— Никуда я не пойду! — топает ножкой. — Я маму приехала встречать!
— Чью? — усмехаюсь нервно. Какую чушь она несет?
— Свою!
Глава 12. Леша
— Что за бред? — Меня переполняет гнев. Я зол настолько, что едва могу себя сдержать.
Конечно, для меня не новость, что Лиза способна на все, лишь бы удержать интересного для нее мужчину рядом с собой. Только вот в отношении себя я надеялся на ее благоразумие.
Зря, видимо.
— Приезжает моя мама, — заявляет категорично моя пока еще не бывшая жена.
Идеальный маникюр, прическа, на лице тонна грима. Она выглядит словно кукла, ни грамма натуральности.
Отвращает.
Перед глазами невольно всплывает образ Маши. Ранимой, нежной, с самым выразительным взглядом ненамалеванных глаз.
Пусть сейчас этот взгляд полыхает огнем ненависти и злости на меня. Мне плевать!
Я обязательно должен разобраться, что именно произошло у нас в прошлом. И почему она вдруг так резко стала игнорировать меня.
— Она будет жить у нас! — упрямо топает ножкой. — Или ты посмеешь выставить свою тещу на улицу? — зло щурит глаза.
Смотрю на свою бывшую и думаю, в своем ли она уме. Может быть, ей вызвать психиатра?
На дом.
— У нас? — усмехаюсь. Я поражен ее наглостью.
Мне абсолютно все равно, куда именно свалила Лиза. Пусть живет, с кем хочет и где хочет. Лишь бы не со мной.
Желательно, чтобы она вообще больше не появлялась на моем горизонте. Так хоть сможем видимость нормальных отношений сохранить.
— У тебя, — отрезаю жестко. Смотрю на нее, не пряча своего настроя.
Я не намерен терпеть подобного рода выходки.
Переспала с моим братом, так вперед и с песней! У меня хотя бы появился весомый повод, наконец, разорвать наши отношения.
Не придерешься, блин.
— Мы живем по отдельности. Ты разве забыла об этом? — пристально смотрю на нее. Лиза упрямо смотрит в ответ.
Я вижу, как она борется с приступом гнева. Хочет сказать очередную колкость, но в последний момент прикусывает язык.
Рядом с нами собирается толпа, люди жмутся, постепенно притесняют нас с Лизой друг к другу.
— Зай, я совершила ошибку, — произносит, кидая на меня томные взгляды.
Опять начинается? Да капец!
Закипаю.
Делаю глубокий вдох, желая успокоиться, но вместе с воздухом захватываю терпкий аромат ее духов. И еще сильнее закипаю.
— Ну что тебе стоит меня простить? — не успокаивается. Заискивающе заглядывает мне в глаза.
Она смотрит на меня, как накосячивший щенок. Который надудонил лужу под дверью и точно знает, что его за это будут ругать.
Меня не торкает. Совершенно.
— Лиз, — говорю, сурово убирая со своей груди ее руки. — Я подал на развод.
Мой голос тих и спокоен, но она прекрасно знает, что именно скрывается за ним.
— Ты и так пала в моих глазах ниже некуда, так не скатывайся еще ниже, — обращаюсь к девушке так, чтобы нашу разборку не слышали окружающие. Незачем привлекать к себе лишнее внимание. — Имей хоть какое-то уважение к себе.
Мои слова звучат жестко, но иначе не выйдет. Лиза не из тех женщин, что просто отойдет в сторону и позволит спокойно жить.
За эту неделю, после ее измены и неожиданного «просветления» она показала свой дерьмовый характер во всей красе.
— Я не дам тебе развод! — шипит со злостью.
Пытается ударить меня кулаком в грудь, но я перехватываю ее руку и отбрасываю в сторону.
— Развод состоится! — рычу, едва сдерживая гнев. Все же она смогла вывести меня из себя. Зараза!
— Его не будет! — шипит. — Я не позволю!
— Словно у тебя есть выбор, — равнодушно отворачиваюсь в сторону. Достала.
С трудом протискиваясь сквозь плотную толпу, отхожу в сторону. У меня и так проблем выше головы, а тут еще Лиза разборки решила учинить.
Неверная женушка следует за мной.
Взглядом заставляю ее остановиться. Она смотрит на меня и, наконец, понимает, что игры закончились.
Останавливается.
Да неужели, блин! Чувства самосохранения заработало, что ли?!
Бесит!
Сегодня вечером пойду в зал. Срочно!
Мне плевать на Лизу и на жалкие потуги. Раз так хочет семью, так пусть валит к своему Андрюшечке и строит эту самую семью с ним.
Измену, тем более с родным братом, не прощают! Я не собираюсь давать повод и смешивать себя с дерьмом.
Громкий гудок поезда раздается прямо рядом с нами, чей-то ребенок с испугу начинает реветь.
Встречающие все кучнее толпятся на перроне, всматриваются в номера вагонов. Вокруг меня царит суета.
Лиза не отходит ни на шаг. Без понятия, когда именно женушка подобралась поближе.
Она то и дело пытается подловить и взять меня за руку. Никак не желает понять, что между нами все кончено.
Жестить я не хочу. Устраивать прилюдного скандала тоже. А без этого она не отстанет от меня.
Через месяц нас разведут, и мы официально станем никем друг для друга. Мне просто осталось выдержать эти дни.
Где б набраться терпения?
Поезд останавливается, проводники открывают двери вагонов, встречающие образуют небольшой коридор для приехавших.
Первой из вагона, естественно, выходит Любовь Валентиновна, мать Лизы. С кучей сумок в руках.
— Лизонька! — ставит неподъемную ношу на землю. — Лешенька! Как хорошо, что ты приехал! — всовывает коробки, судя по всему с банками, мне в руки. — Помоги.
— Любовь Валентиновна, вам поможет ваша дочь, — киваю на Лизу. — Мне нужно свою мать встретить, — строго смотрю на нее.
— Ой, она сказала, что в вагоне подождет, — отмахивается. — Помоги хоть до лавочки донести, — показывает в сторону вокзала. — Наташка подождет.
— Мам, давай помогу. — Лиза пытается поднять коробку, но теща живо выхватывает ту из рук дочери.
— В твоем положении нельзя таскать тяжести! — шипит возмущенно. — Ты что?!
— Мама! — точно таким же тоном шипит Лиза. — Леша не знает. Тише!
Чего это я там не знаю? Бросаю на мать с дочерью вопросительный взгляд.
Лиза быстро отворачивается и загораживает свою матушку от меня.
Ну-ну. Прячься, прячься.
От меня все равно не убежишь.
Оставив этих двоих на перроне пробираюсь в вагон. Где нахожу свою мать, ожидающую с кучей сумок и коробок.
Они что, на месяц приехали к нам пожить?
— Лешенька, сынок! — Матушка поднимается со своего места. И, радостно улыбаясь, раскрывает руки. — А мы с Любой решили приехать! Устроили вам с Лизой сюрприз!
— Привет, мам, — произношу дежурную фразу.
— А ты чего такой недовольный? — тут же хмурится мать. — Не рад? Или сюрприз не удался?
Сюрприз, млин, удался! На славу!
Как это все мне теперь разгребать?
Глава 13. Маша
Я не нахожу себе места.
Не могу ни сидеть, ни лежать, ни читать. Даже игры с Левушкой не помогают отвлечься. Из-за своих мыслей и переживаний переключиться на сына не могу!
Перед глазами стоит проницательный взгляд синих глаз. Не могу избавиться от воспоминаний.
После встречи с Лешей внутри словно что-то сломалось, и теперь я ищу что именно и все пытаюсь заменить эту поломанную деталь.
Пока что безрезультатно.
Блин!
А если Леша поймет, от кого я родила? Если догадается, что это его ребенок.
Он же откажется оперировать.
И что же мне делать тогда?
Уверена, Михаил Александрович в одиночку не возьмется на наш случай. Он четко дал понять, что оперирует только со своей командой и со своей правой рукой.
Кто ж знал, что эта самая правая рука — единственный на свете хирург, к кому на стол Леве нельзя попадать?
Ну потому что не может отец оперировать сына. Не может!
А-а-а-а!
Блин! Блин! Блин!
Начинаю психовать.
Левушка, почувствовав мое состояние, тоже нервничает. Малыш становится капризным и плаксивым, отчего я еще сильнее расстраиваюсь. И завожусь.
В груди разрастается дыра.
Подхожу к тумбочке, наливаю в стакан воды, выпиваю ее одним махом. В голове сотни мыслей, сплошные страхи, переживание за здоровье сына становятся только сильнее.
— Маш, успокойся. — Соседка обращается ко мне мягким тоном. — Не накручивай себя еще сильнее, чем ты уже есть, — немного неправильно считывает мои эмоции.
Но я все равно рада, что она заговорила со мной. Может быть, в беседе с ней смогу отвлечься и мне, наконец, станет чуточку легче?
— Вы в надежных руках, — продолжает успокаивать.
— Знаю, — вздыхаю.
Мысли потихоньку переключаются на операцию, и когда я начинаю думать об этом, то в душе просыпается животный ужас.
Кажется, одни проблемы вокруг.
— Все равно страшно, — признаюсь. Скрывать эмоции нет никакого смысла.
Мне страшно за сына. За себя. За свою тайну.
Я банально не представляю, как мы с Левушкой после выписки будем дальше жить. И где.
— Поверь той, кто уже прошел через подобное не единожды. — Соседка смотрит на меня с сочувствием. — Майоров и Высоцкий — шикарные врачи. Они сделают твоему сыну самую лучшую попу на свете. Такую, которую потом от настоящей будет не отличить!
— Думаешь? — смотрю на нее с надеждой.
— Уверена, — кивает в подтверждение своих слов. — Я видела попы, которые они делают. Это настоящий шедевр.
— Ох, — снова вздыхаю. — Хотелось бы, чтобы все было именно так.
— Будет, — улыбается. — Только тебе успокоиться нужно. И довериться своим врачам.
— Угу, — снова погружаюсь в мысли. Довериться Леше… Ну такое себе.
Мы были вместе. У нас все было нормально. А потом…
Потом мне наврали, я поверила и порвала с ним. Когда поняла, что Лешу оклеветали, было уже поздно.
А когда узнала про беременность и захотела ему рассказать, так едва не лишилась ребенка.
В итоге сделала выбор в пользу сына. Потому что малыш не виноват ни в чем.
Моя беременность протекала не так, как хотелось бы. Частые угрозы, тонус, несколько госпитализаций. Строгий запрет на переживания.
Мне пришлось вычеркнуть Лешу из жизни. Иначе бы сохранить беременность не смогла.