— Давно служите у леди Нионы?
Не ответить на прямой вопрос было бы неприлично, и Ушастый из вежливости буркнул:
— Я поступил к ней на службу два года назад.
— А до этого где работали? — продолжила я допрос, продолжая лучиться дружелюбием. — И вообще у нас так и не было возможности представиться друг другу. Может, исправим досадное упущение? Все же мы теперь коллеги…
Оба дроу дружно скривились, но я сделала вид, что не заметила этого, и продолжала улыбаться.
Стражам пришлось представиться. Ушастого звали Киен Даркм, второго — Домин Стейс. Но я решила, что из мести мысленно первого продолжу называть первоначальным прозвищем. Заслужил своей заносчивостью! Постепенно мне удалось их разговорить. Потом подали вино, и как-то я уж совсем не ожидала, что высокомерия у них вдруг поубавится. К концу вечера мы все уже хохотали над довольно злыми шутками Домина, высмеивавшего других посетителей постоялого двора. Я тоже порядком приняла на грудь и вскоре перестала находить дроу такими уж идиотами.
Оказалось, что на службе у леди Нионы никто долго не задерживается. Она весьма придирчива к слугам и за малейший промах можно потерять место. Конечно, хозяйку они из осторожности не обсуждали, только упомянули сей факт. Но я сделала выводы. Стерва она! Я это сразу поняла. В общем, к собственному удивлению, узнав дроу поближе, я пришла к выводу, что они вполне даже нормальные ребята. Довершило мое удивление то, что Ушастый покровительственно хлопнул меня по плечу и заявил, что я не так уж безнадежна. Это что меня таким вот образом одобрили в качестве стража? Я даже расчувствовалась и обняла его в ответ. Меня оправдывает только то, что к тому времени от количества выпитого все вокруг расплывалось, а у Ушастого теперь казалось четыре уха вместо двух. И весело так было, тепло на душе. Петь хотелось. Танцевать. И смеялась я уже явно невпопад.
Мельком глянув на столик вышестоящих, заметила, что на нас смотрят с неодобрением. Принцесса была явно шокирована, советник хмурилась. Только лицо декана сохраняло невозмутимость. А, плевать на них всех с высокой колокольни! У меня, между прочим, тяжелый день был. Два тяжелых дня! Могу я немного расслабиться или нет?!
Похоже, нет. Это я поняла, когда лорд Байдерн все же поднялся с места и приблизился к нашему столику.
— Весело, адептка Тиррен?
— Ага… ик… — я широко улыбнулась. — Хотите с нами выпить, декан Байдерн? Ушастый угощает!
Лицо дроу, хоть уже и захмелевшего, нервно дернулось, а я ойкнула и пьяно захихикала.
— Прости, Киен… У тебя просто замечательные ушки!
И в доказательство принялась дергать его за эти самые ушки, чем вызвала гомерический смех второго дроу. Видать, у Ушастого это вообще была больная тема.
— Злая ты, — обиженно протянул Киен.
— Ну, прости-и-и, — опять заканючила я. — Хочешь, поцелую в качестве извинения?
Не успел Ушастый что-либо ответить, как меня бесцеремонно вытащили из-за стола, перекинули через плечо и понесли куда-то. Вслед раздался дружный хохот моих собутыльников и нескольких других посетителей. Пол, который я видела перед собой, опасно кренился из стороны в сторону. Помню, поражалась тогда, как это декан умудряется так бодренько шагать по такому полу и не падать. Еще и меня нести.
— Ключ от комнаты, — потребовал декан, поставив меня на ноги у дверей номера. Ему пришлось прислонить меня к своему плечу, чтобы я тут же не повалилась на пол.
Я мучительно долго шарила по карманам, пытаясь найти искомое. Потом в какой-то момент вообще забыла о том, что ищу, и это почему-то жутко расстроило. Я захныкала, как ребенок. Лорд Байдерн выругался вполголоса и сам извлек из моего кармана ключ. Отпер дверь, снова перекинул меня через плечо и внес внутрь.
— Какого демона ты так наклюкалась, Тиррен? — рявкнул он, кулем сбрасывая меня на постель.
— Кроватка! — тут же блаженно застонала я, утыкаясь лицом в подушку. — Такая мягонькая…
— Ты понимаешь, что выставила себя, да и вообще стражей моего ведомства, посмешищем? — пытался внять к моему затуманенному винными парами разуму наставник.
— А что я обмыть новое назначение с друзьями не могу? — возмутилась я, разворачиваясь к нему. Испортив весь эффект от праведного гнева, громко икнула.
— Чтобы неповадно было делать глупости и дальше, завтра я преподам тебе хороший урок.
— К-как-кой еще урок? Ик…
— Увидишь, — мстительно пообещал декан и размашистым шагом вышел из комнаты, предоставляя меня собственной участи. — Дверь запри! — напоследок рявкнул он.
Некоторое время я лежала, пытаясь хоть немного привести в порядок разбегающиеся мысли и заставить окружающие предметы перестать непрерывно кружиться. Что он там сказал? Последняя реплика декана ускользнула в небытие и, махнув на все рукой, я свернулась калачиком и довольно быстро провалилась в сон.
Не знаю, сколько прошло времени, когда блаженное беспамятство вдруг сменилось вполне себе реальным ощущением. Кто-то гладил меня по плечам, прижавшись всем телом к моей спине. И ощущение показалось сейчас таким приятным, что я чуть ли не замурлыкала. Голова еще не соображала нормально после выпитого. Да и я все еще находилась в состоянии полудремы. Не понимала толком, где нахожусь и что вообще происходит.
