- Да, боюсь, что да. Знаете что, - попросил Каримов дежурного, - дайте нам его через "фотонную иглу", хотя бы не надолго.
Изображение дрогнуло, резко приблизилось, укрупнилось. Корабль стал виден совершенно отчетливо, до мельчайших деталей: длинный цилиндр, один конец которого охвачен утолщением. Вдоль корпуса корабля шла крупная надпись - "J-8КМ", а за ней огромный рисунок рыбины.
Саймон нетерпеливо щелкнул пальцами, обращаясь к дежурному:
- Ну-ка, мой мальчик, вызовите флагман по системе грависвязи!
- Флагман не отвечает, директор Саймон, - через некоторое время сказал растерянный дежурный.
Саймон хмыкнул и опустился в кресло. Каримов и дежурный ждали, глядя на директора. Наконец тот поднял голову и, дав указание дежурному продолжать наблюдения, отключил канал связи.
Каримов присел на край пульта.
- Значит, Генрих все-таки был прав, - Он прищёлкнул языком.
- Ничего это пока не значит, - неожиданно резко возразил директор. - Парана не мог представить сколько-нибудь убедительное обоснование своей теории!
- Не знаю, конечно, - покачал головой Каримов, -но, смотрите, всё получается: кордон этот корабль не видит, а мы не можем связаться с кораблями кордона по грависвязи и, в свою очередь, не видим их! Почему это может быть? Потому, что их тут нет. Всё логично.
- Как же тогда действует нуль-связь? - возразил Саймон.
- Понятия не имею, - пожал плечами Каримов. - Вот этого уж точно никто не мог предвидеть - такого "моста" во времени, если всё, конечно, так и есть. Я, кстати, вот ещё о чём думаю: раз нуль-связь действует, то можно получить с флагмана картину звёздного неба и сравнить её с тем, что видим мы. Тогда мы сможем определить сдвиг во времени, если он есть, конечно.
Саймон кивнул и сказал, продолжая размышлять:
- Если предположить, что всё так, как вы считаете, то, вероятно, Генератор, вызывая колебания Единой Среды, все-таки создает торможение и даже поворот, да, именно поворот потока пространства во времени.
- Но, видимо, не всех, а только части фазовых пространств, поскольку нуль-связь действует, - вставил Каримов.
- Очевидно, - согласился Саймон. - Все это, я думаю, даст совершенно неожиданное развитие теории" Единой Среды, ты не находишь, Андрей? - волнуясь, директор иногда соскакивал на "ты".
- Безусловно, но сейчас ситуация не очень хорошая. - Да уж! - директор хлопнул ладонью по колену, - Ильин, наверное, уже доложил Совету, а там.. - Боюсь, работу свернут, когда узнают про "дыру" во времени.
- Если бы не появился этот корабль, - медленно сказал Каримов, - мы спокойно довели бы эксперимент "Сотворение Мира" до конца, а теперь, конечно, ничего не известно. Я, если серьёзно, даже боюсь представить себе, что может произойти. Встреча с предками! - Он чертыхнулся.
Однако Саймона уже полностью захватили перспективы возможных научных работ.
- Ну, тут-то ещё ничего страшного, подождем, пока корабль подойдет ближе. Вы только подумайте, Андрей, - Саймон провёл рукой по волосам, - мы - первые люди, реально наблюдающие прошлое!
Каримов поднялся.
- Так я запрошу с флагмана вид неба для сравнения.
- Да-да, - кивнул Саймон и, вздохнув, добавил. - Наверное, надо будет пока остановить Генератор.
- Вы не опасаетесь, что остановка Генератора может привести к разрыву "моста" во времени? - спросил старший инженер.
- М-да, пожалуй вы правы,- согласился директор. - Тогда пусть пока приостановят все работы и просто держат режим.
"Жаль, конечно, Саймона," - подумал Каримов, уже выйдя из кабинета. - "Столько лет отдал этой работе, да и результат-то в целом отличный, а тут такой побочный эффект... Директор уже и отчёт от- правил положительный. Хотя то, что произошло, само по себе великое открытие. Но вот чем это кончится, и что решат в Совете?"
В помещении управления Генератором Каримов дал задание операторам прекратить формирование поверхности планеты, но не останавливать саму установку. Затем, не отвечая на вопросы, он отправился к Ильину.
Ильин был на связи с одним из двух кораблей, находившихся в непосредственном распоряжении Станции. Когда Каримов вошёл, начальник охраны прекратил разговор.
- Мне нужно связаться с флагманом кордона, - сказал Каримов.
- Пожалуйста, - капитан-куратор указал на пульт. - Код Н-67. А в чём дело?
Каримов передал разговор с Саймоном.
- Час от часу не легче, - Ильин достал платок и вытер лоб. - Надеюсь, вы меня правильно понимаете, Андрей. Я считаю, что обо всём, происходящем на Станции, должно знать как можно меньше людей. Кому вы уже что-то говорили?
- Пока никому, кроме вас,- пожал плечами Каримов. - А что тут такого? Рано или поздно узнают все.
