– Да не так быстро же! О-ой… Уа-а-а-а-а!!!
– А-а-а-а-а!!
Бух!
– Ай… Тьфу, кхе-кхе-кхе…
– Буэ! Кха-кха…
Вдоволь прокашлявшись, мы с Титосэ высунулись из огромной песчаной кучи, оставленной после себя вихрем.
– Поверить не могу, мы спасены!
От такой мягкой посадки наша троица оказалась с ног до головы обсыпана песком, но, по крайней мере, обошлась без увечий. Не без труда откопавшись, мы с другом общими усилиями вытащили по-прежнему лежавшую без сознания (и как она только умудрилась не очнуться?) Карин.
– Фу-ух, – выдохнула я. – Кошмар, у меня чуть сердце не остановилось! Думала, прямо здесь и…
– Н-да уж, я тоже. Ну, не погибли, и хорошо. Странное какое-то чувство – не понимаю, то ли благодарить тебя, то ли злиться…
– Хах, – нервно усмехнулась я в ответ и тут же спохватилась. – Точно, Карин! Карин, ты меня слышишь? Очнись! – взволнованно закричала я, подбегая к подруге, а затем звонко похлопала её по щекам.
– М-м-м… – промычала та и медленно открыла глаза.
Фу-у-ух, кажется, она не пострадала. Правда, лучше бы Карин сейчас не видеть себя со стороны, иначе наша красавица от шока опять бухнется в обморок…
– Фука… У-у-у, я так испугалась… – лицо подруги скривилось от внезапно брызнувших слёз, и та, едва сдерживая громкие всхлипы, бросилась ко мне в объятия.
– Ну-ну, тише, тише, теперь всё хорошо…
Какое-то время мы так и сидели – одной рукой я обнимала Карин, а другой поглаживала её по волосам, пока та в конце концов не затихла.
– Ой, тьфу… Кхе-кхе… У меня песок во рту.
Придя в себя, подруга отстранилась и собралась было вытереть рот рукой, но…
– И руки… в песке? – от непонимания происходящего Карин снова была готова вот-вот разрыдаться.
– Угу… Надо бы где-нибудь отмыться. Э-эх, вот бы здесь была какая-нибудь ванная, – мечтательно протянула я и принялась осматриваться в поисках воды.
– Фука, не смешно, ну какая ещё ванная! – слегка возмущённо прокомментировала мою попытку пошутить подруга.
Из зарослей справа от нас вышел уже успевший куда-то сходить Титосэ.
– Э-эй! Тут есть озеро, слышите? – помахал он нам рукой, привлекая внимание.
– Ура! – от радости я чуть не хлопнула в ладоши. – Карин, пойдём скорее!
– Угу…
Взявшись за руки, мы направились вслед за другом. Вскоре перед нами открылся неожиданно живописный для такого жуткого места пейзаж – прямо посреди лесной чащи среди высоких деревьев и правда раскинулся нежно-голубой водоём. Тусклые солнечные лучи, пробиваясь сквозь тёмные кроны, падали на водную гладь, отчего та красиво поблёскивала.
– Ах, какая здесь чистая вода! – восхищённо воскликнула Карин и, присев на корточки, скорее принялась отмывать руки.
– М-м, а тут точно безопасно? – забеспокоившись, я с недоверием уставилась на Титосэ. – Вдруг из воды вылезет какое-нибудь чудище?
– Я уже об этом думал. Не бойся, не вылезет – тут слишком мелко. К тому же, видишь, какая вода прозрачная?
– Хм-м, а это значит…
Мы с другом переглянулись и многозначительно захихикали.
– А это значит, мы можем искупаться! – радостно подытожил Титосэ и, стянув рубашку, с громким плеском прыгнул в озеро.
Я же сняла туфли с носками и, бросив подруге: «Карин, постирай это тоже, пожалуйста!» – тоже нырнула вслед за ним.
– Уф, а почему сразу я?! Тоже мне, пловцы… – проворчала та в ответ, но я её уже почти не слышала.
– Как хорошо-о-о!
Стоя в кристально чистой воде, я смывала с волос уже успевший порядком надоесть песок. Титосэ тем временем с довольным видом плавал кролем неподалёку, ну а Карин, шумно расплёскивая воду у кромки берега, занималась стиркой на троих.
До чего же тут здо́рово! После всего, что с нами приключилось, это прямо-таки настоящий рай! Конечно, если забыть, что мы всё ещё в Волчьем лесу…
Мы всё плавали, и плавали, и плавали; брызгались друг в друга водой и смеялись во весь голос, наслаждаясь долгожданной передышкой. За купанием мы совсем потеряли счёт времени, и кто знает, сколько бы ещё это могло продолжаться, если бы не…
– Ребя-я-ята-а-а! Пойдёмте уже обратно! – крикнула с берега Карин.
Ой-ёй… И правда, давно пора бы. Ай да я, ай да «лидер»! Если бы не Карин, мы бы тут небось до вечера круги по озеру наворачивали…
– Уже идём! Тьфу, то есть плывём!
Выбравшись из воды, мы обратили внимание на ближайшее дерево – на его ветвях аккуратно были развешены наши вещи.
– Простите, они почти не отстирались…
– Что ты такое говоришь?! Ты просто чудо, Карин! Огро-о-омное тебе спасибо! Скажи ведь, Титосэ?
– Да, спасибо большое, – счастливо улыбаясь, друг поочерёдно продел руки в рукава.
Эх, а ведь парням нравятся хозяйственные девушки…
Отчего-то вдруг взгрустнулось, но я быстро прогнала печальные мысли и поспешно обулась.
