Игра старше культуры, ибо понятие культуры, сколь неудовлетворительно его ни описывали бы, в любом случае предполагает человеческое сообщество, тогда как животные вовсе не дожидались появления человека, чтобы он научил их играть.
Доктор Марина Давила-Росс из Портсмутского университета в Великобритании была озадачена. Как специалист по поведению приматов она не могла не заметить нечто странное: одна горилла нежно ударила другую и убежала, вторая горилла догнала ее, ударила — и бежать. Иными словами, гориллы явно играли в салки.
Прежде всего Давилу-Росс заинтересовало, была ли эта сценка единичным случаем или такое поведение обычно для обезьян. Вместе со своей исследовательской группой она проанализировала видеозаписи 21 гориллы из шести колоний, проживавших в пяти разных зоопарках Европы. «Наш вывод таков, что игра горилл очень похожа на детскую игру в салки. Гориллы, за которыми мы наблюдали, не просто поочередно ударяли друг друга, а затем убегали: они если попадались, то менялись ролями — и тогда преследователь становился преследуемым и наоборот», — сообщила она в июле 2010 года[48].
Малыш, когда за ним гоняются в игре, визжит от удовольствия — это вам подтвердит любой родитель. Какой восторг испытывает старшеклассник, когда бежит, увертываясь, к зачетной зоне{22}, обходя всех защитников. Помните, какой популярной с 1980-х годов стала аркадная видеоигра «Пакман»? Дети и взрослые сутками гоняли по лабиринтам отважного пожирателя точек, уводя его от преследования привидений. Трепет погони заложен в глубоких структурах мозга, поэтому острые ощущения не зависят ни от каких семей, родов и видов — они присущи любому живому существу. Питер Грей, профессор психологии в Бостонском колледже, подтверждает это положение: «Когда животные убегают от реального хищника, главной побудительной силой, конечно, бывает страх. Когда они в игре тренируют навыки спасения от погони, основным мотивом выступает удовольствие»[49].
Игры водятся не только среди людей. Игра пронизывает практически все видовое богатство животного мира. Играют не только собаки и обезьяны — умеют играть даже крокодилы. Почему игра так универсальна? По самой распространенной точке зрения, животные играют друг с другом, дабы развивать навыки выживания. По другой теории, игра помогает молодым животным осваивать правила социальной иерархии в предстоящей взрослой жизни. И все-таки некоторые живые существа, в том числе и люди, играют просто ради забавы.
Играть, чтобы выжить
Заглянем в конец XIX века. Знаменитый немецкий психолог, автор теории игр Карл Гроос считал, что универсальность игры можно объяснить естественным отбором; в 1898 году в книге Die Spiele der Tiere («Игры животных») он писал: «Нельзя сказать, что животные играют, поскольку они юны и резвы, скорее им дается период молодости для того, чтобы играть. Ибо только таким образом они могут восполнить недоданное им природой, то есть развить наследственные способности и приобрести достаточный опыт для решения в будущем своих жизненных задач»[50]. Иными словами, животные, играя, практикуют навыки, которые позже понадобятся им в жизни — в той жизни, когда ставки будут слишком высоки. Таким образом, согласно Гроосу, игры горилл в салки только кажутся проявлением детской непосредственности, но на самом деле в них заложен серьезный эволюционный смысл.
Теория Грооса, кажется, подтвердилась дальнейшими научными наблюдениями. Действительно, игровое поведение главным образом характерно для молодых животных. Исследования показали, что у молодых млекопитающих после полового созревания игровое настроение постепенно снижается, а это означает, что к своему взрослению животные уже готовы использовать навыки, приобретенные в игре, для более полезных дел, таких как охота. Гроос разделил игры на несколько категорий — это подвижные игры, охотничьи игры, физическая борьба, игры в «дочки-матери». Имея под рукой такую классификацию, достаточно понаблюдать за поведением животных и распределить доминирующие игры каждого вида по соответствующим категориям.
Возьмем хотя бы львов. В интернете можно увидеть сотни видеосюжетов с детскими драками львят. Молодые львы целыми днями гоняются друг за другом, атакуют друг друга, дерутся, обхватывают лапами, кусаются — все это, конечно, без злобы, шутя, но именно так они отрабатывают навыки, которые однажды спасут им жизнь. Среди больших кошек львы — самые социальные животные, живущие сплоченными группами, или прайдами. Основу любого прайда составляют львицы. Самки не только стоят на страже своих детенышей, но и заведуют охотой, координируя передвижения других львов для успешной атаки на дичь. Сердце льва относительно небольшого размера, что сказывается на его природной выносливости. Из-за этой анатомической особенности он не выдерживает длительного преследования и долгой схватки. По этой причине львы должны уметь быстро настичь жертву, предпринять мощную атаку и молниеносно победить в схватке. Львята осваивают жизненно важные навыки, как только родители вводят их в прайд; все дети активно играют друг с другом, укрепляя тем самым мышцы. Это имеет принципиальное значение для детенышей мужского пола, так как в большинстве случаев их исключают из прайда по достижении половой зрелости в возрасте трех лет. Молодые самцы ведут самостоятельную жизнь, охотятся и защищаются в одиночку, пока не обзаведутся собственной семьей.
Чтобы самим убедиться, насколько важны детские игры для физического развития и будущего выживания животного, совсем не обязательно отправляться в далекие африканские заповедники. Довольно выглянуть в окно и увидеть двух белок, несущихся вдоль линии электропередач или перескакивающих с дерева на дерево. Молодые белки гоняются друг за другом, чтобы развивать силу, скорость и координацию — нужнейшие качества для животных, постоянно взбирающихся высоко над землей по тонким электропроводам и веткам деревьев. Игры наперегонки подготавливают белок к сложным жизненным ситуациям. Самые проворные будут уметь преследовать и кусать других белок, которые собирают желуди и кормятся на чужой территории. Самые умные и сильные начнут устанавливать собственный «порядок клевания».
В статье, опубликованной в 2008 году в британском журнале о поведении животных Animal Behaviour, поднимается вопрос: «Могут ли белки совершать обманные маневры?»[51] Иными словами, могут ли белки лгать?
«Еще как», — будет осторожный ответ.