- Что будут знать позже - это ещё вопрос. - Капитан-куратор встал из-за пульта. - Важно, что знают в настоящий момент. Существует постановление Совета о контроле над потенциально опасными направлениями научных исследований, а большинство учёных только и думает, как бы это постановление обойти. После того, что вы мне рассказали, придётся немедленно информировать Совет ещё раз. Я сейчас лично предупрежу директора Саймона, чтобы не устраивал пока публичных обсуждений. И вас попрошу настоятельно! - Ильин, не дожидаясь ответа Каримов, вышел из комнаты.
Инженер пожевал губами, хмыкнул и набрал код на пульте. Связь по нуль-каналу действовала отлично. Каримов дал задание системе слежения флагмана передать требуемую информацию и переключил канал на ментальный комплекс Станции. Вскоре включилось поле внутренней связи и появился ответ: "Разность во времени двух картин звёздного неба с учетом смещения точек наблюдения составляет 283 года плюс-минус 10 лет".
- М-да, - пробормотал Каримов.
Всё правильно: середина двадцать третьего века. Интересно, что скажут теперь теоретики? Но даже то, что в прошлом, например, просто узнают о визите из будущего - само по себе воздействие на историю. За последние триста лет таких сведений нет, значит, подобного "контакта" не было. Старый теоретический парадокс в реальном воплощении.
В настоящий момент сюда движется корабль, корабль древний, с которого уже почти наверняка обнаружили Станцию. Значит, связь двух времён так или уже иначе состоялась?..
Некоторое время Каримов стоял перед пультом в кабинете капитана-куратора. Что выйдет из произошедшего, сказать пока невозможно, но одно совершенно ясно: Верховный Мировой Совет закроет данную тему, как потенциально опасную на данном уровне развития базисной теории. Каримов вздохнул. Обоснованность такого решения Совета понятна, одно жаль - работа была бы интересная. Однако, сейчас самое главное - насколько стабилен возникший канал прошлое-будущее...
Раздался сигнал вызова - это был капитан-куратор. Ильин находился в кабинете директора Лаборатории Единой Среды и всей Станции Саймона. Кроме директора там ещё находился ведущий теоретик Пан Хон-Фу.
- Ну, как? - с ходу начал Ильин.-. Что вы установили?
Каримов показал выданную компьютером карточку с данными:
- По смещению созвездий разница времен составляет примерно двести восемьдесят три года. То есть сейчас весь комплекс Станции находится в двадцать третьем веке.
Люди в поле обзора переглянулись. Директор Саймон глубоко вздохнул.
- Но ведь это же грандиозно! - вымолвил он, наконец, - Мы, именно мы, пусть сами того не подозревая, создали машину времени!
Пан Хон-Фу покачал головой.
- Не спеши так радоваться, Пол, всё очень не просто Если мы сделаем сейчас что-то не так, я и судить не берусь о возможных последствиях.
- Но вы только подумайте! - Саймон встал со своего кресла и начал ходить по кабинету. - Канал связи с Землей действует, мы фактически передаем информацию из прошлого! Это же открывает колоссальные перспективы! Мы можем...
- Я полагаю, - веско прервал его капитан-куратор, - без санкций Совета предпринимать ничего нельзя.
- Я тут с вами согласен, - кивнул Пан Хон-Фу. - Ты, Пол, недооцениваешь тот факт, что сюда движется корабль наших предков. Скорее всего, на борту есть экипаж, и эти люди скоро обо всём узнают. Что из этого выйдет и как, по-твоему, мы выпутаемся из данной ситуации? - Он заглянул саймону в лицо.
- Ты всегда был перестраховщиком, - махнул рукой Саймон.
- Я - перестраховщик? - Пан Хон-Фу вскинул брови. - Да пойми же ты, что серьезность создавшегося положения нельзя умалять!
- А что вы думаете по этому поводу, Каримов? - спросил Ильин, внимательно слушавший разговор.
Инженер пожал плечами:
- Если бы у нас была возможность избежать встречи с кораблем, то, по-моему, это и следовало бы сделать любой ценой: свернуть работы, демонтировать оборудование и вернуться на Землю по нуль-Т. Как вернуть саму Станцию, я не знаю, скорее всего, её пришлось бы уничтожить. К сожалению, у нас нет времени, так что я не знаю, что можно сделать.
Ильин покачал головой.
- В любой случае, необходимо срочно информировать Совет, - с расстановкой сказал он. - В создавшемся положении... - договорить Ильин не успел.
Проём двери директорского кабинета раскрылся, и вошли два человека, которых Каримов раньше здесь не видел. У обоих на рукавах форменных курток были древние астрономические знаки, изображающие Землю.
"Оперативно же их перебросили," - подумал Каримов. Вошедшие поздоровались, и первый из них, высокий брюнет с крупными чертами лица, представился:
- Начальник отдела Службы Безопасности Космоса контроллер Де Вернье.
Каримов обратил внимание, что, услышав о Службе Безопасности, Саймон заметно поморщился.
Де Вернье указал на своего спутника:
- Инспектор Адамов, мой помощник.
Саймон сказал с лёгкой иронией:
- Полагаю, необходимости представляться нам нет?
- Вы правы, - согласился Де Вернье и повернулся к полю обзора, где мааячил Каримов. - Я попрошу вас прийти сюда лично.
По пути к коммуникационному проходу старшего инженера несколько раз останавливали недоумевающие сотрудники, но каждый раз Каримов буквально вырывался, не отвечая ни на какие вопросы. Когда он вошел в кабинет директора, Де Вернье кивнул ему и сказал: