езет с естества последний фальшивый налет цивилизованности, когда начинаются всяческие пьяные безобразия, развязываются скованные культурой и светскими условностями языки - вот тогда пойдут по кругу, из уст в уста пошлые анекдоты "с бородой" да сальные прибаутки, тогда и гогочут до упаду, до лопнувших подтяжек и самоотстреливающихся пуговиц, до хрипоты и совершенно свинского хрюканья те, что недавно вели себя так солидно... Тем не менее бесшабашная веселость господина Зельбелова словно бы касалась лишь нижней части его лица. И если козлиная бородка гостя несколько растрепалась от совершенно неприличного смеха, то непроницаемо черные очки на мясистой переносице вообще не дрогнули. Они сидели, точно приклеенные. Странно было видеть, как гость веселится ОДНИМ РТОМ. И даже жутковато как-то. Бесконечность терпеливо ждал, когда же он прекратит смеяться, одновременно пытаясь уразуметь, что же это за субъект такой загадочный. Как-никак, а господин Зельбелов перешел уже из разряда приятных собеседников в разряд заказчиков, плативших деньги. Им срочно нужно понять друг друга... - Да уж, несколько необычная точка зрения. Хотя с другой стороны удивительно верная. Фрески в соборе все равно что комиксы на камне? Хм-м-м, слышал бы вас любой священник...- господин Зельбелов перестал наконец веселиться, пропустил через кулак бородку и наставил на режиссера непроницаемо-черные очки. - А сколько стоит сейчас на аукционе вшивый карандашный набросок на салфетке из дешевого ресторанчика, если карандашом водила рука Модильяни,вздохнул Бесконечность усаживаясь на любимый стул на колесиках.- Так что не говорите презрительно о комиксах, дражайший. Я совсем не то имел в виду. Комикс можно нарисовать гениально, тогда он превратится в шедевр, покоривший мир. Точно также можно гениально снять порнографический фильм, только добавить к демонстрации чисто внешних деталей переживания, чувственность, мысль - и вот перед нами уже не заурядный животный акт, творимый перед объективом безволосыми, бесхвостыми обезьянами, а утонченная эротика. Высокое искусство, драгоценный мой господин Зельбелов! Так вот, я не согласен оставаться на низшей ступеньке подиума, где место заурядной серости. Я работаю для того, чтобы держаться на наивысшем уровне! Собственно, исключительно это я и имел в виду. И это мое единственное условие. Закончив столь высокопарную речь режиссер умолк, скромно потупившись. Кажется, господин Зельбелов на самом деле был солидным заказчиком с толстым кошельком, такому не мешало сделать лишнюю "инъекцию словесного благородства". - Единственное ли? - над непроницаемо-черными очками вопросительно взметнулись реденькие брови, и вместе с ними оттопырился вверх указательный палец гостя. Бесконечность подумал немного, отъехал на стуле к стене, картинным жестом запустил растопыренную пятерню в длинные волосы и осторожно проговорил: - Видите ли, господин Зельбелов... Не условие, а скорее пожелание, даже просьба. Поймите меня правильно, но... В общем, чтобы лучше понять вас... чтобы угадать, чего вам хочется... а это непременно отразится на качестве фильма, поймите!.. В общем...- он замялся, однако тут же собрался с духом и закончил весьма решительно: - Да что это я "ВОБЩЕМКАЮ" как паршивый двоечник у доски?! Вы интереснейшая личность, господин Зельбелов, и делать для вас фильм интересно вдвойне. Но кое-что в вас для меня, мягко говоря, непонятно. Загадочно, если говорить откровенно. И чтобы читать ваши пожелания В ВАШИХ ГЛАЗАХ, я попрошу вас для начала убрать к чертовой матери ваши проклятые очки! Ей-Богу, они сбивают меня с толку! Не могу работать, не видя глаз клиента. Опять гость рассмеялся одной нижней частью лица, но на этот раз негромко и снисходительно, погрозил режиссеру пальцем и очень вежливо заметил: - Прошу прощения, но я-то не требую, чтобы вы отказались от своего псевдонима. Ведь насколько я понимаю, "БЕСКОНЕЧНОСТЬ" не фамилия, не имя и не отчество. А между тем меня, возможно, тоже раздражает, когда собеседника приходится называть таким дурацким прозвищем. - Бесконечность вовсе не дурацкое прозвище, это СОСТОЯНИЕ ДУХА,- парировал режиссер, но испугавшись, как бы тон его возражения не показался гостю слишком вызывающим тут же миролюбиво добавил: - И кроме того поймите меня правильно. В нашем несовершенном уголовном кодексе до сих пор существует статья, касающаяся производства и распространения порнографии. Разумеется, то, что вы видели, назвать этим низменным словом нельзя, просто язык не повернется... У НАС С ВАМИ. Что же до всяческих завистников, конкурентов... и как печальный итог МИЛИЦИИ...- режиссер состроил важную и одновременно несколько печальную мину, многозначительно развел руками и добавил: - Вот и приходится перестраховываться, маскироваться. Кстати, существует дополнительная мера предосторожности: я изготавливаю всего две копии, одну для себя, вторую для вас, при попытке перезаписи... - Да-да, знаю. Наш общий знакомый меня предупредил,- подхватил господин Зельбелов.