Серая белка, или восточная серая белка, заслуженно считается отличным кладовщиком, ведь ей нужно выживать холодными суровыми зимами, отсюда и стремление сделать надежные запасы орехов и желудей. Обычно она, как настоящий скряга, прячет свои заначки во многих местах на тот случай, если кто-то выследит добычу. Не доверяя даже своим белкам-собратьям, она с профессиональной ловкостью применяет обманные приемы, чтобы все-таки никто не нашел ее тайники. Исследователи обнаружили, что, перед тем как спрятать желудь или орех, белка совсем незаметно перекладывает его из когтей в рот. В результате всех этих фокусов потенциальный воришка, мечтающий стянуть чужой орех, находит пустое дупло и остается с пустым желудком.
Кроме всего прочего, игра в догонялки готовит бельчат к брачному периоду, так как погоня — важный компонент спаривания белок. Считается, что самец белки определяет по запаху, когда самки готовы к размножению. В конце зимы и начале весны самцы начинают преследовать самок, чтобы уловить этот запах. Чем больше бельчата тренируют такие навыки, тем больше у них шансов на продолжение рода. Наблюдения за сусликами Белдинга, обитающими высоко в горах на востоке США, показали, что их игровое поведение «может решающим образом влиять на продолжительный успех в их размножении»[52].
Группа биологов из Аляскинского университета в Фэрбенксе попыталась в начале 2000-х годов доказать, что детские игры животных помогают им выживать в дальнейшей жизни. Ученым повезло, поскольку, находясь в самом сердце Аляски, они имели возможность изучать одного из самых игривых млекопитающих — бурого медведя. Бурый медведь водится в горах и лесах Северной Европы, Азии и Северной Америки, он является одним из самых больших плотоядных животных, живущих на суше, конкурируя по размеру только с белым медведем, своим близким родственником. У бурого медведя много разных подвидов. Один из таких подвидов — медведь гризли, живущий на Аляске, в Западной Канаде и на юге штата Вайоминг. Гризли различаются по седым или светло-седым кончикам меха. Другой подвид — кадьяк, или североамериканский бурый медведь, обитающий на побережье Аляски. Кадьяк является самым крупным медведем в мире; по окрасу он несколько темнее гризли. И наконец, еще один подвид — это европейский бурый медведь, обитающий в Европе, в частности на территории России; он имеет густую коричневую шерсть.
Медведица обычно рожает за один раз от одного до трех детенышей, которые находятся на попечении матери около трех лет. Самцы не только не участвуют в воспитании медвежат, но часто даже убивают малышей, рассчитывая на спаривание с их матерью. По этой причине медвежата с раннего возраста в процессе игры должны учиться защищать себя.
Биологи из Аляскинского университета наблюдали за жизнью диких бурых медведей на острове Адмиралтейства у юго-восточного берега Аляски на архипелаге Александра. Ученые следили за 10 медведицами, у которых было 24 медвежонка в возрасте около 10 месяцев. Медвежата постоянно играли вместе: боролись и гонялись друг за другом. «В нашем исследовании именно те молодые медведи, которые во время игры вели себя активнее других, как правило, доживали до своего взросления. Наши данные подтверждают, что игра является фактором выживания», — отмечают авторы[53]. Медвежата любят играть долго и упорно, любят подниматься на задние лапы и бороться со своими братьями и сестрами, что очень развивает и укрепляет их мускулатуру. Несмотря на большие размеры и репутацию агрессоров, игры медвежат обычно незлобные и нешумные, крепко они друг друга не прикусывают, будто понимая, что не должны ссориться, что им нужно держаться вместе, чтобы стать сильнее, поскольку матери не всегда будут рядом.
Хищники играют, чтобы стать большими, сильными зверями. Но их потенциальные жертвы тоже играют. Они тоже должны стать сильными и проворными, чтобы выжить. Белохвостому оленю, чей ареал распространения простирается от Канады до Перу, приходится опасаться не только охотников и автомобилей. Волки, пумы, аллигаторы, рыси, медведи, росомахи — оленю приходится жить в постоянном напряжении. К счастью, олени способны обогнать практически всех хищников, развивая скорость свыше 70 километров в час с прыжками длиной три метра. Такие навыки приобретаются с раннего детства, когда детеныши играют, чтобы тренировать мышцы и оттачивать реакцию. Оленята носятся кругами вокруг матери, подпрыгивая и меняя направление, иногда они пятятся от матери, мотая в разные стороны головой, как щенки, — приглашают ее подключиться к веселью. Если олениха уверена, что опасности нет, она потакает малышам и играет с ними в «сейчас догоню». Игра также помогает оленятам развивать социальные навыки, необходимые для взаимодействия с другими оленями в стаде, — например, они разыгрывают шуточные поединки, принимая позы агрессии или покорности.
Другое часто преследуемое животное — газель — тоже должно рано научиться навыкам выживания. Газели относятся к подсемейству антилоп, обитают они в пустынях и саваннах Африки, а также в Индии и Южной Азии. Все виды антилоп отличаются своей стремительностью, некоторые из них способны достигать скорости до 100 километров в час. Их невероятная скорость развилась как результат эволюционной необходимости: газели становятся добычей львов, гепардов, леопардов, шакалов, гиен и даже крокодилов. (На древних наскальных рисунках можно увидеть, что люди тоже давно охотились на газелей, хотя в наше время они сменили копья на дальнобойные винтовки и сели в джипы.) В исследовании 2012 года китайские ученые обнаружили, как игры помогают молодым джейранам, обитающим на Ближнем Востоке, в Индии и Китае, развивать мышечную силу, чтобы убегать от хищников. Неудивительно, что основной игрой был бег наперегонки с короткими стремительными рывками, переменой направления, прыжками и пинками. Эта удивительная резвость позволяет газелям искусно уходить от таких хищников, как гепард, который бежит на большей скорости, но быстро изматывается от увиливаний газели, ее обманных повторяющихся маневров. Эти приемы газели мастерски осваивают с самого рождения.
Социальные игры
Игра может служить не только развитию физической сноровки, необходимой для охоты и выживания.
Изучая приматов, ученые подошли ко второму объяснению игр животных, которое дополняет и даже, может быть, заменяет первое объяснение. При подготовке к взрослению игра стимулирует и укрепляет области мозга, связанные с научением и мышлением, а это ключевые способности для животных с высокоразвитым социальным устройством. Считается, что приматы рождаются со всеми необходимыми нервными клетками, известными как нейроны. Тем не менее игры могут укреплять нейронные связи в мозгу, помогая им адаптироваться и осваивать новые функции. Соответственно, виды, которые играют с удовольствием, имеют эволюционное преимущество.