— Ирмерий… — сорвалось с уст. В тот момент я почему-то была уверена, что именно любимый обнимает и прижимается ко мне. — Ты простил меня, да?.. Ирмерий, я так люблю тебя…
Тот, кто обнимал меня, замер, потом послышался злобный смешок, отчего-то кажущийся знакомым. Но я никак не могла понять, кому он принадлежит. А потом опалило щеку горячее прикосновение чьих-то мягких губ и бархатистый шепот забрался, казалось, в самые глубины моего бедного раскалывающегося на части мозга:
— Вот я и знаю секрет твоего маленького сердечка… Но тебе стоит забыть о нем, девочка… Ты моя… Только моя… Запомни это…
Эти слова так встревожили, что я окончательно вынырнула из полудремотного состояния. Но когда все же разлепила будто залитые свинцом веки, увидела лишь как захлопывается за кем-то дверь.
Тут же вспомнились последние слова декана Байдерна:
— Запри дверь, — повторила я медленно и едва не опрокинулась на пол, когда попыталась встать с кровати.
С трудом восстановила равновесие и двинулась к двери. Ключ все еще торчал в замке, где его, видать, оставил декан. Провернув его два раза, я с чувством выполненного долга вернулась в постель и снова заснула. В этот раз никакие сны или видения про ночных гостей, обнимающих меня и шепчущих пламенные речи, не посещали.
Пробуждение показалось громоподобным. В дверь громко барабанили, не заботясь о том, что каждый удар отдавался в моей бедной голове кувалдой. Застонав, я хрипло крикнула:
— Проваливайте!
— Адептка Тиррен, подъем! — раздался за дверью знакомый рык, и пришлось, чуть ли не рыдая, плестись к двери.
После принятого вчера на грудь состояние мое было попросту ужасающим. Я чувствовала себя так, словно мою голову всю ночь колотили о стену. К горлу подкатывала тошнота, глаза едва разлеплялись. И все же даже в таком состоянии прекрасно понимала — не открыть этому безжалостному чудовищу — подвергнуть себя еще худшим пыткам.
— Сколько времени хоть? — проворчала я, с третьего раза все же провернув дрожащими пальцами ключ в замке, и впуская наставника.
— Пять утра, — возвестили мне невозмутимо.
— Вы издеваетесь?! — вырвалось у меня. — Мы же выезжаем в восемь! Зачем разбудили в такую рань?
— Я обещал вам возмездие, адептка Тиррен, помните? — и эта сволочь ехидно осклабилась.
— А можно отложить? — без особой надежды спросила я.
— Одевайтесь в форму и спускайтесь во двор.
— О, нет, только не говорите, что сейчас будет тренировка! — я в ужасе уселась прямо на пол и оттуда теперь с немой мольбой смотрела на декана.
— Рад, что после вчерашнего ты еще способна соображать, — съязвил он.
— Лорд Байдерн, да что я такого сделала? — взорвалась я. Мне было настолько хреново, что даже привычная почтительность перед начальником куда-то улетучилась. — Еще скажите, что стражи никогда выпивкой не злоупотребляют! Тем двоим вы ни слова не сказали!
— Во-первых, они работают не на меня, — обескуражил очевидной истиной декан. — Во-вторых, они не довели себя до такого состояния, как ты. Пока ты у меня на службе, Тиррен, держись соответственно!
— Да я хоть сейчас могу расторгнуть этот ваш контракт! — продолжала яриться я.
— Тогда я собственноручно передам тебя с рук на руки почтенной леди Нионе и сниму с себя всякую ответственность за твою безопасность, — спокойно парировал лорд Байдерн.
— Вы этого не сделаете, — возразила я, силясь скопировать его спокойный тон.
— А ты меня испытай, — в глазах появились голубоватые искорки, выдавая зарождающийся гнев.
И моя похмельная бравада тут же улетучилась.
— Ладно, встаю уже.
— Так-то лучше.
— Но предупреждаю, что в таком состоянии я даже круг пробежать не смогу.
— Выпей это! — мне швырнули какой-то пузырек, достав его из кармана.
После чего декан покинул комнату, напомнив, что у меня есть пять минут на сборы. Едва не заскрипев зубами от обуревающего меня протеста, я все же выпила нестерпимо горькую мерзость и тут же стала отфыркиваться и кашлять. Что за гадость?! Новое издевательство или что?! Но уже через минуту ощутила, что снадобье декана оказалось просто волшебным. Голова прояснилась, тошнота отступила, и я чувствовала себя гораздо лучше. Конечно, общая слабость никуда не делась, но я надеялась, что со временем и это пройдет.
Быстро натянула на себя спортивную форму, которую предусмотрительно захватила из Академии. Свой костюм стража, в котором так и завалилась спать, благоразумно сняла. Решила, что его поберечь нужно. Что ли, успела проникнуться благоговейным трепетом к своему новому статусу? М-да, похоже, возлияния со стражами никого до добра не доводят! Представив себе, как сегодня при встрече посмотрят на меня Ушастый с товарищем, едва не застонала. Сама виновата! Решила поиздеваться над ними, а в итоге сама села в лужу. Ну кто ж знал, что они такими компанейскими окажутся?..