Планы собственной кончины так меня захватили, что я даже посетил несколько вечеринок. Мило улыбаясь, я думал о том, не пройти ли мне сейчас к балкону и не прыгнуть ли на глазах рафинированной публики вниз, на террасу? Будь я уверен, что точно расшибусь насмерть, так бы и сделал. Однако что может быть смешнее, чем спасенный самоубийца, более того, самоубийца, который привел в исполнение свою идиотскую затею, но остался-таки в живых. Если так случится, все будут полны ко мне жалости и сочувствия, а именно это я ненавижу более всего.
Возвращался я в отель по набережной, любуясь, возможно, в последний раз, заходящим солнцем. Отравиться? Но тогда не будет никакой ясности, да и со снотворным нужно быть осторожным, можно проглотить пятьдесят таблеток и очнуться в реанимации.
Я бы с радостью застрелился прямо во время присуждения мне «Крылатого льва» на сцене, перед залом в две тысячи человек и стрекочущими камерами. Но во дворец кинофестивалей пистолет не пронести, там все охраняется строжайшим образом. На церемонию пожаловала первая леди США, миссис Тира Мэй Эллиот, супруга бывшего губернатора штата Иллинойс Джеральда Эллиота, который год назад был избран президентом. Симпатичные люди, я голосовал за Джеральда, впрочем, я всегда голосовал за демократов. Да и огнестрельного оружия у меня никогда не было и достать его так быстро проблематично.
Поэтому я принял решение утопиться. Оставлю в пентхаузе недвусмысленную записку о своих намерениях, отправлюсь на набережную и утоплюсь! Я бы сделал это и в роскошной мраморной ванне, но решил, что это будет слишком уж для всех удобно. Нет, пусть помучаются, пусть поищут мое тело в море. Я не буду забираться далеко, чтобы мой труп потом никогда бы не нашли.
Топиться – что может быть противнее и утомительнее. Не с камнем же на шее бросаться в воду! Нет, не с камнем, а вот если как следует напиться, а потом залезть в море и заплыть достаточно далеко, то сил вернуться обратно уже не будет. Я всегда плавал ахово, так что отплыть от берега я смогу, а вот вернуться… Вернуться мне придется, возможно, только через несколько дней и уже в чрезвычайно мокром и безжизненном виде.
Я размышлял о собственной смерти, как об очередной роли. Ну что ж, это будет мой коронный выход. Надеюсь, мне будут аплодировать во время похорон. Захватив с собой бутылку наикрепчайшего бренди, я вышел вечером из отеля и направился в сторону моря. Сейчас во дворце кинофестивалей идет вручение наград, я тоже должен быть там, чтобы получить свого «Крылатого льва». Ничего, им придется подождать…
Вот будет-то сюрприз, первая леди США останется недовольна тем, что я выбрал для самоубийства столь неподходящий момент. Еще бы, только она с мужем приехала в первое европейское турне, чтобы налаживать связи с европейскими странами, которые были порядком разрушены упрямым и самоуверенным предшественником Джеральда Эллиота, только Тира Мэй оказалась в Бертране, где ее приветствовали овациями и цветами, как все внимание переключится с нее на самоубийцу Кирилла Терца.
Я намеренно не пошел на центральную набережную Бертрана, здесь топиться нельзя, сразу же спасут. И вообще, у них не принято купаться, это же фешенебельное место, здесь у каждого есть по три ванных и два бассейна.
В итоге я оказался в укромном и заброшенном закутке княжества. Кажется, здесь раньше был старый порт, а теперь возвышались складские постройки. Но и те обветшали и опустели. Пустырь был огорожен, однако в заборе зияла огромная дыра. Вывеска гласила, что в скором будущем здесь будет возведен элитный жилой комплекс. Кто бы сомневался, тут не принято бездарно расходовать площадь и без того крошечного княжества.
Но пока на пустыре никого не было, кроме стрекочущих цикад, и я смело прошел мимо темных помещений к морю и очутился вскоре у старого и скрипящего пирса. Ногой я едва не наступил на крысу, которая с писком унеслась прочь. Фу, какая мерзость!
К своему удивлению, я заметил около пирса современный скоростной катер, который был привязан к почерневшему столбу. Значит, здесь кто-то есть? Я осмотрел катер, он явно принадлежит богатым людям. Точнее, это часть экипировки целой яхты. Я запомнил название, которое было выведено на борту. Кажется, я уже слышал его.
В тот момент мне было не до катера. Я опасался, что случайные свидетели могут попытаться спасти меня. Я затаился в темноте, прижавшись спиной к холодным стенам одного из складских ангаров, открутил пробку и приложился к горлышку бутылки. Мне пришлось опорожнить едва ли не половину, пока я наконец заметил, что алкоголь оказывает действие. За многие десятилетия моего пьянства организм привык к лошадиным дозам, поэтому приходится попотеть, чтобы напиться.
Когда я был готов к тому, чтобы начать свой последний заплыв, я услышал шум. Сначала мне показалось, что это галлюцинации, но потом я удостоверился, что слух меня не подвел. На пирсе кто-то был.
