, где он сблизился с поэтами Мукими и Завки. В 1898 г., когда он уже был известным поэтом, Фуркат переехал в Ташкент. В своих стихах он воспевал радости и страдания любви. Он призывал изучать русский язык и русскую культуру.
Хамза Хаким-заде Ниязи (1889–1929) является основоположником узбекской литературы ХХ в., еще он был поэтом, драматургом, композитором, художником. В 1911 г. он открыл в Коканде школу для детей бедняков и сам преподавал в ней (см. 5.2.4).
На центральной улице Коканда, именуемой Истиклол (Независимости), сохранилась цивильная светская застройка царского периода: здание банка, гимназия, административные постройки, – их восприятие обостряют современные, стилизованные под имперский стиль уличные фонари. Есть действующий православный храм во имя Казанской иконы Божией Матери (1945 г., ул. Урдатоги, 70; первое, историческое здание этой церкви – 1905–1908 гг. с колоколами, символично отлитыми из пушек побежденного кокандского хана, снесли в 1934 г.).
Дворец Худояр-хана в Коканде
Главная историческая достопримечательность Коканда – дворец Худояр-хана (1871–1873 гг.), последнего правителя (1845–1875 гг.) Кокандского ханства. Дворец имел 119 комнат и 7 дворов (из них сохранились 119 комнат и 2 двора), чуть ли не половину дворца занимал ханский гарем, где жили десятки наложниц. Дворец имеет привлекательный вид. Его фасад, более чем нарядный, облицован глазурованными синими, желтыми, зелеными плитками. В здании бывшего ханского дворца размещается (с 1925 г.) краеведческий музей.
Другие значимые архитектурно-художественные памятники: медресе Мир (XVIII в.), медресе Камол Казы (1847 г.), Эмир Хазрат (XIX в.), Миен Хазрат (1861 г.), Норбуты-бия (1789 г.), Джума (Джами) – мечеть с медресе (XIX–XX вв.), ханские мавзолеи Дахма-и-Шохон (1825 г.) и Мадари-хана (1825 г.), женское медресе Дастурханчи и каменный мост (оба XIX в.) и др. Ряд памятников связан с именем Норбуты-бия (правил Кокандским ханством в 1764–1799 гг.): действующее и сейчас медресе Норбуты-бия и некрополь Дахма-и-Шохон («Усыпальница царей», построена в 1825 г. на месте погребения Норбуты-бия и его потомков). Тогда же рядом с Дахма-и-Шохон возвели женскую усыпальницу семьи кокандских правителей Модарихан. Существующая соборная мечеть Коканда с минаретом (22 м) была построена при сыне Норбуты-бия – Умар-хане (1809–1822), потолок ее айвана держат 98 деревянных колонн.
5.2.7. Наманган
Административный центр Наманганской области город Наманган раскинулся на высоте 450 м над уровнем моря в долине р. Намангасай. Наманган и его окрестности хорошо обеспечены водой, которую ему дают река Намангасай, каналы – Северный, Ферганский, Большой Андижанский, Янгиарык и другие. Окрестности Намангана имеют очень продолжительный безморозный период (229 дней), что позволяет при искусственном орошении выращивать в этих местах субтропические растения – инжир, хурму, гранат и другие.
Наманган возник в конце XV в., о нем писал потомок Тимура Захиреддин Мухаммед Бабур (1483–1530) в своей книге «Бабур-наме». В эти места бухарский хан Абдулла II в 1582 г. переселил плененных им в Хорасане персов (Абдуллу II считают основателем Намангана). Селение находилось около соляного источника, что определило его название – Намаккан, впоследствии преобразованное в Наманган. В 1758 г. Наманган уже был известен как небольшой местный административный центр, город ремесленников и торговцев. В нем было много кустарей, а торговля имела второстепенное значение, поскольку этот город стоял в стороне от торговых путей. С 1876 г. Наманган был в составе Российской империи, он стал уездным городом образованной Ферганской области. К 1914 г. в Намангане уже действовали свыше 40 предприятий, в том числе 17 хлопковых заводов, в нем жили около 75 тыс. человек. В советский период Наманган стал крупным центром легкой и пищевой промышленности. В нем были построены консервный, молочный, винодельный, хлебопекарный заводы, швейная и тарная фабрики, мясокомбинат, электротехнический завод. Есть аэропорт. В наши дни в нем развиты машиностроение и металлообработка, пищевая, легкая, хлопкоочистительная, химическая и другие отрасли промышленности. В этих местах развиты народные промыслы: вышивка, роспись по ганчу, шелкоткачество. В городе есть педагогический институт, театр драмы и комедии, несколько музеев, в том числе краеведческий (ул. Наманганий, 41).
Очень ценных древних исторических памятников в Намангане нет, но сохранились немногочисленные жилые дома царского периода. Есть один действующий православный храм во имя Архистратига Михаила, созданный на основе молитвенного дома (1952), хотя православный приход в Намангане был образован в 1877 г., но он был закрыт в советский период. Среди других достопримечательностей этого города мавзолей Ходжамны Кабры, Ходжи Амина (XVIII – начало ХХ в.), мавзолеи поэта Мавлона-був (XIX в., на стенах поминальной мечети сохранились стихи почитателей), медресе Мулло Киргиз (начало ХХ в.), мечети Ота Валихон-тура (начало ХХ в.) и Исаак Шейха (1872).
Окружает г. Наманган равнинная местность с основными реками Сырдарья и Нарын, каналами Северный Ферганский, Большой Андижанский и др. В Наманганской области развиты легкая (хлопкоочистительная, текстильная и др.), пищевкусовая, химическая промышленностью, машиностроение и металлообработка. Ведется поливное земледелие. Район славится объемами выращиваемого хлопка. Жители занимаются также плодоводством, виноградарством, возделыванием овоще-бахчевых культур, а также шелководством, животноводством (выращивание и содержание крупного рогатого скота, овец, коз).
Мавзолей Ходжи Амина (Хожджамны Кабры) в Намангане
В окрестностях Намангана сохранился ряд интересных мест. В 25 км от Намангана, в окрестностях селения Балыкси, на берегу р. Сырдарья находятся остатки древнего города Ахсикент, возникшего как прибрежная крепость в античные времена, в VII–VIII вв. в нем находилась резиденция местного правителя. В XI–XII вв. Ахсикент был столицей Ферганской долины. Основное ядро древнего города занимало площадь 8 га, а его внешний пояс – 27 га. Вторгшиеся в Среднюю Азию ордынцы сильно разрушили этот город. В начале XVII в. Ахсикент разрушило землетрясение, и его жители переселились в основанный в 1582 г. Наманган.
Поблизости от поселения Пап (Баб) можно увидеть древнее городище Мунчак-тепа (I–IV вв.). Соседнее поселение Чуст является почитаемым местом, в него приезжают паломники. В Чусте в XVI в. проповедовал, умер, был похоронен один из духовных лидеров суфийского ордена «Накшбандия» шейх Мавлоно Лутфуллох Чустий (1485–1571). Сохранились мазар шейха Мавлоно Лугфуллоха Чустии и медресе. Селение Чуст кроме того издавна славится изготовлением ручным способом знаменитых чустинских ножей. Считают, что лучше их подобных ножей нет. У поселения Кансайсай, на городище Муг-тепа, сохранились остатки крупного замка VI–VIII вв.
В Наманганской области находится бальнеологический курорт «Чартак». Он находится около г. Чартак, известного построенными в советский период заводами – хлопкоочистительным и по разливу минеральных вод.
Долина р. Чартаксай издавна известна целебными источниками. Когда геологи искали здесь нефть, с глубины 1500 м вдруг пошла горько-соленая вода. При углублении буровой скважины до 3400 м выяснилось, что между отметками 1500–3400 м залегает 6 пластов минерализованной и термальной воды, пригодной для лечения многих болезней. В 1 л этой воды находится до 40–60 г йода, брома, кальция, натрия. В этой воде содержится много радоновых и других газов. Температура этой воды на глубине 1700–3400 м 80–85—85 °C, а на поверхности – 48–51 °C. Минеральные источники, горный климат способствовали превращению долины Чартаксая в зону здравниц. В 1949 г. здесь, вблизи выхода минеральных вод, открыли первую лечебницу, а к 1962 г. на ее основе создали санаторий. Постепенно образовался лечебный бальнеологический курорт «Чартак», на котором стали лечить болезни нервной системы, хронические артриты, спондилиты, воспалительные заболевания желудочно-кишечного тракта, болезни суставов и кожи, а также остаточные явления полиомиелита у детей и некоторые другие детские болезни. Целительные лечебные возможности чартакских мест не истощились, но они используются далеко не полностью, их лечебный потенциал в должной мере еще не служит людям.
5.3. Центральный Узбекистан
Главные города Центрального Узбекистана: Самарканд, Бухара, Навои, которые являются административными центрами одноименных районов.
5.3.1. Самарканд
5.3.1.1. История и современность
Самарканд славится обилием древних архитектурно-художественных памятников. Среди узбекских городов по числу памятников он уступает только Бухаре и Хиве. При этом дивная красота его древних архитектурных памятников неоспорима, его архитектурно-планировочные достоинства часто ярче и лучше, чем в других исторических центрах узбекского зодчества.
Вид на старый Самарканд
Современный Самарканд – не только город-музей дивных по красоте, древних, уникальных архитектурно-художественных ценностей, памятников, он самый интересный город Узбекистана по культурологическим, образовательным, научным, промышленным, административно-управленческим меркам.
Современный Самарканд – это развитый индустриальный центр (машиностроение, легкая, в том числе хлопкоочистительная, шелкоткацкая и др. а также пищевкусовая, в том числе консервная, табачная промышленность, и др.), химическая и другие отрасли промышленности. Есть аэропорт. Работают несколько учебных заведений, в том числе Самаркандский университет, основанный в 1927 г., несколько театров, ряд знаменитых музеев и многих всемирно известных архитектурных памятников. В 1924–1930 гг. Самарканд был столицей Узбекской Советской Социалистической Республики, с 1938 г. является административным центром Самаркандской области.
Самарканд – историческая основа и административно-управленческое ядро окружающей его и взаимосвязанной с ним обширной территории – Самаркандской области.
Большую часть территории Самаркандской области занимает песчаная пустыня Кызылкум с возвышенностями Букантау и Тамдытау, на юге хребет Нуратау. Главная река этих мест – Зеравшан, есть озеро Айдаркуль и Каттакурганское водохранилище, а также каналы. Здесь ведется добыча руд цветных металлов. Наибольшее развитие получили машиностроение и металлообработка, химическая (производство минеральных удобрений), легкая (хлопкоочистительная, шелковая, кожевенная, ковроткацкая), пищевкусовая (консервная, маслобойная) промышленность. Развито хлопководство на поливных землях, зерновое хозяйство, также возделывают табак, овоще-бахчевые культуры, также развиты плодоводство и виноградарство. В животноводстве преобладает разведение крупного рогатого скота, овец). Развито шелководство.
Нужно особо отметить, что в Самарканде и его окрестностях сохранились многие мазары – места особого почитания верующих мусульман. Особенно много таких мест в самом Самарканде. Например, в мавзолее святого пророка Даниила (Ходжа Даниер) пребывает часть мощей этого пророка – его правая рука. Рядом с этим мавзолеем в 1996 г. чудесным образом ожило и зацвело засохшее 500-летнее фисташковое дерево. В мавзолее Гур-Эмир похоронен великий Тимур. В мавзолее Рухабад хранятся волосы святого пророка Мухаммеда. Мемориальный ансамбль Шахи-Зинд является чуть ли не самым почитаемым местом мусульманского паломничества в Средней Азии. Есть в этих местах и другие мазары.
В 2007 г. пышно отмечали якобы 2750-летний юбилей Самарканда, но никто точно не знает, когда этот город был основан. В глубокой древности, возникнув на стыке гор и пустынь, в долине среднего Зеравшана (в 50–60 км от выхода р. Зеравшан из гор), Самарканд был местом скопления населения, районом товарообмена и торговли оседлых и кочевых народов. Возвышению и развитию города способствовали его выгодное экономико-географическое положение на важнейших торговых путях, связывавших Древний Китай, Индию и другие страны Востока с Ираном, Турцией, Россией, странами Средиземноморья, а также его близость к другим значимым среднеазиатским городам.
Даже приблизительно назвать век основания Самарканда проблематично. Если считать его первоосновой древнее поселение, город в древности и раннем Средневековье в пределах возвышенности Афрасиб, то Самарканд появился в VIII–VI вв. до н. э. В разные времена этот город называли по-разному. Древние персы называли его Смараканса, древние греки – Мараканда, тюрки – Семизкент, китайские купцы и путешественники – Кан или Самокиен. Самарканд символически величали Эдемом Древнего Востока, его именовали Драгоценной жемчужиной и Ликом земли средневековые историки и географы, Сокровищницей культуры народов Востока называют его и сейчас.
Несомненно, Самарканд обладает какой-то особой силой, удивительной жизнеспособностью, чуть ли не магической неиссякаемой визуальной привлекательностью. Неоднократно приобретая столичный статус, этот город неоднократно и терял его, но не хирел, не прерывал своего созидательного развития. Длительная история Самарканда – это череда взлетов и падений, тем не менее в конечном счете город всегда восстанавливался, продолжал свое позитивное развитие и градостроительное совершенствование (см. текст далее). В 2001 г. ЮНЕСКО включила Самарканд в список объектов Всемирного культурного наследия. Выдающиеся архитектурно-художественные памятники Самарканда имеют мировую славу, а труды творивших в Самарканде поэтов, ученых входят в мировую сокровищницу интеллектуальных достижений (5.3.1.2).
Долгая, насыщенная разными событиями история Самарканда свидетельствует о его большой жизнеспособности и неистребимом желании соседей-недругов обладать им любой ценой. В VIII–VI вв. до н. э. этот город был столицей древнего государства Согдиана, в VI–IV вв. был в составе древнего Персидского царства, в IV в. до н. э. был захвачен Александром Македонским.
Древний город Мараканда имел мощные оборонительные стены протяженностью более 10 км и долго процветал. В 329 г. до н. э. войска А. Македонского почти полностью разрушили этот город, но он прожил здесь около двух лет.
С III до конца II в. до н. э. этот город был в составе Селевкидского и Греко-Бактрийского царства. До IV в. н. э. был в составе Кушанского царства и государства Кангюй, позже он был подчинен племенами хианитов, кидаритов и эфталитов. В VI в. он был в составе Тюркского каганата. В 712 г. город захватили арабы, а в IX в. и до 890 г. он был столицей саманидского государства. С 1040 г. – столицей государства Караханидов, в 1212 г. разгромленного хорезмшахом Мухаммедом. Затем город завоевали турки-сельджуки, в XI в. он принадлежал династии султанов Сельджукидов (Сельджук – имя предводителя племени). В середине XII в. город завоевали каракитаи (черные китаи), образовавшие государство Каракитаев. С 1210 г. город был в составе государства Хорезмшахов. В 1220 г. город взяли штурмом и разрушили полчища Чингисхана. С 1370 г. город стал столицей государства Амира Тимура.
Период невиданного ранее интенсивного развития, хозяйственного и культурного процветания Самарканда, его стремительного градостроительного обновления проходил в конце XIV – начале XV в. при Амире Тимуре, когда стал столицей его империи, культурным, административным центром всей Средней Азии.
Амир Темур (Тимур, Тамерлан, 1336–1405 гг.) – выдающийся государственный и политический деятель, великий полководец, эмир с 1370 г., создатель государства со столицей в Самарканде. Он разгромил Золотую Орду, совершил грабительские походы в Малую Азию, Иран, Индию, Закавказье. В 1390 г. войска Тимура пришли на Волгу, в 1395 г. вторглись в пределы собственно России, захватили г. Елец, а затем по необъяснимым причинам Тимур повел свои войска обратно. Тимур родился недалеко от Самарканда, в местечке Кеш, точнее в его части, кишлаке Ходжа-Илгар (тепеь г. Шахрисабз) в семье военных. Он с рождения был хромым на левую ногу, поэтому его звали Тимур Ленг, что означало Тимур Хромой. Только благодаря своим способностям он достиг высокого положения в монгольском царстве, ведь он был незнатного происхождения и имел физический недостаток – хромоту. Став в 1370 г. главой правительства, он сверг хана и захватил власть в Джагатайском улусе (улус – родо-племенное объединение с определенной территорией, подвластное хану). Тимур, родившись в семье простых монгольских военных, мечтал стать властелином большей части Земли, создать свою собственную процветающую империю, что ему удалось осуществить.
Тимур (Тамерлан). Реконструкция внешнего облика
Тимур не представлял свою жизнь без власти, обогащения, славы, величия. Тимур видел столицей своей империи только очень древний и знаменитый своей историей город. Совсем не случайно он сделал именно Самарканд столицей своей империи и стремился сделать его самым красивым городом. Огромную часть завоеванных им богатств он использовал для развития и градостроительного совершенствования Самарканда. Из завоеванных Тимуром земель везли разные ценности, богатства и мастеров ради еще большего процветания Самарканда. Тимур, имевший относительно простое происхождение, стремился всех убедить, что он происходит из рода самого Чингисхана. Он провозгласил себя прямым потомком Чингисхана, что означало его невероятное рождение у 149-летнего Чингисхана). У Тимура было неослабевающее сильное желание увеличивать территориальные владения и богатства, а затем свозить ценности из завоеванных земель в Самарканд. Тимур ценил литературу и искусство, превратил столицу созданного им государства Самарканд в подлинный культурный центр. Однако он с варварской жестокостью относился к побежденным народам, захваченным пленным (например, враз в 1398 г. уничтожил 100 тыс. пленных индийских солдат, а в 1401 г. убил 20 тыс. жителей Дамаска), оставлял после своих военных захватов чудовищные по масштабам разрушения, воздвигал пирамиды из вражеских черепов в ознаменование своих побед. Современники восхищались его полководческим талантом, о нем говорили как о превосходном тактике и бесстрашном военачальнике, его умении поднимать боевой дух воинов (а его войско насчитывало свыше 100 тыс. воинов), и все как один боялись его. Даже неподвластные Тимуру страны признали его могущество, платили ему дань, чтобы избежать вторжения войск Тимура в их владения. Например, в 1404 г. Тимур получал дань даже от египетского султана и византийского императора. В 69 лет Тимур был полон воинственных планов, решил вести свои войска в Китай, но внезапно умер. Тимур остался в мировой истории самым могущественным полководцем Центральной Азии в Средние века. По завещанию Тимура, его империя была разделена между его сыновьями и внуками. Они были кровожадными и амбициозными, не обладали воинскими, организаторскими, управленческими способностями. В 1420 г. младший сын Тимура Шаврук (после многолетней войны единственный оставшийся в живых его потомок) получил власть над империей отца. Это была своего рода месть судьбы, бога Тимуру за его жестокость, неуемную страсть к увеличению хищническим путем земель, богатств: при значительном числе детей живым остался один Шаврук.
Дети и внуки Тимура полководческими и управленческими талантами не обладали, в основном были алчными, увлеченными своими личными интересами. Они не смогли сохранить и увеличить величие Самарканда. После гибели внука Тимура Улугбека (его убили по приказу его собственного сына), увлекавшегося главным образом наукой и еще образовательными и градостроительными делами, Самарканд надолго потерял свое культурное значение. С начала XVI в. Самарканд перестал быть столицей и переходил из рук одного феодального правителя в руки другого.
В 1500 г. Самарканд завоевали войска Шейбани-хана, город стал входить в состав государства династии узбекских ханов Шейбанидов со столицей до 1533 г. в Самарканде, потом – в Бухаре. Потеря столичного статуса затормозила, но не остановила развитие Самарканда. С конца XVI в. Самарканд входил в состав Бухарского ханства, возникшего после перенесения столицы государства Шейбанидов в Бухару, и в 1740 г. завоеванного Надир-шахом, с 1747 г. называвшегося Бухарский эмират.
В эпоху ханств и междоусобиц, вторжения казахских султанов в начале XVIII в., иранских войск Нодиршаха в 1740 г. Самарканд совсем обезлюдел. В конце XVIII в. эмир Шахмурад переселил в Самарканд жителей из других районов.
В 1868 г. Самарканд был взят русскими войсками и присоединен к Российской империи, стал одним из ее городов, вошел в состав образованного Туркестанского генерал-губернаторства. В поисках новых рынков сырья и сбыта продукции в Самарканд потянулись русские чиновники-администраторы и предприниматели. В 1871 г. была основана русская часть Самарканда, постепенно у города оказались два центра: исторический мусульманский и относительно новый – русский. После присоединения Самарканда к России он стал центром Зеравшанского округа, а с 1887 г. – Самаркандской области.
После образования в 1924 г. Узбекской Советской Социалистической Республики Самарканд в 1924–1930 гг. был ее столицей, затем столичный статус перешел к Ташкенту, а Самарканд с 1938 г. является областным центром.
Современный Самарканд – это крупный культурный и хозяйственный центр, второй по людности город в Узбекистане. В нем развиты машиностроение, а также легкая (в том числе хлопкоочистительная, шелкоткацкая), пищевкусовая (консервная), табачная, химическая и другие отрасли промышленности. В нем есть несколько театров и многие музеи. Самарканд является туристическим центром мирового класса. Самарканд считается крупнейшим центром виноградарства Узбекистана и ведущим центром по производству сушеного винограда. В Самаркандской области находится около 70 % виноградников Узбекистана.
После развала СССР многие промышленные предприятия закрылись, часть образовавшихся частных градообразующих и градообслуживающих предприятий и учреждений обанкротилась. Ощутимая часть русских покинула Самарканд, переехала в Россию; уехала в Израиль и другие страны большая часть самаркандских евреев. Город лишился многих квалифицированных кадров. В Самарканд устремились сельские жители из близлежащих кишлаков. При всех сложностях развития города в новых условиях многие поняли, что туристическое дело, гостиничный бизнес и обслуживающая туристов сфера – выгодные и надежные сектора занятости. В Самарканде появились многочисленные частные гостиницы, туристические бюро, предприятия питания и транспортного обслуживания.
Основная часть растущего потока приезжающих в Самарканд ради личного знакомства с его знаменитыми на весь мир архитектурно-художественными достопримечательностями, увидеть его историческую застройку, попытаться ощутить особенности современной жизни в нем.
Характерными отличительными чертами планировки, застройки Самарканда, а также стиля и ритма жизни в нем являются: 1) наличие двух исторических центров в городе – древнего, средневекового и относительно нового русского, возникшего в конце XIX в.); 2) не компактное, а дисперсное размещение архитектурно-художественных памятников, при сосредоточии многих из них в исторической древней части города и на северо-восточном направлении от центра; 3) малоинтересные для туристов многоэтажные жилые дома и основные градообразующие предприятия XX–XXI вв. находятся на окраине города и не нарушают облик его исторической части; 4) платность посещения большинства архитектурно-художественных музейных объектов и фотографирование в них; 5) общественный транспорт нередко работает с перебоями и после 20–21 ч. прекращает свою работу, но частные и недорогие такси продолжают функционировать; 6) туристам целесообразно купить карту-схему города и ради более яркого восприятия Самарканда лучше всего передвигаться по нему пешком (как минимум в его исторической средневековой части); 7) туристам надежнее расселяться в гостиницах, в частном секторе могут случаться перебои с электро– и водоснабжением, обычно нет кондиционеров; 8) обилие историко-архитектурных памятников, музеев и их размещение в разных частях Самарканда заставляет выделять для знакомства с ним не менее 3–4 дней.
5.3.1.2. Основные исторические и архитектурно-художественные достопримечательности. религиозные центры и выдающиеся личности
В Самарканде сохранились многочисленные, в том числе очень древние, исторические архитектурно-художественные памятники.
Среди них: 1) городище Афрасиаб (VI в. до н. э. – XIII в. н. э.); 2) ансамбль площади Регистан, включающий несколько медресе: Тиля-Кари (XVII в.), Улугбека (XV в.), Шир-Дор (XVII в.); 3) некрополь и ансамбль мавзолеев Шахи-Зинда (XIV–XV вв.); 4) мавзолеи: Рухабад (XIV в.), Гур-Эмир, усыпальница Тимуридов (XV в.), Аксарай (XV в.), Ишрат-хана (XV в.), Ходжи Даниера (1900 г.); 5) мечети: соборная Биби-Ханым (XIV–XV вв.) и Хазрет-Хызр (XIX в.); 6) обсерватория Улугбека (1429 г.) и некоторые другие.
Медресе Шир-Дор на площади Регистан в Самарканде. С картины П.П. Верещагина
Как символ Узбекистана, своего рода его визуальную визитную карточку воспринимают сверкающую великолепием самаркандскую площадь Регистан и рядом с ней – усыпальницу великого полководца Тимура – Гур-Эмир с ее идеальными пропорциями, замысловатыми узорами на строгих стенах, огромным бирюзовым куполом и подпирающими небо изящными минаретами. Но в принципе абсолютно все самаркандские архитектурно-художественные памятники – все как один – удивительно красивые и поражают взор необычностью и пластичностью своих форм. При этом некоторые из них являются мазарами.
Усыпальница Тимура (Тамерлана)
Необычайная и неповторимая архитектурно-художественная красота Самарканда славится издавна. Даже самые требовательные знатоки и эстеты считали своим долгом выразить восхищение визуальным совершенством, средовым обаянием Самарканда. Так, 126 лет назад, в 1893 г., когда знаменитый французский писатель Жюль Верн (1828–1905) написал роман «Клодиус Бомбарнак», в нем он особое место отвел описанию Самарканда, в том числе его площади Регистан, особо отметил, что в этом городе тогда было 17 медресе и 85 мечетей. Великий французский писатель счел своим долгом выразить восторг от красоты и своеобразия Самарканда.
В окрестностях Самарканда, в Самаркандской области также сохранились ценные исторические и архитектурно-художественные памятники, особо почитаемые мусульманами места. Среди них мавзолей Арабата (Х в.) и Ак-Мечеть (XII в.) в кишлаке Тем, архитектурный комплекс XV–XVIII вв. в поселке Дахбед, недалеко от канала Дарком – следы любимой загородной резиденции Тимура – Давлат-Абад (XIV в.), в селении Хартанг – мемориальный комплекс Имама аль-Бухари (1998) и некоторые другие.
Мавзолей Арабата в 1965 г.
Мавзолей Арабата сегодня
В Самарканде немало музеев, одни из них созданы в архитектурно-художественных комплексах, другие находятся в специально отведенных для них зданиях. В комплексе площади Регистан в медресе Улугбека есть Музей Регистана. Рядом с обсерваторией Улугбека есть музей, посвященный Тимуру, Улугбеку, науке астрономии. В заповеднике-городище Афрасиаб есть музей основания Самарканда (ул. Ташкентская, 7). Есть областной краеведческий музей (ул. Джами, 51), Государственный музей истории и культуры Узбекистана (ул. М. Улугбека, 148), мемориальный дом-музей Садридина Айни (ул. Регистанская, 7б), музей виноделия при винкомбинате им. М.А. Ховренко (ул. Махмуда Кашгари, 58); первый в Средней Азии цех по производству вина был создан в 1868 г., на его базе был создан завод, (при музее есть дегустационный зал), другие музеи, есть Русский культурный центр (ул. Абдурахмана Джами). В местной школе № 22 есть музей, посвященный первому президенту Республики Узбекистан И.А. Каримову, который учился в этой школе в 1950–1955 гг. (ул. Ташкентская).
Ислам Абдуганиевич Каримов (1938–2016) родился, провел детство и юность в Самарканде, в молодости увлекся партийной работой, со временем стал видным государственным деятелем. С 1960 г. И.А. Каримов был на инженерно-технической и государственной работе. С 1983 г. был министром финансов, с 1986 г. – заместителем председателя Совета министров Узбекской ССР и председателем узбекского Госплана. В конце 1986 г. он стал первым секретарем Кашкадарьинского областного комитета, а в 1989—1991 гг. – первым секретарем Центрального комитета Коммунистической партии Узбекской ССР, 1990–1882 гг. – главой правительства Узбекистана, в 1990–1991 гг. – президентом Узбекской ССР, в 1991–2016 гг. – президентом государства Узбекистан.
К событиям в Самарканде оказались причастны как минимум 3 творчески одаренных неординарных русских человека – В.В. Верещагин и В.Г. Шухов. А М.А. Спиридонова фактически одна провела кредитование всей земельной реформы в Узбекистане.
Василий Васильевич Верещагин (1842–1904), сын помещика, учился в Петербургском морском кадетском корпусе и в Академии художеств. В 1867 г. молодой офицер (ему 25 лет) В.В. Верещагин отправился в Туркестан, чтобы узнать, что такое настоящая война, истинная восточная война.
В.В. Верещагин
Он участвовал в боевых действиях как солдат и фиксировал события на бумаге и холсте. В 1868 г. он в составе русского гарнизона численностью около 600 человек оборонял Самаркандскую крепость от войск бухарского и самаркандского эмиров (6,5 тыс. чел.) и получил за храбрость и мужество Георгиевский крест. По мотивам боевого пребывания в Средней Азии В.В. Верещагин создал свою знаменитую «Туркестанскую серию» картин, которая принесла ему славу лучшего к началу ХХ в.
