В обители грёз. Японская классическая поэзия XVII – начала XIX века — страница 9 из 28

«Сумрак белесый…»

Сумрак белесый —

словно свой товар предлагает

продавец сакэ…

«Вот она, прохлада…»

Вот она, прохлада!

Из зелени летней с веранды

свешиваю ноги…

«Вороны лесные…»

Вороны лесные

разглядывают ростки

на рисовом поле…

«Промозглый денек…»

Промозглый денек —

лошаденка уши прижала.

Расцветают груши…

«Нарциссы в цвету…»

Нарциссы в цвету.

Выхожу за ворота ночью —

луна над рекой…

Сида Яха

«Прохладный сумрак…»

Прохладный сумрак.

На крутой утес я взошел —

стою над обрывом…

«Всходы риса в полях…»

Всходы риса в полях,

а меж ними следы зияют —

будто великаньи…

«Уши открою…»

Уши открою,

чуть-чуть одеяло стянув, —

шорохи ночные…

«Мацуяма…»

Мацуяма.

Угасающие светляки.

Утренняя буря…

«Фиалки цветок…»

Фиалки цветок

положил для верности в пачку

платков бумажных…

«Как же прохладно…»

Как же прохладно!

Прикоснулся горячим лбом

к новенькой циновке…

Ночлег в пути

Ливень вечерний.

Вот и кончили камни дробить

на соседнем подворье…

Ёса-но Бусон

«Белой сливы цветы…»

Белой сливы цветы —

поселился на время в корчме

близ храма Китано…[27]

«Алая слива…»

Алая слива.

В багровых закатных лучах

дубы и сосны…

«Лягушка плывет…»

Лягушка плывет —

так беспомощно лапки разводит,

так сиротливо!..

«Колокол в храме…»

Колокол в храме, —

пристроившись, дремлет на нем

бабочка-малютка…

«Молодая форель…»

Молодая форель.

Лист бамбука, кружась, с утеса

падает в воду…

«Уж и люди ушли…»

Уж и люди ушли,

а он все меж цветов распевает —

соловей на вишне…

«Над морем взойдя…»

Над морем взойдя,

заливает солнце сияньем

горную вишню…

Возле хижины Басё-ан

Пока я копал,

та туча, что в небе висела,

скрылась из виду…[28]

«Мотыжат поле…»

Мотыжат поле.

С вершины горы на закате

петушиный клич бонзы…

Песнь мечтаний

Вешние дожди.

Право, жаль мне себя в эту пору —

не пишется совсем…

«Вешние дожди…»

Вешние дожди —

и сегодня, как и вчера,

темнеет помаленьку…

«Сурепка цветет…»

Сурепка цветет.

Луна встает на востоке,

садится на западе солнце…

Вспоминаю былое

Сколько долгих дней

набралось, осело и стало

далеким прошлым!..

«Как бы и невзначай…»

Как бы и невзначай

аромат разливает в округе

весенний ветер…

«Весна уходит…»

Весна уходит.

Так хочется тяжесть лютни

ощутить в руках!..

«Короткая ночь…»

Короткая ночь.

На мохнатой гусенице мерцает

капелька росы…

«В огромном саду…»

В огромном саду

вдаль уходят ряды пионов

до горизонта…

«Облетел пион…»

Облетел пион, —

наслоившись, лежать остались

два-три лепестка…

«На земле Никко…»

На земле Никко[29]

тоже всплески ажурной резьбы —

цветут пионы…

Муравейник

Муравьиный дворец —

раскрывает пион багряный

парадные ворота…

«Горный муравей…»

Горный муравей —

так отчетливо он заметен

на белом пионе…

«Все сто летних дней…»

Все сто летних дней

я бы вовсе в руки не брал

ни кисти, ни туши!..[30]

«Отказавшись зайти…»

Двадцатого числа шестой луны в корчме «Бамбуковая расселина»

Отказавшись зайти,

сосед поделился форелью —

ворота в час ночной…

«Летучие муравьи…»

Летучие муравьи —

вьется рой над хижиной бедной

у подножья Фудзи…

«Посмотрел вблизи…»

Двенадцатого числа четвертой луны в полночный час нашел тему для трехстишия «Плоды на сакуре»

Посмотрел вблизи

и вижу – цветы нынче ночью

стали плодами…

«В думы погружен…»

В думы погружен,

я взошел на пригорок – и вижу

шиповник в цвету…

«Молодой бамбук…»

Молодой бамбук —

нынче он предстал воплощеньем

селенья Сага…

«О прохлада…»

О прохлада!

От колокола отделившись,

проплывает звон…

«Летняя гроза…»

Летняя гроза —

к траве испуганно жмется

стайка воробьев…

«Заглохший колодец…»

Заглохший колодец —

комары кружат, долетает

темный рыбий всплеск…[31]

«Слышен писк комара…»

Слышен писк комара —

всякий раз, когда опадает

с жимолости цветок…

«Под москитную сетку…»

Под москитную сетку

запустил к себе светлячков —

ну что за прелесть!..

«Дубрава в цвету…»

Высказываю то, что чувствую

Дубрава в цвету —

огрубеть душе не позволит

этот аромат…

«Зачерпнули вдвоем…»

Зачерпнули вдвоем —

и тотчас вода замутилась

в бочажке лесном…

«Четверых-пятерых…»

Четверых-пятерых,

что плясать еще не устали,

озаряет луна…

«Пускают фейерверк…»

Пускают фейерверк[32] —

а всего-то в порту, должно быть,

не больше ста домишек…

«Лунный отблеск в душе…»

Лунный отблеск в душе —

ночною порой миную

бедный городок…

«Над горами темно…»

Над горами темно,

а над лугом еще прозрачен

сумрак вечерний…

«Одинокий вьюнок…»

Одинокий вьюнок —

в глубине цветка затаился

цвет морских глубин…

Условное название «Гуси-письмена»

Вереница гусей

протянулась строкой над горами,

луна – печатка…

«Хризантемы взрастил…»

Хризантемы взрастил —

и сам же, того не заметив,

стал их рабом…

«Осень плоти моей…»

Осень плоти моей —

эту ночь пережить сумею,

но ведь будет и завтра…

Хижина Басё-ан к востоку от столицы[33]

Зима уж близка —

и упорно ползут отсюда

дождевые тучи…

«Зимние дожди…»

Зимние дожди.

Мышь проворно просеменила

по струнам кото…

«Вихрь осенний…»

Вихрь осенний.

Как живется-можется

в тех пяти домишках?..

Из цикла «Восемь песен о бедной хижине»

«Вскипятить лапши…»

Вскипятить лапши —

а для этого еще надо

хвороста наломать…

«В ствол вонзаю топор…»

В ствол вонзаю топор —

и тихо дивлюсь аромату.

Зимняя роща…

«Угли в очаге…»

Угли в очаге —

наконец, как видно, сварилась

моя похлебка…

«В долину спущусь…»

В долину спущусь,

приму у знакомого ванну!

Зонтик под снегом…

«Зимнее утро…»

Зимнее утро —

какая отрада увидеть

дым над отчим домом!..

«Стая уток вдали…»

Стая уток вдали.

Ополаскиваю мотыгу —

рябь по воде…

«Не забыть мне их лиц…»

Не забыть мне их лиц —

из коробки двух кукол достали

в пышных нарядах…[34]

«Змей бумажный висит…»

Змей бумажный висит —

снова в небе на том же месте,

где был и вчера…

«Гору Фудзи вдали…»

Гору Фудзи вдали

плащом зеленым укрыла

молодая листва…

«Дождик весенний…»

Дождик весенний.

Бредут, о чем-то болтая,

соломенный плащ и зонт…

«Поет соловей…»

Поет соловей —

заливается, разевая

маленький клювик…

«Возвращаются гуси…»

Возвращаются гуси

поздно ночью, когда над лугом

в тучах плывет луна…

«Днем: «Скорее бы ночь!»…»

Днем: «Скорее бы ночь!»

А ночью: «Скорее бы утро!» —

квакают лягушки…

«Лают собаки…»

Лают собаки —

коробейник в деревню пришел.

Персики в цвету.