Осторожно выглянув из-за угла, я увидел пикап с потушенными фарами, который подъехал к складским помещениям. И что им тут надо в этот вечер? Даже суицид – и тот становится неразрешимой проблемой в перенаселенном княжестве! Не заказывать же тур на необитаемый остров, чтобы утопиться?!
Я снова притаился. Скорее всего, это или контрабандисты, или владельцы катера, которые могут быть бандитами. Против них я ничего не имею, в конце концов мой собственный отец сам не чурался преступать закон.
Глаза уже давно привыкли к темноте, я мог видеть все происходящее достаточно отчетливо. Да и ночь была ясной, в небе горели мириады звезд и половинка желтой луны.
Прямо мимо меня прошли, один за другим, три человека, облаченные в темные костюмы. У одного из них на плече был большой сверток. Что им здесь надо?
Они остановились около катера, стали грузиться в него. Я пошевелил ногой и задел бутылку, которая стояла рядом. Та упала, громыхнув, словно пустое ведро. Один из трех незнакомцев на секунду обернулся, всматриваясь в темноту. Мне почудилось, что он смотрит прямо на меня.
Я похолодел, а потом подумал: надо же, похоже, не придется и кончать с собой, эти молодчики явно не потерпят ненужного свидетеля и просто пристрелят меня. И тогда крах всем моим планам!
Один из мужчин (я уверен, что все трое были мужчинами) подал своему сообщнику, уже стоявшему в катере, тюк, и я увидел на мгновение руку, которая показалась из свертка. Это же человек!
Бандиты хотят избавиться от тела? Но там явно не взрослый, сверток маленький, это ребенок! Я вжался в стену, и мое желание уйти из жизни вдруг испарилось. Я стал свидетелем какого-то гнусного преступления.
Мужчина, подававший сверток, не заметил, что из него что-то выпало в воду. Его сообщник как раз заводил мотор, и они не услышали звук падения. Они на катере направились в море. Их там наверняка ждала яхта, потому что на таком суденышке далеко не уйдешь.
Я подождал несколько минут, пока катер окончательно не скрылся во тьме. Повторил название, которое было написано на борту. Да, теперь я уверен: я помню его. И наверняка такое же название носит и яхта.
Я подошел к пирсу, нагнулся. В воде в нескольких метрах от пирса что-то плавало. Слишком далеко! Пришлось раздеться и, по-старчески кряхтя, опуститься в воду. Черт, какая холодная. А я еще хотел топиться! Старый дурень!
Даже эти несколько метров были для меня тяжелы, а я намеревался отплыть на полкилометра в море! И вот мои руки схватили этот предмет. Я швырнул его на деревянный помост. Разглядеть его я смог только, снова оказавшись на пирсе. Для этого мне пришлось потрудиться, так как руки скользили по мокрой древесине, а тело упорно не хотело вылезать наверх. Подтянуться – даже это стало для меня проблемой! Я дал себе обещание, что если уж не пришлось покончить с собой, то с завтрашнего дня запишусь в секцию фитнеса. Ну, или со следующей недели!
Вот он, этот таинственный предмет, ради которого я отважился на ночное купание. Вода лилась с моего волосатого живота, когда я наклонился, чтобы разглядеть это нечто.
Детская туфелька! И какая изящная, явно сделанная на заказ и стоящая не одну сотню долларов. Если чей-то ребенок носил ее, то опознать его по этой туфле будет легко. Даже здесь, в Бертране, где живут только самые состоятельные люди.
Значит, трое мужчин увезли девочку, и вряд ли старше трех-четырех лет. Моя младшая дочь, которая погибла вместе с Кэтрин в автокатастрофе, была тогда такого же возраста. Сейчас бы ей было далеко за тридцать…
Я прижал к груди туфельку, на меня снова накатили воспоминания, я даже заплакал. Затем быстро оделся и зашагал обратно по направлению к цивилизации. Что ж, покончить с собой я всегда успею, а теперь мне требуется оповестить полицию. Произошло преступление, и я стал его свидетелем. Это была не мирная ночная прогулка родителей с ребенком, девочка или убита, или похищена. И пока я не узнаю, что же в самом деле произошло, мне рано отправляться к праотцам.
НИКОЛЕТТА
Время действия: 3 июня
Место действия: Эльпараисо, столица
Республики Коста-Бьянка (Южная Америка)
Николетта Кордеро, прелестная черноволосая женщина, чуть смугловатая, с темными раскосыми глазами, улыбнулась, наблюдая за своим приятелем. Она так и рассчитывала. Ему нужно одно – переспать с ней.
– Нико, – прошептал мужчина, в то время как его горячие руки обшаривали безупречное тело Николетты. – Ты прекрасна, ты просто сводишь с ума…
Он поцеловал Николетту, та попыталась изобразить страсть. Это нужно для ее плана. Грегорио – единственный человек, который сможет открыть ей путь к разгадке тайны, над которой она билась уже почти двадцать два года.
Они находились в роскошно обставленной квартире Грегорио Лопеса, заместителя директора федерального агентства по информации и аналитике республики Коста-Бьянка. Грегорио был высоким и плотным мужчиной лет пятидесяти, уже совершенно седым, с небольшими усиками и хорошей фигурой. Его супруга вместе с детьми гостила у родителей, так что у него имелась неделя, чтобы насладиться свободной жизнью.