Владимир Григорьевич Шухов (1853–1939), гениальный инженер, ученый, изобретатель с мировой славой, литератор, выпускник (1876) Императорского московского технического училища буквально способствовал спасению историко-архитектурного сокровища Самарканда – комплекса легендарного медресе Улугбека. Когда начал заваливаться набок северо-восточный минарет медресе Улугбека, именно В.Г. Шухов спас его, придумав оригинальное конструктивное решение его укрепления, сохранения, выпрямления (см. 5.3.1). В 1922 г. Шухов разработал уникальный вариант выпрямления и спасения минарета, но реализовать его предложение удалось только в 1932 г. (см. 5.3.1 и текст далее).
В 1923–1926 гг. в Самарканде как в ссылке вынужденно жила знаменитая террористка Мария Александровна Спиридонова (1884–1941 гг., ей тогда было 39–42 года; см. 5.1.1.2).
Узбекские города в советский период были местом ссылки неугодных власти людей, в том числе идеалистов, стремившихся достичь недостижимого – справедливости и гармонии на земле, в России. Среди них была террористка М.А. Спиридонова, которая пребывала в ссылке в Самарканде, затем ее перевели в ссылку в Ташкент, где она пребывала в 1926–1929 гг. (почти 6,5 лет она провела в ссылке в Узбекистане). Ее в возрасте 39 лет привезли в ссылку в Самарканд в составе группы политических заключенных – сторонников и членов организации эсеров. Среди них был Илья Андреевич Майоров, за которого она в Самарканде вышла замуж. Он был моложе ее, недурен собой, осознавал, что она знаменитая террористка – «возлюбленная террора», символ борьбы за народную свободу, ее называли «эсеровской богородицей». Но он нуждался в бытовом уходе, ленился работать и что-либо делать. В Самарканде они жили коммуной, в которую входили: сама М.А. Спиридонова, ее муж И.А. Майоров, ее свекор (отец мужа), подросток Лева – сын Майорова и их 3 соратницы-эсерки. В ссылке в Самарканде, кто мог, работал. Спиридонова работала в банке, совместительствовала в двух отделах, систематически уходила с работы в 3 часа ночи. Она одна провела кредитование всей земельной реформы в Узбекистане при тайном и почти явном саботаже всего банка. Выполняя колоссальный объем работ, она получала маленькую зарплату, но другие ссыльные зарабатывали меньше нее или не имели работы вообще. Самарканд был городом теплым и хлебным, жизнь в нем была дешевой, так что жизнь в этом городе была лучше, чем в поселениях европейской части России. Спиридонова организовала почти открытую кассу взаимопомощи для содержания безработных ссыльных без различия фракций. Она свела до минимума траты своей семьи и посылала в Россию посылки своим ссыльным товарищам, вынужденно пребывавшим в разных населенных пунктах страны. Другие ссыльные в этих делах не участвовали, муж ее даже осуждал за это (ведь без посылок они могли бы лучше питаться), он даже прятал от нее свои случайные дополнительные заработки. Спиридонова считала, что все они были плохо одеты и обуты, недостаточно хорошо питались, но были сыты, хотя и без излишков (только по праздникам почти вдоволь ели белый хлеб и молоко). При этом все ссыльные старались в Самарканде помогать и поддерживать друг друга. Так прошли 3 года, затем по настоянию органов их семью-коммуну перевели в Ташкент, где они прожили немногим более 3 лет, жили практически так же, как в Самарканде. Затем левым эсерам удалось добиться ее возвращения из ссылки и обеспечить ее лечение в течение года в туберкулезном санатории в Ялте, а затем она снова 11 лет томилась в ссылке (в Уфе) и в тюрьмах. Ее расстреляли в тюрьме в Орле осенью 1941 г., ей было 57 лет.
В центре Самарканда находится уникальный по своему величию архитектурный ансамбль площади Регистан. В Средневековье во всех крупных городах Центральной Азии главная дворцовая площадь называлась Регистан. Местный Регистан – своеобразный самаркандский форум, – один из великолепных образцов градостроительной культуры Средней Азии прошлого. Здесь был религиозный и учебный центр города. А во времена правления М. Улугбека (1409–1449) эта площадь была местом официальных ритуалов и церемоний. В наши дни комплекс площади Регистан оценивается как своего рода визуальная визитная карточка Узбекистана и его градостроительной жемчужины – Самарканда. Этот комплекс состоит из трех монументальных мечетей: Улугбека, Шер-Дор, Тилля-Кари, – окружающих площадь с трех сторон. Слово «Регистан» означает «песчаное место». Нынешний вид Регистан обрел примерно за последние 100 лет. В 1527–1530 гг. на южной стороне площади Регистан было построено здание мечети (превращенной затем в обитель мистиков ханаку – странноприимный дом с мечетью и кельями, обитель дервишей – членов мусульманских суфийских братств и отчасти нищих) и располагались могилы. Землетрясение 1904 г. почти разрушило здание XVI в., в 1910 г. оно было разобрано.
Медресе Улугбека в этом комплексе самое древнее, оно было построено в 1417–1420 гг. по воле внука Амира Тимура – правителя Самарканда, прогрессивного деятеля Средневековья, покровителя наук Мирзо Улугбека (см. о нем текст далее). Медресе Улугбека поражает законченностью форм и монументальностью. Величественный портал главного фасада обращен к площади огромной, широкой и глубокой стрельчатой аркой. На портале медресе есть длинная надпись на арабском языке, в ней есть слова «…живут в нем ученые». По углам медресе возвышаются стройные, разукрашенные изразцовой облицовкой минареты. За стрельчатой аркой простирается внутренний просторный двор. В Средние века в этом известном медресе изучали не только ислам, но и философию, астрономию, математику, музыку, другие мудрости и науки.
Самарканд. Памятник Улугбеку
На первом этаже комнаты использовались как лекционные помещения, студенты жили на втором этаже. В медресе Улугбека находится Музей архитектурного комплекса «Регистан». За дополнительную плату можно подняться на минарет медресе Улугбека, с его вершины полюбоваться панорамой города и без платы вдоволь пофотографировать.
В истории комплекса медресе Улугбека есть один любопытный факт, о котором чаще всего не рассказывают экскурсоводы, местные гиды, путеводители и книги про Самарканд. В 1932 г. по плану и проекту знаменитого русского инженера Владимира Григорьевича Шухова (1853–1939) – гениального изобретателя массы технических, архитектурно-строительных и других новаций, – буквально спасли от обрушения и полного разрушения северо-восточный минарет медресе Улугбека. Произошло это так. После землетрясения 1897 г. стали замечать, что этот минарет постепенно накреняется. Через 21 год, в 1918 г., видный советский археолог, основатель среднеазиатской археологической школы академик М.Е. Массон, тогда еще относительно молодой человек, работавший в Самарканде, стал свидетелем серьезных беспокойств местных жителей по поводу грозящего обрушения минарета, неизбежных разрушений и возможной гибели людей. Местные советские управленцы-администраторы не знали, что делать. Было предложение разобрать минарет, а потом восстановить его в правильном вертикальном положении, но это означало уничтожение уникального памятника и его замену новоделом. Но для начала спасения минарета, как временную меру, минарет заключили в деревянный корсет, накренившийся ствол укрепили 24 стальными тросами. Кое-какой результат был: минарет временно перестал накреняться, но его верхняя часть отклонялась от его первоначального положения на 1,8 м. Надежных и кардинальных вариантов спасения минарета долго найти не могли.
В 1922 г. 69-летний известный русский инженер с мировым именем и авторитетом В.Г. Шухов предложил оригинальный и относительно простой вариант спасения минарета, но поначалу этот вариант приняли в штыки специалисты и администраторы, не поверившие в предложение гениального инженера. Затем 10 лет безрезультатно искали другие варианты спасения минарета и в конце концов все-таки приняли к реализации план Шухова.
Шухов предложил со стороны наклона минарета в грунт под его основание подвести своего рода лопатообразный рычаг из 15 длинных стальных балок. Затем этот рычаг следовало осторожно поднимать, в результате этого, как он утверждал, минарет постепенно вернется в свое первоначальное вертикальное положение, а создавшиеся пустоты следовало заместить бетоном.
Древние стены Самарканда
Шухов не только разработал вариант технологии выправления минарета, очередность и технологию сложного проекта, но и рассчитал размеры всех необходимых для этого технических приспособлений, в том числе даже шарниров и сечения стальных балок (по Васькину А.А. С. 376). Самаркандский областной архитектор Михаил Федорович Мауэр успешно реализовал на практике проект В.Г. Шухова по спасению (выпрямлению) минарета только в 1932 г. (тогда Шухову уже было 79 лет). В 2001 г. комплекс медресе Улугбека вместе с минаретами был включен ЮНЕСКО в список Всемирного природного и культурного наследия. Получается, что и В.Г. Шухов внес свой достойный вклад в дело сохранения и мирового прославления комплекса медресе Улугбека.
Входы в медресе Улугбека и в медресе Шер-Дор находятся друг против друга. Медресе Шер-Дор было построено в 1619–1636 гг., его название означает «здание со львами» или «здание с тиграми» (шер по-узбекски – лев, тигр). Это медресе украшено изображением тигров и ланей в лучах восходящего солнца, что определило его название. (На одной из современных узбекских банкнот приведен этот рисунок.) Стены этого медресе расписаны различными текстами религиозного содержания и на арабском языке.
Медресе Тилля-Кари было построено в 1647–1660 гг. Тиля-Кари в переводе означает «покрытое золотом». В прошлом люди поражались красоте мечети в медресе Тилля-Кари, ее настенной живописью и богатой позолотой внутренних стен, но до наших дней позолота внутренних помещений не сохранилась. До постройки этого медресе на этом месте до середины XVIII в. стоял караван-сарай, построенный еще при Улугбеке.
Во всех трех медресе во многих комнатах работают сувенирные лавочки.
Поздним вечером (21–23 ч.) на площади Регистан организуют светозвуковые шоу, сопровождающиеся рассказом об этом месте (повествование ведется на английском, французском, японском, реже – русском языках). Чтобы удобно разместиться, сидеть, смотреть и слушать, нужно заранее покупать билеты; но можно билеты не покупать и наблюдать невысокого уровня светозвуковое шоу из парка, но стоя. Около комплекса Регистан устроен и пребывает в ухоженном состоянии сквер с лавочками и фонтанами.
Мавзолей Гур-Эмир – одно из самых неповторимо красивых, ярко остающихся в памяти историко-архитектурных зданий – памятников Самарканда, а для верующих мусульман – это сильно почитаемый мазар. Здание медресе заложил внук Тимура – Мухаммад-Султан, строительство начали в 1401 г. Но Мухаммад-Султан, возвращаясь после военного похода в Малую Азию, неожиданно заболел и умер. Тогда медресе по приказу Тимура было перестроено для захоронения этого его внука, стало мавзолеем.
Мавзолей Гур-Эмир
Этот мавзолей был возведен в первой половине XV в. и оказался в конечном счете фамильным склепом для членов династии Тимуридов. В мавзолее похоронены сам Тимур (1336–1405), его сыновья – Шахрух (1377–1447) и Мираншах, внуки Тимура – Мухаммад Султан (умер в 1403 г.) и Мухаммед Улугбек (1394–1449), правнуки Тимура – дети Улугбека, а также учитель, духовный наставник Тимура – Мир (Сейид Береке). Для многих Гур Эмир прежде всего является местом захоронения выдающегося полководца и правителя Тимура; в переводе с таджикского название мавзолея означает «могила эмира». Мавзолей привлекает людей в большой мере по двум главным причинам: его редчайшая архитектурно-художественная красота, ценность и могила Тимура, ее мистическая значимость.
Мавзолей Гур-Эмир с его великолепным зеленовато-голубым ребристым куполом диаметром 15 м представляет собой однокупольное здание с двумя минаретами по бокам и является одним из лучших образцов архитектурного мастерства средневековой Средней Азии. Он поражает стройностью и простотой форм, сочетающихся с богатой и красочной декоративной отделкой. Основание мавзолея – это 8-угольник, покрытый орнаментальной облицовкой из поливных кирпичиков. На нем укреплен цилиндрический барабан, несущий замечательной красоты единственный в своем роде ребристый купол зеленовато-голубого цвета. Трудно отвести взор от такой неповторимой рукотворной красоты. Нужно заметить, что эта красота была восстановлена в большой мере благодаря трудам советских реставраторов, поскольку к 1950-м гг. мавзолей пребывал в неудовлетворительном состоянии, большая часть украшающих стены голубых глазированных кирпичей и пестрых орнаментов была утрачена. Но до сих пор все здания комплекса мавзолея XV в. не восстановлены, в том числе несколько минаретов и медресе. Однако это не мешает абсолютно всем восторгаться незабываемой красотой мавзолея Гур-Эмир.
Особое восприятие этого места связано с захоронением Тимура. Входящие в мавзолей видят внутри него надгробие Тимура из почти черного темно-зеленого нефрита, установленное с 1425 г., а рядом находятся могилы потомков Тимура, выполненные из более светлых камней, и могила учителя Тимура. Этот безжалостный завоеватель верно и трепетно почитал своих учителей, велел похоронить себя у ног своего учителя и духовного наставника Сейид Береке (Мир Саид Барака), что было выполнено. На самом деле никаких захоронений в наземном этаже мавзолея нет, надгробия бутафорные, а реальные захоронения находятся этажом ниже, однако туда экскурсантов и туристов в официальном порядке не пускают. Но туда пускают мусульманских священнослужителей, научных сотрудников, респектабельные делегации и особо сообразительных денежных визитеров. Над входом в мавзолей имеется много надписей на арабском языке, знающие этот язык могут прочитать их, в том числе слова «…вот рай, который обещан нам – войдите в него…». Но посещение доступной части мавзолея и тем более – подземелья, где находятся реальные захоронения, приносит непонятные и уж точно совсем не радужные ощущения.
Вскрытие гробницы Тамерлана, 1941 г.
Почти до середины 1990-х гг. в подземелье пускали всех, туда ходили толпы просто любопытных туристов. Этого не следовало допускать, ведь изначально это подземелье не было предназначено для того, чтобы туда входили все кому не лень. В подземелье с захоронениями имел и имеет право входить только мулла, прочитать молитву и прибрать, остальным там делать нечего. А получалось, что сполна не уважающие умерших светские ротозеи спускались, считай, в могилу и нарушали покой умерших, что добром не могло кончиться. Действительно, заполыхала Чечня, случились «Норд-Ост» и Беслан, разгорелась война в Ираке, усилились беспорядки в мире, и сам Узбекистан едва не разорвал мятеж, тогда местные жители и другие грамотные люди не выдержали и потребовали прекратить кощунственные походы туристов в подземелье с захоронениями. Тогда небольшой вход в подземелье закрыли, вход в гробницу преградил увесистый замок. С тех пор прекратились массовые походы туристов в подземелье. Те, кто когда-либо побывал там, рассказывают одно и то же (что подтверждает и автор. – В.Г.). В подземелье уже через полминуты-минуту почему-то начинает жутко давить в ушах, появляется невыносимое желание поскорее вырваться из этой гробницы наружу, на белый свет, увидеть живых людей, вдохнуть свежий воздух. А для почитания памяти самого выдающегося правителя Средней Азии в прошлом Амира Тимура и его потомков вполне достаточно посетить наземный, официально открытый этаж мавзолея, в котором в таком же порядке, как в подземелье, стоят надгробия Тимура и его близких.
Разбирающиеся в поверьях люди утверждали и утверждают, что если потревожить могилу Тимура, то прольется кровь. Якобы в гробнице Тимура содержится злой дух войны, поэтому эту гробницу нельзя нарушать, чтобы не выпустить из нее духа войны, что вызовет невероятные катастрофы и бедствия. По древнему преданию, беспокойство, которое окружающий мир причиняет духу умершего полководца, особо тяжело отражается на детях. Возможно, в этом ключ к разгадке причин теракта в Беслане, погубившего очень многих детей.
Особый разговор об отношении собственно к сохранности могилы Тимура. Ее нарушили через 536 лет после смерти Тимура. Известно, что летом 1941 г. специальная комиссия с санкции советского высшего руководства СССР вскрыла и исследовала места погребения Тимура, Улугбека, других Тимуридов, а известный советский антрополог, археолог и скульптор, доктор исторических наук М.М. Герасимов (1907–1970) и его коллеги по костям черепов восстановил портреты Тимура и Улугбека. В июне 1941 г. вскрыли могилы детей Улугбека, затем – детей Тимура, еще позже – Улугбека. Местные жители посильно оттягивали вскрытие могилы Тимура, самаркандские старцы зачитали членам археологической комиссии из какой-то древней книги пророчество: «Кто вскорет могилу Тамерлана – выпустит на волю духа войны. И будет бойня такая кровавая и страшная, какой мир не видел во веки вечные…» Советские ученые-атеисты всерьез эти слова не восприняли, а потом – горько пожалели. 20 июня 1941 г. вскрыли могилу Тимура, а 22 июня 1941 г. началась Великая Отечественная война 1941–1945 гг. Изъятые из могил останки тел Тимура и его потомков изучали почти до конца 1942 г. Потом решением правительства СССР эти останки в самом конце 1942 г. вернули в Самарканд – на то место, где они были захоронены в мавзолее Гур-Эмир. И именно после этого в ходе войны наступил переломный момент, советские войска пошли в наступление. Уже в январе 1943 г. в ходе Сталинградской битвы советские войска нанесли решающий удар по гитлеровской армии, что окончательно переломило ход войны и предопределило поражение гитлеровской Германии. И в наши дни стоит помнить, что не следует правдой и неправдой стремиться попасть в подземелье с могилой Тимура, чтобы не беспокоить дух умершего и не злить духа войны.
Поблизости от комплекса Гур-Эмир находятся два небольших мавзолея: Рухабад (1380-е гг.) и Ак-Сарай (1470-е гг.). В первом из них похоронен шейх (духовный учитель) Абу Саид и его отец Бурхан-ад-Дин Сагарджи, которого столь почитал Тимур, что приказал построить после его смерти мавзолей. Сагарджи жил в Мекке, Самарканде, Пекине (где он был главой мусульман и умер), везде старался приобщать жителей к мусульманству, принимать его, расширять мусульманские познания людей. После смерти тело Б. Сагарджи перевезли в Самарканд. Мавзолей Рухабад почитается мусульманами еще и потому, что в нем хранятся волосы пророка Мухаммеда, которые Б. Сагарджи всегда возил и носил с собой в особой шкатулке. Так что мавзолей Рухабад является мазаром. В мавзолее Ак-Сарай, возведенном правителем Абу Саидом (1451–1468/70), захоронены потомки Тимура, и есть версия, что в нем еще захоронены подчиненные Тимура – высшие чиновники и военачальники.
Одним из самых величественных памятников эпохи Тимуридов является соборная мечеть Амира Тимура, или Джума мечеть Амира Тимура, больше известная как мечеть Биби-Ханум. Это огромная по размеру соборная мечеть, построенная при Тимуре в 1399–1404 гг., после его победоносного похода в Индию; она была самой большой мечетью своего времени в Средней Азии. Первоначальная высота ее входного портала составляла 45 м, угловых минаретов – до 60 м, площадь двора, выстланного мраморными плитами, – 1,3 га. Из комплекса первоначально великолепно оформленных, разукрашенных мозаикой строений, представлявших единое композиционное целое, сохранились в оригинальном виде только некоторые: главный входной портал, огромное здание главной мечети, два купольных здания малых мечетей, минарет. Первоначально мечеть была окружена высокой стеной, по ее углам были возведены целых четыре минарета. К XVIII в. комплекс мечети пришел в упадок, стены и три минарета жители разобрали как стройматериал для своих построек. Землетрясение 1897 г. ухудшило и без того плачевное состояние построек. Только после обстоятельной реконструкции в 2003 г. открыли коренным образом отреставрированный комплекс мечети Биби-Ханум.
В центре двора мечети Биби-Ханум располагается огромная мраморная подставка-пюпитр, предназначенная для гигантского Корана, изготовленная в период правления М. Улугбека, и певоначально находившаяся в главном здании.
Любопытно, что создание этой мечети, возможно, связано с женщиной, но точно неизвестно с какой. По одной версии, мечеть была построена Амиром Тимуром как хвала одной из его жен и названа в ее честь. По второй версии, строительство мечети инициировала сама жена Тимура, так она хотела ознаменовать его возвращение после удачного военного индийского похода (1398). По третьей версии, Тимур построил мечеть в честь своей тещи, матери его старшей жены, Сарай Мульк Ханум (по мусульманским правилам допустимо иметь четыре жены). Но скорее всего эта мечеть построена по воле самого Амира Тимура после его индийского похода как главная соборная мечеть Самарканда. Куда более скромное здание – мавзолей Биби-Ханум, где похоронена жена Тимура. В этом месте еще когда-то, в более раннее время, было медресе Ханум, но оно не сохранилось. Но поблизости сохранилась мечеть Хазрат Хызр (1854).
Рядом с мечетью Биби-Ханум находится любопытное и бойкое городское место – Сиабский базар – самый большой рынок в Самарканде.
В районе бывших южных пригородов Самарканда, а теперь – поблизости от ул. Ходжи Ахрора Вали и ул. Ургенчская сохранилась мечеть Намазгоф (XVII в.), которую построил бухарский чиновник Нагир Диван-беги. Эта мечеть предназначалась для массовых молений во время мусульманских праздников.
Поблизости, в районе ул. Кафтар и ул. С. Айни, сохранился мавзолей Абди Даруна (XII в.), род Абди имел родственное отношение к халифу Усману. В первой половине XV в. к этому мавзолею пристроили поминальную мечеть.
Во второй половине XV в. вблизи мавзолея Абди Даруна построили 2-этажное купольное строение в большим порталом, центральным залом и подземным склепом, его называют Ишратхана (около ул. С. Айни и ул. Андижанская). Поначалу это была суфийская ханака (странноприимный дом с мечетью и кельями, обитель дервишей – членов мусульманских суфийских братств) или загородный дворец, со временем ставший тимуридским мавзолеем.
В Самарканде его историческая местность Афрасиаб, остатки древнего городища Афрасиаб (VIII в. до н. э. – XIII в. н. э.) зримо напоминают об очень давнем основании этого города. История возникновения и первого этапа развития Самарканда связана именно с этим местом. Здесь были внутренний город, господствующую высоту акрополя занимала цитадель древнего Самарканда, рядом с ней располагалась главная соборная мечеть (сохранились остатки ее колонн). У южных ворот этого древнего города находился зороастрийский храм, который в VIII в. стал одной из первых местных мечетей. Теперь здесь стоит мечеть Хазрет-Хызр (1854). Мировое значение имеет обнаружение на Афрасиабе тронного зала самаркандских правителей VII–VIII вв.; его в реконструированном виде можно осмотреть в местном Музее основания Самарканда (где экспонируются результаты археологических раскопок: исторические реликвии, артефакты строений и утвари античных времен, фрагменты настенной живописи и резного декора, афрасиабская керамика и многое другое). Так что Афрасиаб – это городище, развалины Самарканда VIII–VI вв. до н. э. – XIII в. н. э., где сохранились следы укреплений, мечети, остатки древних фресок, иные артефакты.
Здесь в давнем прошлом на площади свыше 200 га развивалось поселение-крепость с высокими оборонительными стенами, с глинобитными домами, ремесленными мастерскими, бассейнами для хранения питьевой воды. Этот населенный пункт стал столь сильным и значимым, он стал столицей государства Саманидов (875–999 гг.).
В XI–XIII вв. Афрасиаб был столицей государства Караханидов. Это государство разгромил хорезмшах Мухаммед; со второй половины XIII в. этот город входил во владения Хорезмшаха. Конец спокойной жизни в этих местах, в том числе и в этом городе, принесли войска Чингисхана, захватившие, разорившие, почти уничтожившие город. К концу XIII в. большая часть территории Афрасиаба была заброшена. Сейчас на месте древнего города туристы видят только небольшие безлесные холмы. Остатки древнего городища Афрасиаб в основном скрыты под землей. Можно все-таки увидеть кое-какие следы – остатки цитадели древнего Самарканда и его внутренних городских стен. Здесь создан Музей основания Самарканда. Городище Афрасиаб является государственным археологическим заповедником.
В исторической местности Афрасиаб находится архитектурный памятник и религиозное место почитаемое мусульманами, христианами, иудеями – святой мавзолей пророка Даниила, или Ходжи Дониера (Данияра, Дониера, Даниэля). Представители всех этих трех религиозных учений считают это место священным. Сюда не только приезжают туристы, но и прибывают паломники – чада разных религиозных конфессий. Мавзолей был построен в 1900 (1901) г., пережил реконструкцию в 1995 г. Внутри мавзолея находится большой саркофаг, который посетители обходят вокруг, удивляются его размерам – ведь в нем находится только рука святого пророка Даниила. Библейский пророк Даниил в 605 г. до н. э. попал в Палестине в плен, его захватил вавилонский царь Навуходоносор. В неволе Даниил завоевал уважение и известность тем, что творил чудеса, растолковывал сны, никому не творил зла. Его похоронили в г. Сузы (находится в современном Ираке). Жители Суз верили, что и после смерти Даниил помогает им, что он, например, спас их от неизбежной гибели от войск Тимура. В 1397–1404 гг. Сузы пытался взять штурмом Амир Тимур, но жители Суз и Тимур смогли достигнуть компромисса и не доводить острый конфликт до большой беды. Жители города отдали непобедимому полководцу Тимуру часть мощей пророка Даниила – его правую руку, а Тимур взамен этого пообещал (и выполнил) не убивать жителей Суз и не разорять город.
Мавзолей пророка Даниила
Разные дела и события в этом месте свидетельствуют о том, что место это – действительно не простое, а священное. Например, когда в 1996 г. сюда приехал святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II (А.М. Ридигер, 1929–1998 гг.), сохранившееся у мавзолея 500-летнее засохшее фисташковое дерево, после визита патриарха зацвело. Среди приезжавших сюда был и президент России В.В. Путин (род в 1952 г.).
На возвышенности Афрасиаба находится старейший архитектурный комплекс Самарканда, возникший в XI–XII вв. – ансамбль Шахи-Зинд, – что в переводе с персидского языка означает «живой царь». Этот архитектурный ансамбль состоит из мавзолеев и поминальных мечетей, расположенных среди обширного и почитающегося священным древнего кладбища, и представляющих собой здания с голубыми куполами, высокими порталами, каменными сводами, сложной мозаикой, затейливыми изразцовыми украшениями. Это уникальный музей глазурованного декора, шедевр мирового зодчества. По тонкости, изяществу и разнообразию форм ни один архитектурный памятник Самарканда не может сравниться с мавзолеями Шахи-Зинда. Их создавали в XIV–XV вв. Входной портал, завершающий этот ансамбль, был построен в 1434–1435 гг. по распоряжению самого Улугбека. Архитектурный ансамбль Шахи-Зинда – это настоящий музей оформительского искусства XIV–XV вв. В памяти остаются прекрасные образцы поливной и резной терракоты, расписной майолики, наборной мозаики. Ансамбль Шахи-Зинда считают энциклопедией архитектуры и архитектурного декора мусульманского Востока.
Шахи-Зинд является и мемориальным ансамблем для мусульман, одним из самых почитаемых мест мусульманского паломничества в Средней Азии. Возникновение некрополя Шахи-Зинда связывают с двоюродным братом святого пророка Мухаммеда – Кусама ибн Аббаса, прибывшего в эти места для обращения в мусульманство местных жителей. Легенда рассказыват, что в одном сражении он был смертельно ранен – пронзен стрелой, но смог спастись от врагов в колодце, укрылся под землей (в месте его мнимой могилы), остался живым, вознесся в рай. С тех пор это место мусульмане считают священным; каждый из правителей стремился построить здесь какое-либо общественное здание или похоронить своих близких. С X–XI вв. Кусам ибн Аббас почитался как святой покровитель Самарканда. Хотя, по легенде, Кусам ибн Аббас остался живым, в этом месте была оформлена его могила (где он не похоронен), построили мавзолей и первый мавзолей назвали его именем, что положило начало сохранившемуся до наших дней некрополю. Но археологи утверждают, что и раньше здесь были захоронения, только они не сохранились до наших дней. Постепенно в этом месте стали захоранивать местную элиту. Когда к власти пришла династия Тимуридов, то основная часть умерших членов этой эмирской династии была похоронена в некрополе Шахи-Зинда. Но с потерей Самаркандом столичного статуса в XVI в. в этом некрополе правителей и членов их семей уже не захоранивали. В середине 2000-х гг. некрополь Шахи-Зинда был добротно отреставрирован. Можно увидеть многие интересные с исторических и архитектурно-художественных позиций строения. Среди них: в нижней части – мечеть (XIX в), медресе (начало XIX в.), мавзолей Кази-Заде Руми – астронома и математика времен Улугбека (первая треть XV в.), древний портал – вход в Шахи-Зинд – построен Улугбеком (в 1434–1435 гг.); в средней части – входной портал, мавзолей Эмир-Заде (1386), мавзолей Эмир-Хусейна, мавзолей племянника Тимура Шади-Мулльк-ака (1372), здесь же похоронена сестра Тимура Туркан-ака, мавзолей другой сестры Тимура, Ширин-бика-ака (1385–1386 гг.), еще один, но уже 8-гранный мавзолей (XV в.); в верхней части – погребально-поминальный комплекс вокруг могилы Кусама ибн Аббаса, в том числе мавзолей и мечеть Кусама ибн Аббаса (XIV в), мавзолей Эмира Бурундука (полководец в армии Тимура), мавзолей жены Тимура – Туман-ака (1405), мавзолей шейха Ходжа Ахмада (40-е гг. XIV в.), еще один мавзолей (1360/1361). Мавзолей Шахи-Зинда является мазаром.