По данным наблюдений, определенные виды игр связаны со специфическими навыками. Например, так называемые несоциальные игры, в которых приматы играют в одиночку с разными предметами, укрепляют области мозга, связанные с использованием орудий труда и способностью к творчеству в будущем. С другой стороны, командная игра развивает такие сложные навыки, как проявление хитрости, позволяющее маневрировать в социальной иерархии. Чем больше приматы играют вместе, тем больше размер полушарий мозжечка — чрезвычайно сложной области мозга, получающей сенсорную информацию для развития мышечной памяти. Забавы делают нас умнее.
В Йельской школе медицины проводили один очень неоднозначный эксперимент. Опыт ставился на нескольких макаках. Эти макаки-резусы — вольные обитатели лесов Южной, Центральной и Юго-Восточной Азии — сидели в лабораторных клетках в совершенно травмирующих условиях. Их обучали новой для них игре «камень, ножницы, бумага». Любой человек, когда-либо в нее игравший, испытывал при проигрыше мимолетное сожаление. Ну почему я не сжал ладонь в кулак? Макаки тоже сокрушались. Обезьяне, победившей экспериментатора, в качестве награды выдавался стакан сока. При ничьей сока было меньше. Проигравшая обезьяна не получала вообще никакого сока. Исследователи обнаружили, что после проигрыша, в следующем раунде, макаки складывали тот жест, который был последним у выигравшего соперника. Такое поведение демонстрирует не только высокоинтеллектуальный подход к планированию и решению проблем, но и сожаление о неудачном решении. С помощью приборов визуализации и вживления электродов в мозг обезьян ученые доказали, что, когда обезьяны проигрывают, в их мозгу активизируются две области, связанные с сожалением: дорсолатеральная префронтальная кора, которая участвует в планировании, запоминании и абстрактном мышлении, и орбитофронтальная кора, связанная с принятием решений и эмоциональной стороной сожаления.
Небольшой спор среди приматов (человек, кстати, не исключение) может быстро перерасти в настоящий скандал. Когда случается ссора, умные индивидуумы могут быстро разрядить обстановку и достичь примирения. Приматолог Франс де Вааль впервые описал такую тактику в конце 1970-х годов в статье, опубликованной в журнале Behavioral Ecology and Sociobiology: «После конфликтов между шимпанзе бывшие конкуренты часто переходят к ненасильственным телесным контактам… Они склонны обращаться друг к другу сразу же после конфликта и демонстрировать особые поведенческие модели при этих первых контактах»[54]. Такое примирительное поведение проявляется в поцелуях, объятиях, уступчивых звуках и рукопожатиях. Другие исследования показали, что примирение шимпанзе приводит к укреплению отношений в будущем и снижает вероятность агрессивного поведения. После объятий обезьянам становится намного легче, буквально как и нам, когда мы испытываем облегчение от примирения с любимым человеком.
Скорее всего, приматы проходят науку примирения еще в детстве. В более позднем исследовании де Вааль поселил на несколько месяцев в одном помещении множество особо драчливых молодых макак и обнаружил, что их способность к примирению после ссоры увеличилась втрое. Интересно, чем занимались эти юные лесные создания? Что примиряло их друг с другом и с неволей? Ведь первое время они постоянно ссорились. Но позже макаки поняли: чтобы жить дружно, надо научиться что-то делать вместе. И они стали играть. И делали это с большим удовольствием. Правильность такого подхода подкрепили шимпанзе, участвовавшие в исследовании 2016 года. Тогда британские ученые пришли к выводу, что «обычно молодые шимпанзе мирятся друг с другом с помощью социальных игр»[55]. Приматы — наши двоюродные братья, — преодолевая конфликты и взаимные оскорбления, получают важнейшие социальные навыки. Совсем как дети, которые учатся разрешать споры на игровой площадке под бдительным оком родителей и преподавателей.
Игра как удовольствие и забава
Некоторые животные играют, чтобы приобрести навыки выживания, другие — чтобы укрепить социальные связи. Но есть и такие, которые играют без видимых причин, как это делают, например, сурикаты — небольшие насекомоядные из семейства мангустовых. Они обитают в пустыне Калахари в Ботсване, в Южной Африке и в пустыне Намиб в Намибии и Анголе. Сурикаты живут группами, насчитывающими около 20 особей. Зверек весит примерно два килограмма, у него вытянутое туловище и длинный хвост, который помогает ему держать равновесие, когда он стоит прямо на задних лапах.
Сурикаты живут под землей в соединяющихся туннелях с множеством выходов. Когда они не ищут пищу на поверхности, то ухаживают друг за другом в своих тесных квартирках. Каждому сурикату достается особая роль в семье — например, караульного, который стоит столбиком и высматривает приближение хищников, или няни для новорожденных. Малыши-сурикаты ползают все вместе и нежно покусывают друг другу носы, уши и лапы. В недельном возрасте они уже становятся на задние лапы и меряются силами, совсем как борцы сумо. Пошатываясь на коротких лапах, они толкают и швыряют соперника, пытаясь опрокинуть его на землю. Когда один из детенышей суриката побеждает, он прыгает на живот своего противника и грызет его уши и лапы.
В этих играх как будто бы нет особого эволюционного смысла. Детеныши затевают их на виду у своих врагов, включая орлов и шакалов. В таких играх резвые борцы могут подвернуть лапу или повредить коготь, что уменьшает его шансы на размножение. В течение миллионов лет в силу естественного отбора искореняется поведение, которое снижает шансы на выживание любого вида. Но сурикаты демонстративно практикуют иное: иногда эти существа просто любят поиграть. И к черту мысли о выживании!
Линда Шарп, биолог из Австралийского национального университета, годами изучала жизнь сурикатов в Южной Африке. Участвуя в одном эксперименте, она наблюдала за 45 детенышами, пока они не достигли зрелого возраста. У сурикатов столько естественных врагов, что им не следовало бы рисковать, играя на виду у всех, — не следовало бы, если это не было бы так важно. Самым подходящим объяснением может быть предположение, что игра позволяет им формировать социальные связи, которые увеличивают шансы семьи на выживание в будущем. А возможно, игра помогает им развивать боевые навыки. Шарп неделями продиралась через высокие травы, отбиваясь от пчел, чтобы наблюдать за играми сурикатов. «Они прыгали, катались, кусались в таком безумном темпе, что я не могла понять, кто где, — писала она позже. — Нередко к ним присоединялась группа до 30 животных, и они превращались в бушующий клубок шерсти, размахивающий множеством лап»[56].