– Ну что, вперёд! – бодро прикрикнула я, отжав мокрую после купания юбку. – По дороге высохнет, хе-хе.
– Да, идём. Пора.
И мы, не очень охотно покинув уютное озеро, продолжили наш путь по загадочной лесной тропинке.
– Интересно, как далеко тянется эта дорога? И существует ли вообще тот самый проход в Мир Людей? У-уф, надеюсь, мы сможем его найти… ну, или хотя бы выход из этого противного леса…
– Это точно, иначе мы не от чудищ, а от голода помрём. Не знаю, как вы, но я голодный как волк, ха.
Да уж, у меня тоже в животе ветер воет – со вчерашнего дня во рту разве что песок держала, хнык. М-м, а вот у Карин мы пили чай с печеньем… Там ещё целая тарелка оставалась… Целая тарелка! У-у-у, бедненькая, на кого мы её бросили…
– Нет-нет-нет, стоп, давайте сменим тему! От разговоров о еде только хуже станет.
– Ну, смени… – безучастно ответил Титосэ, явно находясь мыслями не здесь, а где-нибудь в столовой Академии.
– А и сменю! Вот, например: тебе какие девочки нравятся, а, Титосэ? – я с неподдельным интересом посмотрела мальчишке в глаза.
– Э-э, чего?
– Чего слышал, хе-хе! Карин, тебе ведь тоже интересно?
– Н-ничего подобного! – тут же залилась краской подруга и опустила глаза в землю под ногами.
– Ну же, признавайся! Тебе ведь недавно Лиора из параллельного класса любовное письмо подсунула, м-м-м?
– Что-о?! А ты откуда знаешь?! – внезапно испугавшись, друг попятился назад.
– Ох… Это правда? – послышался безжизненный голос Карин.
К моему ужасу, ничего не подозревавшая о признании Лиоры «главная поклонница Титосэ» переменилась в лице – из красного оно стало белым как мел, а на глазах от потрясения и обиды вот-вот готовы были выступить слёзы.
А-а-а, кошмар! Ну и кто меня за язык тянул?!
– А вот, знаю! А ещё знаю, что ты ей отказал, хи-хи, – поспешила я исправить ситуацию прежде, чем Карин успела бы расплакаться.
Титосэ проигнорировал вопрос и, не поворачивая головы, в угрюмом молчании продолжил шагать вперёд.
Но я не собиралась отступать так просто!
– Ну скажи-и-и, как же это ты не ответил на её чувства? Лиора ведь очень миленькая, ещё и популярная! – я обежала друга и, ехидно прищурившись, заглянула ему в лицо.
Подумать только – а ведь Титосэ у нас прямо-таки сердцеед! Сначала Карин, теперь ещё и Лиора, а может, и ещё кто-то по этому ворчуну вздыхает. И что они все только в нём нашли?
– Отстань, а? Мне не интересны девчонки, вот и всё.
– О-о-о! Ах, точно, ты ведь у нас только мамочку обожаешь.
– Заткнись!!!
Из-за слабого здоровья мама Титосэ почти не покидает Синий замок, поэтому видит он её очень редко. Но всякий раз всё равно рассказывает о ней с неподдельным восхищением.
Зря я это сказала…
– Ну ты чего, не злись, у тебя ведь и правда очень красивая мама! – примирительно пролепетала я.
Услышав эти слова, Титосэ, кажется, остыл, а немного погодя и вовсе смущённо улыбнулся.
Мне вдруг захотелось заявить, что моя мама, вообще-то, тоже красавица. Но, стоило о ней подумать, как на душе тут же стало тяжело.
У-у-у, мамочка… Я хочу домо-о-ой!
В неловком молчании мы понемногу шли всё дальше и дальше вглубь леса. Какое-то время нам не встречалось никаких препятствий, но Волчий лес не был бы Волчьим лесом, если бы так дальше и продолжалось…
На этот раз путь нам преградила огромная, уходящая далеко ввысь прямоугольная тень.
Или, лучше сказать, «стена»?
Мы задрали головы кверху и тут же отшатнулись, едва не попадав назад от увиденного, – перед нами неприступной крепостью возвышалась громадная скала. Совершенно вертикальная, без малейшего намёка на хоть какой-нибудь склон, она грозно стояла, явно не желая пропускать вперёд незваных гостей.
Не в силах вымолвить ни слова, я так и застыла, ошарашенно смотря куда-то вверх – туда, где виднелась граница «тени».
– Не может быть… – испуганно ахнула Карин, широко раскрыв рот от изумления.
– Как видишь, может. Ну, в одном я уверен – другой дороги тут не было, а значит, мы не заблудились, – Титосэ сосредоточенно всматривался туда же, куда и я. – Ого, а вон и дорога! Там, наверху, смотрите!
Я проследила глазами за его указательным пальцем и увидела то, о чём говорил друг, – уже знакомая тропинка и вправду вилась прямо по краю вставшей у нас на пути отвесной скалы. Там же продолжался и сам лес – крутая громадина словно бы делила его на две части.
– Выбора нет, нужно как-то подниматься. Эх, жалко, на метле тут не полетаешь – это я уже понял.
– Угу, без метлы совсем не то… Но не полезем же мы туда прямо так? Вот была бы какая-нибудь верёвка…
На злополучной каменной преграде не было видно ни поросших травой участков, ни уступов – о скалолазании не могло быть и речи. В попытках придумать способ попасть наверх я и Титосэ, как говорит госпожа Патти, «развели бурную мыслительную деятельность»: мы наперебой предлагали варианты, но тут же один за другим их отсеивали – настолько невыполнимыми они были.