«Заливное поле…»

Заливное поле.

Вишни в воду роняют цветы —

луна и звезды…

«Вешние ливни…»

Вешние ливни.

Две хижины приютились

на берегу реки…

«Со свечою в руке…»

Со свечою в руке

человек гуляет по саду —

провожает весну…

«Уходит весна…»

Уходит весна.

Сквозь щель в соседнем заборе

цветы белеют…

«Молнии блеск…»

Молнии блеск —

и слышно, как с листьев бамбука

роса стекает…

«Летнюю речку…»

Летнюю речку

так приятно вброд перейти —

сандалии в руке…

«Лисы играют…»

Лисы играют

меж нарциссов на летнем лугу

в сиянье лунном…

«Ветерок вечерний…»

Ветерок вечерний.

Важно моет ноги в ручье

серая цапля…

«Марево висит…»

Марево висит.

Мотылек над землей порхает —

крылышки прозрачны…

«Птиц редкие трели…»

Птиц редкие трели,

журчанье ручья вдалеке,

голос цикады…

«Вулкан Асама…»

Вулкан Асама[35] —

зеленеет сквозь дым по склонам

вешняя листва…

«Ни единый листок…»

Ни единый листок

в летней роще не шелохнется —

даже страшно чуть-чуть…

«Срезал пион…»

Срезал пион —

и себе настроенье испортил

на целый вечер…

«Ясная луна…»

Ясная луна —

ребятишки уселись и смотрят

с веранды храма…

«Собираю грибы…»

Собираю грибы.

Вдруг голову поднял и вижу —

месяц над горой…

«Того и гляди…»

Того и гляди

луна им на головы рухнет —

вот это пляска!..

«О тишина…»

О тишина!

Там, в глубинах озерных, белеют

облачные пики!..

«Вот я ухожу…»

Вот я ухожу,

а ты, мой друг, остаешься.

Своя у каждого осень…

«Печаль одиночества…»

Печаль одиночества —

есть своя прелесть и в ней.

Осенний вечер…

«Я мать и отца…»

Я мать и отца

вспоминаю сегодня весь вечер.

Кончается осень…

«В чаще лесной…»

В чаще лесной

то ударит топор дровосека,

то стукнет дятел…

«Заморозки…»

Заморозки.

Вдалеке журавля больного

вижу на поле…

«На бамбуковых кольях…»

На бамбуковых кольях

у заставы стрекозы сидят

в лучах заката…

«Крюк над очагом…»

Крюк над очагом,

а на нем сверчок примостился —

холод ночной…

«Листья хурмы…»

Листья хурмы

опустились на соевом поле —

издалека прилетели…

«Чая цветы…»

Чая цветы —

не пойму, каких все-таки больше,

желтых или белых?..

«Орхидея в ночи…»

Орхидея в ночи.

Душистая тьма сгустилась,

цветы белеют…

«Белая хризантема…»

Белая хризантема —

и ножницы вдруг перед ней

замерли на мгновенье…

«К твердыне Тоба…»

К твердыне Тоба[36]

полдюжины конных спешат.

Вихрь осенний…

«На закате во мгле…»

На закате во мгле

тоскливо квакает жаба.

Зимние дожди…

«В старом пруду…»

В старом пруду

сандалия из соломы.

Падает мокрый снег…

«До самых костей…»

До самых костей

пробирает холод в постели —

морозная ночь…

«Холодная ночь…»

Холодная ночь.

Все гремят котлами соседи —

назло мне, что ли?..

«Возится мышь…»

Возится мышь

в уголке на грязной тарелке.

Холод ночной…

«Подбирается мышь…»

Подбирается мышь

к светильнику у постели —

масло застыло…

«Сломанный зонтик…»

Сломанный зонтик —

вот славное вышло зимовье

для летучей мыши!..

«Ветер подул…»

Ветер подул —

и будто бы вдруг побелели

птицы на пруду…

«Зимняя буря…»

Зимняя буря.

Спотыкаясь, к дому бредет

моя лошадка…

«Зимою в доме…»

Зимою в доме

у светильника я один —

пишу, читаю…

Кобаяси Исса