- Но поймите, дорогой мой: к мерам предосторожности разного рода приходится прибегать не только вам. Поэтому уж как-нибудь извольте привыкать к моим очкам. Се ля ви, ничего не попишешь! - ГУБЫ господина Зельбелова изогнулись в улыбке.- Единственное, что я могу для вас сделать - это увеличить размер гонорара. Накинуть на неудобства, так сказать. - Для лучшего взаимопонимания! - весело воскликнул Бесконечность, не очень-то уже стесняясь. - Взаимопонимания у нас будет хоть отбавляй, это я вам твердо обещаю. Взаимопонимание ДО БЕСКОНЕЧНОСТИ,- пошутил гость, сохраняя на лице выражение полнейшего равнодушия. Режиссер натянуто улыбнулся.- Тем более что достичь этого состояния мы легко сумеем. Тут уж я перехожу к МОИМ условиям. Слушайте внимательно. Гость вытянулся на стоматологическом кресле. (Кресло это было гордостью Бесконечности. Предназначалось оно исключительно для клиентов и было самой "прикинутой" мебелью во всей студии. Хозяин же сидел на стуле с четырьмя колесиками и овальным отверстием в сидении, добытом в интернате для слабоумных детей. Между прочим, под овальным отверстием хозяйского стула была подвязана выкрашенная терракотой немецкая каска времен Великой Отечественной с лимонно-желтой надписью: "Вместилище самых свежих идей".) Вытянулся так, что между штанинами черных брюк и черными остроносыми туфлями открылись безукоризненно белые носки. И еще вновь стало очень заметно, каким высоким ростом одарила сегодняшнего посетителя природа-матушка. Но вот господин Зельбелов крякнул, закинул ногу на ногу и принялся очень серьезно и веско перечислять: - Во-первых, я не просто заказываю тему фильма, не просто определяю общую сюжетную линию. Я сам разрабатываю весь сценарий, от начала до конца. Во-вторых, я открываю перед вами сценарий постепенно, поэтапно в процессе съемок, а не знакомлю со всем замыслом сразу. В-третьих, я руковожу съемкой, указываю, что и как снимать, а вы полностью подчиняетесь мне. В-четвертых, всех актеров подбираю я. В-пятых, фильм делаем у меня и на моей аппаратуре. И наконец в-шестых: будет изготовлено не две, а всего ОДНА копия. Для меня, само собой разумеется. Вот таковы МОИ условия. Вот это Бесконечность и называл наглым вмешательством в создание фильма, вот за это и не любил подобного сорта заказчиков. Ишь ты, по рукам и ногам связать его хочет! Разогнался... И режиссер почесал затылок и с унылым видом спросил: - Ну и какова в таком случае МОЯ скромная роль в ваших наполеоновских планах, позвольте полюбопытствовать? - Скромная,- то ли ответил, то ли подтвердил гость.- Но тем не менее все же достаточно весомая. И заметьте: ВЫСОКООПЛАЧИВАЕМАЯ. Бесконечность досадливо поморщился. Слишком рано продемонстрировав излишнюю озабоченность материальной стороной дела он выдал себя, и вот теперь господин Зельбелов ничуть не стесняясь покупал его. ПОКУПАЛ совершенно нагло, в открытую. Бесконечность был крайне возмущен таким отношением, однако пока что предпочел не выказывать никаких признаков раздражения. И причина тому была все та же: деньги. Из-за денег он возмущался, из-за денег он молчал. Режиссер не любил работать с толстосумами не только потому, что они постоянно вмешивались в процесс создания фильма, мешая таким образом свободному творчеству (сегодняшний посетитель со своими ШЕСТЬЮ ТРЕБОВАНИЯМИ являлся наглядным тому подтверждением). Такие господа охотно раскошеливались. Однако в то же время в оба глаза следили, чтобы их денежки шли НА УГОДНЫЕ ИМ цели, а не оставались в кармане ловкого режиссера. Например, один из них заказал Бесконечности видеоклип "Брызги шампанского". Так вот он ЛИЧНО проследил, чтобы небольшой мраморный бассейн, в котором купались обнаженные актрисы-нимфы, был наполнен ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО шампанским, чтоб обливали они друг друга только шампанским и чтобы пили также шампанское. И заставил отснять процесс откупоривания бутылок, а также их этикетки крупным планом. Как ни старался тогда режиссер, ему не удалось заменить ни одну каплю игристого вина какой-нибудь более дешевой шипучкой. С пеной у рта доказывал он состоятельному клиенту, что шипучка и пенится лучше, и искрится красивее ничего не помогло. А расплачивался-то за все не заказчик, а он сам!.. Можно было вспомнить неприятные моменты, связанные с ужастиком "Замогильные сексоманы" о зомби, которые не разрывали на мелкие кусочки запоздалых путников, а насиловали их с применением всяких изощренных садистских приемчиков. И вот вместо того чтобы "забутафорить" для съемок какой-нибудь пустырь клиент заставил режиссера давать "на лапу" администрации городского кладбища и делать фильм именно там. И чтоб опять же в кадр попали надписи с настоящих надгробий! А для съемок "Морских дьяволов" пришлось прорываться на рыбный склад... Казалось бы, что здесь такого? Все равно деньги для оплаты всех расходов безотказно выдавали клиенты. Но дело в том, что все суммы так или иначе проходили через руки Бесконечности, а для него получить от заказчика пачку "зелененьких" и тут же отдать ее кому-нибудь другому было худшей из пыток! Такой уж у режиссера был характер. Лучше бы не знать о всех сопутствующих расх