Наконец Шарп сделала свои выводы. Помогают ли сурикатам эти детские игры стать лучшими борцами? Становятся ли самые удачливые драчуны главарями, которые стоят на страже коллективного благополучия своего рода? «Нет, нет и еще раз нет! Игра не оказывает влияния ни на что», — восклицает Шарп. Совершенно очевидно, что даже самые буйные детеныши сурикатов не становятся лучшими бойцами или высокопоставленными членами сообщества. Сурикаты играют просто ради удовольствия.
Если игра не всегда служит определенной цели, то зачем, спрашивается, существует такое потенциально опасное занятие? Что, если ответ можно найти ближе к дому, у самых изученных существ на планете?
Собачьи радости
Любой, кто делит свой кров с собакой, давно привык находить мокрые теннисные мячики, спрятанные по всему дому. Когда хозяин приходит домой с работы, пес прыгает на него через всю комнату, приветствует и немедленно просит поиграть. А еще требует идти с ним гулять на собачью площадку, где можно снова поиграть, а еще попрыгать и побегать — и делать это как можно дольше. Что у них на уме? Неужели эта чихуа-хуа, которая любит, когда ей чешут живот, действительно тренируется, чтобы стать хорошим охотником? Разве этот щенок в полкило весом, который ловит пластиковую летающую тарелку, методично практикует навыки выживания? Пока ученые объясняют, почему львята и медвежата затевают драки, нам не становится понятнее, зачем наши любимые собаки носятся по пляжу, играют с мячиками и занимаются другими, казалось бы, малопродуктивными делами. Интересно, что, в отличие от остальных животных, которые перестают играть по достижении зрелого возраста, даже самая дряхлая собака готова ловить мячик и приносить его хозяину. Но если тайну сурикатов, по мнению ученых, раскрыть не получается, то секрет собак разгадать можно.
В работе, опубликованной в 2017 году в журнале Applied Animal Behaviour Science, авторы сообщают, что «игру собак не следует относить лишь к одной поведенческой категории, поскольку существует несколько типов игрового поведения, каждый из которых служит разным целям»[57]. Во-первых, собаки развивают свои двигательные навыки. Внимательно посмотрите на играющих щенков: они носятся, катаются, подбирают и грызут разные предметы, таскают их в зубах. С помощью игры собаки учатся владеть своим телом, понимать ограничения и возможности, находить пищу и защищать себя в драке. Во-вторых, собаки приучаются к неожиданностям. В играх с другими собаками и человеком правила могут меняться — то тычки и кувырки, то визг, лай и обида. Приучаясь к неожиданной боли, незнакомым лицам и предметам, собаки готовят себя к стрессовым ситуациям реальной жизни. Вот почему ваша собака радуется новой игрушке или вкусному угощению, а с незнакомым пылесосом обязательно будет воевать. И специалисты наконец нашли доказательства, что в дальнейшей жизни игра помогает собакам развивать навыки сотрудничества без доминирования — это важнейшее умение для социальных животных, которые когда-то жили и охотились в стае.
Так или иначе, игра показывает, насколько собаки способны к сложному эмоциональному мышлению. После просмотра материалов с игрой собак ученый Марк Бекофф пришел к выводу, что они демонстрируют целый букет эмоций, включая радость, возмущение, вину и ревность. Если, например, несколько собак играют в парке и одна прикусывает другую слишком сильно, остальные собаки могут игнорировать ее до конца гулянья. Как объясняет Бекофф, это форма морали. Но что интригует еще больше, собаки демонстрируют качество, известное как модель сознания, которая, как мы видели в предыдущей главе, заключается в способности понимать, что думает другое животное.
Бекофф, например, рассказывает, что, когда одна собака хочет играть, она прежде всего старается привлечь внимание второй собаки, нежно толкая ее или прыгая у нее перед носом. Она понимает, что подруга игнорирует ее. И наша собака не начнет игру, пока не завоюет внимание другой собаки. Такое поведение можно рассматривать как простейший навык, но в целом «модель сознания» является основой эмпатии — кстати, и у человека тоже.
Кошки атакуют
По сравнению с собаками кошки явственно склонны следовать своим инстинктам хищников. Их игры больше похожи на игры львов, тигров и других больших кошек, которые с малых лет должны учиться выживанию. К возрасту одного месяца котята учатся основным приемам, глубоко укоренившимся в их эволюции, включая борьбу, ловлю птиц, рыб и мышей. Котята, которые растут вместе со своими братьями и сестрами, в игре кусают их за загривок, как обычно делают взрослые кошки при ловле грызунов. Такой вид тренировки — известной как социальная игра — достигает своего пика к двенадцати неделям. Котята оттачивают мастерство зрительной и двигательной координации, обучаясь обманным маневрам, прыжкам в сторону и нападениям из засады на ничего не подозревающих собратьев. Людям, которые берут в дом одного котенка, приходится принимать на себя основной удар такой игровой агрессии.
Вскоре котята переходят к игре с предметами. Хотя мы всячески стараемся привлечь их плюшевыми мышами и когтеточками, они неизменно возвращаются к рулонам туалетной бумаги и бумажным полотенцам. А все потому, что кошкам свойственно улавливать неожиданные движения, будь то бег мыши или папиросная бумага, пляшущая под потолочным вентилятором. Когда им недоступны предметы, или другие котята, или чьи-то ноги, они начинают играть сами с собой, например ловить свой хвост или набрасываться на воображаемые цели. Достигая зрелого возраста, кошки пусть и намного реже, но все-таки играют. Даже взрослые коты продолжают приставать к своим сородичам, кусать их за уши и носиться по шкафам и карнизам. В игре кошки часто меняются ролями: сейчас ты охотник, а я добыча. По этой детали можно отличать игру от настоящей драки. Такой вид игры укрепляет социальные связи между кошками, освобождает накопленную энергию и снижает стресс.
Предрасположенность кошек охотиться на мышей и птиц глубоко заложена в их природе. Многие тысячи лет кошки извлекали выгоду из тесного сосуществования с человеком, им удалось покорить все континенты, за исключением Антарктиды. Как считают генетики, примерно 10 тысяч лет назад кошек одомашнили земледельцы, которые оценили их способность ловить вредителей. В 3000-х годах до нашей эры в Древнем Египте кошек почитали, а после смерти их часто мумифицировали как самых знатных граждан. В Средние века коты были незаменимыми помощниками на кораблях, контролируя популяцию грызунов. Возможно, по этой причине кошки распространились по всей планете.
Кроме того, люди вынуждены наблюдать садистические формы кошачьих развлечений — игру с полуживой жертвой. Кошка не становится при этом Ганнибалом Лектором — она просто практикует навыки, приобретенные на ранних стадиях эволюции. У мышей, крыс и других грызунов острые зубы, и, даже будучи ранеными, они могут дать сдачи, а птицы способны нанести клювом ощутимые травмы. У кошки голова спереди невытянутая, поэтому ее морда и глаза уязвимы при атаке. По этой причине коты играют со своей жертвой, чтобы довести ее до изнеможения. Они позволяют мыши уползти прочь, прежде чем сцапать ее окончательно. Когда жертва предельно истощена, кошка наносит ей смертельный удар, перекусывая позвоночник. Кошки не ищут ни развлечения, ни удовольствия в такой игре, как представляет себе человек, — они просто следуют своим инстинктам хищников, как бы ужасно это ни выглядело.
Развлечения на ферме
Козы очень любопытные существа. Их дикие предки обитали на юго-западе Азии и на востоке Европы, а домашних коз разводят по всему миру из-за их молока, мяса, шерсти и шкуры. Когда они могут пастись свободно, то любопытство подталкивает их путешествовать на большие расстояния. Козы чрезвычайно сообразительны и проворны. Всегда найдется та коза, которая проверит загон и обязательно найдет в нем слабое место или просто заберется на высокую ограду. А гуляющие рядом подруги наблюдают и учатся тем же трюкам, что нередко приводит к массовым побегам из «мест заключения». В штате Айдахо в августе 2018 года более ста коз сломали деревянную изгородь и исчезли из своего загона. Они ушли погулять в поисках лучших пастбищ и остановили свой выбор на ухоженных газонах соседнего жилого района, чтобы полакомиться свежей травкой.
Когда козы не заняты побегом, они не прочь разделить компанию с хорошим человеком — им вообще нравится находиться рядом с веселыми людьми. Иногда, чтобы завоевать расположение козы, довольно просто улыбнуться. В одном исследовании биологи изучали 20 коз и обнаружили, что они похожи на собак своей способностью «считывать» человека. Им показывали фотографии людей с разными выражениями лица: смеющихся, хмурых, гневных. Козы с очевидностью предпочитали улыбающихся. «Это исследование имеет большое значение для дальнейшего взаимодействия [сельскохозяйственных] животных и человека, поскольку способности воспринимать человеческие эмоции могут быть широко распространены и не ограничиваться только домашними животными», — объяснил руководитель исследования[58].
Свиньи отличаются высоким интеллектом и игривостью. Бывший президент США Гарри Трумэн как-то сказал: «Человек, который не понимает свиней, не должен становиться президентом» — настолько они умны. В естественном окружении — только не на грязных, мрачных фермах — свиньи общительные, игривые и заботливые животные. Они привязываются друг к другу, строят гнезда и виртуозно их обустраивают, нежатся на солнце и охлаждают себя в грязи. Известно, что свиньи видят сны, знают свои имена, понимают команды, за которыми следует угощение. А по сложности их социального образа жизни они могут сравниться с приматами. Свиньи испытывают сочувствие друг к другу, способны разделять радость и огорчение своих сородичей. Многие свиньи даже спят в куче, совсем как собаки. Кто-то любит обниматься, кто-то предпочтет личное пространство.
Сотрудники приютов для сельскохозяйственных животных отмечают, что свиньи похожи на людей гораздо больше, чем мы это себе представляем. Они любят слушать музыку, играть в футбол с мячом, и им нравится, когда их массируют. Свиньи даже могут играть в видеоигры. Исследователи наблюдали, как свиньи азартно вели мяч на экране с помощью своего пятачка и джойстика. Они быстро схватывали основные правила игры, а выигрывая, с удовольствием принимали угощение. Конечно, свиньи играют не только в лабораторных условиях, но и в естественной среде и делают это с наслаждением.
Известно, что свиньи спасают жизни другим животным, в том числе своим человеческим друзьям. В газете London’s Daily Mirror сообщалось, как поросенок Пру вытащил свою хозяйку из грязного болота. Женщина потом вспоминала: «Я была в полной панике, не знала, что делать, и думаю, Пру почувствовал это». По словам женщины, у нее с собой была веревка, на которой она водила поросенка как на поводке. Хозяйка накинула веревку на поросенка и крикнула: «Домой, Пру, иди домой!» И поросенок двинулся с трудом вперед, вытаскивая ее из болотной жижи. В компанию к Пру просится еще много свиней. Это Присцилла, свинья, которая спасла тонущего мальчика. Это Спэмми — она привела пожарных к горящему сараю, чтобы те спасли из огня ее друга, теленка Спота. Это Лулу, которая смогла вовремя позвать на помощь, когда у ее хозяина случился сердечный приступ. Это Туния, прогнавшая правонарушителя. Это Мона, схватившая за ногу убегающего преступника: свинья удерживала его, пока не прибыла полиция[59].
Слоновьи проделки
В Бирманскую кампанию, когда в январе 1942 года японцы вторглись в Бирму (ныне Мьянма), англичанин Джеймс Говард Уильямс пошел служить в 14-ю британскую армию, созданную для противодействия японским наступающим силам. Как известно, Япония все-таки оккупировала Бирму и всем союзным войскам пришлось в срочном порядке отступать. Окруженная врагами, 14-я армия была вынуждена прекратить сопротивление и начала изнурительный переход через горную гряду в сторону Индии. Во время этого похода Уильямс наткнулся на слонов, которых раньше использовали для перевозки леса, но теперь они трудились для нужд отступающих военных. Уильямс успел познакомиться со слонами еще до войны, когда работал лесничим, а во время общей эвакуации он убедился, что слоны удивительным образом умеют приспосабливаться к любым ситуациям, даже к тяжелым сражениям. В условиях отчаянного отступления нескольких армий нужно было спешно строить мосты для прохождения тяжелой техники. Именно поэтому слонов безжалостно уводили от их семей, подвергали жестоким избиениям и другим насильственным методам обучения, чтобы они быстро научились подносить бревна в нужные места для строительства мостов.