Среди историко-архитектурных памятников Самарканда выдающееся место занимает обсерватория Улугбека (см. о нем текст ниже), находящаяся в северо-восточной части города у возвышенности Чупаната. Можно увидеть только, по сути, следы некогда знаменитой обсерватории, построенной в 1428–1429 гг. Здание по форме имело круглый план (диаметр 48 м) и было рассечено по меридиану с юга на север громадным секстантом (угломером). В создании обсерватории и в ее работе участвовали многие известные ученые древности. Она была оборудована наиболее совершенными инструментами того времени. Из них сохранилась только часть секстанта. Обсерватория Улугбека была одной из наиболее значительных обсерваторий Средневековья, она была одной из самых больших не только в Азии, но и в Европе. Улугбек все свои силы и лучшие знания посвятил научной деятельности.
В обсерватории Улугбека
На основе наблюдений, проведенных в этой обсерватории, Улугбек вычислил продолжительность звездного года (период обращения Земли вокруг Солнца относительно неподвижных звезд) – 365 дней 6 часов 10 минут 8 секунд (по новейшим данным, она практически такая же – 365 дней, 6 часов, 9 минут, 9,6 секунды). Улугбек создал «Новые астрономические таблицы», в которых привел материалы наблюдений в этой обсерватории, создал звездный каталог и таблицу географических координат 683 пунктов от Западной Европы до Китая и от России до Индии. После убийства 55-летнего Улугбека в 1449 г., обсерватория была заброшена, разрушена (1449). Ученые Европы узнали об обсерватории Улугбека только в 1648 г., после публикации результатов наблюдений в Оксфорде; тогда европейские ученые познакомились с его теоретическими выводами и каталогом 1018 звезд. Руины обсерватории оказались под землей, со временем уже никто не знал, где была обсерватория. Но о ней знали и помнили русские археологи, которые после присоединения Самарканда к России (1868) приехали в него и стали искать остатки знаменитой обсерватории. Археолог В.Л. Вяткин в 1908 г. нашел место, где под землей оказались остатки руин обсерватории, в том числе в траншее он нашел часть огромного инструмента, предназначенного для измерения движения Солнца, Луны, других светил. Раскопки обсерватории результативно продолжили и завершили в 1948 г. Сейчас можно увидеть только следы – остатки первоначальной обсерватории и попробовать представить ее. Это место является мазаром.
Обсерватория имела форму огромного цилиндра диаметром около 46 м и высотой до 30 м. Это трехъярусное здание имело великолепные инструменты, в том числе уникальный мраморный секстант (угломер) с радиусом окружности более 40 м и длиной дуги 63 м, и другие. На месте обсерватории Улугбека был устроен в недавнем прошлом своего рода обелиск, на месте развалин знаменитой обсерватории соорудили мазар.
Астрономические инструменты из обсерватории Улугбека
Рядом с остатками обсерватории находится небольшой музей, рассказывающий о жизни Тимура и его внука Улугбека, основных этапах развития астрономии в мире и, главное, об истории этой обсерватории, представлены предполагаемые макеты ее вида в прошлом.
Мухаммед Тарагай Улугбек (Мирзо Улугбек, 1394–1449 гг.) – прогрессивный государственный деятель, выдающийся ученый, просветитель, выдающийся астроном. Он был сыном Шахрука, внуком Амира Тимура, являлся правителем Самарканда с 1409 г. Он, как и его дед Амир Тимур, покровительствовал науке и образованию. Улугбек построил три медресе: в Бухаре, Самарканде, Гиждуване. Улугбек построил в Самарканде медресе, где студенты наряду с исламскими мудростями постигали основы светских наук, знаний, рационального практического опыта, кроме того, он построил знаменитую тогда обсерваторию под Самаркандом. Его главный труд, выполненный на основе работ, исследований в созданной им обсерватории – монограмма-каталог «Новые астрономические таблицы», – содержит изложение теоретических основ астрономии и каталог положений 1018 звезд, определенных с большой точностью. Улугбек не был жестким правителем, не был безжалостным полководцем-захватчиком, он был увлечен наукой и неизбежно не был фанатиком в исламских воззрениях. Его дети не понимали, не разделяли его научные интересы, сын Абдуллатиф особенно осуждал его за неучастие в военных походах и обогащающих завоеваниях. Прогрессивная деятельность Улугбека вызвала резкий гнев фанатичного духовенства, еще более настроивший его сыновей против него. Улугбек был убит по приказу его сына – Абдуллатифа.
Издавна в Самарканде и его окрестностях живут представители разных национальностей, конечно, по численности преобладают узбеки – титульная нация. Своего рода этнической достопримечательностью Самарканда остаются его исторические еврейский квартал, еврейское кладбище, действующая синагога. За всю длительную историю Самарканда только евреям – единственным из представителей нетитульной народности – удалось в городе территориально обособиться. Диаспора евреев в Самарканде существовала с глубокой давности, она хотя и уступала по численности еврейской общине Бухары, известной с XVIII в., тем не менее была респектабельной и в основном богатой.
Если поднапрячь фантазию, то можно представить, как жили в Самарканде состоятельные евреи. Об этом отчасти дают представление здания комплекса краеведческого музея (ул. Абдурахмана Джами, 51), располагающегося в бывшем владении богатого купца Каландарова: это двухэтажное здание с большим двором. Нужно заметить, что издавна среднеазиатских евреев главным образом называли бухарскими евреями. С 1910 г. численность евреев в Самарканде заметно выросла, произошло это потому, что по решению российского царского правительства с 1910 г. евреев, не являвшихся уроженцами Туркестанского края (а приток евреев в Туркестан из разных частей Российской империи существенно вырос с начала ХХ в.), стали выселять из ряда основных узбекских городов. В числе городов, куда насильственным образом переселяли относительно недавно приехавших в Туркестанский край людей, оказался и Самарканд. В конце 1920-х – начале 1930-х гг. Самарканд выделялся среди узбекских городов по численности еврейской диаспоры, с 1932 г. в Самарканде функционировал еврейский театр. В 1970-х и особенно с 1991 г. усилился процесс эмиграции самаркандских евреев, уезжали и уезжают они в основном в Израиль и США. Исторический еврейский квартал находится совсем близко от комплекса Регистан. Он раньше был местом компактного и многочисленного расселения евреев в Самарканде. Теперь в этом квартале в жилищах уехавших евреев живут в основном узбеки. В этой части города находится и действующая синагога (XIX в.). А около комплекса Шахи-Зинда находится историческое еврейское кладбище, возникшее в давности и функционировавшее как кладбище только иудеев еще в XIX в.
Издавна Самарканд был городом, где жили и живут люди разных вероисповеданий, поэтому здесь есть центры разных религиозных конфессий, по числу, естественно, преобладают мечети. В связи с присоединением Самарканда к России в нем появились православные церкви: храм Покрова Божией Матери (1902 г., проект инженера И.П. Лебедева; ул. Шарафа Рашидова, 11); Свято-Алексеевский собор, или собор Св. Алексия Московского (1909–1912 гг., проект архитектора Ф. Смирнова; храм был закрыт в 1920-е гг., его здание использовалось для хозяйственных нужд, с 1996 г. возвращен общине верующих, его освятил в 1996 г. патриарх Алексий II; храм находится на ул. Бабура Мирзы, д. 70); храм Святого Великомученика Георгия Победоносца (приход этого храма был образован в 1868 г., храм закрыли в 1924 г., в 1925 г. общине передали часовню на кладбище для богослужений, в 1937 г. был куплен дом на месте, где стоит нынешний храм, в нем был открыт Георгиевский молитвенный дом, получивший статус храма в 1958 г., ул. Бирлик, 66).
В Самарканде есть единственная в Средней Азии церковь Армянской апостольной церкви – это армянская церковь Святой Аствацацин (1903 г., в 1939 г. храм закрыли и отобрали у верующих армян, в нем разместили общежития сельскохозяйственного института, но в 1995 г. храм вернули верующим; ул. Махмуда Кашгари, 70).
В Самарканде (ул. Махмуда Кашгари, 86) есть католический костел Св. Иоанна Крестителя (1916 г., в советский период в нем размещался спортивный зал, костел возвращен верующим в 1997 г.). Есть в Самарканде и синагога (XIX в., находится в районе ул. Бадамова).
В далеком прошлом Самарканд особо славился своими загородными парками и садами-дворцами. Вокруг древнего Самарканда было разбито 30 прекрасных парков, имевших стройную геометрическую планировку, цветущих круглый год (опытные садоводы подбирали растения так, что когда одни отцветали, начинали цвести другие), с обилием арыков, бассейнов, фонтанов, дававших прохладу. В XIV–XV вв. в садах были построены загородные дворцы, восхищавшие современников своей чарующей красотой, но эти дворцы и сады до наших дней не сохранились; они известны только по изображениям на миниатюрах, по записям их очевидцев и мемуарам историков. Тимур столь любил свои сады-дворцы, что, возвращаясь из военных походов, останавливался со своей свитой поочередно в каждом из них. Одним из его самых любимых дворцов-садов был Давлат-Абад (в переводе «Благоустроенное место – государство» или «Местопребывание счастья»), он располагался к югу от Самарканда недалеко от канала Дарком. В настоящее время от Давлат-Абада ничего не сохранилось, но есть вероятность, что его со временем восстановят – ведь это был чуть ли не любимый загородный сад-дворец Тимура. Давлат-Абад существовал в 1398–1399 гг. В нем Тимур останавливался во время своего похода на Индию. Есть и мнение советского ученого В.Л. Вяткина, что дворец и сад специально возвели ко дню торжественной встречи Тимура, возвращавшегося с победой.
Давлат-Абад был необычным рукотворным местом. Весь комплекс представлял собой древний феодальный замок. Он был окружен длинным глиняным валом. В центре сада находился рукотворный холм Гишт-тепе. Насыпанный руками людей высокий земельный холм был окружен деревянными кольями. Посреди холма, на его вершине был построен прекрасный двухэтажный дворец с множеством комнат, богато отделанных золотом, лазурью и полированными изразцами. Холм, на котором стоял этот дворец, был окружен глубоким рвом, полным воды. Через ров были устроены два моста, у каждого из них были две двери (в его начале и в его конце), а потом была лестница, ведущая на верх холма. В двухэтажном дворце второй этаж был со всех сторон полуоткрытым. Из сада был вход в большой виноградник, как и сад, тоже окруженный глиняным валом. В саду разгуливали олени и фазаны. Восстановление сада-дворца Давлат-Абад будет не только достойной памятью великому Тимуру, но и еще в большей мере привлечет туристов в Самарканд, будет способствовать упрочению в мировом масштабе авторитета и возможностей Узбекистана (восстановили ведь в Москве разрушенный храм Христа Спасителя, вернули великолепие почти разрушенному подмосковному Новоиерусалимскому монастырю – чем Узбекистан хуже в делах восстановления своих культурологических ценностей?).
В 25 км от Самарканда, в Самаркандской области, в районе селения Хартанг в 1997–1998 гг. был создан Мемориальный комплекс Имама аль-Бухари, одного из выдающихся хадисоведов мусульманского мира (Мухаммед Исмаил Абу Абдаллах аль-Джуфи, 810–870 гг., см. о нем в 5.3.2.1). Он родился в Бухаре, а умер в селении Хартанг, где был похоронен; со временем его гробница оказалась заброшенной. В связи с реализацией постановления правительства Республики Узбекистан (1997) «О праздновании 1225-летия со дня рождения Имама аль-Бухари» у его гробницы был построен мемориальный комплекс 10 га), созданный в архитектурно-художественных традициях древнего зодчества Средней Азии. Этот комплекс находится у автотрассы Самарканд – Имам аль-Бухари.
К югу от Самарканда, в селении Кафшир, сохранился Мазар Ходжи Ахрара с захоронением шейха Ходжи Ахрара (умер в 1489 г.) – главы суфийского ордена «Накшбандийа» (см. 5.3.2.2), наставника тимуридских правителей, сыгравшего исключительно важную роль в духовной и политической жизни Центральной Азии во второй половине XV в. Он в селении Кафшир основал суфийскую ханаку, которая называлась «Место обитания мулл». Шейх Ходжа Ахрар отсюда управлял делами ордена «Накшбандийа». В эту обитель к нему за наставлениями приезжали члены суфийского братства «Накшбандийа». Когда он умер, его похоронили рядом с основанной им ханакой, после чего у этого места начало складываться кладбище, которое стали почитать священным. Это место стало и остается мазаром. Мазар Ходжи Ахрара объединяет летнюю и зимнюю мечети, колонный айван и небольшой минарет (1909). Здание ханаки не сохранилось, но сохранился бассейн-хауз (пруд – хранилище питьевой воды) и следы – остатки священного кладбища.
Самарканд обладает редким качеством даровать вдохновение – в творчестве, работе, разных сферах деятельности. В Самарканде жил, возглавлял созданное им государство (со столицей в Самарканде) выдающийся полководец, эмир, государственный деятель Тимур (Тамерлан, 1336–1405 гг., см. о нем текст ранее в 5.3.1.2). Самарканд – родина выдающихся астрономов и математиков Улугбека (1394–1449) и Али Кушчи. В Самарканде учился, написал первые труды и стихи Омар Хайям (1048 – после 1122 г.) – поэт, математик, философ. В Самарканде жили и творили поэт Рудаки (860–941), поэт А. Югнаки (XII в.), поэт, философ и писатель Абдуррахман Джами (1414–1492), поэт, мыслитель и государственный деятель Алишер Навои (Низамеддин Мир Алишер, 1441–1501 гг.), ученый и государственный деятель, основатель государства Великих Моголов Бабур (потомок Тимура Захиреддин Мухаммед, 1483–1530 гг.), основоположник современной узбекской и таджикской литературы (см. о нем в 5.2.1). В детстве и юности в Самарканде жил и учился первый президент Узбекистана И.А. Каримов (1938–2016). Жизнь ряда других ярких интеллектуалов и управленцев также связана с Самаркандом.
В прошлом в прославленных самаркандских медресе учились многие лучшие интеллектуалы своего времени. Самарканд был своего рода кузницей ученых, поэтов, богословов. В Самарканде учились, черпали вдохновение, творили, общались лучшие ученые и поэты, об этом напоминает и созданный в послевоенный период памятник «Сад поэтов». Вкратце расскажем о некоторых из них.
Абу Абдаллах Джафар Рудаки (860–941) – родоначальник поэзии на языке фарси. Он написал известную касыду (жанр поэзии, преимущественно панегирического содержания) «Мать вина», создал ее в 933 г., автобиографическую «Оду на старость», около 40 четверостиший и много фрагментов поэм, а также произведения лирического содержания.
Рудаки родился в селении под Самаркандом (по Н.Б. Кондыреву. С. 17). Вокруг Рудаки сложилась плеяда поэтов, которые создали два литературных оазиса: среднеазиатский с центрами в Бухаре и Самарканде, а также хорасанский. Недруги, люто завидовавшие славе Рудаки, укоряли его за деревенское происхождение, якобы делавшее его неспособным для высокого, аристократического стихотворчества.
Рудаки творил с необычайной легкостью, для него характерна изящная простота стиха, он был редкостно плодовитым стихотворцем. Он создал огромное число стихотворений – бейтов (лирическое стихотворение-двустишие: от свыше 100 тысяч (по Х.Г. Короглы. С. 8) и до чуть ли не миллиона (по Н.Б. Кондыреву. С. 16), но до наших времен дошла лишь 1000 его двустиший. Особая прелесть его стихов была в их силе воздействия на слушателя (в те далекие времена стихи исполняли под музыку, нараспев, что усиливало эмоциональный их эффект, производило неизгладимое впечатление). Об огромной популярности творений Рудаки и их волшебной силе рассказывали легенды. Вот одна из них. Как-то Эмир Наср Саманид, у которого Рудаки был придворным поэтом, покинул столицу своего княжества – Бухару и отправился со своей свитой в путешествие по другим своим землям.
Абу Абдаллах Джафар Рудаки
Это путешествие затянулось, сопровождавшие эмира вельможи сильно соскучились по своим домам, семьям в Бухаре и попросили любимца эмира Рудаки повлиять на их повелителя и ускорить его возвращение в Бухару. Рудаки получил от них золото и обещание получить столько же еще, если ему удастся ускорить отбытие эмира в Бухару. Придя к эмиру на «государев прием для собеседников», Рудаки запел сложенные им стихи на старый персидский знаменитый мотив. Зазвучали слова: «Пряным духом Мулияна вдруг пахнуло издали…» (Мулиян – речушка, протекающая по Бухаре), «…Ветер, вея от Мильяна, к нам приходит, чары моей желанной к нам доходят…» (перевод И. Сельвинского). Эффект был потрясающим. Как только отзвучали последние слова поэта, эмир вскочил с места и в чем был – в домашней обуви и без верхней одежды – прыгнул в седло, погнал коня по направлению к Бухаре. Свита эмира доставила ему сапоги и кафтан только где-то на следующем перегоне, на полпути в Бухару.
Омар Хайям (Гиясаддун Абуль Фатх ибн Ибрахим Омар Хайям, 1048 – около 1122 г. – знаменитый поэт, математик, философ. О. Хайям родился, учился в иранском городе Нишапуре (где он провел в уединении и последние 10–15 лет жизни), затем продолжал расширять свои познания в крупнейших центрах того времени, в том числе Самарканде и Балхе. Он написал ряд своих научных трудов и начал систематически заниматься (развлекаться) стихосложением. Всемирную известность имеют философские четверостишия О. Хайяма – рубаи (от арабского учетверенный), афористические четверостишия с рифмовкой, проникнуты гедоническими мотивами (гедонизм, от греч. – удовольствие, направление в этике, утверждающее наслаждение, удовольствие как высшую цель и основной мотив человеческого поведения), пафосом свободы личности, антиклерикальным вольнодумством. Кроме того, он в своих математических трудах дал изложение решений уравнений до третьей степени включительно. У себя на родине, в странах Востока в целом Хайям столетиями был известен больше как мудрец и ученый, чем как поэт.
Первоначально О. Хайям прославился именно как ученый, сделавший ряд важных открытий в области астрономии, математики, физики и ряда других наук. Так, в 1069 г. в Самарканде он написал трактат «О доказательствах задач алгебры» (до этого он уже был автором двух других математических трактатов). В 1074 г. он возглавил крупнейшую тогда астрономическую обсерваторию в Исфахане. В 1079 г. вместе со своими сотрудниками он ввел в действие календарь. Около 1097 г. Хайям работал врачом (при наместнике Хорасана). Он написал трактат на языке фарси «О всеобщности бытия». Современники знали Хайяма прежде всего именно как видного математика, астронома, философа и куда в меньшей мере как поэта. Мировую известность его рубаи (обычно афористичное стихотворение-четверостишие) получили после переложения их в 1859 г. на английский язык Э. Фитцджеральдом. Некоторые исследователи считают, что поэтическое творчество было для Хайяма просто забавой, которой он занимался в свободное от основных научных занятий время. Но со временем именно его стихи получили повсеместное мировое признание, принесли бессмертную славу Хайяму.
Хайям жил в то время, когда шахи, эмиры, султаны стремились иметь при своем дворе корпус придворных поэтов. Происходило это не столько потому, что правители любили истинную, стоящую поэзию, сколько потому, что знали – стих популярного поэта выйдет за пределы дворца, станет достоянием базара – сосредоточия идеологической жизни того времени, при этом в стихах порой были и хвалебные слова в адрес правителей, их дел, политики. Творческие люди в разумной мере исполняли роль проводников идей правителей. При этом настоящие, думающие поэты, не чуждые политике использовали свое положение, и в процессе изложения воли повелителя доносили до народа собственные прогрессивные идеи, часто в неизбежной в тех условиях аллегорической форме. Судьбы поэтов Хайяма и Фирдоуси особенно показательны в этом плане. Хайям, успешный ученый и набиравший авторитет поэт, стремительно поднялся на вершину служебной лестницы и общественного положения при одних правителях, интересы которых совпадали с его научными познаниями и общечеловеческими принципами, и человека, терпящего тяготы, опалу, когда на смену приемлемым правителям приходили правители иного склада.
Хайям почитал Аллаха как изначального творца вселенной, но во многом придерживался материалистических взглядов, признавал реальное существование объективного мира и причинную связь явлений. Хайям, высоко почитая Аллаха, в своих стихах неизменно очень высоко ценил человека, помогал людям освобождаться от духовного рабства. Хайям, будучи ученым в области математики, астрономии, физики, сумел уйти намного вперед своего времени, отставал в понимании законов развития человеческого общества. Встретив в жизни много трудностей, из-за которых разбились многие его благородные мечты и произошел ряд трагических событий, Хайям в некоторых своих стихах выступает как фаталист, говорит о непредотвратимости судьбы, порой впадает в пессимизм, выражает скептическое отношение к жизни на земле, чуть ли не отрицательно оценивает земную жизнь, выражает сомнение возможности найти блаженство хотя бы на небе, после смерти. Однако он всегда, в любых условиях призывал ценить земные радости такой короткой земной жизни. Хайям подвергался гонениям, его нередко предавали близкие и друзья. Порой он ощущал чуть ли не ненависть к судьбе, к несправедливости жизни, что нашло свое выражение в ряде его стихов. Как ученый, он верил только тому, что подтверждается неоспоримыми доказательствами, поэтому он отрицал бессмертие, что нашло отражение в его стихах. В произведениях Хайяма большое место занимают мотивы забвения, желание уйти от мрачных мыслей, которое он находит в вине. Хайяму вино помогало уйти от тяжелой действительности и личных невзгод.
В окрестностях Самарканда родился поэт Ахмед Югнаки (XII в.), он был родом из селения Югнаки и слепым от рождения. В конце XII в. он написал труд «Сумма истин», который стал вторым по времени написания памятником тюркской литературы.
Ахмад Абдуррахман Джами (1414–1492) – известный среднеазиатский поэт и философ-суфий (суфизм – мистическое течение в исламе), получивший высшее образование в Самарканде. Он написал суфийские трактаты, цикл поэм, три лирических дивана (диван – сборник стихов одного восточного поэта), в которых он утверждает достоинство человека, идеалы добра, справедливости и любовь как движущую силу вселенной, а также книгу притч «Бахаристан». А. Джами учился в Самарканде и Герате, а родился он в Исфахане в семье судьи, и большую часть своей жизни Джами провел в Герате. Жизнь Джами отличалась большой скромностью. Он отказался от должности придворного поэта. Все дары, которые ему преподносили, он отдавал на постройку общеполезных сооружений. Другой великий поэт, А. Навои, познакомившийся с Джами в 1469 г., подружился с ним и избрал его своим шейхом, т. е. духовным руководителем. Джами писал свои творения на персидском и арабском языках.
В средневековых Самарканде, Бухаре, других центрах среднеазиатской культуры, науки, учености, были широко известны и любимы стихи Хафиза Шерази, А. Фирдоуси и других восточных поэтов, большим почтением пользовались труды М. Фараби.
Абулькасим Фирдоуси (940—1020) – персидский и таджикский поэт. Его поэма «Шахнаме» (994, 1010) вобрала в себя национальный эпос персов и таджиков, оказала влияние на литературу Востока отточенностью формы, идеями тираноборчества, справедливости, гуманизма.
Хафиз Шерази (Шамсаддин Мохаммед, 1325–1389 гг.), персидский поэт (писал на персидском языке, фарси), мастер газели (лирическое стихотворение, состоящее из двустиший – бейтов). Он родился в Ширазе (Иран) в семье городского торговца, получил богословское образование, знал наизусть Коран и поначалу зарабатывал себе на жизнь обрядовым чтением его, за что получил прозвище «хафиз», то есть «хранящий в памяти». Позднее он преподавал в медресе, находился при дворе Абу Исхака Инджу (правил в 1343–1353 гг.) и других правителей, высмеивал неразумные законы (например, запрещавшие увеселения и др.). Он за свою смелость и в большой мере независимые взгляды был отстранен от двора и попал в немилость, и только в правление шаха Мансура Хафиза снова приближен ко двору. Хафиз прожил практически всю свою жизнь в Ширазе. По настоянию духовенства Хафиз был похоронен как еретик за пределами мусульманского кладбища, без соблюдения установленного обряда. Мировую славу Хафизу принесли именно его газели. Его стихи звучали на собраниях и аристократов и простолюдинов, в залах шикарных дворцов и в простых кабаках. Его стихи очень любили в разных местах, в том числе и в тех, где жили узбеки. Его стихи уже при его жизни были очень широко известны н а Б л и ж н е м и С р е д н е м В о с т о к е, их знали и любили узбеки, ибо они были распространены на территориях, где они расселялись. В стихах Хафиза людей привлекали простота его стиля, напевность его стихов, богатство поэтических образов, афористичность, смелость. О смелости и находчивости Хафиза были сложены легенды. Известны строки Хафиза:
Когда красавицу Шираза своим кумиром изберу,
За родинку ее отдам я и Самарканд, и Бухару.
Другой перевод начала этого стихотворения:
Дам тюрчанке из Шираза Самарканд,
А если надо – Бухару!
В ответ же жажду ее родинки и взгляда.
Перевод К. Липскерова.
Хафиз Шерази. Персидская миниатюра XIV в.
Устная легенда утверждает, что когда Тимур услышал эти стихи, то возмутился, велел привести к себе Хафиза и сказал, что он считает недопустимым так говорить, даже в стихах распоряжаться его любимыми городами, на которые никто не имеет права, кроме него. Якобы беспощадный Тимур спросил Хафиза: «Как ты смел подумать отдать за какую-то девчонку два моих любимых города. Чтобы украсить их, я убил сотни тысяч людей!» А поэт не стушевался и ответил: «Взгляни на лохмотья моей одежды, если бы не был я так расточителен, разве был теперь так беден?!» Тимур оценил находчивость и смелость поэта. Но факт такого разговора Тимура и Хафиза в исторических письменных документах не зафиксирован. Прозвание Шамсаддина Мохаммеда – его прозвище Хафиз – в дальнейшем получило в С р е д н е й А з и и новое значение – народный певец. В древних С а м а р к а н д е и Б у х а р е стихи Хафиза знали чуть ли не все мало-мальски интеллектуально развитые люди.
Абу Наср ибн Мухаммед Фараби, или аль-Фараби (870–950) – философ, ученый-энциклопедист, один из главных представителей восточного аристотелизма (философские течения и школы, находившиеся под влиянием учения Аристотеля), переплетающегося у Фараби с неоплатонизмом (направление античной философии III–IV вв., систематизировавшее учение Платона о соединении с идеями Аристотеля и других философов, ученых). Фараби имел прозвище – «Второй учитель, то есть второй после Аристотеля, которого Фараби комментировал. Фараби жил главным образом в Багдаде, Алеппо, Дамаске и посещал Самарканд и Бухару. Его главные сочинения «Геммы премудрости», «Трактат о взглядах жителей добродетельного города», «Трактат о классификации наук» и «Большая книга о музыке».
5.3.2. Бухара
5.3.2.1. История и современность. основные черты планировки и застройки
Для большинства наших современников Бухара – это дивный город-музей под открытым небом с максимальным количеством среди узбекских городов удивительных по красоте и своеобразию древних архитектурно-художественных памятников. К тому же этот город в его центральной части сохранил свою средневековую планировку. Все это позволяет представить городскую ткань средневекового города, привлекает в Бухару большое число туристов.
Для верующих мусульман особо важно, что Бухара издавна пользуется особым почетом как древний священный город, что в Бухаре и ее окрестностях много святых мест – мазаров – мест поклонения верующих мусульман. Так, в мавзолее Чашма Аюб похоронен известный богослов Хафиз Гунджари (умер в 1022 г.) и около мавзолея бьет источник, почитаемый святым. В окрестностях Самарканда в кишлаке Касри Орифон находится могила святого Бахауддина Накшбанди (1318–1389) – духовного учителя Амира Тимура и основателя пелишозного ордера. В кишлаке Сумитан, в некрополе Чор-Бакр, сохранились могилы потомков святого пророка Мухаммеда. Есть здесь и другие мазары. Все это имеет историческую важность и религиозную ценность, но жизнеспособность Бухары определяется в большой мере ее административно-управленческими и хозяйственно-промышленными функциями.
В Бухаре развиты главным образом легкая и пищевая промышленность. Пищевая и текстильная промышленность, а также машиностроение (удовлетворяющее потребности местных предприятий отраслей обрабатывающей промышленности и сельского хозяйства) определяют промышленную специализацию этого города. Около Бухары есть аэропорт.
Бухара является административным центром Бухарской области, большая часть которой расположена в пределах пустыни Кызылкум. В этих местах издавна ощущался недостаток воды, которую неизбежно научились экономно использовать, беречь. Главные реки в этих местах Зеравшан и Амударья, есть еще Амударьинский канал. Интересным местом является Кызылкумский заповедник. В экономике района большую роль играет Навоийская ГРЭС. В этих местах ведется добыча природного газа (Газли и др.) и нефти, также ведутся добыча и переработка руд цветных металлов, золота, разработка мрамора. Развиты химическая, легкая (хлопкоочистительная, хлопчатобумажная, шелкомотальная и др.), пищевкусовая отрасли промышленности, а также промышленность стройматериалов. Здесь возможно преимущественно поливное земледелие. Особенно развиты хлопководство, плодоводство, виноградарство, также возделывают зерновые, овоще-бахчевые культуры. Главная отрасль животноводства – каракулеводство. Развито также шелководство.
История Бухары и ее окрестностей насыщена самыми разными событиями – яркими и трагическими. Ее жители переносили многие беды, но всегда справлялись с ними и продолжали свою славу.
Бухара расположена в центральной части густонаселенного оазиса на канале Шахруд. Есть несколько версий происхождения названия этого города. По одной из них, его имя происходит о арабского слова «факр» – «гордость», по-арабски город называли Фахира (а не Бухара), что говорило о том, что люди издавна гордились этим населенным местом. По другой версии, название города происходит от согдийского «Бухарак» – «счастливое место» В доисламское время низовья р. Зеравшан составляли часть ареала согдийской культуры, расположенный там земледельческий оазис назывался Бухарой.
Никто точно не знает, когда была основана Бухара. Спорные документы датируют существование Бухары во II в. до н. э., но первые упоминания о Бухаре в согдийских летописях относятся к V в. Скорее всего Бухара возникла не позже I в. н. э. В 1997 г. торжественно отмечали юбилей Бухары, будто бы она была основана 2500 лет назад, где-то в I в. до н. э., возможно в 603 г. до н. э., – но это условно, символически установленная и названная дата. Ряд археологов утверждает, что, по данным археологических раскопок, возраст Бухары действительно составляет порядка 2540 лет.
В далеком прошлом через Бухару проходили важнейшие международные торговые пути, в том числе Великий шелковый путь. Побывавшие в Бухаре купцы разносили славу о ней по всему миру. Как только в прошлом не называли Бухару: «благородная и «благочестивая», «славная обитель», «Купол ислама», «Сила ислама», «Торговый город».
Старая Бухара. Почтовая открытка XIX в.
Почти 1400 лет назад уже была написана «История Бухары», создал ее историк Абу Бакр Наршахи, который в своей книге рассказал об истории города, его архитектурных памятниках. Так что ярким и неординарным городом Бухара является уже несколько столетий.
Выгодное экономико-географическое положение: местонахождение в благодатном оазисе, расположение в VII–VIII вв. на важных торговых путях, ведущих в Персию, Индию, Китай, статус значимого транзитного центра на этих путях, – делало Бухару богатым, привлекательным городом, рождало желание обладать им, придать ему статус своей столицы или как минимум сделать его центром своего административного образования.
В 709 г. арабы захватили Бухару и заставили ее жителей принять ислам. Арабские завоевания в середине VII – начале VIII в., завершившиеся завоеванием ими стран Среднего и Ближнего Востока, привели к образованию Арабского халифата – теократического государства с халифом во главе, одним из его значимых торговых центров была Бухара. Освободительная борьба завоеванных народов против халифата во второй половине IX в. привела к их освобождению от арабского господства. После распада Арабского халифата в IX–X вв. Бухара была столицей государства Саманидов. В 999 г. Бухару захватили кочевые племена тюрков – Караханидов. В середине XII в. Бухару захватили племена Кара-китаев. В 1220 г. Бухару захватил и разорил Чингисхан. С конца XIV–XV вв. Бухара входила в состав государства Тимуридов. Его создатель эмир Тимур столицей созданного им государства сделал Самарканд, что тогда вызвало отток интеллектуалов из Бухары.
В начале XVI в. Бухара вошла в состав феодального узбекского государства ханов Шейбанидов, его столицами были Самарканд, затем, с конца XVI в., – Бухара, после чего это государство стало называться Бухарское ханство. Со второй половины XVIII в. в Бухаре правила династия узбекских ханов Мангыт (была у власти в 1753–1920 гг.), которые стали именовать себя амирами, или эмирами (арабск. «предводитель», «повелитель»), а свое государство – Бухарский амират во главе с амиром (или эмират во главе с эмиром).
Исходя из экономических и геополитических интересов Российской империи (см. 1.2), русский император Александр II в 1868 г. объявил войну бухарскому амиру Музаффар-хану (1860–1885). Поражение бухарского амира привело к установлению протектората России над Бухарским амиратом. Но Россия помогла восстановить власть бухарского амира над областями Шахрисабза, Китаба, Хисара, Куляба. При амире Абдуллахаде (1885–1910) царские войска заняли афгано-бухарскую границу, Бухара вошла в российскую таможенную черту. Правление последнего амира (1910–1920) Алим-хана (1880–1944) совпало с Первой мировой войной и переворотом в России в 1917 г.
Бухарские амиры занимали почетное место в российской иерархии. По российскому придворному этикету амиры Бухары, как коронованные особы, имели титул «светлости» и стояли выше великих князей Романовых (братьев, детей, внуков русских императоров). Последний амир Бухары Алим-хан в юности (в 1893–1896 гг.) обучался в Санкт-Петербурге по программе, утвержденной императором Александром III. В 30 лет занял трон амира Бухары.
М.В. Фрунзе, 1918 г.
Он владел дачами-дворцами на исконно русских территориях – в Крыму, Кисловодске, Железноводске и домами в Санкт-Петербурге. Бухарские амиры постоянно приглашали российских императоров приехать в Бухару. В 1895–1903 гг. в поселении Новая Бухара (с 1935 г. – г. Каган) по инициативе амира Абдуллахада выстроили дворец, где готовились принять императора Николая II.
После того как Бухарский амират признал свою зависимость от Российской империи (указы 1868 и 1873 гг.), эмират стал вассалом России, увеличился поток русских промышленников, разных предпринимателей, торговцев в Бухару, они предпочитали селиться в ее предместье – Новой Бухаре, основанном в 1888 г. при железнодорожной станции на Среднеазиатской железной дороге. Установление протектората России принесло новые европейские черты в возведенные в тот период строения. В XIX – начале ХХ в. Бухара существенно умалила свой авторитет как интеллектуального очага, фактически потеряла значение центра светской феодальной культуры, но сильно повысила свой статус как мощного религиозного центра, хранителя мусульманских традиций, активного распространения идей ислама. Город называли «Купол ислама», «Сила ислама», «священная Бухара», оценивали ее как один из оплотов силы мусульманской веры. В Бухаре и ее окрестностях действовали около 360 мечетей, медресе, находились многочисленные почитаемые мусульманами места – мазары, некоторые из них сохранились до наших дней.
С начала ХХ в. слухи о революционных беспорядках в России дошли до Бухары. В 1920 г. элементы недовольства городских низов при их мощной поддержке советской Красной Армией привели к захвату Бухары красноармейцами и свержению власти бухарского амира (который в своей политике опирался на Великобританию, рассчитывал на расширение и упрочение ее влияния в Средней Азии, что противоречило интересам советской России. Жестокая Бухарская операция была проведена в августе – сентябре 1920 г. силами Туркестанского фронта во главе с М.В. Фрунзе (см. о нем в 1.3). Красноармейцы захватили Бухару благодаря широкому использованию передовой по тем временам техники: 5 бронепоездов, 10 бронеавтомашин, 12 самолетов (а у бухарского эмира были только 23 орудия и 16 пулеметов). Из-за военных действий в Бухаре были разрушены многие исторические строения. Так, Новый Арк (крепость, цитадель) столь сильно пострадала во время штурма Красной Армией в 1920 г., что почти 70 % ее территории превратились в развалины и пустырь из-за массированного артиллерийского обстрела и авиационной бомбардировки. Говорили, что М.В. Фрунзе и его семья расплачивались за это: в 1925 г., похоже, он был умерщвлен во время медицинской операции, его вдова покончила с собой, его сын погиб в 1942 г.
В 1920 г. последнего амира Бухары Алим-хана свергли с престола, он находился на территории Восточной Бухары, безрезультатно пытался вернуть трон. После осознания полного поражения от Красной Армии он бежал в Афганистан, в 1921 г. прибыл в Кабул, где прожил 23 года и умер.
Бухара стала столицей образованной и формально независимой Бухарской народной советской республики с октября 1920 г., которая была преобразована в Бухарскую Социалистическую Советскую Республику в 1924 г.
По национально-государственному размежеванию в 1924 г. была образована Узбекская Советская Социалистическая Республика, в ее состав вошла, наряду с другими узбекскими территориями, и Бухарская республика. Бухара стала центром Зеравшанского округа, а с 1938 г. является административным центром Бухарской области.
Весной 1976 г. в Бухаре произошло землетрясение, очень многие дома и инженерно-транспортные коммуникации были разрушены или повреждены. Но все разрушения были устранены.
Современная Бухара – это город с развитым хозяйством и мирового класса памятниками истории и архитектуры. В Бухаре развиты многочисленные отрасли промышленности: легкая (каракулевый и хлопкоочистительный заводы, хлопчатобумажный комбинат, швейное объединение и др.), пищевкусовая промышленность. Именно в советский период в Бухаре были созданы единственный тогда в Узбекистане каракулевый завод, а также ремонтный, хлопкоочистительный, маслобойные заводы, швейная, гренажная фабрики и завод по производству холодильников. Бухара – центр старинных художественных промыслов: золотошвейного, шелкоткацкого, резьбы по дереву, чеканки по металлу и др. Изделия искусных бухарских мастеров – художественные панно, пояса, женская одежда, тюбетейки, сумочки – пользуются широкой известностью не только в самом Узбекистане, но и далеко за его пределами. Есть несколько вузов, театров, разнообразные музеи (историко-краеведческий, чеканки по металлу, художественной керамики и др.).
Улочка старой Бухары
Современная Бухара лидирует среди исторических городов Узбекистана по числу историко-архитектурных достопримечательностей. Здесь сохранилось порядка 150 только архитектурных памятников. В 1993 г. историческая часть Бухары была включена ЮНЕСКО в список Всемирного культурного наследия.
В Бухаре (или рядом с ней) родились, жили, учились, творили многие интеллектуалы мирового уровня, яркие деятели мусульманства. В Бухаре плодотворно, творчески трудились лучшие среднеазиатские интеллектуалы своего времени. Среди них знаменитый Ибн Сина (Авиценна, 980—1037 гг.), поэты О. Хайям (1048–1122), Фирдоуси (940—1020), Рудаки (860–941) и другие выдающиеся интеллектуалы (см. о них в 5.3.1). Здесь проповедовали прославленные имамы: Абу Хафс и аль-Бухари (810–870), шейхи ал-Гидждудани (умер в 1180 г. или 1220 г.), Сайф ад-Дин Бохарзи (умер в 1261 г.), Баха ад-Дин Накшбанд (1318–1389) и др.
В прошлом многочисленные бухарские медресе (средние и высшие мусульманские учебные заведения) подготовили огромное число служителей мусульманского культа, учителей, а также служащих государственного аппарата. В Бухаре учился великий Ибн Сина.
Ибн Сина, или Авиценна (Абу-Али аль-Хусейн Ибн Абдаллах Ибн Сина, 980—1037 гг.), знаменитый ученый, философ, врач, а также поэт и музыкант, родился под Бухарой в кишлаке Афшан в семье чиновника по финансово-податной части. Он жил в Средней Азии и в Иране, был врачом и визирем (высшим сановником и руководителем ведомств) при разных правителях. Его труды были необычайно популярны в восточных и западных странах. Ибн Сина п о л у ч и л о б р а з о в а н и е и с ф о р м и р о в а л с я к а к у ч е н ы й и м е н н о в Б у х а р е. Наибольшую научную известность имеет его труд по медицине «Канон врачебной науки». Сохранились его стихи. Большая часть его стихов написана в форме рубаи (четверостиший). Особое значение имеет его «Касыда о душе» (касыда – аналог европейской оды, имела воспевающий или высмеивающий смысл), в которой Авиценна изложил свои взгляды о единстве Бога и природы, о душе человека как части «мировой души», проповедовал просвещение и развитие наук. Его литературное творчество имеет философскую направленность.
Ибн Сину на Востоке называли «Мудрец. Духовный наставник, «Глава-Правитель» – аш-Шейх ар-Раис». А вкратце за глаза его называли нередко просто Абу-Али. Во всех описаниях звучат хвалебные слова о разнообразных познаниях Ибн Сины и не слишком говорится о его трудном жизненном пути. Особенность его была в том, что он был по натуре человеком свободолюбивым, очень дорожил своей независимостью, не мог быть послушным и нанятым за хорошие деньги терпеливым служакой – исполнителем любых приказов правителей. Ибн Сина давал честные и грамотные советы правителям, не мыслил наживаться на чем-либо скользким путем. Около правителей всегда были разные группировки, Ибн Сина не хотел и не мог покрывать их темные дела, поэтому у него всегда и везде были враги, завистники.
У Ибн Сины на первом месте в жизни была наука. Он был одержим исследовательским духом, стремился к освоению всех знаний, обладал феноменальной памятью и неисчерпаемой работоспособностью, не мыслил продавать за деньги свои честь, знания, дела. Он не имел семьи, но обладал склонностью к чувственным наслаждениям, любил застолья с учениками и разумное бражничество, был эмоциональной и импульсивной натурой. Главную радость в жизни он ощущал в работе, в научном творчестве, в общении с верными учениками. Ради этого он от многого отказался и незаслуженно вытерпел многие обиды.
Отец Абу-Али был довольно образованным человеком. Их семья из сельского селения вскоре переехала в Бухару. К 10 годам Абу-Али полностью получил первоначальное образование. С 16 лет он стал самостоятельно расширять свои познания в разных науках. К 10 годам он знал Коран и главные словесные дисциплины, к 14–15 годам знал мусульманское право, математику, физику и ряд других дисциплин, но особенно он увлекся медициной. Он изучил в деталях медицинскую теорию и стал практикующим медиком. К 16 годам ему уже не было равных в теоретических медицинских познаниях и практическом врачевании. Слава о нем как об искусном враче шла по всей Средней Азии. В возрасте 17 лет он вылечил от тяжелой болезни, с которой не могли справиться другие врачи, правителя Бухары Нуха Ибн Мансура, после этого слава о его врачебных способностях буквально гремела на среднеазиатских землях.
Затем власть в Бухаре перешла от Мансура к Караханидам, которые хотели видеть рядом с собой прежде всего послушных им исполнителей их воли, не оставляли им право на свободу решений и действий. В возрасте 22–25 лет Абу-Али пришлось переехать из Бухары в Гургандж – столицу Хорезма, где он был принят на службу хорезмшахом Али Ибн Мамуном. Прихвативший вскоре высшую власть в регионе Махмуд Газневид потребовал к своему двору прославленного врача – Абу-Али, который больше всего на свете дорожил своей независимостью, не мог выполнять роль только профессионально грамотного раба, поэтому ему пришлось сбежать из Гурганджа. В возрасте 28–43 лет (16 лет) он был вынужден скитаться по Хорасану и Табаристану. При этом везде и всегда, в любых условиях он занимался научными делами, осваивал новое, оставлял в письменном виде результаты своих работ. Рядом с ним с тех пор (и до конца его жизни) всегда был его верный ученик аль-Джузджани, который записывал под диктовку учителя создаваемые им трактаты. Правители разных восточных государств хотели иметь Абу-Али рядом с собой как помощника, советника, врача. Он в роли визиря, министра давал смелые советы, в том числе в военных и налоговых делах, нажил себе массу врагов, по их проискам как-то четыре месяца провел в заключении, но даже радовался этому, потому что за это время в тюремной тиши успел написать три научных труда. Но последние 13 лет его жизни, в возрасте 44–57 лет, он довольно спокойно жил и работал в Исфахане, при дворе эмира Аля ад-Даулы, который предоставил ему полную творческую свободу, обеспечил комфортабельный быт, позволил окружить ученого его учениками и последователями, оказывал ему большое уважением и почтение. Неудачи в военных делах Аля ад-Даулы не отдалили Ибн Сину от него, он не оставил неудачливого в тот момент правителя-полководца. Обострились болезни, он понял, что вылечить их он не может, умер в возрасте 57 лет. По сути, вся его жизнь состояла из четырех периодов: до 16 лет – освоение грамоты и знаний, 16–28 лет (12 лет) – достижение профессионального успеха и славы, 28–44 года (16 лет) – при скитальческой жизни научные дела, 44–57 лет (13 лет) – относительно комфортная творческая научная деятельность.
В Бухаре (в XII в.), в Бухарском медресе, учился, затем стал в нем духовным наставником-шейхом один из первых представителей тюркоязычной суфийской поэзии, шейх Ахмед Ясеви (умер в 1169 г.). Он при жизни стал почитаться святым, веря в его святость, со всех концов Средней Азии к нему ездили на поклонение, впоследствии его могила стала местом паломничества. А. Ясеви родился в г. Яссы (теперешняя железнодорожная станция Туркестана) в семье священнослужителя шейха Ибрахима. Со временем он вернулся на свою малую родину, выступал с проповедями, о нем говорили: «В Медине Мухаммед, в Туркестане же Ходжа Ахмет». А в 1980–1982 гг. в Бухаре в медресе Мир Араб (XVI в.) учился Ахмат Кадыров-старший (1951–2004), лидер Чечни и первый президент Чеченской республики.
Современная Бухара – это город-музей под открытым небом. При редчайшем обилии в ней исторических и архитектурно-художественных памятников в ограниченного объема книге невозможно рассказать даже только об основных из них. Среди 140 главных выдающихся архитектурно-художественных памятников Бухары особо широкую известность и славу имеют: ансамбли Пои-Калян (XII–XVI вв.), Ляби-Хауз (XVI–XVII вв.), Кош-медресе (XVI в.), мавзолей Ислама Самани (конец IX – начало Х в.) и некоторые другие. Приходится ограничиться кратким описанием только самых главных, исключительно интересных памятников, мемориальных мест, а также некоторых религиозных центров и особо почитаемых верующими мусульманами мест – мазаров. В Бухаре и ее пригородах сохранилось немало мазаров (мест поклонения мусульман). Самые почитаемые и известные из них мавзолей Исмаила Самани (IX–X вв.) и Чашма-Аюб (XIV в.) в Бухаре, а в ее окрестностях – некрополь Чор-Бакр (XVI–XVII вв.) с захоронениями потомков святого пророка Мухаммеда и особенно в кишлаке Касри Орифон – место захоронения святого Бахауддина Накшбанда, основателя суфийского братства «Накшбандийа», и другие.
В Бухаре во многих исторических зданиях созданы и работают музеи. Так, на территории крепости Арк созданы краеведческий музей и Бухарский государственный архитектурно-художественный музей-заповедник (в 1945–1984 гг. назывался Историко-краеведческий музей), имеет 12 филиалов, объединяющих 7 экспозиций и выставок. Созданы: в мечети Магоки-Аттари (1546–1547) – Музей ковров, в медресе Куколдаш (1568–1569) – мемориальный музей писателей С. Айни (1878–1958) и Д. Икроми (1909–1989), в медресе Абдулазиз-хана (1652) – Музей художественной резьбы по дереву, в медресе Улугбека (1417) – Музей истории реставрации в XX–XXI вв. памятников Бухары и Музей каллиграфического искусства, в мавзолее Чашма-Аюб (1383) – Музей водоснабжения Бухары, в здании 1912 г. (в котором на первом этаже находился магазин купца и заводчика С.Т. Морозова) – Музей искусств им. Камопиддина Бехзоды, в доме (конец XIX – начало ХХ в.) богатого купца Убайдулло Ходжа Касым Ходжаева (ул. Тукая, 70) – Дом-музей бухарского купца (включает три экспозиции: 1) этнографическая («Жизнь богатого купца XIX–XX вв.); в) мемориальная, посвященная жизни и деятельности Ф. Ходжаева (1896–1938) – сына купца, революционера, первого руководителя правительства Узбекской ССР, в 1925–1938 гг. председателя Совета Народных Комиссаров Узбекской ССР; 3) «Кухня дома богатого купца». Есть и другие подобные примеры.
Мавзолей Бахауддина Накшбанда
В Бухаре есть и музеи в недавно построенных зданиях, например, в современном здании оригинальной формы (2001) – Мемориальный музей имама Аль-Бухари (посвящен деятельности исламского богослова имама Мухаммеда Ибн Исмаила Аль-Бухари). Есть в Бухаре и другие музеи, в том числе Музей изобразительных искусств (ул. Накшбанди, 41).
Имам Аль-Бухари (Мухаммад Исмаил Абу Абдаллах ал-Джуфи, или Ибн Исмаил Аль-Бухари, 810–870 гг.) родился в семье иранского происхождения в Бухаре, умер в селении Хартанка близ Самарканда. Он с 10-летнего возраста начал изучать хадисы (предания о действиях, поступках святого пророка Мухаммеда). Он много лет путешествовал по разным провинциям Арабского халифата, чтобы знакомиться с разными хадисами. Он слушал хадисы более чем у 1000 шейхов, поскольку поставил себе задачу собрать все предания о высказываниях и поступках Мухаммеда. Якобы он проверил 600 тыс. хадисов, которые тогда были в ходу, еще 200 тыс. хадисов он якобы сам записал у своих учителей и информаторов.
Мавзолей имама Аль-Бухари на почтовой марке Республики Узбекистан
Из этого огромного количества хадисов Аль-Бухари оценил как «безупречные» только 7397 хадисов, из которых он составил сборник хадисов, сформированный им по тематическим сюжетам, что было первым изданием подобного рода. Свое собрание хадисов он разбил на 97 книг с 3450 главами (глава – сюжет), которые включают все выявленные им 7397 «достоверных» хадисов. Аль-Бухари уже своими современниками был признан выдающимся мусульманским богословом, большим знатоком суннитских традиций и правил. Для большинства суннитов сборник хадисов Аль-Бухари стал второй книгой после Корана. Кроме того, Аль-Бухари прославился как составитель авторитетного свода биографий передатчиков хадисов.
В пригороде Бухары в мемораиальном комплексе «Некрополь Бахауддина Накшбанда», в одном из зданий находится музей, рассказывающий о святом Бахауддине Накшбанде (см. о нем текст далее) и созданном им братстве суфиев – Накшбандийа.
В Бухаре для туристов главный интерес представляют ее архитектурно-планировочная организация и ее историческая древняя застройка. В историческом ядре Бухары сохранилась ее средневековая планировка. Через весь город протекает древнейший канал Шахруд («Царская река»), являющийся главной водной артерией Бухары. В центре Бухары, откуда берет начало древнее ядро города, мощность культурных наслоений достигает 10–15 м, что осложняет процесс изучения планировочной основы и визуального облика Бухары в прошлом.
Ко времени завоевания Бухары (имевшей тогда площадь около 40 га) арабами город был окружен мощной пахсовой (глинобитной) стеной, имел семь ворот, выходивших к радиальным путям. По мере роста Бухары она была обнесена кольцом мощных стен с башнями-воротами. Современное кольцо стены города появилось в XVI в.; мощная глинобитная стена длиной около 12 км имела 12 ворот (часть городских оборонительных стен с воротами сохранилась в конце парка им. Саманидов и в районе мавзолея Чашма-Аюб).
Архитектура Бухары, ее планировка и застройка впитали в себя основные принципы местной ансамблевой организации территории. К характерным чертам подобных ансамблей следует отнести: 1) стремление к сочетанию бассейна с водой и архитектурного окружения; 2) создание дворовых замкнутых пространств с противопоставлением объемных форм. Среди них примечательны также ансамбли типа «кош», то есть сдвоенных – поставленных друг против друга – построек, то есть «зеркальное» размещение примерно равнозначных объектов (по такому принципу созданы Кош-медресе, также примером композиции кош являются мечеть Калян и медресе Мири-Араб, XVII в., и другие).
После арабского завоевания (VII–VIII вв.) в связи с мусульманской идеологией и религией получили развитие новые типы архитектурных объектов: мечеть, медресе, мавзолей, минарет и другие. Но они создавались с учетом местных архитектурно-планировочных традиций. Ислам запрещает изображение живых существ, поэтому исчезла традиция монументальной скульптуры и живописи и появились орнаментальные и эпиграфические украшения в постройках. Появились разные по значимости, размеру, богатству декора мечети в городе, Соборная мечеть – главная, были еще гузарные (или квартальные) мечети, являвшиеся одним из узловых пунктов, как бы организующих паутину улиц отдельного м а х а л л я – микрорайона, квартала города.
Обычно в прошлом перекрестки торгово-ремесленных рядов в Бухаре замыкали центрально-купольные здания с выходом на основные улицы. Постепенно развивалась центрально-купольная архитектура, особенно она оказалась полезной при создании т а м о в – крытых рынков. В XVI в. в Бухаре появилась целая цепь из пяти торговых крытых зданий.
В Бухаре стабильно совершенствовались строительные технологии и архитектурно-художественные приемы. В архитектуре IX в. наряду с сырцом стали использовать обожженный кирпич и керамическую облицовку, в XI–XII вв. в декоре начали применять глазурованную керамику, в XIII–XIV вв. появились и стали широко использоваться полихромные изразцы – резной мозаики и расписной майолики. С конца XIX в. в местную строительную практику стали шире внедряться приемы европейского зодчества.
Бухарская школа зодчества дает характерные примеры традиционной узбекской жилой архитектуры. Раньше стены рядовых городских жилых помещений обычно имели двойной каркас; часто летние помещения выносили на второй этаж, создавая галереи с деревянными колоннами. Все основные помещения располагались в один ряд. Стремились иметь два двора; вокруг первого располагались хозяйственно-производственные и вокруг второго – собственно жилые помещения.
5.3.2.2. Основные историко-архитектурные памятники, религиозные центры, особо чтимые места мусульман
Бухара – это город-музей, известный выдающимися архитектурными памятниками. Среди основных из них: 1) к р е п о с т ь – ц и т а д е л ь Арк (V–VII вв.); 2) а н с а м б л и: городской площади Пои-Калян (состоит из мечети Калян – XII в., перестроена в XV–XVI вв., минарета Калян – 1127 г., медресе Мари-Араб – 1535–1536 гг.), Ляби-хауз (с медресе Кукелдаш – XVI в., медресе и ханака Надир-Диван-беги – XVII в.), и Халифа Худайдод – XVIII в., Хазрати Имам – XVI–XVII вв.; 3) к о м п л е к с Абдул Кадыр Джелони – XVI в.; 4) м а в з о л е и Исмаила Самани – IX–X вв., Чашма-Аюб – XIV в., Баян-Кули-хана – XIV в., Сейфеддина Бохарзи – XIV–XVI вв.; 5) м е д р е с е: Улугбека – 1417 г., Абдулазиз-хана – 1652 г., Кош-медресе (включает медресе Мадари-хана и Абдулла-хана, оба XVI в.), Амир-Алим-хана – ХХ в., а также Чор-Минор (Халифа Ниязкула) – 1807 г., Турсунджон – XVIII в., Гакушон – XVI в.; 6) м е ч е т и Намазгох – 1120 г., XVI в., Боло-хауз – XVII–XX вв. (с минаретом и водоемом), Магоки-Аттари – XII–XVI вв., Балянд – конец XV в.; 7) в о р о т а Таллипач – XVI в. и Зиндан – XVIII в.; 8) х а н а к и (обители дервишей – странствующих монахов): Файзабад – 1598–1599 гг., Ходжи Зайнуддина – XVI в.; 9) к р ы-т ы й р ы н о к (тим) Абдулла-хана – XVI в.; 10) т о р г о в ы е к у п о л ь н ы е з д а н и я (токи): Токи-Заргарон – XV в., Токи-Тильпак-Фурушон – XVI в., Токи-Саррафон – XVI в.; 11) загородный д в о р е ц эмиров Ситораи-Мохи-Хоса – XIX–XX вв.
В Бухарской области объектами туристического интереса являются исторические места, архитектурные памятники и особо почитаемые верующими мусульманами места – мазары. Среди них: кишлак Афшан – родина Ибн Сины (Авиценны); древнее городище Варахша; дворцы бухарских эмиров – Ситораи-Мохи-Хоса (1890-е – 1917 г., загородная резиденция амиров) и дворец Сенд-Абдулахада (1895–1903 гг.) в городе Каган (в прошлом Новая Бухара); мемориальный комплекс святого Бахауддина Накшбанда включает склеп-мазар с могилой Бахауддина Накшбанда – 1544 г., три мечети XIX–XX вв., медресе, ханаку – XVI в., хауз-бассейн, захоронение некоторых правителей из династии Шейбанидов); мавзолей Мир-Сеид Бахром – X–XI вв. и ханака Касым-шейха – XVI в. в г. Кармана; медресе Улугбека – 1433 г. в г. Гиждуван; минарет и мечеть Суфиен – XII в. в г. Вабкент и другие достопримечательности.
Самым древним историческим памятником Бухары является крепость Арк (цитадель). Это мощное фортификационное сооружение площадью 3,9 га, протяженность его стен 789 м, высота 16–20 м. Впервые крепость Арк упоминается в документах в Х в., но она была основана гораздо раньше – в VI–VII вв., а первые постройки на ее территории появились в IV–III вв. до н. э. В XVIII–XIX вв. Арк стал центром государственности Бухарского амирата. Он занимал площадь около 4 га и возвышался над окрестностями на 18–20 м. Здесь находилась резиденция правителей Бухары, был гарем, во дворце жили амир со своей семьей, а также чиновники с их семьями, размещалось правительство Бухарского амирата, располагались мечети, казначейство, канцелярия, тюрьма. В этой крепости хранили государственную казну, запасы золота, драгоценности, оружие, находились мастерские. В начале ХХ в. в крепости Арк жили до 3 тыс. человек. В Средние века крепость Арк посещали и жили в ней известные ученые и просветители, в том числе Абу Абдаллах Джафар Рудаки, Абу Наср ибн Мухаммед Аль-Фараби, Ибн Сина (Авиценна), Омар Хайям. За свою долгую историю крепость Арк несколько раз разрушалась, но потом с изменениями, но восстанавливалась. Постройки, которые мы можем видеть сейчас, были возведены в основном в XVII–XIX вв. Очень большой урон крепости был нанесен в 1920 г., когда войска Туркестанского фронта под командованием М.В. Фрунзе вели бои за овладение Бухарой. Тогда большая часть крепостных стен, башен, внутренних строений была полностью или частично разрушена. Из-за его массированного артиллерийского обстрела и авиационной бомбардировки территория Арка превратилась в развалины и пустырь. В наши дни пустырь занимает почти 70 % территории этой цитадели; до сих пор восстановить крепость Арк в ее изначальном виде не удалось. Главные из ее сохранившихся, точнее – посильно восстановленных построек: Джума мечеть (XVIII в.), тронный зал Куриныш-хана (XVII в.) двор премьер-министра – «кушбеги» (XIX – начало ХХ в.), двор приветствий – Салом-хана (XIX – начало ХХ в.) и некоторые другие. В крепости Арк в 1945 г. разместили историко-краеведческий музей, его преобразовали в 1985 г. в Бухарский государственный архитектурно-художественный музей-заповедник (в нем есть отделы: природы, археологии, исторический, нумизматики и эпиграфики, а также выставка памятников письменности XVII–XX вв.). Есть и отдел-филиал заповедника за пределами крепости Арк – это зиндан – бывшая городская тюрьма с камерами, подземным карцером, в его музейной экспозиции – предметы быта узников, их фотографии и портреты.
Поблизости от крепости Арк находится площадь Регистан («песчаное место»), где в давности были базар, мечети, административные постройки, больница, другие строения, но ничего из них не дошло до наших времен.
У входа в крепость Арк, вблизи ее западных ворот, сохранилась старая водонапорная башня (1927), которая теперь с оборудованной смотровой площадки позволяет туристам любоваться панорамой Бухары.
А рядом находится действующая мечеть Боло-Хауз (XVIII в.) с айваном, украшенным 20 деревянными колоннами (начало ХХ в.), минаретом (1917) и водоемом. Эта мечеть – единственное здание, сохранившееся от исторической застройки площади Регистан.
Гуляя вдоль западной оконечности крепости Арк, туристы видят архитектурный ансамбль Кош-медресе («двойное медресе»). Действительно сдвоенными (кош) являются медресе Абдулла-хана (1576–1590 гг., по другим данным, 1588–1590 гг.) и Мадари-хана (1566). Оба медресе большие по размеру, входы в них оформлены в виде высоких порталов с майоликовыми плитками синего и зеленого цветов. В медресе Абдулла-хана наиболее насыщен декором главный фасад; это сплошной ковер поливной керамики, мозаики и майолики в сочетании с орнаментальными и эпиграфическими мотивами. В начале XXI в. это медресе оказалось без какого-либо использования, внутренние помещения пустовали. В медресе Мадари-хана в советский период создали жилые квартиры для рядовых бухарцев. В начале XXI в. в них уже никто не жил, но в некоторых пустовавших помещениях разместились мастерские, а во внутреннем дворе в теплый сезон стал работать ресторан.
За архитектурным ансамблем Кош-медресе находится вход в Центральный парк Бухары имени Саманидов (Истирохан). Главными достопримечательностями этого парка являются мавзолей Саманидов и мавзолей Чашна-Аюб (являющийся особо почитаемым мазаром).
Мавзолей Саманидов построил на рубеже IX–X вв. основатель государства Саманидов Исмаил Самани (эмир с 874 г., умер в 907 г.). Он построил этот мавзолей для своего отца Насра I (умер в 892 г.), позднее в нем похоронили самого Исмаила, затем мавзолей стал фамильной усыпальницей Саманидов. Это первый известный царский мавзолей в Центральной Азии. Исмаил Самани был неординарной личностью. Он был основателем крупного государства в Средней Азии со столицей в Бухаре, правителем Мавераннахра, успешно воевал с Ираном, проводил политику централизации. В соседнем Таджикистане его почитают как основателя таджикской нации, во многих таджикских городах установлены памятники Исмаилу Самани. Построенный им этот мавзолей – самый ранний и удивительный средневековый архитектурный памятник среди архитектурно-художественных памятников Бухары. Мавзолей представляет сложенный из кирпича однокамерный, квадратный в плане, центрально-купольный (увенчан полусферой) куб, углы которого смягчены округлостью колонн. Он опоясан поверху галереей-аркатурой и увенчан куполом, украшен узорной кирпичной кладкой на фасадах и в интерьерах. Не отвести взгляда от кирпичного кружева, оплетающего наружные стены и интерьер усыпальницы. Этот мавзолей построен целиком из жженого кирпича, в интерьере использована декоративная резьба по камню; он признан архитектурным шедевром мирового значения.
Мавзолей Чашма-Аюб («источник, или колодец, родник Иова») был построен в XIV в., его возникновение связано с древней легендой о Бухаре. Согласно одной легенде, библейский пророк Иов, он же – мусульманский пророк Аюб, пришел на помощь населению Бухары, когда город остался без воды. Якобы от удара посоха пророка забил источник чистой прохладной воды. По другой легенде, омовение водой из местного источника избавляло Аюба от тяжелых страданий. Позже над этим источником построили павильон. Колодец Аюба находится в среднем зале постройки, за ним – помещения с погребениями неизвестных персон. Отличительной чертой мавзолея Чашма-Аюб является конический купол в форме шатра. Основа строения восходит к XII в., в 1380 г. его начали перестраивать по указанию Тимура, перестройку закончили в 1383 г. Появился у этого здания необычный для среднеазиатской архитектуры конический купол. Интерьер мавзолея обогащен сталактитами. К зданию в XVI в. пристроили новое помещение и вход. Хотя мавзолей называется Чашма-Аюб, библейский пророк Аюб в нем не похоронен. В этом мавзолее похоронен мусульманский богослов Хафиз Гунджари (умер в 1022 г.). Воду местного источника жители считают святой, целебной. В этом мавзолее был открыт Музей водоснабжения Бухары. Год от года усиливается религиозное почитание Чашма-Аюб, никогда не терявшего статус мазара. Уже в доисламское время Чашма-Аюб был сакральным центром Бухары, рядом с ним возникло кладбище. Связь Чашма-Аюб со старозаветным пророком Аюбом способствовала усилению потока среднеазиатских евреев-мигрантов в Бухару, появлению в ней и росту людности диаспоры бухарских евреев.
Архитектурный ансамбль Бухары Ляби-хауз («вокруг водоема, у пруда») занимает центральное место в Бухаре, напоминающее главную городскую площадь, где находятся прямоугольный (46 × 36 м) пруд, поблизости с ним – пешеходная зона и оригинальные памятники, также располагаются рядом с прудом в плане буквой «П» несколько исторических зданий: медресе Кукельдаш (1568–1569), медресе Надир-Диван-беги (1620–1623), ханака Надир-Диван-беги (1619–1620 гг., общежитие для странствующих монахов-аскетов, их называли дервишами). В древней Бухаре водоем, пруд, бассейн, в котором держали столь желанную в засушливом жарком климате воду, называли «хауз». В советский период в 1920—1930-е гг. начали создавать централизованную систему водоснабжения и надобность в хаузах отпала, поэтому большую их часть спустили или засыпали, на их месте появилась застройка. Но здесь большой пруд не засыпали. Этот хауз (пруд), находящийся у самого канала Шахруд («царская река»), был сооружен в 1620 г. по распоряжению крупного придворного сановника Надира-Диван-беги. Глубина пруда до 5 м, он вмещает более 4 тыс. куб. м воды, которая поступает из древнего арыка Шахруд. Берега Ляби-хауза имеют каменные ступени, на них ступали в прошлом бухарские водоносы и наполняли чистой водой свои кожаные бурдюки. Хауз стал композиционным центром архитектурного ансамбля, ставшего со временем излюбленным местом отдыха бухарцев и туристов.
Строительство медресе Кукельдаш (1568–1569) связано с именем сановника Кулбабы-Кукельдаша – государственного деятеля, полководца, инициатора строительства многих гражданских и ирригационных сооружений при правлении Абулла-хана II. Это самое крупное или одно из самых крупных по объему и масштабу медресе в Средней Азии (размер 69 × 86 м). В нем около 160 больших и малых учебных помещений, 2 торжественных зала, 2 дворовых портальных айвана. Здесь учился один из самых известных среднеазиатских писателей ХХ в. Садр ад-Дин Айни (1878–1954). Парадные ворота этого медресе выполнены из резного наборного дерева. Западный зал во время намазов являлся мечетью при медресе, а в обычные дни он, как и восточный зал, служил в качестве учебной аудитории. Вдоль главного фасада в прошлом проходила основная торгово-ремесленная магистраль, поэтому здание отделено от улицы невысокой суфой, и наружные помещения первого этажа служили для целей торговли. В советский период медресе было закрыто, и какое-то время в нем размещалась гостиница.
Ханака Надир-Диван-беги (1619–1620) – это крупное портально-купольное общественное здание, где помимо обычных массовых молитв устраивались и общественно-культовые собрания. Эту суфийскую ханаку построил крупный ханский сановник Надир-Диван-беги. Для финансового обеспечения этой ханаки он решил построить караван-сарай, доходы которого должны были бы поступать ханаке.
Медресе Надир-Диван-беги перевоначально представляло собой обычный с глухими стенами караван-сарай, окруженный 2-этажным рядом гостиничных помещений. С восточной стороны к зданию примыкал небольшой хозяйственный двор. Здание пережило значительные изменения во время его коренной переделки и приспособления его под медресе. Произошло это против первоначальных планов крупного сановника Надир-Диван-беги, который после постройки бассейна (1620) и суфийской ханаки построил у Ляби-хауза и караван-сарай, он намечал, что доходы от него пойдут на содержание возведенной ранее им ханаки. На открытии этого караван-сарая бухарский хан Имамкули по совету духовенства поздравил своего министра Надир-Диван-беги с постройкой заведения «во славу Аллаха». Из-за этого Надир-Диван-беги, чтобы угодить и не перечить словам хана, был вынужден переоборудовать караван-сарай в медресе. В связи с вынужденными переделками постройки в медресе Надир-Диван-беги отсутствуют мечеть, учебные классы, дворовые айваны. Но фасад медресе оформлен изразцовой мозаикой. На входной арке изображены фантастические птицы с ланями в когтях. Это легендарные птицы счастья Семург, которые летят к солнцу, символизирующие устремленность к духовному знанию. Особенно большие переделки коснулись главного фасада – к глухим стенам боковых крыльев были пристроены арочные лоджии и новый стройный портал. Особенно примечательными оказались тонко выполненные мозаичные композиции; можно увидеть обычные растительные орнаменты, а также фантастических птиц и ланей на фоне растительных плетений.
В зданиях медресе со временем устроили светские центры. Так, в медресе Кукельдаш открыли мемориальный музей писателей Садриддина Айни (1878–1954) и Джалола Икроми (1909–1989), а в медресе Надир-Диван-беги по вечерам устраивают развлекательные шоу для иностранных туристов – это главным образом народные танцы под фольклорную музыку, во время шоу туристам предлагают заказать ужин.
В этом районе установлены оригинальные памятники. У пруда установлены скульптуры большого числа больших и маленьких верблюдов, есть памятник (1979) легендарному литературному герою, острослову, уроженцу Бухары Ходже Насреддину, который сидит на осле (этот памятник отлит из бронзы переплавленного памятника советскому военачальнику М.В. Фрунзе, который в 1920 г. командовал войсками при разрушительном штурме Бухары).
Архитектурный ансамбль Пои-Калян представляет центральный узел древней Бухары, как бы организующий и направляющий планировочную паутину многочисленных улиц города. Комплекс Пои-Калян – это самый известный архитектурный ансамбль Бухары. В дословном переводе его название означает «Подножие Великого».
Мечеть Магоки-Аттари
Этим названием ансамбль обязан минарету Калян, у подножия которого находятся медресе и мечеть. Комплекс Пои-Калян включает в себя: 1) минарет Калян – один из главных визуальных символов Бухары; 2) кафедральную мечеть Калян; 3) медресе Мири-Араб.
Минарет Калян (1127), или Великий минарет, был построен правителем Бухары Арслан-ханом, имеет диаметр в основании 9 м и вверху – 6 м, высоту 45,5 м, по 104 ступеням можно подняться на его вершину, откуда открывается чудесный вид на старую часть Бухары. До XIX в. с вершины минарета сбрасывали вниз на площадь преступников, приговоренных к смертной казни, поэтому этот минарет называли «Башня смерти». Минарет выложен из жженого кирпича, опоясан узорными 12 поясами, которые выделены между собой рядом кирпичей, поставленных на ребро. На вершине минарета – фонарь в форме круглой ротонды с 16 стрельчатыми проемами, увенчанный рельефом сталактитового карниза и куполом. Минарет Калян – самое высокое сооружение в историческом ядре Бухары. Минарет Калян заменил собой первый минарет Бухары, построенный в 918–919 гг. и разобранный в 1120-е гг. по приказу Караханида Арслан-хана. Минарет Калян считают главным символом священной Бухары, его сакральной башней. На протяжении нескольких сотен лет эта сакральная башня господствует над Бухарой, декларирует величие исламской веры. Считают, если человек видит минарет Калян, значит, он находится под защитой этой главной сакральной башни Бухары. Все минареты, а этот особенно, почитают как «лестницу и дорогу к небу». Минарет как бы обеспечивает связь с высшим миром и мистически соединяет человека, общину верующих с Аллахом.
Кафедральная, то есть главная, соборная мечеть Калян (пятничная, соборная, 1514 г.) – крупнейшее (127 × 78 м) общественно-культовое сооружение Средней Азии. Первая мечеть на этом месте была построена в 1121 г., она была уничтожена в первой половине XIII в. полчищами Чингисхана. Взамен утраченной мечети построили новую, сохранившуюся до наших дней, ее открыли в 1514 г. Это огромное сооружение, в нем 288 куполов, 208 колонн, ее вместимость 12 тыс. верующих. В облицовке мечети применены шлифованные и поливные кирпичики, мозаика. Мечеть имеет тщательно продуманную планировку ее композиции: вокруг обширного прямоугольного двора расположены глубокие галереи с рядами четырехгранных устоев и сводчатым перекрытием с 288 небольшими куполами. Перед порталом этой мечети расположена восьмигранная беседка – ротонда, которая используется при чтении проповедей.
Медресе Мири-Араб (1535–1536) было построено правителем Бухары Убайдулла-ханом и передано в качестве дара главе мусульман Бухары шейху Абдулле Йеменскому (Абдаллах Йамани, или Мири-Араб, «Князь арабов», родом из Йемена), который был духовным учителем бухарских правителей. Мечеть построили за государственный счет, средства получили за счет продажи рабов, захваченных в плен. В этом медресе похоронены шейх Мири-Араб и Убайдулла-хан. Он был образованным человеком своего времени, свободно декламировал Коран, написал к нему комментарии, был одаренным певцом и музыкантом. В советский период это медресе 20 лет было закрыто, не действовало, но в 1945 г. все-таки было открыто и было единственным действующим в Узбекистане. В 1980–1982 гг. в медресе Мири-Араб учился Ахмат Кадыров-старший (Ахмат Хаджи Абдуханович Кадыров, 1951–2004 гг.), ставший впоследствии президентом Чеченской республики. Он 7-летний курс обучения освоил за 2 года, затем он продолжал обучение в Ташкенте в Исламском институте. Раньше это медресе блистало в переливах многоцветной наборной мозаики и поливных кирпичиков; но от первоначальной оригинальной пышной облицовки остались только отдельные фрагменты. Тем не менее изысканное богатство декора, совершенство монументальных пропорций, неожиданность и новизна архитектурных деталей (например, купол расположенной в медресе усыпальницы изнутри похож на звезду) отличают Мири-Араб от других памятников того времени и делают медресе Мири-Араб подлинным шедевром зодчества. Размеры этого медресе 73 × 55 м, его четырехайванный двор имеет размеры 37 × 33 м. Двор обведен двумя этажами худжр, число которых 111. В медресе 114 келий, что соответствует числу глав (сур) Корана.
Рядом с медресе Мири-Араб находится небольшое медресе Алим-Хана (1914–1915).
Древнейшая бухарская мечеть Магоки-Аттари – во многих отношениях удивительный памятник. Его название говорит о том, что мечеть была построена на территории торгового ряда продавцов красок, парфюмерии, галантереи. Первая мечеть на этом месте была построена в IX в., она была разрушена в XII в., тогда же на ее месте построили новую, но и она не уцелела.
Мечеть Магоки-Аттари
В 1546–1547 гг. мечеть отстроили в том виде, в каком она сохранилась до наших дней. С XII в. сохранился южный фасад – портал мечети. Здесь необычна архитектурная форма спаренных колонн, а также трактовка самого фасада. Мастерски выполнены керамические резные детали, сложный геометрический орнамент, тонкая резьба. В XVI в. к мечети с восточной стороны был пристроен портал. Внутри мечети – шестиствольный зал, перекрытый куполами. Средний купол имеет приподнятый световой фонарь – результат коренной перестройки мечети в 1547 г. Археологические раскопки внутри мечети выявили остатки архитектурного декора IX–X вв., а под ними обнаружили кладку еще более ранних сооружений. В этом месте было древнее капище огнепоклонников, позже – храм, а рядом с ним был собиравшийся два раза в год базар. Здесь в дни весеннего праздника Навруз особенно бойко продавали статуэтки и образки народных божеств. Обычно на этом базаре дважды в году продавались разные деревянные расписные идолы. Храм огнепоклонников позже был перестроен под мечеть и при правителе Наршахи был известен как мечеть царя Маха. Сейчас в здании мечети находится Музей ковров.
Ярко остается в памяти визуальный облик медресе Чор Минор («четыре минарета»), построенного в 1807 г. на средства богатого туркмена купца Халифа Ниязкул-бека и являвшегося частью комплекса, не сохранившегося до наших дней. Чор Минор служил входом в тот комплекс, основная часть студентов жила и училась в соседних зданиях. Чор Минор, в отличие от других медресе, имеет четыре минарета, а не один. Медресе Чор Минор с его четырьмя минаретами с лазурными куполами, украшенными керамической глазурью, является одним из ярких визуальных символов Бухары. Четыре минарета Чор Минор, по сути, являются бутафорскими, ведь в них подъема вверх не предусмотрено, что свидетельствует о том, что эти четыре башни были построены только для красоты. Некоторые историки утверждают, что эти четыре минарета символизируют четыре династии правителей, царствовавших в Бухаре: Саманидов, Караханидов, Шейбанидов, Мангытов. В одном из минаретов в прошлом находилась библиотека. Со временем в медресе разместили магазин сувениров.
Один из выдающихся памятников Бухары – медресе Улугбека. Его строительство было осуществлено по указанию знаменитого ученого и правителя Бухары Улугбека. Это медресе было построено в 1417–1420 гг. и является старейшим из сохранившихся в Средней Азии памятников подобного рода. Надпись на входной двери этого медресе провозглашает: «Стремление к знанию – обязанность каждого мусульманина и мусульманки». В 1586 г. при Абдулла-хане II это медресе капитально перестроили, его фасады украсили глазурованными кирпичиками и майоликой. Это медресе имеет фасад со стрельчатой аркой, вписанной в прямоугольник портала, и башенки на углах; двор замкнут рядами келий – эти планировочные формы стали эталоном для более поздних подобных зданий и комплексов медресе. В конце ХХ – начале XXI в. в здании медресе разместили Музей реставрации памятников Бухары, проводившейся в XX–XXI вв.
Напротив медресе Улугбека находится медресе Абдулазиз-хана (1652) – одно из самых больших строений подобного рода в Бухаре. В этом медресе своеобразно и блестяще выполнена мозаика портала с растительными орнаментами и стилизованными изображениями сказочных птиц. Внутри медресе интересны сталактитовые своды и их роспись, поразительно разнообразен декор. Теперь в здании этого медресе находится Музей художественной резьбы по дереву.
Особый интерес представляют торговые купола XVI в. на главных улицах старой Бухары. Ни один город в Средней Азии и в странах Востока не имеет подобного рода монументальных архитектурных сооружений. Эти здания куполообразной формы и в наши дни называют куполами, они напоминают о давней славе Бухары как торгового города. Так, еще в 767 г. в письменных документах упоминается о 1000 лавках Бухары, принадлежавших одному феодалу, но были и другие владельцы лавок. В XVI в. в Бухаре появилась цепь из пяти торговых крытых зданий, известных под названиями «тим» и «так», что означает крытый рынок. Обычно перекрестки торгово-ремесленных рядов замыкали центрально-купольные здания с выходами на основные улицы. Купольное торговое строение, возведенное обычно над пересечением улиц, укрывало в своей тени мастерские и лавки, а также служило своеобразной дорожной развязкой в уличном движении. Такие тимы, обычно имевшие свою ремесленную специализацию, среди торговых лавок выделялись большими куполами. Эти тимы получили характерные названия. Токи-Заргарон – «купол ювелиров», Токи-Тильпак-Фурушон – «купол продавцов головных уборов» – тюрбанов, тюбетеек, меховых шапок, платков и других, Токи-Саррафон – «купол менял, ростовщиков». В каждом куполе размещались несколько мастерских и магазинов одного товарного профиля. Например, в Токи-Заргарон, где торговали ювелиры, размещались 36 лавок, мастерских, магазинов по продаже изделий из драгоценных металлов. Каждый из таких куполообразных тимов имел и сохраняет свою архитектурную форму, скромен в декоре, удобен для торговли – в нем прохладно в летний зной. Среди подобных строений несколько выделяется построенный для продажи шелковых и шерстяных тканей и товаров Тим-Абдулла-хана (1577), где характерны замкнутость здания, наличие крытого двора посредине и расположенных вокруг торговых лавок; в пассаже Абдулла-хана торговали продавцы в 55 лавках. В зоне всех этих торговых рядов находились постоялые дворы и склады – караван-сараи, их количество в начале ХХ в. превышало 60.
В Бухаре издавна жили и живут люди разных национальностей и разных религиозных убеждений. В Бухаре есть храм Архистратига Михаила Русской православной церкви, его открыли в здании старого железнодорожного вокзала (1907) в первой половине 1990-х гг., после того как Бухарский облсовет передал не использовавшееся здание вокзала (поезда отправлялись и отправляются из г. Каган) в 1993 г. в пользование Ташкентской и Среднеазиатской епархии. Это единственный православный храм в Бухаре.
С давних времен ощутимую часть среди жителей Бухары составляют среднеазиатские евреи. В XIII в. впервые упоминается еврейская община в Бухаре, которая с XVI в. стала основным центром еврейского населения Средней Азии. В конце XVI – начале XVII в. в Бухаре возник еврейский квартал – старая махала, вне которой им запрещалось селиться. В начале XIX в. возникла новая махала, а в середине XIX в. появился еще один квартал бухарских евреев – Амирабад.
Государственный банк в Новой Бухаре. Почтовая открытка XIX в.
В Бухаре существовали начальные религиозные школы иудеев – хомло, было и высшее религиозное училище иудеев – иешива, были молитвенные дома и еврейское кладбище. С конца 1990-х гг. местная еврейская община на деньги бухарских евреев, эмигрировавших в Америку и Израиль, восстанавливает еврейское кладбище, отреставрированы надгробия некоторых иудейских святых.
На окраинах Бухары и в ее окрестностях есть менее знаменитые, чем в самой Бухаре, но все-таки истинные достопримечательности. Среди них климатобальнеологический курорт Ситораи-Мохи-Хоса – в прошлом загородная резиденция бухарских амиров. В кишлаке Афшон родился великий ученый, врач, философ Ибн Сина (Авиценна, см. о нем в 5.3.2.1). В этих местах много почитаемых мазаров: в исторической местности Фатхабад – комплекс с мавзолеем С. Богарзи, в кишлаке Сумитан – мемориал Чок-Бакр, в кишлаке Касри Орифон – мемориальный комплекс Бахауддина Накшбанда и другие.
В северо-восточной стороне Бухары находится купольная мечеть-ханака Файзабад (1598–1599). В ее интерьере с большим вкусом выполнена резьба на темном фоне. Тонкие орнаментальные кружева придают залу необычную пространственность и легкость.
Историческая местность Фатхабад – в начале ХХ в. стала местом массового паломничества верующих и праздничных гуляний жителей Бухары. Здесь сохранились два характерных памятника XII–XIV вв.: 1) мавзолей-ханака, являющийся остатком прежнего большого комплекса, построенного у могилы ученого-богослова шейха Сайфиддина Богарзи (умер в 1261 г.) и 2) мавзолей Буянкули-хана (умер в 1358 г.).
Шейх Сайфиддин Богарзи (Сайф ад-Дин Богарзи, умер в 1261 г.) был мюридом (верным последователем выдающегося хорезмийского суфия (суфизм – мистическое течение в исламе) Наджи ад-Дина Курбо (умер в 1220 г.). С. Богарзи избрал местом своих проповедей Бухару, где он основал суфийскую общину «кубровийа». С. Богарзи в Бухаре обратил в ислам хана Золотой Орды Берке (1209–1266), младшего брата хана Батыя; при Берке Золотая Орда фактически обособилась от Монгольской империи. Богарзи способствовал распространению ислама и упрочению его позиций в Золотой Орде. Богарзи в середине XIII в. возглавлял бухарское медресе, был похоронен в Бухаре. Его внук Яхйа ибн Бурхан ад-Дин в 1312 г. переехал в Бухару и поселился в ханаке у могилы своего деда. Над могилой С. Богарзи в конце XIII в. возвели мавзолей, позже к нему пристроили здание ханаки.
Большое купольное здание, являющееся основой этой ханаки, было пристроено к мавзолею Сайфиддина Богарзи в XIV в., его портал был перестроен в XV в. В мавзолее-ханаке Сайфиддина Богарзи примечательна скульптурная монументальность лепки архитектурных форм, сталактиты в нишах, подкупольный ярус. Вокруг мавзолея-ханаки в XIV в. было много самых разных зданий, объединенных вокруг закрытых дворов. Сохранился только мавзолей Буянкули-хана, представляющий собой небольшое здание портально-купольной композиции, сплошь покрытое снаружи поливной керамической облицовкой; разнообразие облицовки здания создает впечатление его необычной насыщенности цветом, яркости и богатства.
В пригородной зоне Бухары есть несколько любопытных мест, представляющих интерес как исторические достопримечательности, а также как объекты религиозного поклонения мусульман.
В давние времена был создан под Бухарой загородный царский заповедник Шамсабад, который в начале XII в. был превращен в место гуляний во время мусульманских праздников. От праздничной мечети (1119) сохранилась только стенка с тонкой терракотоаой отделкой; резьба, орнаменты и эпиграфические надписи являются образцом искусства XII в. При Тимуре мечеть подновили. Во второй половине XVI в. к стене пристроили павильон с порталом впереди.
В 4 км от Бухары находится комплекс бывшей загородной летней резиденции правителей Бухары с дворцом Ситораи-Мохи-Хоса («Дворец звездолунноликой», или «Изысканная звезда Луны»). Он был создан при амирах Абдуллахаде и Алим-хане в 1890-х гг. – 1917 г. Этот комплекс включает въездные ворота, сторожку, главное здание дворца (сохранилось его внутреннее убранство, комнаты эмира и членов его семьи, помещение гарема), павильон, минарет, парк. Комплекс Ситораи-Мохи-Хоса является образцом узбекской архитектуры конца XIX – начала ХХ в., где нашли воплощение искусство народных мастеров-зодчих, резчиков, художников и опыт европейских зодчих. Особенно примечателен Хонаи-Сафид (Белый зал), где сохранились художественная резьба и искусные росписи.
Старый дворец с прославленным тронным залом был возведен в 1890-е гг. Новый дворцовый комплекс Ситораи-Мохи-Хоса был построен при Алим-хане, при нем были изысканно отделаны (1912–1914 гг.) «Белый зал» и приемная эмира. В «Белом зале» особенно эффектны стеновые зеркальные панно, оформленные кружевами резного ганча; это первый в среднеазиатском зодчестве пример сочетания ганча с зеркалами. Новый комплекс включал парадную въездную арку, корпус нового дворца, минарет, оранжереи, здание гарема, открытый бассейн, многоэтажную беседку, восьмигранный гостевой павильон, казармы охраны амира, электростанцию, другие строения. По легендам и рассказам местных краеведов, в этой резиденции амир с площадки около минарета устраивал смотр своих наложниц, выбранной им на ближайшую ночь он бросал яблоко. В середине ХХ в. здесь размещался дом отдыха, теперь – музей декоративно-прикладного искусства.
Поблизости находится резиденция президента Узбекистана, которая хорошо видна с дороги.
В 8 км от Бухары находится кишлак Сакматин-Сумитан, расположенный на трассе в туркменский г. Чарджоу (Туркменабад). Здесь сохранился ансамбль (мемориал) Чор-Бакр («Четыре Бакра») – бухарская святыня, возникшая в X–XI вв. вокруг мазара прославленных исламистских законоведов Абу Бакра Саада и его сына Ахмада. В XVI в. здесь похоронили их потомков из рода Джубарских сейидов: Ходжу Мухаммада Ислама (умер в 1563 г.) и его сына Ходжу Бакра Саада (умер в 1589 г.). Они возглавляли суфийское братство «Накшибандийя» в XVI в., были главами мусульман Бухары, духовниками ханов. Бухарские Искандер-хан (умер в 1583 г.) и его сын Абдулла-хан II (умер в 1598 г.) считали себя духовными учениками Ходжи Мухаммада Ислама и его сына – преемника его дел и статуса. Как дань их памяти Абдулла II возвел в конце XVI в. в Чор-Бакре поминальную мечеть, ханаку, медресе, которые занимают центральную часть этого мемориала (его основные строения возведены в 1559–1563 гг.). Большое кладбище здесь возникло в конце XVI–XVII вв. Захоронение в некрополе Чор-Бакр потомков святого пророка Мухаммеда – представителей Джубарских сейидов, распространявших ислам в Средней Азии, и ханака сделали это место мазаром. И сейчас поражает взор некрополь Чор-Бакр. Это своего рода «город мертвых» с улицами, двориками, воротами, фамильными захоронениями. Ханака состоит из увенчанного куполом зала (9 × 15,8 м, интерес представляет сложная система подкупольных конструкций) и портала, украшенного изразцовой мозаикой, наружные фасады здания облицованы шлифованными кирпичиками. Медресе имеет крестообразный в плане зал и внушительный по величине наружный купол.
Примерно в 9 км от Бухары находится небольшой кишлакКасри Орифон, где находится так называемая Малая Мекка – мемориальный комплекс с местом захоронения основателя суфийского ордена «Накшбандийа» святого Бахауддина Накшбанда (см. о нем текст ниже), покровителя Бухары. При хане Абу Аль-Азизе в 1544 г. над могилой святого Бахауддина Накшбанда был построен склеп; затем здесь захоронили некоторых правителей из династии Шейбанидов, в частности здесь похоронены Искандер-хан и его сын Абдулла-хан II. Мемориальный комплекс «Некрополь Бахауддина Накшбанда» включает расположенные в парке могилу этого святого мусульманина, хонаку (общежитие для странствовавших мусульманских дервишей, то есть монахов-аскетов, возведена в XVI в.), три мечети (XIX–XX вв.), медресе, хауз (бассейн для питьевой воды), кладбище, засохшее дерево шелковицы, выросшее якобы из посоха Бахауддина Накшбанда (по народному поверью, чтобы исполнилось желание человека, нужно три раза обойти вокруг этого дерева). В одном из зданий этого мемориального комплекса находится Музей Накшбандийа – суфийского братства и святого Бахауддина Накшбанда. Это место пользуется очень большим почитанием верующих мусульман, здесь всегда много паломников. Издавна мусульмане верят, что трехкратное посещение могилы Накшбанда заменяет хадж в Мекку и Медину. Это место считается особо почитаемым мазаром.
Шейх Бахауддин Накшбанд (Накшбанди, Баха ад-дин Мухаммад, 1318–1389 гг.) – крупнейший представитель среднеазиатского суфизма XIV в. (Суфизм – мистическое течение в исламе, имеющее целью через мистическую любовь к познанию Бога прийти к единению с Богом и слиянию с ним.) Накшбанд родился в семье таджика-ремесленника в селении Касри Орифон, впоследствии переименованном в его честь, умер в родном селении. Его отец был ткачом и чеканщиком (накшбанд). Основную роль в судьбе Накшбанда сыграл его дед, имевший прочные связи с суфиями (сторонниками мистического течения в исламе), он и пробудил у внука интерес к мистике. Первым наставником Накшбанда был шейх Мухаммад Баба-йн Симаси (умер в 1340 г.), который приказал своему халифу Амиру Саййиду Кулалу (умер в 1370 г.) взять юношу к себе в ученики, ввести его в общество дервишей, обучить его мистическим правилам, знаниям. Затем он обучался у других шейхов. Почти всю жизнь Накшбанд прожил в Бухаре и окрестных селениях, дважды совершал хадж (мусульманское паломничество). Накшбанд был проповедником, довольствовался малым, жил в добровольной бедности (он зарабатывал на хлеб своим трудом, довольствовался старой циновкой и разбитым кувшином, считал грехом для суфия иметь слуг или рабов. Он стал духовным учителем Тимура, основателем суфийского ордена «накшбандийа», жил в соответствии со сформулированными им нормами. Его основными правилами и требованиями к его последователям были духовная чистота, отказ от стяжательства, добровольная разумная бедность, никаких контактов с властями, жизнь в обители. Накшбанд, встав во главе суфийской общины, заложил организационные основы будущего братства «накшбандийа». Учение Накшбанда способствовало еще большему распространению и укреплению суннитского ислама. Накшбанд отвергал показную набожность и обрядность, уводящие в сторону истинного мистика. Письменных трудов Накшбанд не оставил. После смерти Накшбанд был признан святым и ходатаем перед Богом, чудодеем и покровителем Бухары. Склеп, воздвигнутый над его могилой, стал исключительно популярным местом мусульманского паломничества, поскольку появилось правило: трехкратное посещение его могилы заменяет хадж в Мекку и Медину.
В поселении Гиждуван сохранились мазары трех бухарских учителей традиции «Хаджаган»: Махмуда Фагнави, Мухаммада ар-Ривгари и Абдухалика Гиждувани, родившегося, жившего, умершего в этом населенном пункте. Как дань уважения учению и духовной практике «Хаджаган» и в память о шейхе Гиждувани, Улугбек на родине Гиждувани построил (1432–1433) свое третье медресе. На месте поминальной мечети XVI в., в начале XXI в. у погребения шейха возвели мечеть, создали представительный Мемориал шейха аль-Гиждувани. Здесь возвели изысканный деревянный айван на десяти колоннах с голубым куполом, под которым находится надгробие шейха аль-Гиждувани.
Абдухалик Гиждувани (Абд аль-Халик Абд аль-Джамил Гиждувани, или Гидждувани, умер в 1180 г. или 1220 г.) был шейхом, выдающимся суфием, основателем самостоятельной школы среднеазиатского мистицизма, известной как «Хаджаган» (это учение впоследствии полностью воспринял основатель братства «Накшбандийа» Б. Накшбанд). А. Гиждувани родился в крупном торговом селении Гидждуван (Гудждуван) в семье имама, в этом селении он и умер. В возрасте 22 лет он приехал в Бухару, познакомился со знаменитым мистиком Абу Иакубом Иусуфом аль-Хамадани (Юсуф аль-Хамадани, умер в 1140 г.), стал его учеником, был им введен в братство суфиев, где он стал духовным заместителем его главы. Гиждувани призывал к добровольной, но разумной бедности, отказу от мирских наслаждений и строгому аскетизму, считал предосудительными любые контакты с властями предержащими, выступал против поступления на государственную службу, проповедовал идеи безбрачия, неодобрительно относился к строительству обителей (ханаков) и проживанию в них. У Гиждувани было много учеников и последователей, в том числе ставшие знаменитыми бухарские суфии Амир Кулял и Б. Накшбанд.
В окрестностях Бухары есть своего рода «Помпеи» – едва заметные следы древнего города Пайкенд, по природным причинам исчезнувшего с лица земли. В 60 км от Бухары находится древнее городище (20 га), где до середины XI в. был крупный купеческий город Пайкенд, который в V–VIII вв. был наиболее богатым бухарским городом, был известен как один из главных центров торговли на Великом шелковом пути. Каждый год почти все мужское население этого города на полгода уходило с огромным караваном к Китаю. В начале VIII в. арабы разрушили Пайкенд, ограбили его, взяли в плен его жителей, подчинили себе. Вернувшиеся с караванами местные купцы выкупили из плена часть горожан и восстановили город. В Пайкенде были цитадель (90 × 90 м), первые поселения на ее территории возникли еще до н. э., дворец правителя, храмы, административные здания, система крепостных стен с башнями. В IX–X вв. Пайкенд был крупным торгово-ремесленным центром и соперничал с Бухарой. В XI в. р. Зеравшан обмелела, Пайкенд лишился надежного источника воды и пришел в запустение. За следующие века город поглотила пустыня. Следы Пайкенда археологи обнаружили только в ХХ в. и назвали его «Помпеи Азии».
В окрестностях Бухары, на восточной окраине Бухарского оазиса, находятся многочисленные солончаки, а его западная и северная окраины заняты землями древнего орошения, в большей части засыпанными движущимися песками. Но здесь еще можно увидеть едва заметные руины древнего города Варахша. Вокруг его центра с крепостью можно найти остатки фундаментов зданий, следы древних оросительных каналов. Варахша была резиденцией бухарских правителей. В наши дни городище Варахша дает представление о монументальном искусстве Бухары доарабского периода. Археологи открыли под оплывами глинобитных строений остатки дворовых помещений, на их стенах обнаружили следы древних сюжетных росписей на мотивы героических сражений, подвигов витязей, сцены охоты. Обнаруженные археологами рисунки были относительно яркими и виртуозными.
В Бухаре и ее окрестностях столь много достопримечательностей, что рассказать о них в ограниченного объема книге абсолютно невозможно, даже перечислить всех нет возможности – их очень-очень много. Добавим буквально несколько слов о некоторых из них. Город Ромитан – древнее Бухары, был в давности резиденцией бухарских царей. С ним связана жизнь известного бухарского пира – Ходжи Азизона. Селение Афшон – родина Абу ибн Сины (Авиценны), в нем есть музей, рассказывающий об этом величайшем и разностороннем ученом. Вабкент, в прошлом последняя станция караванного пути перед Бухарой, славится своим «Вабкентским кипарисом» – стройным минаретом высотой 39 м (XII в.). В этих местах сохранился ряд древних мавзолеев, в том числе мазары: учителя Накшбанда – сейида Амира Куляла (в районе селения Чехбофон), рядом с ним – шейха Баха ад-Дина и его матери, другие мавзолеи. В мемориале шейха Баха ад-Дина сохранились комплекс погребальных сооружений, поминальных мечетей, медресе, ханака; женщины совершают паломничество к мазару матери Баха ад-Дина; при мемориале теперь работают исторический музей и научный центр по изучению суфизма.
5.3.3. Каган
В 16 км от Бухары расположен небольшой город Каган, до 1935 г. называвшийся Новая Бухара, возникший в 1888 г. как поселок при железнодорожной станции. Приехавшие из России в конце XIX – начале ХХ в. русские чиновники, предприниматели, купцы предпочитали расселяться здесь, а не в Бухаре с ее непривычным для них мусульманским образом жизни. В Новой Бухаре тогда были построены спичечная и табачная фабрики, винодельческий завод, гостиницы, магазины по продаже европейской одежды и предметов быта. Когда в конце XIX в. бухарский амир Алим-хан ожидал визит императора Николая II, то амир задумал поселить его в Новой Бухаре, где он ради этого приказал построить роскошный дворец. Этот дворец построили (1895–1903) в псевдорусском стиле с мавританскими элементами в архитектурных формах и декоре, а Николай II так и не приехал в Узбекистан. Более трех десятилетий (1888–1920) Новая Бухара развивалась как главный российский экономический и политический центр в Бухарском амирате. В этом городе располагался русский военный гарнизон, находились дипломатическое агентство, таможня, работали семь хлопковых заводов. В советский период в бывшем дворце бухарского амира устроили Дворец культуры и музей железнодорожников, затем дворец оказался никому не нужным, стал заброшенным, совсем обветшал в начале XXI в. В Кагане сохранились рядовые жилые кирпичные дома конца XIX – начала ХХ в., а также православная церковь во имя Николая Угодника (1891), в которой установлен иконостас из разрушенного в 1960-е гг. московского храма Преображения Господня.
5.3.4. Навои
Город Навои является административным центром Навоийской области. В царский период в этом месте находились одна из пышных летних резиденций бухарского амира и старинная полуразрушенная мечеть. В 1950-е гг. здесь уже был поселок городского типа с названием Кермине (до 1958 г.). В 1958 г. был принят указ Президиума Верховного совета Узбекской ССР о заложении здесь города, который создавали с 1960-х гг. буквально с нуля, но по специально разработанному градостроительному генеральному плану. При проектировании и строительстве этого города были разработаны и применены тогда новые методы строительства производственных и жилых зданий в условиях жаркого климата с особой планировочной организацией. В советский период в городе построили комбинаты: горно-металлургический и азотный (по производству минеральных удобрений, полуфабриката для выработки искусственной шерсти на основе природного газа бухарских месторождений), золотоизвлекающий, электрохимический, хлопкоочистительный, цементный заводы, другие предприятия и учреждения. В 2009 г. в г. Навои была создана свободная индустриально-экономическая зона. В 2010 г. в нем был открыт новый завод по производству ТВ-тюнеров.
Хотя г. Навои чуть больше 60 лет (1958–2019 гг. – 61 год), люди расселяются в этом месте уже более тысячи лет. Новый город возник у древнего города Кермине с тысячелетней историей. В г. Навои сохранились мавзолей Мир Сейид Бахром (конец Х – начало XI в.) и ханака (1558–1559) влиятельного суфийского Касим-шейха (умер в 1571 г.), проповедовавшего в Кермине при Искандер-хане и его сыне бухарском хане Абдулле II. Бухарский амир Абдуллахад-хан не ладил с духовенством Бухары, поэтому большую часть года жил в Кермине. В 1910 г. он умер и его похоронили в Кермине в мемориальном комплексе Касим-шейха, у ханаки Касим-шейха. В том же году его сын амир Алим-хан недалеко от этой ханаки построил летнюю мечеть в память о своем отце.
В г. Навои есть храм во имя Преподобного Сергия Радонежского (его община была основана в 1991 г., храм построили в 1994–2000 гг., в 2001 г. его освятили).
Этот город получил свое название в честь выдающегося поэта, родоначальника узбекского литературного языка, мыслителя, общественного, политического и государственного деятеля Алишера Навои. Он продолжил традиции узбекских поэтов первой половины XV в., положивших начало литературы на староузбекском (чагатском) языке, развил и довел их до совершенства.
Алишер Навои (Низамаддин Мир Алишер, 1441–1501 гг.), родившийся в семье тимуридского чиновника, вывел узбекскую литературу на мировую орбиту. Он открыл узбекскому народу возможность создавать свою словеснописьменную культуру на родном языке. А. Навои жил в Герате, был визирем султана Хусейна Байкары, покровительствовал ученым, людям искусства и другим творческим личностям. Поэзия Навои носит гуманистический характер. Он собрал свои лирические стихи в 1498–1499 гг. в четыре сборника-дивана (в классической литературе Востока диван – сборник стихов одного поэта, расположенных по жанрам и в алфавитном порядке). Его стихи написаны на языках тюрки и фарси. Вершина его поэтического творечества – «Пятерица» («Хамсе», 1483–1485 гг.), состоящая из поэм «Смятение праведных», «Лейли и Меджнун», «Фархат и Ширин», «Семь планет», «Искандерова стена». А. Навои оказал сильное влияние на развитие узбекской и других тюркоязычных литератур. А. Навои прожил 60 лет. В 2021 г. будем отмечать 580 лет его рождения и 520 лет смерти. В честь А. Навои назван г. Навои (до 1958 г. поселок Кермине) в Бухарской области.
В окрестностях Навои интерес представляют древние петроглифы на скалах урочища Сармыш. В музее-заповеднике Сармыш-сай можно увидеть наскальные росписи, остатки древних мастерских по обработке камня, кремниевые шахты, поселения, могильники. В ущелье длиной 2,5 км обнаружено более 10 тыс. петроглифов, самые древние из них относятся к VII–II тыс. до н. э., а самые поздние – до XV в.
Алишер Навои. Миниатюра гератской школы XV в.
У древнего селения Нураты (Нур) сохранились остатки «крепости Нур», или «крепости А. Македонского», представляющие собой развалины средневекового шахристана Нура, имевшего в давности мощные крепостные стены с башнями. Рядом находится почитаемый комплекс «Нурата-Чашма». Здесь бьет почитаемый святым источник Чашма; над этим целебным родником в XVI в. построили соборную мечеть Ката Гумбаз с 40 колоннами и куполом около 16 м. Рядом находится каменный бассейн, наполненный водой из этого святого родника, в нем обитают почитаемые священными рыбы. Здесь сохранилась мраморная беседка-мазар неизвестной персоны с именем Нур-ата («Отец Света»), мечеть Чильсутун (IX–X вв.), она перекрыта 25 куполами, опирающимися на 16 кирпичных столпов.
В окрестностях Нураты сохранилась единственная в Узбекистане уникальная система древних каменных водопроводов с колодцами (кяризами), служившая для сбора грунтовых вод и вывода их на поверхность. В начале ХХ в. в Нурате действовали 360 кяризов, имевших от 25–30 до 100–150 колодцев.
В кишлаке Дехи Баланд (Дебаланд) сохранилась суфийская обитель-ханака (XVI–XVII вв.). В селении Хазара сохранилась уникальная мечеть Деррагон, ее 9 куполов держат 4 круглых кирпичных столба на каменном фундаменте. В районе аэропорта Навои можно увидеть остатки караван-сарая Рабат-и-Малик («царский Рабад», XI в.) и почти рядом с ним – остатки купольного водохранилища Малик Сардоба (диаметр 12 м, глубина 13 м, обеспечивало водой проходившие караваны, вода в эту сардобу поступала из р. Зеравшан по подземному коридору-кяризу длиной 30 м, еще резервуар пополняли весенние талые, снеговые и дождевые воды).
Для гостей и туристов Бюро путешествий и экскурсий Навоийской области предлагает прогулки по пустыне на верблюдах и автомобилях, ночлег в юртовом лагере «Кызылкум сафари» (15 казахских юрт, 2 палатки, приличные туалеты, душ), посещение о. Айдаркуль и урочища Сармыш, поход-прогулку по горному хребту Актау, поездку к источнику Чашма. По вечерам в юртовом лагере «Кызылкум сафари», находящемся в пустыне, туристов развлекают у костра народными песнями местные акыны (фольклорные исполнители).
5.4. Южный Узбекистан
Главные города Южного Узбекистана: Карши, Шахрисабз, Термез.
5.4.1. Карши
В восточной части Каршинской степи (равнина с высотой 500 м на востоке и 200 м на западе), у южного подножия невысокой возвышенности Кунгуртау, в оазисе расположен древний город Карши – административный центр Кашкадарьинской области, самый крупный город в бассейне р. Кашкадарья. Карши имеет очень давнюю историю. В 10 км от современного города было крупное античное поселение Еркурган, ставшее своего рода градостроительной прелюдией г. Карши. Это поселение в разное время именовалось по-разному: Насаф, Нахшаб – до XIV в., Карши – с XIV в. Карши сложился на основе древних селений Еркурган (IX–VIII вв. до н. э.), Кала-и-Зохаки-Марон (II–I вв. до н. э.), Шуллюктепа (VI–VIII вв.). Следы этих древних городищ сохранились. Карши как остановочный пункт на древнем караванном пути из Самарканда и Бухары в Индию, Афганистан, другие места возник в XIV в. или даже раньше. Но в 2006 г. отмечали его условно установленный юбилей – 2700 лет. Известно, что в XIV в. здесь находилась резиденция хана Кебека из династии Чингизидов. В XIV в., период правления Тимура, по его приказу здесь были возведены мощные крепостные укрепления. В XVI в., в период правления династии Шейбанидов, в Карши были возведены строения, сохранившиеся и оцениваемые в наши дни как архитектурные памятники. В составе Бухарского ханства (XVI–XVIII вв.) Карши был вторым по людности городом. В начале ХХ в. в Карши были цитадель с резиденцией бека (властителя, феодала-землевладельца), несколько крытых базаров, лавки, харчевни, маслобойные заводы, огромное куполообразное хранилище (сардоба) для воды. В советский период город стал большим промышленным центром. В нем значительное развитие получили легкая (хлопкоочистительная, текстильная, швейная), пищевкусовая (в том числе маслоэкстракционная – выработка масла из семян хлопка) промышленность и производство строительных материалов. В советский период местная фабрика славилась производством лучших в Узбекистане ковров-паласов без ворса. Ковроткачество и сейчас является характерной чертой экономики этого города. Сохраняют славу и знаменитость каршинские мастера медной чеканки – мастерства, издавна процветавшего в этом городе. В Карши есть педагогический институт, узбекский музыкально-драматический театр, историко-краеведческий музей.
В Карши немного архитектурных памятников, но они представляют определенный историко-художественный интерес. Сохранились: мечети Кук-Гумбаз (вторая половина XVI в., украшена разноцветной глазурованной плиткой) и Курганча с минаретом (XIX–XX вв.); медресе Ходжи Абдулазиза Колычбая (Колычбека), Ходжи Курбана, Бекмир (все XIX – начало ХХ в.); а также мечеть и женское медресе Одина (XV–XVI вв., в нем в советский период размещалась тюрьма НКВД/МГБ), 120-метровый кирпичный мост (XVI в.) через р. Каркадарья. Местная сардоба (хранилище воды, XVI в.) запоминается не столько своим куполом, сколько повторяющимся несколько раз сильным эхом. В Карши есть православный храм во имя Покрова Божией Матери. Под храмовые нужды переоборудовали один корпус бывшего детского сада, что позволило в 1993 г. создать этот храм. Запоминающимися местами являются также шумный многолюдный Эски-базар (Дехкан-базар) и детский парк «Болалар Истирохат» с настоящим самолетом ЯК-40, в который можно залезть, посидеть в кресле пилота, оценить в салоне самолета импровизированный видеозал, где можно посмотреть по телевизору кино и мультфильмы. В городе есть мемориальные места: памятник павшим в Великую Отечественную войну 1941–1945 гг. «Скорбящая мать» и Курган Славы, представляющий собой внушительный по размеру монумент-памятник погибшим в Великую Отечественную войну в виде массивной бетонной конструкции цилиндрической формы на холме. В этом монументе, поднявшись по его лестнице на открытую обзорную площадку, самую высокую точку в городе, можно полюбоваться панорамой Карши и его окрестностей.
В окрестностях Карши наибольший интерес представляют древние городища: Еркурган (середина I тысячелетия до н. э. – середина I тысячелетия н. э.), Калаи-Зохак (V–VII вв.), Шуллюк-тепе (VI–XVIII вв.), а также мазар Хусам-ата (или Кусан-ата, Пудина) – культовый ансамбль с группой мавзолеев XI–XIV вв., с мечетью и воротами XVI–XVII вв. с их достройкой в XIX–XX вв. и комплекс Султан Мир-Хайдара (Касби, XI–XVI вв.). Оказавшиеся в этих местах туристы интересуются и Каршинским каналом – магистральной оросительной системой (ее первая очередь была введена в строй в 1973 г.), подающей воду из Амударьи в Кашкадарью, длина этого канала 290 км.
Вид на Карши с окрестных холмов
Окрестности Карши (в Кашкадарьинской области) – это предгорная равнина (высота до 2938 м). Здесь протекает река Кашкадарья, есть каналы Каршинский и Эскианхор, а также водохранилища – Камашинское, Чимкурганское, Пачкамарское. Ведется добыча газа. В Кашкадарьинской области развиты отрасли промышленности: легкая (хлопкоочистительная, шелкомотальная, ковроткацкая, швейная), пищевкусовая. В сельском хозяйстве области особенно велико значение хлопководства (на поливных землях, также широко развиты плодоводство, виноградарство, а в животноводстве – шелководство и племенное коневодство. Есть посевы пшеницы, ячменя, овоще-бахчевых, бобовых культур, картофеля. Разводят крупный рогатый скот, овец каракульских и курдючных (последние крупного роста, выносливые, грубошерстные, мясо-сальные овцы, имеющие курдюк – большое жировое отложение, своего рода «жировые подушки» у корня хвоста). В Кашкадарьинское области развиты народные художественные промыслы.
Около Карши в Ханабаде в 2001–2005 гг. находилась единственная тогда в Узбекистане американская военно-воздушная база. После подавления восстания исламистов в Андижане (2005) и попыток западных стран вмешиваться во внутренние дела Узбекистана его президент – тогда И.А. Каримов – распорядился закрыть базу в Ханабаде, что было выполнено (2005). Тут же улучшились российско-узбекские отношения, Узбекистан присоединился к Организации договора о коллективной безопасности (ОДКБ).
5.4.2. Шахрисабз
В Кашкадарьинской области в Китабо-Шахрисабзском оазисе, в 5 км от железнодорожной станции Китаб, расположен малый город (1925–1935, и с 1958 г.), районный центр Шахрисабз. Первые поселения на территории современного Шахрисабза появились примерно в 1700 г. до н. э., одно из них некогда было столицей Согдианы. На этом месте город возник в Средние века, он поначалу назывался Кеш. С IX в. Кеш стал одним из центров распространения ислама, чье имя прославлено хадисоведом Абу Махаммадом ал-Кеши (умер в 863 г.). В раннем Средневековье Шахрисабз славился как крупный торговый и промышленный центр. Но главное не это, а то, что это родина великого полководца Тимура (1336–1405 гг., эмир с 1370 г., создатель государства со столицей в Самарканде – см. о нем в 5.3.1).
Дворец Ак-Сарай в г. Шахрисабс
Тимур родился в кишлаке Ходжа-Илгар, на окраине современного Шахрисабза (бывший Кеш). В период правления Тимура Шахрисабз был резиденцией и фактически второй столицей его государства после Самарканда. Тимур очень сильно любил это место, хотел даже сделать его столицей своей империи. При жизни Тимура здесь начали возводить грандиозный пештак – дворец Ак-Сарай. До наших дней сохранилась лишь часть первоначального фасада этого некогда красивого строения: арка и боковые башни, выложенные не потускневшими от времени изразцами, некоторые из них покрыты позолотой из чистого золота. Сохранились часть гигантского портала высотой 50 м и фрагменты декора пола внутреннего двора. Вокруг дворца сохранились остатки глинобитного сооружения, служившего в прошлом крепостной стеной. Дворец Ак-Сарай создавался с большим размахом, стал одним из лучших строений Средней Азии, но его строили так долго, что Тимур в нем практически не жил, хотя он вкладывал в строительство дворца и развитие Шахрисабза всю свою душу. При Тимуридах в Шахрисабзе действовали 40 мечетей и медресе. Потомки Тимура с особым рвением к Шахрисабзу не относились, он с XVI в. пришел в упадок. Город потихоньку хирел и даже на время порой терял городской статус. Но историко-архитектурные достопримечательности Шахрисабза принесли ему мировую известность. Архитектурно-художественные памятники Шахрисабза включены в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Шахрисабз в границах тимуридских стен – заповедная зона. Все архитектурные памятники Шахрисабза располагаются компактно: в районе центрального парка и главной улицы – Буюк Ипак Йули (Великий шелковый путь). Здесь находятся современный памятник Амиру Тимуру и руины огромного дворца Тимура – Ак-Сарай (Белый город, 1380–1404 гг.), созданного им как его резиденция. Все стены этого здания (его высота 38 м) были украшены золотом и разрисованы глазурью, на его крыше был небольшой бассейн, из которого вода эффектно падала вниз каскадом струй. На портале дворца была надпись: «Если ты сомневаешься в нашем величии – взгляни на наши постройки!» К XVI в. этот дворец уже был частично разрушен. Арка над его пилонами рухнула в начале XIX в., но два пилона остались и можно подняться на один из них. Местами на стенах можно разглядеть остатки мозаики.
На ул. Буюк Ипак Йули находятся: медресе Чубин (XIV–XVI вв., в нем размещается музей шахрисабзской истории и Амира Тимура), небольшая мечеть Абдишукур Оголик (начало ХХ в.), караван-сарай (XVI в.), торговый купол (базарный павильон) Чорсу (XVI–XVII вв.), комплекс сооружений Дор-ут-Тилявват (XIV–XV вв., включает мечеть Кок-Гумбаз, 1434–1435 гг., а также мавзолеи: шейха, духовного наставника Тимура – Шамседдина Куляла, 1370 г. и Гумбези-Сейидан, 1437–1438 гг.), комплекс Хазрати Имам, или Дорус Саодат (XIV в.; этот комплекс – фамильный некрополь был создан Тимуром как усыпальница для него и его потомков, он включает мавзолей, где похоронены: старший 22-летний сын Тимура – Джегангир в 1376 г. и другой его сын, погибший в бою в 1394 г., Омаршейх, рядом с этим мавзолеем находится заготовленный Тимуром для него самого подземный склеп, но его похоронили в Самарканде).
Медресе Чубин в г. Шахрисабс
В Шахрисабзе, кроме памятника Тимуру, есть памятники погибшим в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Героям Советского Союза Шады Шаимову и Наджиму Нугаеву.
Хозяйственное значение Шахрисабза невелико. В советский период в нем были созданы хлопкоочистительный и консервный заводы, шелкомотальная фабрика. В наши дни в городе наибольшее значение имеют хлопкоочистительная и цементная отрасли промышленности. При этом Шахрисабз не потерял репутацию старинного центра народных художеств, вышивки и керамики. В Шахрисабзе широко развиты кустарные промыслы. Шахрисабз славится как старинный центр вышивки и керамики. В нем искусные мастера производят замечательные по красоте и своеобразию вышитые сюзане (вышитая узорами декоративная хлопчатобумажная или шелковая ткань – настенное украшение), а также ковры, пояса, сумочки, вышитые ковровые тюбетейки.
В окрестностях Шахрисабза и соседнего г. Китаб находятся: историко-архитектурный памятник – ханака-мавзолей Ходжи Илим Кан (XVI в.), Китабская обсерватория, геологический заповедник (его разрезы содержат остатки ископаемых животных и растений возрастом 500 млн лет).
5.4.3. Термез
Город Термез, являющийся центром Сурхандарьинской области, имеет целый ряд характерных отличительных черт: 1) в нем родился и был похоронен средневековый математик аль-Хаким ат-Термези (IX в.), еще в нем родился поэт и государственный деятель прошлого Сабир Термези; 2) сохранился древний буддийский культовый пещерно-наземный комплекс; 3) этот город был основной перевалочной базой для обеспечения советских войск в послевоенный период, когда шла война в Афганистане; 4) город с пограничным режимом, находится совсем рядом с Афганистаном (мост через р. Амударью соединяет Термез с портом Хайратон в Афганистане).
История Термеза как поселения и заселенной местности исчисляется несколькими веками. Поскольку точная дата возникновения Термеза неизвестна, в 2002 г. отмечали условно установленный его 2500-летний юбилей. Термез – действительно очень древний город, его предтеча – находящееся рядом с современным городом очень древнее Приамударьинское городище III–II вв. до н. э. В 327 г. до н. э. здесь прошли и разрушили все на их пути войска выдающегося полководца, создателя крупнейшей мировой монархии древности, Александра Македонского. В I–IV вв. н. э. Термез считался развитым городом, играл роль крупного буддийского центра, его жители исповедовали буддизм (в то время господствующей религией на юге Средней Азии был буддизм). Буддисты Термеза в окрестностях города в I–II вв. н. э. возвели буддийский храмовый комплекс Фаяз-тепа и полупещерный монастырь Кара-тепе, а во II–IV вв. ступу Башня Зурмала диаметром более 14 м (ступа в переводе с санскр. – куча земли, камней; буддийское культовое сооружение, хранящее священные реликвии, надгробия). Когда в эти земли вторглась армия персов, местные буддийские храмы были оставлены верующими, захватчики стремились подвергнуть их разрушению, все это произошло в IV в. Но Термез восстановился, и в IX–XII вв. он уже был крупным торговым городом Средней Азии и административным центром. Однако в 1220 г. его разрушили войска Чингисхана. Жители были вынуждены оставить свой полностью разгромленный город и поблизости от него основали новый во второй половине XIII в. на правом берегу р. Сурхандарья, где он просуществовал до XVIII в.
Развалины монастыря Кара-Тепе близ Термеза
Современный Термез вырос на основе кишлака Патагиссар, основанного в середине XIX в. После присоединения части среднеазиатских земель к Российской империи во второй половине XIX в. рядом с кишлаком Патагиссар был в 1890-е гг. построен русский пограничный пост для охраны южных границ империи, а в 1897 г. – крепость «Военное урочище Термез», образовался целый военный поселок. После 1917 г. военный поселок с крепостью и соседние, прилегающие к нему поселения были объединены в один город.
В 1928 г. город Патагиссар переименовали в Термез, когда, вероятно, узнали или вспомнили, что в нем родился и был похоронен знаменитый древний математик аль-Хаким ат-Термези. В советский период в Термезе были построены хлопкоочистительные и кирпичный заводы, комбинаты стройматериалов, железобетонных изделий и конструкций, создана пищевая промышленность. Во время войны в Афганистане Термез служил важной базой для обеспечения советских войск, была продолжена на левый берег Амударьи в афганский порт Хайратон железнодорожная ветка (1989), были созданы и модернизированы предприятия строительной индустрии; до этого город в основном специализировался на хлопкоочистке. Пищевая и хлопкоочистительная промышленность и промышленность стройматериалов и теперь определяют хозяйственное лицо этого города.
В Термезе есть педагогический институт, музыкально-драматический театр, крупный зоопарк, археологический музей (2001 г., построен по указанию первого президента Узбекистана И.А. Каримова). В одном из парков сохраняется памятник погибшим в Великую Отечественную войну 1941–1945 гг. – монумент «Скорбящая мать» с Вечным огнем. Есть большой по размеру действующий православный храм во имя святого князя Александра Невского (конец XIX в., был закрыт в советский период, возвращен общине верующих в 1993 г.).
Буддийская ступа Турмала. Термез
Реальной исторической достопримечательностью Термеза является русская крепость (1900–1906). Но войти в нее и осмотреть ее нельзя, так как в ней размещается военная часть. Однако бывшую крепость можно по периметру снаружи обойти, осмотреть высокие мощные оборонительные стены с бойницами.
Главные местные достопримечательности находятся не в Термезе, а совсем рядом с ним. Около города сохранилось городище Старый Термез (существовал в III–II вв. до н. э., после 1220 г. пришел в упадок). Сохранились остатки крепостных стен, ремесленных кварталов, мусульманских и буддийских культовых сооружений, дворца правителей Термеза (XI–XII вв.). Отчасти сохранились: буддийские культовые пещерно-наземные комплексы: монастыри Фаяз-тепе и Кара-тепе (I–III вв.), мавзолей-мазар математика аль-Хакима ат-Термези (XI–XII вв.), дворец термезских правителей (XI–XII вв.), ансамбль мавзолеев Султан-Саадат (XII–XVII вв.), усадьба с дворцом Кырк-Кыз (IX–XI вв.), мавзолей и ханака Кокильдор (XV–XVI вв.).
Особо примечательным местом является мавзолей ученого-математика и философа, основателя суфийского ордена «Хакими» (суфизм – мистическое течение в исламе) шейха аль-Хакима ат-Термези, жившего в IX в. (о нем текст далее). Местные жители считают его святым покровителем Термеза. Аль-Термези умер в 892 г., в XI в. над его могилой построили мавзолей, в XIV в. в нем установили новое надгробие из белого мрамора, в начале XV в. к мавзолею пристроили ханаку (приют для дервишей).
Комплекс ат-Термези находится у самой государственной границы Узбекистана с Афганистаном. Попасть в него в советский период было нельзя (особенно в период войны в Афганистане). Теперь попасть и осмотреть этот комплекс можно. Этот комплекс обнесен забором, внутри находятся ухоженный парк с деревянными беседками, украшенными резьбой в национальном стиле, и два здания. Внутри мавзолея аль-Хакима ат-Термези находится надгробие этого мусульманского святого; это место является мазаром – местом особого почитания верующих мусульман. В рядом находящемся здании-новоделе, имеющем архитектурные формы давнего прошлого (построенного «под старину»), располагается Музей исторического наследия Термеза и термезцев (археологический музей).
Аль-Хаким ат-Термези (ат-Тирмизи, ал-Хаким Абу Абдаллах Мухаммад Али, умер в 892 г.) является крупнейшим представителем восточного суфизма (мистического течения в исламе). Он, родившись в Термезе, с 8 лет усердно занимался религиозными науками, в возрасте 28 лет совершил паломничество в Мекку, вернувшись, встал на суфийский путь: уединялся от людей, умерщвлял плоть, изучал мистические трактаты. Его учителями в изучении суфизма были известные хорасанские шейхи (главы мусульманских организаций и сект).
Мавзолей аль-Хаким ат-Термези
Большую роль в судьбе ат-Термези сыграла его жена, полностью разделявшая его взгляды. Его проповеди и сочинения о смысле мусульманских обрядов вызвали восхищение многих мусульман, но и недовольство власть имущих. Он был вынужден покинуть родной город, но, когда политическая ситуация изменилась и его противники эмигрировали, аль-Термези вернулся в Термез, где он до смерти был окружен почтением, учениками, последователями. Аль-Термези написал около 80 сочинений религиозного характера в духе суфизма. Изложенные в них его мысли о душе, о способах самосовершенствования и обуздания низменных инстинктов, о страдании как очищении и другие оказали огромное влияние на последующую суфийскую психологию. Он был знаком с буддийскими, христианскими и другими религиозными учениями, влияние которых можно обнаружить в его трудах. Отдавая должное его знаниям и широте его кругозора, современники дали ему почетное прозвище аль-Хаким (Мудрец).
Окрестности Термеза – это в большой мере равнинная территория Сурхандарьинской области с отрогами Гиссарского хребта и впадинами (высоты 3000–4000 м). Здесь есть реки – Сурхандарья и Шерабад, каналы – Хазарбаг, Кумкурган, Занг, Шерабадский, есть и заповедник – Арал-Пайгамбар. В области развиты пищевкусовая (маслобойно-жировая, консервная и др.), легкая (хлопкоочистительная и др.) и некоторые другие отрасли промышленности.
В окрестностях Термеза немало достопримечательностей. Среди них в окрестностях кишлака Дербент – горный проход «Железные ворота» (2 тысячи лет назад этот проход перегородили стеной в 1,5 км, в ее центре были ворота для пропуска караванов, у края стены стояла крепость 80 × 50 м, за проходом был кишлак Дербент; Александр Македонский захватил эти места), грот Тешик-Таш (в нем обнаружена стоянка неандертальцев 40–50 тыс. лет до н. э.). Селения горного района Байсуп известны своим фольклорным наследием, признанным ЮНЕСКО шедевром мирового значения. Кишлак Дербент и соседние кишлаки чрезвычайно знамениты; их культурное пространство за аутентичные обряды и обычаи, ремесло, народные мелодии, песни и танцы признано ЮНЕСКО шедевром нематериального наследия человечества. У поселения Шерабад сохранился мавзолей выдающегося хадисоведа, ученика имама аль-Бухари – Абу Исы Мухаммада ат-Термези. В районе селения Халкабад можно посетить древнее городище Кампыр-тепа (III в. до н. э. – II в. н. э., 4 га, вскрыта цитадель 80 × 80 м). В селении Джаркурган сохранился оформленный полукруглыми гофрами кирпичный минарет XII в. (он сохранился до высоты 21,5 м, его первоначальная высота превышала 50 м).
Стены Дербента на старой почтовой открытке
Рядом с селением Куркурган примечателен средневековый Мост Искандара (Александра), XVII в. У селения Дальверзин можно побывать на древнем городище Дальверзин-тепа. В соседнем селении Денау сохранилось тимуридское медресе сейид Аталык. Поблизости, у селения Сарыасия, интересен мавзолей Ак-Астана-баба (бобо, X–XI вв.), его портал украшен изображениями двух терракотовых космограмм. В районе селения Шаргунь можно увидеть Сангардакский водопад со множеством струй.
5.5. Северо-Западный Узбекистан
Главные города Северо-Западного Узбекистана – Ургенч, Хива, Нукус, Муйнак, Бируни.
С некоторыми городами и сельскими поселениями Северо-Западного Узбекистана были связаны боевые события жизни тогда 30-летнего подполковника М.Д. Скобелева (см. 5.2). В 1873 г. именно в местах под Хивой он был семь раз ранен, чуть не погиб, тяжело отходил после серьезных ранений, тем не менее участвовал в боях под поселениями Ходжейли, Мангыт и других, сыграл выдающуюся роль в Хивинском военном походе, стал одним из главных героев штурма Хивы.
Михаил Дмитриевич Скобелев (1843–1882) был не удовлетворен своей рутинной службой в обеих столицах, стремился к участию в реальных боевых операциях, был рад назначению служить в Средней Азии. Он сыграл важную роль в Хивинском походе. В боевых стычках с хивинцами Скобелев получил семь серьезных ранений. Авангард отряда возглавлял Скобелев. Все мосты через каналы и реки оказались разрушенными, а колодцы – засыпанными. В Хивинском походе Скобелев лично провел рекогносцировку пути на Хиву. Он берег солдат, не послал на рекогносцировки отряд, а сам вместе с двумя казаками и тремя туркменами провел рекогносцировку (собрал сведения о дороге, хивинцах, набросал на карту маршрут и расположение колодцев). Последние 250 верст (267 км) до Хивы прошли в кровавых стычках с кочевниками. У Ходжейли и Мангыта русским войскам было оказано ожесточенное сопротивление. Отряд Скобелева добрался до Хивы. По решению Скобелева Хиву взяли штурмом, в Шихибатских воротах пробили брешь, в которую первым проник Скобелев, город за два часа боев был взят. Скобелев стал одним из главных героев штурма Хивы. После взятия Хивы в Хивинском ханстве было уничтожено рабство. На сбежавшего в период штурма хана, затем вернувшегося в Хиву, была возложена большая контрибуция (см. 1.2 и 5.2).
5.5.1. Ургенч
В долине р. Амударья, на берегу этой реки и на канале Шават находится город Ургенч – административный центр Хорезмской области. До 1929 г. он назывался Новоургенч, получил статус города в 1929 г. Но поселение на этом месте возникло в середине XVII в. В то время хивинский хан Абдулгази переселил на новое место в Хорезмском оазисе немногочисленных жителей обезлюдевшего к этому времени древнего города Куня-Ургенч (Древний, Старый Ургенч, или Гургандж, существовал уже в I в. н. э.) – в X–XIII вв. и XIV в. средневековой столицы богатого и могущественного Хорезмского государства (возникло в VII–VI вв. до н. э., с 1220 г. в составе Монгольской империи, затем – улус Джучи, с XVI в. его большая часть была включена в Хивинское ханство). Хорезмшахами титуловали себя феодальные правители древнего Хорезма (951—1220). В наши дни развалины Куня-Ургенча находятся в 150 км от современного Ургенча, на территории государства Туркмения). В XVII в. в Хорезмском оазисе на новом месте, но на основе торгового кишлака Хивинского ханства была построена небольшая крепость Новый Ургенч, на ее основе вырос поселок, ставший в 1929 г. городом. В современном Ургенче никаких особо ценных архитектурных памятников нет (на территории Старого Ургенча, теперь находящегося в Туркмении, сохранились ценные архитектурно-художественные памятники, внесенные ЮНЕСКО в список Всемирного культурного наследия). Нехитрыми достопримечательностями Ургенча являются: сооруженный в советский период с обводнительными целями канал Шават, комплекс Дашкин-Баба (IX–XX вв.) с небольшим мавзолеем Дашкинджон Баба (XIX – начало XX в.), православный храм во имя патриарха Иова Многострадального (открыт в 1990-е гг.), современный Римско-католический костел, а также современные два красивых здания (конец 1990-х – начало 2000-х гг., возведенные по инициативе первого президента Узбекистана И.А. Каримова) в стиле средневековых мавзолеев времен Амира Тимура, именуемых в честь Аль-Бируни (см. 5.5.4) и Аль-Хорезми (см. 5.5.2). Есть памятник среднеазиатскому ученому IX в. Мухаммеду бен Мусса аль-Хорезми. В 1999 г. в Ургенче установили большой по размеру памятник Джеламу ад-Дин Менгуберти, который был старшим сыном хорезм-шаха Ала ад-Дина Мухаммеда II, жил в XIII в., пришел к власти и правил в Хорезмском государстве в 1221–1231 гг. В его правление он участвовал в битвах с татаро-монголами, неизменно терпел поражения от войск Чингисхана, не мог предотвратить разорение ими его владений. В конце концов он потерял власть в Хорезмском государстве, пытался сбежать в горы и скрыться от врагов, но был ими убит. Не ясно почему, но имя Джелала ад-Дина Менгуберти в Узбекистане с конца ХХ в. стали возвеличивать, в его честь в Ургенче открыли памятник и в 2000 г. учредили орден, которым награждают в XXI в. высокопоставленных офицеров за проявленные героизм и мужество при защите Узбекистана.
В Ургенче развиты отрасли промышленности: масложировая, легкая, промстройматериалов. В советский период в нем были построены заводы кормоуборочных машин, хлопкоочистительный, маслоэкстракционный (для получения масла из хлопчатника), ремонтно-экскаваторный, шиноремонтный, а также фабрики (шелкомотальная, швейная, мебельная и другие), не все из них смогли выжить и продолжить успешное развитие в постсоциалистический период. В городе есть педагогический институт, Узбекский театр драмы и комедии, картинная галерея.
Окрестности Ургенча (территория Хорезмской области) представляют собой низменную пустынную равнину в нижнем течении р. Амударья. Здесь есть оросительные каналы: Палван-Газават, Клычбай, Ташсакинский и др. В Хорезмской области развиты отрасли промышленности: легкая (хлопкоочистительная, шелкомотальная, ковроткацкая и др.), пищевкусовая (маслобойная, мясомолочная и др.), машиностроение и металлообработка (кормоуборочные и другие сельскохозяйственные машины и техника). Здесь развито поливное земледелие. Главной сельскохозяйственной культурой является хлопчатник. Есть посевы зерновых (рис, кукуруза) и кормовых культур. Развиты бахчеводство, плодоводство, виноградарство, а в животноводстве – шелководство. Жители для личных нужд широко разводят крупный рогатый скот, овец.
5.5.2. Хива
В Хорезмской области в 30 км от железнодорожной станции в областном центре Ургенч, в конечной части одного из самых старинных каналов – канала Палван, расположен районный центр город Хива, в котором живут порядка 50 тыс. чел., то есть это малый по численности жителей город. Хива имеет мировую известность благодаря своим древним памятникам – прежде всего мечетям, минаретам, медресе, но сохранились и древние светские постройки. Среди всех узбекских городов по количеству исторических и архитектурно-художественных памятников Хива уступает только Бухаре. А для верующих мусульман особо важно, что в Хиве есть мавзолей святого шейха сейида Ала ад-Дина (Саида Аловуддина, умер в 1303 г.). Сохранился и мавзолей Пахлавана Махмуда (умер в 1326 г.) – народного героя, святого покровителя Хивы. В другом местном мавзолее похоронен родственник святого пророка Мухаммеда – Абдал Бобо, один из первых пропагандистов ислама на хорезмской земле. Еще одно священное место – мемориал сейида Мухаммада.
Мавзолей Пахлавана Махмуда в Хиве
Приехавшие в Хиву как будто попадают в атмосферу фильма «1001 ночь», или каким-то чудом машина времени переносит их в глубь веков. Яркое солнце, непривычные для европейца архитектурные формы и цвета разных строений, почти полное отсутствие машин (в историческом ядре города все ходят только пешком), в дневное время обилие туристов на улицах и полное безлюдие на улицах и площадях ночью поражают российских экскурсантов, как и отсутствие типовой советской многоэтажной жилой застройки. Хива чем-то похожа на российский прославленный туристический центр – г. Суздаль. Оба они занимают небольшую площадь, имеют немногочисленных постоянных жителей, живущих преимущественно в своих собственных малоэтажных домах, а славятся главным образом благодаря очень большому числу архитектурных и исторических памятников и памятных мест, имеющих яркие национальные и религиозные черты. Приехавшие в Хиву попадают в атмосферу древнего мусульманского города.
Хива была основана на рубеже нашей эры. Имя свое город получил по древнему колодцу Хейвак (до XVII в. город назывался Хивак). Можно представить, как купцы, другие прибывавшие сюда радовались оазису, прохладе и чистой воде этого колодца после многих недель пути по невыносимой жаре в пустыне. Через Хиву с очень давних времен проходил торговый путь, связывавший Восток с западными странами. Хива была желанным, лакомым местом, неудивительно, что желающих обладать ею было много. С начала IV в. город был в составе Хорезма и входил в состав Персидского государства. В V–VI вв. его впервые обнесли крепостной стеной. В 722 г. Хиву завоевали арабы, которые принесли сюда и насадили ислам. В 1221 г. Хиву завоевали и разгромили татаро-монголы, то есть ордынцы. В 1388 г. ее захватил Амир Тимур, в 1740 г. – персидский (иранский) Надир-шах. В 1873 г. Хиву взяли русские войска, которыми руководил генерал К.П. Кауфман (см. 1.2); хивинский хан стал вассалом Российской империи. В XVI в. – 1920 гг. Хива была столицей Хивинского ханства. В 1917–1920 гг. Хива была жертвой междоусобиц, какое-то время в ней верховодил лидер местных басмачей Джунауд-хан. Затем местная беднота при решающей силе Красной Армии в 1920 г. скинула хана и провозгласила Хорезмскую народную советскую республику, реально находившуюся в вассальной зависимости от РСФСР в 1920–1924 гг. Хива была ее столицей. В 1924 г. Хива вошла в состав СССР. С 1991 г. Хива – районный центр независимого государства Узбекистан.
Было несколько всплесков хозяйственной и культурной жизни Хивы. В конце XV – начале XVII в. город стал новой столицей (предыдущие столицы – Вазире и Ургенч) Хивинского ханства, был его столицей в XVI в. – 1920 г., более трех веков был одним из крупных центров мусульманского духовенства и богословия. Хотя Надир-шах в 1740 г. завоевал Хорезм и разрушил Хиву, в 1747 г. Хивинское ханство снова стало независимым. Хивинский хан Мухаммед Рахим (1806–1825), который правил решительно и результативно, провел налоговую и административную реформы, обнес центральную часть Хивы (внутренний город Ичан-Кала, см. текст далее) крепостными стенами. Каждый хан стремился создать в Хиве неординарные строения и таким образом оставить добрую память о себе потомкам. К началу ХХ в. Хива уже славилась своими несравненными архитектурными шедеврами. Родились вещие слова, которые повторяют до сих пор: «Дам два мешка золота, чтобы хоть одним глазком взглянуть на Хиву».
В советский период активизировалось промышленное развитие Хивы, были созданы хлопкоочистительный и керамический заводы, ковровый комбинат, швейная и сувенирная фабрика. Были открыты техникумы. Но в этот период новая власть решительно закрывала мусульманские религиозные центры, безжалостно преследовала верующих мусульман, истребляла мусульманское духовенство. В бывших хивинских дворцах разместили филиалы тогда созданного Хивинского историко-революционного музея. Одно из этих отделений-филиалов музея – тогда созданный Дом атеистов – открыли в замечательном творении хивинских зодчих XIX в. – в мавзолее Пахлаван-Махмуда (богатыря Махмуда) – поэта-вольнодумца, защитника бедных, которого хивинцы считали и считают святым покровителем их города.
Поскольку в советский период Хива утратила столичный статус, стала только районным центром Хорезмской области (ее областным центром стал Ургенч), то в ней не вели масштабного нового строительства. В хозяйственно-бытовом плане это было недостатком, но именно это позволило, без предварительных задумок, планов, сохранить древнюю городскую ткань Хивы, спасти неповторимую атмосферу сказочного средневекового восточного города. В Хиве чудом сохранился целостный архитектурный мир, сформированный при последних хивинских ханах.
В Хиве очень много исключительно ценных архитектурно-художественных памятников. Много и музеев, некоторые из них размещаются в зданиях недействующих медресе и мечетей. Среди музеев Хивы: Музей Древнего Хорезма (Дворец Куня-Арк, мечеть Куня-Арк), Музей истории Хивинского ханства (медресе Мухаммад Рахим-хана II), Музей прикладного искусства Хорезма (медресе Ислам-Ходжи), Музей ремесел Хорезма (Дворец Таш-Хаули), Музей истории музыкального искусства Хорезма (медресе Кози Калон), Музей искусства резьбы по дереву Хорезма (Дхума-мечеть), Музей истории медицины Хорезма (медресе Шергази-хана), Музей природы Хорезма (медресе Абдулла-хана), Музей прикладного искусства Хорезма (медресе Ислам-Ходжи), Музей истории Хивинского ханства (медресе Мухаммад-Рахим-хана II) и др.
В Хиве сохранились более 60 ценных исторических памятников, среди них дворцы, мечети, медресе, минареты, мавзолеи и другие. Главными историко-архитектурными памятниками Хивы являются: цитадель Куня-Арк, архитектурный заповедник Ичан-Кала (дворец Таш-Хаули и др.), рабад Дишан-Кала – все в основном XIX – начало ХХ в. В Хиве и ее окрестностях историко-архитектурных памятников очень много, в ограниченного объема книге можно упомянуть только о некоторых из них.
В 1968 г. историческая основа Хивы – внутренний город Хивы Ичан-Кала получил статус государственного историко-культурного заповедника, что стало мощным толчком к началу масштабной реставрации архитектурно-художественных и исторических памятников Хивы. В 1990 г. историко-архитектурный комплекс Ичан-Кала был включен ЮНЕСКО в список Всемирного культурного наследия.
Как уже отмечалось, в Хиве на большой площади находится очень большое число архитектурно-художественных памятников мирового значения. При этом сама планировочная организация и городская ткань являются значимыми историко-художественными ценностями.
Ичан-Кала, внутренний город Хивы
В Хиве сохранился остов ее исторических планировки и застройки. Со времен Средневековья в Хиве сохранилось ее разделение на две части-крепости: 1) внутреннюю (шахристан) – Ичан-Кала и 2) внешнюю (рабад) – Дишан-Кала. Ичан-Кала – это древнее ядро Хивы, а Дишан-Кала – средневековый, в большой мере ремесленный внешний пояс города. По площади Дишан-Кала в 15 раз больше Ичан-Калы. Было три кольца крепостных стен в Хиве: два в Ичан-Кале и одно – вокруг ее внешней части (рабад).
Наиболее древняя часть Хивы – ее внутренняя часть – древняя крепость Ичан-Кала, обнесенная старинными, мощными, высокими кирпичными крепостными стенами. Крепость Ичан-Кала имеет прямоугольный план размером 650 × 400 м и мощные оборонительные стены (длиной 2,2 км, высота 8—10 м), укрепленные полукруглыми башнями, по верхней части стен проходят стрельчатая галерея с бойницами, в стене были созданы четверо ворот. В Ичан-Кале жили хан, его приближенные, духовенство, купечество, наиболее богатые хивинцы. Здесь были построены многочисленные мечети и дворцы. Здесь в средневековый период после длительных мучительных из-за жары путешествий по пустыне останавливались и отдыхали торговцы караванов, разнообразные купцы. Эта часть Хивы является главным магнитом для туристов, передвигающихся в ней исключительно пешком и пораженных красотами религиозных памятников и небывалым, неизвестным им ранее обликом многочисленных глинобитных построек.
Ичан-Кала в V–VI вв., когда Хива была персидским владением, была обнесена высокой крепостной стеной в 7–8 м. Возникшее на рубеже нашей эры поселение стабильно росло, но и неоднократно разрушалось врагами-завистниками. При этом его основа – крепость Ичан-Кала – всегда восстанавливалась. Главным богатством Ичан-Калы были и остаются архитектурно-художественные комплексы мечетей, минаретов, медресе, число которых здесь неимоверно велико. Строения, которые мы сейчас видим в Ичан-Кале, были в массе своей построены в XIX в., в том числе и сохранившиеся до наших дней крепостные стены. Главным строительным материалом здесь в давности была глина, из нее лепили кирпичи, которые высушивали на солнце. В крепостных стенах создали четверо ворот. Западные ворота (ширина 4 м, высота 10 м), построенные в XIX в., в 1920-е гг. были разрушены, их восстановили в 1975 г. по рисункам и фотографиям. Деревянные двери (1850–1857) с вырезанными на них строками Корана были взяты из дворца загородной резиденции хивинского хана Мухаммеда Амин-хана, находившейся в кишлаке Янгиарык. Северные ворота, как и остальные, были построены в XIX в., над ними возвышаются две башни. Восточные ворота, похожие на длинный, узкий, полутемный коридор, были построены в 1804–1806 гг. В боковых арках этих ворот располагались торговые лавки. С внешней стороны ворот до 1873 г. действовал рынок рабов, также на этом месте вершили казни преступников и оглашали народу приказы хивинского хана. Южные ворота возвели в 1830—1840-е гг., через них входили караваны, прибывавшие со стороны Каспийского моря. По обеим сторонам от ворот, в купольных помещениях, размещались таможенная служба и караул.
Внутри крепостных стен Ичан-Калы много историко-архитектурных достопримечательностей. Расскажем только об основных их них.