Удивительно, но даже в таком положении слоны умудрялись шутить. Уильямс отмечал у них эту необычную черту — любовь к разного рода проделкам. Слону по кличке Бандула нравилось подшучивать над своим дрессировщиком. Иногда, перекатывая бревна к берегу реки, Бандула в последний момент делал вид, что его силы иссякли. Он пыхтел и фыркал в попытке сдвинуть бревно на последних метрах пути. Дождавшись, когда дрессировщик начнет сердиться, Бандула подхватывал бревно хоботом и легко, словно тростинку, забрасывал в воду. Те, кто рассказывал эту историю, клянутся, что видели, как слон улыбался, довольный своей удачной шуткой.
Слоны играют по любым мыслимым поводам в самых разных местах. Например, когда принимают грязевые ванны. Суровое африканское солнце, экстремальная жара и сильное ультрафиолетовое излучение приводят к истощению животных, если они не находят способы охладить себя. Покрывая друг друга грязью, слоны создают на своей коже защитный слой, который спасает их от солнца и укусов насекомых. Слонихи подталкивают детенышей в яму, где те резвятся, толкаются и мажут друг друга живительной грязью.
Несмотря на то что слоны — самые крупные наземные млекопитающие и весят до шести тонн, они прекрасно ныряют и плавают на большие дистанции. Проводя десятки километров в пути за день в поисках пищи и воды, слоны развивают крепкие для гребли мышцы, а их масса позволяет им оставаться на плаву, даже когда они перестают плыть. Африканские слоны могут за один раз проплыть до 50 километров. По этой причине многие специалисты считают, что предки слонов, живущих на Шри-Ланке, приплыли туда из Южной Индии. Слоны плавают в неглубоких местах, чтобы избежать сильных волн, пользуясь хоботом как дыхательной трубкой. Слонята с пяти-шести месяцев начинают нырять в воду и плескаться в волнах. Они готовы заниматься этим без конца, пока не устанут. Однако содержание в неволе лишает их права на естественное поведение и возможности получать эти удовольствия.
Птичьи забавы
Люди обычно наблюдают игры наземных млекопитающих, но животные ведут свои игры в самых разных стихиях. Птицы рода воронов умеют не только поминать своих мертвых — мы об этом рассказывали в предыдущей главе, — но в хорошем настроении способны получать удовольствие от развлечений. Возможно, игры воронят с разными предметами наполнены таким же эволюционным смыслом, как и складывание кубиков у человеческих малышей: и те и другие приобретают навыки решения проблем и пространственного восприятия. Не случайно все птицы из рода воронов так виртуозно извлекают насекомых из разных трещин с помощью палочек и сложенных листьев.
Правда, не все инструменты, попадая в лапы этих птиц, служат для утилитарных целей. В интернете найдется множество видеосюжетов с воронами, которые катаются на пластиковых крышках, как на сноубордах. Заметим, они используют крышки не для того, чтобы незаметно подкрасться к ничего не подозревающему сверчку, и не для того, чтобы поберечь крылья. Докатившись до края какой-нибудь крыши, вороны подхватывают крышку клювом, летят наверх и снова скользят по горке вниз. Можно видеть, как они скатываются по скользким крышам, проказничают и стремительно бросаются на порыв ветра, чтобы лечь на воздушную подушку и парить.
На такие случаи у зоопсихологов припасен замысловатый термин «неподкрепляемое манипулирование предметами», что на самом деле означает заинтересованную возню с чем-то без всякого вознаграждения. Таким образом вороны просто развлекаются. Собака приносит мячик в ожидании угощения, но ворона ни от кого не получает никакой награды за катание на «сноуборде» с крыши. Есть версия, что эти умные птицы забавляются с бесполезными предметами, чтобы проверить, могут ли те пригодиться в качестве инструментов при более серьезных обстоятельствах. Шесть ворон в лабораторных условиях играли с разными игрушками, затем их обучали использовать игрушки в определенных заданиях, например доставать пищу из трубки с помощью игрушки-палочки. Исследователи предполагали, что вороны смогут что-то придумать и найти игрушкам полезные назначения. Но этого не случилось. Даже убедившись, как удобно палочкой доставать еду, птицы продолжали играть с ней на свой вороний лад. Исследование 2018 года показало, что вороны могут конструировать собственные инструменты; например, чтобы достать личинку из неудобной коробки, птица удлинила короткую палочку с помощью другой. «Это наблюдение примечательно тем, что вороны не получали никакой помощи или подсказки. Они все изобретали сами», — сообщил Август фон Байерн, сотрудник Института орнитологии Макса Планка, руководитель рабочей группы по сравнительному изучению, проводившемуся совместно с Оксфордским университетом[60].
Серебристые чайки обитают во всех прибрежных районах мира. Обычно их называют просто чайками. Это белые птицы с серой спиной и серыми крыльями с черными кончиками. Их узнают по характерным протяжным крикам, которые они многократно повторяют, закидывая назад голову. Кричат чайки по разным поводам, будь то ухаживание или опасность. Рацион их весьма разнообразный, едят они все и везде: мидий, крабов, морских ежей, кальмаров, рыб, насекомых — не гнушаются и объедками с человеческого стола.
Если вы когда-нибудь ехали вдоль побережья, то могли слышать, как хрустят ракушки под шинами автомобиля. Этот звук мы знаем тоже благодаря чайкам, которые вытаскивают моллюсков из воды и разбивают их о твердую поверхность, чтобы полакомиться сочной едой. Однако молодые чайки часто превращают кулинарный процесс в игру. Иногда озорные птенцы выхватывают устриц или моллюсков у своих друзей и играют в прятки. Чаще всего играют они на песке или другой мягкой поверхности, а это означает, что их целью является не еда, а игра. Более того, такие игры чаще случаются при сильном ветре, что усложняет задачу и добавляет веселья.
У птиц в плену тяжелая жизнь. Все они, живущие в клетках, либо пойманы в дикой природе, либо выведены в неволе. В США птиц ввозят контрабандой чаще, чем любых других животных. Многих кормят насильно, им подрезают крылья и заклеивают клювы, прежде чем запихнуть во что-то вроде запасного колеса или ручной клади. Неудивительно, что 80 % птиц при такой перевозке погибают. Выращенные в неволе птицы живут немногим лучше. Птицы старше 8–10 недель в магазинах продаются плохо, поэтому их держат для размножения и обрекают на одиночество в маленьких клетках до конца жизни.
«Птица в клетке» — такого животного не существует. В естественной среде эти прелестные существа никогда не бывают одиноки. Если они хоть на мгновение расстаются со своим партнером, то тут же начинают его звать. Они причесывают друг другу перышки, вместе летают и вместе высиживают птенцов. Многие виды птиц создают пары на всю жизнь и разделяют родительские заботы. К несчастью для птиц, людей привлекают и восхищают их яркие цвета, способность разговаривать и петь, сообразительность, игривость и преданность. Именно поэтому они занимают третье место в США среди самых популярных видов домашних питомцев. По некоторым оценкам, около 40 миллионов птиц содержатся в клетках. В одиночестве. Без должного ухода. Вдалеке от дома.
Моллюски резвятся
Осьминоги — это моллюски с мягким, гибким телом, двумя глазами, восемью конечностями, которые обычно называют «руки», и ртом с двумя хитиновыми челюстями (клювом). Они обитают практически во всех мировых океанах, от коралловых рифов до межприливных зон и морского дна. Осьминоги сильно различаются по размерам: от карликового, или пигмея, чья длина около трех сантиметров, а вес около 30 граммов, до гигантского тихоокеанского осьминога, который вполне соответствует своему названию, так как может весить 70 килограммов и совершает короткие броски со скоростью до 40 километров в час.
Помимо очевидных анатомических и физиологических фактов, осьминоги малопонятны людям. Аристотель злословил по их поводу, что «осьминог глуп, поскольку идет к руке человека, если ее опустить в воду» — так он писал в своей «Истории животных»{23}. Затем, после упоминания нескольких пикантных подробностей, Аристотель забывает об осьминоге: «О головоногих достаточно»[61], — а ведь возраст этого животного насчитывает никак не менее 300 миллионов лет.
Аристотель был неправ. Осьминоги чрезвычайно умны. Исследования показывают, как легко они проходят лабиринт, используют инструменты, отличают образы и формы и умеют делать выводы из наблюдений. Рифовый осьминог, обитающий в тропических водах Тихого океана, постоянно использует скорлупки кокосового ореха как укрытие, когда передвигается по дну океана. Некоторые виды осьминогов могут распознавать лица. Осьминоги общаются друг с другом, активируя особые клетки кожи, которые быстро меняют цвет и очертания. Этот навык также служит камуфляжем во время охоты или побега от хищников. Часто публикуются сообщения об осьминогах, которые сбегают из аквариумов. Случается, что они заползают в рыбацкие лодки и вскрывают их трюмы, чтобы полакомиться крабами. Осьминог по имени Инки из Национального аквариума Новой Зеландии в 2016 году смог улизнуть из своего резервуара, проползти по полу, потом еще пять метров по водосточной трубе и нырнуть в океан.
Осьминоги любят играть. Многие животные, особенно беспозвоночные, отвергают несъедобные для них предметы, но осьминоги не таковы. Например, в 2006 году биологи наблюдали, как осьминог играл с кубиками лего, подбрасывая их своими руками. «Так ли уж развиты когнитивные способности у осьминогов, чтобы демонстрировать игровое поведение?» — удивляются ученые. Но сами и отвечают: «Да, развиты»[62]. В своих играх осьминоги задействуют так называемую воронку — трубчатое сопло, расположенное на задней части головы, которое может с силой выбрасывать воду. С ее помощью они сдувают предметы, гоняя их туда и обратно подобно тому, как дети бросают мяч об стену.
Мы уже писали, как трудно и практически бессмысленно проводить сравнительный анализ интеллекта у животных, учитывая, что разные животные могут преуспевать в разных областях, но особенно это касается осьминога. В основном у всех позвоночных схожее строение нервной системы — с центральным мозгом и защищенным черепом. У осьминога нервная система буквально повсюду. Только часть его нервной системы находится в мозге. Две трети нейронов, соединенных в пучки взаимосвязанных нервных клеток, называемых ганглиями, расположены в теле и руках осьминога. В некоторых ресторанах им отрезают руки по кусочкам — еще живому животному, — оставляя осьминога с одной конечностью или двумя конечностями в ожидании следующего клиента.
В общем, у осьминогов самая высокая пропорция массы мозга к телу среди беспозвоночных и некоторых позвоночных тоже. Такое количество нервных клеток в руках позволяет осьминогам виртуозно владеть своими круглыми клейкими присосками. Попробуйте сжать большой и указательный пальцы. Этот жест, абсолютно свойственный человеку, известный как пинцетный захват, является важнейшим компонентом способности человека взаимодействовать с окружающей средой. Без этой способности мы вряд ли попали бы в категорию доминирующего вида. Осьминог умеет манипулировать обеими сторонами каждой присоски, чтобы создавать сотни отдельных захватов, что делает его, возможно, самым ловким и грациозным морским созданием.
Может быть, человеку не дано постигнуть подлинный уровень интеллекта осьминога? Как заключает автор одной статьи, «главная трудность в исследовании способности осьминогов к обучению заключается в относительной несговорчивости объектов эксперимента»[63]. Они ломают лабораторное оборудование, убегают из своих резервуаров, отказываются обучаться бессмысленным трюкам да и просто не одобряют, когда люди зачем-то отрывают их от родного дома, постоянно толкают и пинают.
• У осьминога нет щупальцев. В наших представлениях об осьминогах существует много заблуждений, и основная ошибка состоит в том, что у них якобы есть щупальца. Осьминоги имеют восемь рук, это не щупальца, хотя тут различия скорее технические. Если вдоль всей конечности есть присоски, значит, это рука. Если присоски находятся только на конце, как у кальмара или каракатицы, тогда это щупальца. Некоторых осьминогов даже видели вылезающими из воды и шагающими вдоль берега.
• У осьминога три сердца. Одно сердце качает кровь по всему телу, а другие два проталкивают ее через жабры. Первое сердце отключается, когда осьминог находится в движении, поэтому он так быстро устает. По этой причине он предпочитает больше ходить по дну, чем плавать.
• Осьминог уходит от врагов, как Джеймс Бонд. Под пищеварительной железой у осьминога находится чернильный мешок. И, подобно автомобилю Джеймса Бонда, в момент опасности он выпускает «дымовую завесу» — темное облако смеси чернил и слизи. Благодаря ядовитому ферменту тирозиназе эти чернила причиняют врагу физический вред, вызывая сильные рези в глазах.
• У осьминога голубая кровь. Многие виды осьминогов живут в очень глубоких водах, где температура воды около 1 °C. Кровь большинства животных содержит гемоглобин, железосодержащий компонент которого под названием гем окрашивает кровь в характерный алый цвет. Однако в крови осьминогов содержится медь, позволяющая тканям эффективнее абсорбировать кислород в охлажденной среде, она и окрашивает кровь в голубой цвет.
• Осьминоги погибают после спаривания. В период размножения самцы вкладывают сперму в мантию самки с помощью специальной конечности, которая называется гектокотиль. Вскоре после этого акта самцы начинают быстро стареть, клетки тканей перестают расти и делиться. В течение нескольких недель они погибают. Тем временем самки сохраняют десятки тысяч оплодотворенных яиц в камнях на дне океана, где сторожат их около пяти месяцев. Самки осьминога — настолько преданные матери, что не принимают пищу, пока сторожат своих еще не появившихся на свет детей. Они держатся до рождения малышей, после чего умирают. Иногда этот процесс затягивается. В 2014 году группа исследователей наблюдала, как самка глубоководного осьминога охраняла яйца в течение четырех с половиной лет без перерыва. Она умерла, когда все вылупились.
Улыбка крокодила
Крокодилы, или настоящие крокодилы, — одни из самых древних животных, выжившие в эволюции. Они появились около 200 миллионов лет назад, пережили динозавров на 65 миллионов лет, и все их 23 вида избежали истребления от руки человека. Крокодил — удивительно выносливое животное. На его долю выпадают жестокие испытания, но даже с потерянными конечностями и хвостом, изуродованной челюстью и другими тяжелыми увечьями, которые он получает в сражениях, ему удается жить десятки лет. В основном крокодилы обитают в проточных водоемах, реках, озерах, болотистых местах. Исключением является гребнистый крокодил — эта самая крупная рептилия на Земле предпочитает соленую среду и может жить в море. Взрослые особи довольно сильно отличаются по размеру: самый маленький — полутораметровый карликовый крокодил весом 18 килограммов; самый огромный — семиметровый гребнистый крокодил весом до 1000 килограммов. В отличие от акул, которые редко нападают на людей, на совести у нильских и гребнистых крокодилов сотни беспощадных нападений на людей ежегодно. Другие виды не так опасны. Например, американские крокодилы, обитающие в Центральной и Южной Америке, не настолько агрессивны и на людей нападают редко.
Крокодилы отличаются от большинства животных, биологически они скорее ближе к динозаврам, чем к другим современным рептилиям. К отряду крокодилов относятся настоящие крокодилы, аллигаторы, кайманы и гавиалы. Считается, что их свирепый нрав не предполагает в них любителей повеселиться. Именно поэтому зоолог Владимир Динец сразу и не поверил, когда ему рассказали об одном кубинском крокодиле из зоопарка в Огайо, который любит играть надувным мячом. Однако, после того как Динец провел три тысячи часов, наблюдая за крокодилами в неволе и на свободе, он убедился: да, крокодилы действительно играют в самые разные игры.
Подвижной игрой можно назвать любое игровое оживление животных, которое сопровождается разными активными действиями, такими как, например, толчки и борьба. Динец наблюдал отчаянные игры крокодилов в воде, например серфинг по океанским волнам и спуск в реку по скользким склонам. По наблюдениям смотрителей зоопарка в Огайо, крокодилы любят играть с предметами. Их часто застают грызущими любимые деревянные игрушки. Нельзя не сказать, что они довольно игриво подбрасывают в воздух свою мертвую добычу, прежде чем проглотить ее. Похоже, крокодилы неравнодушны к розовым цветам: они часто деликатно зажимают их ртом, когда осторожно продвигаются вдоль берега. Динец описывает, как крокодилы, аллигаторы и кайманы играют в салки, чехарду, перепрыгивая друг через друга, и устраивают шуточные поединки.
Когда вы смотрите в глаза 400-килограммовой рептилии, покрытой чешуей и c пастью, вооруженной восьмьюдесятью зубами, то последнее, что придет вам в голову, — гадать, крокодил перед вами или аллигатор. Между ними есть, конечно, различия, которые приведены ниже. Но советуем поинтересоваться ими заранее — по крайней мере, когда вы находитесь в безопасности, скажем у себя дома.
Морда. По сравнению с крокодилами у аллигаторов морда шире, имеет U-образную форму, тогда как у крокодилов морда V-образная.
Пасть. Аллигаторы имеют широкую верхнюю и узкую нижнюю челюсти, поэтому, когда они закрывают пасть, все зубы скрыты. У крокодилов при закрытой пасти можно увидеть над нижней губой несколько выступающих вперед кривых зубов.
Рожденные в США. Существует только два сохранившихся вида аллигаторов. Самый крупный из них — миссисипский аллигатор, обитающий исключительно в юго-западной части США. Находящийся на грани исчезновения китайский аллигатор, соответственно, живет на западе Китая. В любых других местах на планете вы смотрите на крокодила.
Скорость. Если вы не слишком быстроноги, остается только уповать на то, что вам все-таки удастся убежать. Но от крокодила. А вот от аллигатора вряд ли. Они меньше и легче крокодилов, на земле они быстрее их, а в воде способны развивать скорость до 30 километров в час и абсолютно смертоносны.
Почему животные играют? Тренируют навыки выживания? Стремятся стать лучшими охотниками? Хотят занять высокое социальное положение? Или научиться ориентироваться в сложной иерархической системе отношений? А быть может, они играют просто потому, что это весело?
Никто толком не знает. Некоторые животные обучаются в игре навыкам, которые пригодятся им в дальнейшей жизни. Игры других нарушают все правила эволюционной целесообразности. Какой эволюционный смысл содержится в том, что вороны скатываются с крыши на пластиковых крышках, что маленькие сурикаты меряются силами, а гориллы играют в догонялки? И все-таки животным удалось пройти эволюционный путь, выжить и сохранить свои виды, несмотря на их страсть к тому, что некоторые биологи высмеивают как «бесцельную деятельность». Игра не может быть навыком выживания, или социальным навыком, или вообще каким-либо навыком. Стремление развлекаться может быть просто запрограммировано, укоренено в самых архаичных областях мозга, поэтому любовь к игре присуща и самому маленькому насекомому, и самому огромному хищнику.
Как сказал однажды американский естествоиспытатель и один из основоположников национальных парков США Джон Мьюр, «Безусловно, все божьи твари любят играть, какими бы культурными или дикими, малыми или большими они ни были. Танцующие киты и слоны, жужжащие комары и невидимые мелкие непоседливые микробы — все они согреты божественными лучами и должны получать от них много радости»[64].