Куня-Арк – это окруженная стеной с башенками по углам внутренняя крепость в пределах Ичан-Калы, древняя цитадель и дворцовый комплекс хивинских ханов XVII–XIX вв., отделенный от остальной части Ичан-Калы высокой стеной. Здесь жили хан, члены его семьи, наложницы, челядь, слуги, приближенные, свита. Их безопасность обеспечивали три крепостных стены: Куня-Арк, Ичан-Кала и Дашан-Кала. Здесь находились многочисленные мечети, дворцы, монетный двор. В Куня-Арк основные историко-архитектурные памятники и места: два дворца (Куня-Арк и Таш-Хаули), три мечети, четыре минарета, шестнадцать медресе, три мавзолея, бани, караван-сарай, колодец, корихона, торговый комплекс (пассаж-тим), башня «Белого шейха» (Ак-шейх-бобо, дозорная вышка). Попасть во дворец Куня-Арк можно, войдя в него через восточные ворота, за ними – открытый двор и приемная. Путь к тронному залу лежит через айван, облицованный голубой плиткой. В тронном зале теперь трона нет, этот отделанный серебром трон пребывает в Оружейной палате Кремля в Москве. В приемной дворца были комнаты ханской казны и хранилище рукописей. Во дворце также были монетный двор, ханская мечеть, покои хана и гарем. Впечатляющим строением Куня-Арк является главная резиденция хивинских ханов в XIX – начале ХХ в. – дворец Таш-Хаули («Каменный двор»), построенный в 1832 (1830) —1838 гг. властным и жестоким Аллакули-ханом. Он велел построить большой дворец всего за два года, что было нереально, его возводили семь лет. Через два года руководитель стройки, архитектор был посажен на кол за то, что не выполнил приказ хана о сроках строительства. Дворцовый комплекс огромного Таш-Хаули сохранился. Территория дворцового комплекса состоит из трех частей (каждая их которых имеет свой внутренний двор, окруженный жилыми помещениями): 1) ханские покои и обширный гарем; 2) приемный зал (среднее между гостиной и гостиницей) – мехмонхана; 3) помещения (1837–1838), где решали судебные дела. В некоторых комнатах сохранился интерьер (или его части) ханского времени. Во дворце размещается Музей ремесел. Посещение дворца позволяет представить быт ханов. В первой дворцовой части жили сам хан, размещался его гарем (1829–1832), где жили, каждая в своей отдельной комнате, его жены (шариат позволяет иметь мусульманину четыре жены), многочисленные наложницы, а также слуги и некоторые ближайшие родственники. Во второй части – мехмонхане, – пристроенной к гарему в 1832–1834 гг., проводили парадные приемы, отмечали праздники. Во время приемов хан восседал во дворе дворца у выставленной ханской юрты. Приехавшие к хану гости, вожди племен, здесь размещались в юрте, установленной во дворе на специально возведенном кирпичном возвышении.
Большой интерес представляют соборная мечеть Джума (XVIII в.), славящаяся многочисленными деревянными колоннами, украшенными искусной узорной резьбой. Большинство из 212 колонн мечети вырезаны в XVIII–XIX вв., другие собраны из разрушенных средневековых строений, 21 колонна относится к X–XII вв. Эта мечеть уже существовала в Х в., но в средневековое время она была разрушена, однако в 1788 г. ее в увеличенном объеме, в старом стиле восстановили. В прошлом в этой мечети на небольшие мусульманские праздники могли молиться 5 тыс. человек. В советский период мечеть Джума была закрыта, в 1983 г. открыли Музей искусства резьбы по дереву Хорезма.
Вход во дворец Куня-Арк
Медресе Шергази-хана было построено в 1714–1726 гг. по воле Шергази-хана, руками и усилиями 5 тыс. рабов, захваченных им при походе на Хорасан, которым он обещал свободу после завершения строительства. Но хивинский хан не выполнил своего слова, и пленные воины его убили. Сохранившийся до наших дней комплекс этого медресе состоит из двух мечетей (зимней и летней) и 60 келий. Это медресе считалось одним из самых престижных учебных заведений в Хиве, в нем учились многие знаменитые в дальнейшем творческие личности, в том числе учился в ней в 1840–1844 гг. Ажинияз Косыбаи-улы, известный каракалпакский поэт, а ранее – в 1750–1755 гг. – классик туркменской литературы поэт Махтумкули. В 1983 г. медресе отреставрировали, в закрытом в советский период мусульманском высшем учебном заведении разместили Музей истории медицины Хорезма.
Медресе Кутлуг-Мурад-инака было построено в 1804–1812 гг. по воле Кутлуг Мурад Инака – дяди Алла-Кули-хана. Дядюшка распорядился похоронить его в этом медресе. Он умер за пределами крепостных стен Иган-Калы, поэтому хоронить его в крепости было нельзя, по народному поверью это было плохой приметой. Тогда было принято решение разобрать часть стены Ичан-Калы, медресе оказалось за пределами Ичан-Калы, но в пределах крепостных стен внешнего города Дишан-Кала. Затем тело покойного через разлом в стене Иган-Калы перенесли в это медресе и похоронили, а разлом в стене ликвидировали, полностью восстановив стену Ичан-Калы. В этом медресе более века учились и жили студенты. В медресе было свыше 80 келий, в его внутреннем дворе был устроен крытый куполом резервуар для хранения воды – своего рода крытый колодец – сардоба. В закрытом в советский период медресе разместили Музей искусств, главным богатством которого стали картины современных узбекских художников.
Медресе Алла-Кули-хана было построено в 1834–1835 гг. Его отличительной чертой была обширная библиотека, в которой могли заниматься студенты всех медресе Хивы; библиотека существовала на средства правителя, в его честь это медресе получило свое имя. Теперь в ряде комнат размещаются сувенирные лавочки и мастерские ремесленников, а во внутреннем дворе проводят развлекательные платные представления для туристов, начинаются они обычно вечером (можно увидеть, услышать и насладиться узбекскими народными музыкой и танцами).
Медресе Мухаммеда Амин-инака построили в 1851–1854 гг., это было самое большое по размеру учебное заведение в Хиве, рассчитанное на 260 учащихся. Теперь в этом большом двухэтажном здании находится гостиница, но туристам позволяют осмотреть комнаты – бывшие кельи студентов, конечно, теперь обустроенные с учетом требований туристов.
Медресе Абдулла-хана возвели в 1855 г. В здании размещен Музей природы Хорезма.
Медресе Мухаммед-Рахим-хана II было построено по воле Сеид Мухаммед Рахим-хана II в 1872 (1871) г., в его комплекс входили две мечети (зимняя и летняя), 76 келий и библиотека. В основательно отреставрированном в 1994 г. комплексе этого медресе открыли Музей истории Хивинского ханства, обладающий большим числом любопытных экспозиций, оригинальными историческими документами и любопытными старыми фотографиями.
Медресе Кози Калон построили в 1905 г. Теперь в здании размещается Музей истории музыкального искусства Хорезма, где можно увидеть народные узбекские музыкальные инструменты, послушать в фонотеке музыку, посмотреть видеозаписи выступлений наиболее успешных ансамблей.
Медресе и минарет Ислам-Ходжи возвели в 1908–1910 гг. благодаря усилиям министра хивинского правительства Ислама-Ходжи, действовавшего по приказу Асфендияр-хана. Комплекс медресе включал двухэтажное здание с 42 кельями и внутренний двор. Минарет Ислам-Ходжи самый высокий и, по мнению многих, самый красивый в Хиве. В здании медресе теперь находится Музей прикладных искусств Хорезма (резьба по дереву, ювелирное дело, национальные одежды и головные уборы, домашняя утварь, ковры и т. п.).
Минарет Мухаммеда Амин-хана (Кальта-Минор), украшенный изразцами голубого цвета, является теперь одним из главных визуальных символом Хивы. Туристы хорошо запоминают 29-метровую башню этого минарета в форме усеченного кругового конуса, полностью покрытую поразительной красоты глазированной плиткой голубого и зеленого цветов. Этот минарет замыслил возвести Амин-хан, который намечал возвести здесь самый большой (80 м) и самый красивый в мусульманском мире минарет, который прославит его – инициатора строительства уникального минарета. Но Амин-хан был убит в бою, его преемники не решились продолжить возведение затратного минарета, он так и остался в незавершенном виде – высотой только 29 м (36 % запланированной его первоначальной высоты). Но туристы обычно всего этого не знают и просто восхищаются необычной постройкой.
Мавзолей святого сейда Аль ад-Дина (Саида Аловуддина) был построен в начале XIV в. в честь шейха Саида Аловуддина, причем начали его строительство по воле Саида Аловуддина при его жизни, так как он хотел заранее возвести для своего неизбежного со временем погребения достойный мавзолей в достойном месте. Руководил постройкой любимый ученик Саида Аловуддина – зодчий Амир Кулол, которого шейх так любил, что распорядился в медресе зарезервировать место для захоронения Амира Кулола. Но в мавзолее только одно захоронение – Саида Аловуддина (умер в 1303 г.), потому что Амир Кулол умер в Бухаре. Саида Аловуддина почитают как святого. В мавзолее можно увидеть его гробницу, облицованную майоликовыми плитами с узорами лазурного, синего и белого тонов. Мавзолей Саида Аловуддина – это единственный в Хиве памятник, оставшийся со времен монгольского владычества.
Мавзолей-мемориал Пахлаван Махмуда, древнего прославленного богатыря-борца, поэта-вольнодумца, защитника бедняков, философа, ремесленника, национального героя Узбекистана, почитавшегося с давних пор святым, до наших дней является особо почитаемым местом. После смерти Пахлавана Махмуда хивинцы стали считать его могущественным святым покровителем их города, а место его захоронения стало усыпальницей хивинских ханов.
Памятник Пахлавану Махмуду
Первоначально мавзолей Пахлавана Махмуда был небольшим, но поскольку в нем стали захоранивать ханов (гробницы хивинских ханов сохранились в этом мавзолее), то мавзолей много раз перестраивали, расширяли. Мавзолей Пахлавана Махмуда, который, мы видим сейчас, сложился в основном в XVIII – начале XIX в., но кое-что к нему пристраивали до начала ХХ в.
Пахлаван Махмуд (1247–1326) до сих пор остается одним из самых любимых национальных героев Узбекистана. Он много путешествовал по Средней, Центральной, Южной Азии, участвовал в соревнованиях по борьбе, и абсолютно никто не мог его победить, писал стихи, по складу ума был философом и защитником простых людей, к тому же он был мастером на все руки – умелым ремесленником, а главное – он был патриотом своей малой родины – Хорезма. О нем сложены многие легенды. Одна легенда рассказывает, что Махмуд, когда временно служил у индийского царя, в одном из сражений спас его (Рай Ропу Чуна) от смерти. Индийский царь захотел его достойно наградить и дать ему все, что Махмуд пожелает – земли, царскую дочь в жены и статус царского наследника трона, любые богатства. Но Махмуд только попросил освободить его сородичей-хорезмийцев, плененных войсками индийского царя и угнанных в Индию, индийский царь его желание выполнил.
В Хиве несколько минаретов, высоких и не очень: Кальта-Минор (29 м, недостроенный минарет), Ислам Ходжи (45 м, самый высокий минарет), Джума мечети и Мурод Тура. С них открывается лучшая панорама Хивы (любоваться ей и фотографировать лучше всего перед закатом). Наиболее подходящие для всех туристов смотровые площадки – это верхняя площадка минарета Кальта-Минор (на высоте 26 м) и лучшая смотровая площадка в городе – на башне Ак-Шейх-бобо.
В Ичан-Кале, поблизости от западных ворот его крепостной стены, находится туристический информационный центр, где продают печатную продукцию – книги, буклеты, фотоальбомы, картосхемы о Хиве и Узбекистане в целом, здесь же можно заказать платную экскурсию по Хиве.
Внешняя часть (пояс, рабат) Хивы – Дишан-Кала. В давности вокруг Ичан-Калы разрастались пригороды, где расселялись мелкие торговцы, ткачи, гончары, жестянщики, оружейники и другие ремесленники, а также городская беднота. Они образовали самостоятельные кварталы – махала. Дашан-Кала представлял собой совокупность узких, кривых, грязных улиц, чередовавшихся с крытыми базарами, пустырями, кладбищами. Но тут же в пригородах находились кое-где роскошно обставленные ханские дворцы (то есть Дашан-Кала был своего рода внешним оборонительным поясом Хивы). Эти предместья и пригороды в 1840-х гг. по приказу Алла-Кули-хана были обнесены внешней крепостной стеной со сторожевыми башнями и 10 воротами. Длина стен была около 5,6 км, их высота была 6–8 м. До наших дней сохранились только фрагменты крепостных стен (у северных и южных ворот Ичан-Калы) и только 3 въездных ворот (из 10 первоначальных). При этом одни из трех ворот, разрушенных в начале ХХ в., были восстановлены в 1970 г. по рисункам и фотографиям. Одни из исторических сохранившихся ворот имеют две мощные смотровые башни; вторые ворота, пробитые в 1912 г., имеют цилиндрические башни.
Поскольку со второй половины XIX в. Хивинское ханство стало вассалом Российской империи, с конца XIX – начала ХХ в. в Хиве начали строить разные здания с чертами европейской архитектуры. Тогда построили сохранившиеся до нашего времени здания почты (1910), больницы (1911–1913) и некоторые другие. Во внешнем облике и внутренней планировке новых зданий того периода сочетались элементы европейского, российского стиля архитектуры и восточные архитектурно-художественные приемы.
Среди наиболее интересных строений Дишан-Кала – дворец Нурулла-бия, построенный в 1905–1912 гг. по распоряжению премьер-министра Хивинского ханства – Ислама Ходжи для приема иностранных послов. В его строительстве, украшении, а также в обустройстве и убранстве залов и комнат участвовали русские, немецкие строители, плотники, художники. Император Николай II подарил для этого дворца хрустальные люстры, освещавшие помещения с помощью электричества (что тогда было необычным делом и требовало огромных затрат). В комнатах дворца были установлены камины, плиты для их облицовки привезли из Петербурга, как и паркет для пола. В 1920-е гг. национализированный дворец стал местом для собраний и проведения праздничных мероприятий представителями верхушки недолго существовавшей Хорезмской Советской Республики. Со временем здание стали использовать для музейных нужд, создали и открыли в нем музейные экспозиции.
Среди других интересных зданий и любопытных мест Дишан-Кала отмечают: 1) медресе Бика Джан Бика (1894 г.; достроено сестрой хана Мадраима II Бикой Джан Бикой, после приостановления его строительства из-за разорения первоначального инициатора этого медресе – знатного, но не особо грамотного в делах сановника; теперь в здании открыт национальный ресторан); 2) медресе Мамат Марам (1903) с минаретом; 3) медресе Палван-Кари (1905) с минаретом; 4) мавзолей-мазар Абдал Бобо (VIII–XVIII вв., Абдал Бобо почитался как один из первых пропагандистов ислама в Хорезме, к тому же он был дальним родственником святого пророка Мухаммеда; 5) древнее кладбище Шо Каландар Бобо (XVI в., шейх XVI в. Шо Каландар Бобо пользовался авторитетом и почетом у хивинцев). Главное священное место у стан Дашан-Калы – мемориал сейида Мухаммада. Это ханский некрополь у мавзолея шейха Чадирли Ишана, в нем похоронены Мухамма-Рахим-хан II (Феруз) и его отец – сейид Мухаммад-хан (умер в 1864 г.).
Хива дала рождение и образование ряду ярких творческих личностей.
Хорезми (Мухаммед бен Мусса аль-Хорезми) (787–850) – уроженец Хивы, среднеазиатский ученый, автор основополагающих трактатов (переведенных на латинский язык в XII в.) по арифметике и алгебре, оказавших большое влияние на развитие математики в Западной Европе. Кроме того, Хорезми создал труды по астрономии, географии, другим наукам.
В Хиве в медресе Шергази-хана в XVIII–XIX вв. учились: Ажинияз Косыбай-ули, ставший известным каракалпакским поэтом, и Махтумкули, ставший классиком туркменской литературы.
5.5.3. Нукус
Город Нукус является столицей узбекской республики Каракалпакия. На территорию современной Каракалпакии Хивинский хан в 1811 г. переселил каракалпакцев с низовьев Сырдарьи. В 1873 г. правобережная Каракалпакия была присоединена к России; в 1917 г. в этих местах была установлена советская власть. В 1925 г. была образована Каракалпакская автономная область, которую в 1932 г. преобразовали в Каракалпакскую Советскую Социалистическую Республику и она в 1936 г. вошла в Узбекскую ССР. В Каракалпакии развиты отрасли промышленности: хлопкоочистительная, хлопчатобумажная, маслобойная, производство строительных материалов, металлообработка. На территории республики действует Тахиаташская ГРЭС. Здесь развиты поливное земледелие (хлопчатник, рис, люцерна), бахчеводство, плодоводство. В животноводстве особо значимым является выращивание каракульских овец и крупного рогатого скота, также развиты звероводство и шелководство. Каракалпакия выделяется своим национальным составом: половина ее жителей – каракалпаки, являющиеся мусульманами-суннитами. Каракалпакия расположена на плато Устюрт, в западной части пустыни Кызылкум и дельте р. Амударья. На ее территории есть каналы: Кызкеткен и другие, на ее севере находится усохшее Аральское море, объявленное с конца 1980-х гг. зоной экологического бедствия. А с I тыс. до н. э. здесь, в дельте Амударьи, была развитая система каналов, находились многие города, селения, замки, крепости, форты.
Нукус вырос на месте старого, возникшего в 1860-х гг. невзрачного аула Нукус, в 1932 г. получил статус города, в 1939 г. он стал центром Каракалпакской автономной советской республики, с 1991 г. является столицей входящей в состав независимого Узбекистана Республики Каракалпакия. Здесь есть аэропорт. Архитектурных памятников и более-менее красивых относительно старых зданий в этом городе нет.
Древняя каракалпакская керамика из Музея искусств в Нукусе
В нем наибольшее хозяйственное развитие имеют машиностроение и металлообработка, промышленность строительных материалов, пищевая и легкая промышленность. В нем развиты народные промыслы: ковроделие, резьба и роспись по ганчу (ганч – название вяжущего материала, получаемого обжигом камневидной породы, содержащей гипс и глину; из ганча делают штукатурку, выполняют резной и литой декор, скульптуру). В городе расположен Каракалпакский филиал Академии наук Узбекистана, работают государственный университет (основан в 1976 г.) и техникумы, есть филармония и театры: музыкальной драмы и комедии, а также юного зрителя, несколько музеев. Особый интерес представляет Музей искусств им. И.В. Савицкого (каракалпакского Третьякова) – это археологический, историко-краеведческий, художественный музей с выдающейся коллекцией произведений русского авангарда ХХ в. и живописи Узбекистана 1920—1930-х гг. Среди нескольких памятников города наиболее почитаются памятник каракалпакскому поэту Бердаху (1977) и погибшим в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Есть православный храм во имя Святого Великомученика и Исцелителя Пантелеймона (открыт в 2002 г.).
Игорь Витальевич Савицкий (1915–1984) был художником, искусствоведом, этнографом. Он закончил в 1946 г. графический факультет Художественного института им. В.И. Сурикова в Москве, в возрасте 35 лет, в 1950 г., переехал в Каракалпакию, чтобы изучать ее народно-прикладные искусства, в возрасте 51 года стал директором Музея искусств в Нукусе. Многие годы И.В. Савицкий покупал произведения советских художников и привозил эти картины в Нукус, за что его прозвали каракалпакским Третьяковым. 18 лет он был директором музея, до самой его смерти в возрасте 69 лет. Савицкий смог добиться солидного финансирования для вверенного ему музея, что дало ему возможность приобретать экспонаты для этого музея в разных частях СССР. Он организовывал и участвовал в большом числе этнографических экспедиций, в которых он собирал, приобретал и получал для музея бесплатно в подарок ценные экспонаты, многие из которых потом приходилось реставрировать в Нукусе. В музее он смог собрать около 90 тыс. предметов искусства, из них значительная часть – полотна русских художников ХХ в., в том числе в стиле авангард и пост-авангард, а также узбекская живопись 1920—1930-х гг. и изобразительное искусство Каракалпакстана ХХ в.
В Каракалпакии, в бассейне р. Амударья, особенно в окрестностях городов Нукус и Бируни, сохранилось много руин древних крепостей, а также башен, дворцов, культовых строений, некрополей, есть почитаемые святыми места. В долине Амударьи, в Каракалпакии, сохранились следы или руины более 13 древних крепостей, свыше 6 мест, строений, почитаемых святыми, и Бадай-Тугайский заповедник.
В последние годы растет интерес к знакомству с остатками, по сути, руинами, древних каракалпакских крепостей, которые мощное Хорезмское государство строило для защиты своих владений от нападений кочевников, содержало в этих многочисленных крепостях мощные постоянные военные гарнизоны. После завоевания Хорезма войсками Чингисхана в начале XIII в. большинство этих крепостей были разрушены, их руины были заброшен reginarodyakina@mail.ru ы, нередко оказались под землей и со временем о многих из них все забыли. Но постепенно увеличивается интерес исследователей и туристов к истории этих древних крепостей. Но добраться до них, ознакомиться с ними и изучать их не просто из-за бездорожья, дискомфорта полевых условий, неприятностей пустынных местностей. Только научные исследователи и любители экстремального туризма осмеливаются отправляться к этим древним крепостям.
Крепость Чиплык
Поблизости от Нукуса находятся почитаемый священным средневековый некрополь и крепость городище Миздакхан, а также остатки крепости Чилпык. В 19 км от Нукуса, в окрестностях селения Ходжейли, можно увидеть руины крепости Гяур-кала Ходжейлинская и священный некрополь, находящиеся в пределах городища Миздакхан (IV до н. э. – XV в.). Здесь в глубокой давности был древний город, жители которого исповедовали зороастризм, а потом приобщились к исламу. Сохранились остатки мусульманского кладбища с мавзолеем и ханакой Музлум-хан-Сулу (XII–XIII вв.), а также полуразрушенным мавзолеем Ержепа Халифа (IX–X вв.). По легенде, мавзолей Ержепа Халифа – это своего рода «мировые часы», подсказывающие о конце света. Каждый год из стен этого мавзолея выпадают кирпичи, когда упадет его последний кирпич, по легенде, наступит конец света, мир погибнет. В 40 км от Нукуса, поблизости от горы Бестобе, можно увидеть руины крепости Чилпык с круглой башней Чилпык (II–IV вв.). Здесь, на вершине холма, зороастрийцы этой округи выставляли тела умерших перед погребением их костей в оссуариях (сосуды из глины, камня, алебастра для хранения костей умерших).
5.5.4. Бируни
Город Бируни (до 1958 г. – Шаббаз) расположен в 20 км от железнодорожной станции Ургенч. В г. Бируни развиты хлопкоочистительная, маслобойная, легкая (хлопчатобумажная) отрасли промышленности. Он получил свое имя в честь ученого-энциклопедиста аль-Бируни, это его родина.
Бируни, или Беруни (Абу Рейхан Мухаммед ибн Ахмед аль-Бируни, 973—1050 гг.) – яркий ученый-энциклопедист, родился в Хорезме в окрестностях современного города, названного (1958) в его честь. Он создал труды по математике и астрономии, географии и топографии, физике, медицине, геологии, минералогии, по истории Индии, впервые на Среднем Востоке он высказал мысль о том, что Земля вращается вокруг Солнца.
В окрестностях г. Бируни сохранились остатки ряда древних крепостей и несколько почитаемых святыми мест, строений.
В относительно дальних окрестностях г. Бируни, поблизости от селений Каратау и Джумуртау, сохранились остатки двух древних крепостей Гяур-кала Султануиздагская (находится у хребта Султан Увайс) и Джанпык-кала, а также сигнальных башен (X–XIII вв.). Недалеко от них простирается Бадай-Тугайский заповедник (6,5 га).
Ближе к г. Бируни, у подножия хребта Сулан Увайс, находятся два почитаемых места: 1) мемориал-святыня Султан Увайс-бобо (XVII–XIX вв.) с мавзолеем Султан-баба (прославился собиранием хадисов) и мечетью; 2) остатки комплекса города-крепости Топрак-кала (архитектурный памятник со священным дворцом и особыми башнями-святилищами).
Расположенная в 28 км от г. Бируни крепость Топрак-кала, представляла собой не просто укрепленное сооружение, а крупный по тем временам город людностью порядка 2500 человек, в нем были разные мастерские. Эту крепость правители Хорезма возвели в I–II вв. н. э. как свою временную резиденцию, в ней был дворец со 102 комнатами, использовавшийся по первоначальному назначению до VI в. н. э. Крепость-город (а теперь его руины) имел прямоугольную форму (500 × 350 м), на его оборонительных стенах (высота 8–9 и более метров) были 63 башни, за стенами с его наружной стороны был вырыт широкий ров. Этот город имел окруженный валом своего рода «большой стадион», где во время праздничных церемоний происходили ритуальные состязания.
Руины Топрак-Кала
Город имел продуманную параллельно-перпендикулярную планировку: центральная улица с пересекающими ее переулками делила город на 10 секторов – 9 жилых и в 10-м находились храмы. Остатки фундамента стен дворца и жилых домов можно увидеть.
Поблизости сохранились остатки гарнизонной крепости Кызыл-кала и древнее городище Акшахан-кала (в нем в давности был укрепленный священный царский город Акшахан-кала, или Казакли-Яткан, с площадью 47 га, крепостной стеной с башнями, рвом, внутренним городом в 13 га с дворцом и сакральным строением в виде арки; этот город процветал в IV–I вв. до нашей эры и, возможно, был какое-то время столицей Хорезма.
В районе озера Аязкала находятся остатки нескольких древних крепостей: крепостной комплекс из трех построек-крепостей Аяз-кала, Большая Кыргыз-кала, Малая Кыргыз-кала, Кургашин-кала.
Комплекс крепостей Аяз-кала находится в 32 км от крепости Топрак-кала и в 41 км от г. Бируни. Он состоит из трех крепостей: Аяз-кала I (основная крепость, стоит на вершине холма высотой в 60 м., активно использовалась в IV–III вв. до н. э., размер 180 × 150 м, внутри никогда не было жилых построек, сохранились контур стен высотой до 10 м, остатки полукруглых башен III в. до н. э., двухъярусных арочных галерей и привратного строения), Аяз-кала III (I–II вв. н. э., укрепленный гарнизон, были мощные двойные стены и башни, размер 260 × 190 м, было только одно здание из 40 комнат и остальная незастроенная территория), Аяз-кала II (небольшой овальный форт-крепость VI/VII–VIII вв. н. э., укрепленный замок хорезмского феодала с его дворцом IV в. у подножия холма и домами простых людей, остатки жилых построек сохранились).
В 6 км от крепости Аяз-кала находятся крепости Малая Кыргыз-кала (IV–III вв. до н. э., размер 140 × 130 м, гарнизонная пограничная крепость) и в 11 км от Аяз-калы – следы крепости Большая Кыргыз-кала (IV–III вв. до н. э., размер 250 × 215 м, имела оборонительные стены высотой 10–12 м и более с трехэтажными башнями, стены были двойными – из пространства между стенами лучники стреляли во врагам, в прошлом укрепленная крепость теперь воспринимается как полные руины).
Городище Аяз-кала
Вблизи г. Бируни сохранились руины нескольких древних крепостей: Джанбас-кала, Ангка-кала (была построена в I–III вв., служила до 1221 г.), Большой Гульдурсун (построена в XII в. на месте очень древней античной крепости, разрушена ордынцами в 1221 г., размер 350 × 230 м), и городище Наринжан-баба. На историческом месте Наринжан-баба в наши дни функционирует Мемориал Наринжан-бобо. Это культовый комплекс, связанный с мусульманским подвижником Абдуллой ан-Наринжаний (Х в.).
5.5.5. Муйнак
В Каракалпакии расположен город Муйнак (имеет городской статус с 1963 г.), находится в 100 км от железнодорожной станции Кунград. Довольно долго это был город-порт на Азовском море с самым крупным в Средней Азии рыбоконсервным комбинатом, построенным в 1930-е гг. и во вторую половину 1940-х гг. В послевоенный период построили многочисленные каналы для орошения узбекских полей, из-за этого реки Амударья и Сырдарья начали мелеть и их вода в минимальном количестве стала доходить до Аральского моря. К 1970-м гг. Муйнак уже не был морским городом-портом, потому что берег Аральского моря удалился от него, сейчас морская вода удалена от Муйнака почти на 80 км. Постепенно высыхание Аральского моря – это экологическая катастрофа, вызванная неграмотной деятельностью людей. Чтобы сохранить большое количество рабочих мест на рыбоконсервном комбинате, дававшем людям работу и зарплату, на него стали завозить океаническую рыбу, что оказалось крайне невыгодным делом, и в 1998 г. комбинат закрыли, очень многие муйнакцы потеряли работу. В городе возросла безработица. Климатические и экологические сложности способствовали еще большему ухудшению условий жизни в этом городе. Муйнак отличается от других узбекских городов большим количеством осадков и сильными ветрами – морскими бризами.
Традиционная узбекская керамика
Постоянные ветры гонят в город с высохшего дна Аральского моря соль, смешанную с песком, что вызывает и обостряет разные заболевания у местных жителей. Кроме того, возникла проблема обеспечения жителей качественной питьевой водой. За последние 2–3 десятилетия численность населения Муйнака уменьшилась в несколько раз, люди стремятся уехать из него и поселиться в других местах. Они просто бросают свои квартиры и дома и уезжают, поскольку продать их практически невозможно – никто не хочет жить в экологически ущербном городе. Муйнак стал депрессивным, вымирающим городом, жить в котором мало кто хочет.
А вот туристы, в том числе иностранные, стали чаще приезжать в этот город. Влечет их в него вид ржавеющих на дне бывшего моря кораблей, по сути, здесь образовалось кладбище никому не нужных кораблей, их здесь несколько десятков.