Но этого не случилось — хоть я и улетел дальше центра «трамплина», он меня всё равно перенёс именно туда. Пока аномалия накапливала энергию для разрядки — секунда полторы — и выброса моего несчастного тела вверх, я закрыл голову руками, чтобы не шандарахнуться ею о бетонный потолок.
Я очень плохо представлял себе, что произошло дальше, потому что мир перевернулся, я резко подлетел, почувствовав боль в районе стоп и жуткую ломоту в висках. Потом меня, видимо, закрутило в воздухе, и первое, что я ясно увидел после прыжка в «трамплин», — серый асфальт, с которым через секунду встретилось моё лицо. И встретилось весьма крепко! Как минимум до крови из носа и разбитых губ.
Через неопределённое время я более-менее оклемался, утёр ребром ладони кровь с лица и сел на задницу, борясь с тошнотой. Вдруг я увидел что-то очень большое, летящее на меня. Приглядевшись, я по красному рюкзаку и тонким рукам узнал в этом «чём-то очень большом» Татьяну. Я едва успел выставить вперёд руки, когда девушка свалилась на меня сверху. Последним своим движением я снизил скорость полёта Татьяны и, как следствие, моё многострадальное тело приняло на себя гораздо меньший удар, чем это было бы, не выставь я в последний момент руки. Окончательно приземлилась Таня, уперевшись в мою грудь руками. И опять спасибо бронежилету!
Так мы и лежали не в силах пошевелиться, пока не раздался громкий хлопок — видимо, Дмитрий в «трамплин» прыгнул и тот на него разрядился.
Я спихнул с себя девушку и сам откатился в сторону, чтобы ещё очкарику собой падение не смягчать — не баба, пусть сам о себе заботится. С громкими криками и матами Димон приземлился аккурат в то место, где буквально двумя секундами ранее лежали мы с Татьяной.
И вот именно в тот момент, когда турист коснулся руками земли, началось самое страшное — на другом конце туннеля снорки предсказуемо запрыгнули в первые аномалии, тем самым активировав их… Началась цепная реакция… Я даже приподнялся на локте, чтобы посмотреть на это зрелище. Подобного мне никогда не доводилось ни видеть, ни слышать — неровным прыгающим светом туннель озаряли высокие столбы пламени от «жарок»; с громоподобным грохотом, от которого закладывало уши, разряжались «электры»; закручивая воздух в причудливые спирали, схлопывались «воронки» и «карусели».
Меня аж передёрнуло от той мысли, что сейчас в этом аду могли находиться мы…
Когда волна цепной реакции докатилась до выхода из «Лабиринта Смерти», где в шеренгу выстроились аномалии, окружающее пространство потрясли оглушительные хлопки «воронок», «трамплина», гудение «жарок»; всё это прозвучало практически синхронно, слившись в один оглушительный раскат грома.
Затем всё стихло. Пространство вокруг нас окутала ватная тишина, напоминавшая мне затишье перед… Вот дерьмо! Сколько раз я ни зарекался не каркать, а всё равно всякие подлые мысли так и лезут в голову. У Зоны очень чёрное чувство юмора — только ты подумал о том, что тебе в данной ситуации меньше всего хочется встретить на своём пути, — эта пакость уже здесь! Со стороны бывшего места дислокации наёмников на Диких Территориях раздались многоголосые завывания псевдособак, которые с каждой секундой становились всё громче.
- Оружие к бою! — рявкнул я туристам, подбирая с земли АКСУ, упирая его металлический приклад в плечо и направляя ствол в сторону, откуда доносился вой мутантов.
Всё так же продолжая держать поворот дороги и обширный куст на её краю на прицеле, откуда должны были выскочить волки, я поставил левую ногу на землю, согнув её в колене, а левой опёрся коленом о землю, вытянув ногу назад и уперевшись носком ботинка в асфальт. Эта поза хороша тем, что стрелка, находящегося в ней, не отбрасывает отдачей оружия назад, и он в принципе держится устойчиво.
Палец на спусковом крючке подрагивал, по лбу градом катился пот — сколько бы раз ты ни встречался лицом к лицу (в данной ситуации лучше сказать лицом к морде), со смертельной опасностью, а всё равно каждый раз волнуешься как студент-первокурсник перед первым экзаменом.
Наконец из-за поворота выскочил первый мутант — судя по габаритам, вожак стаи. В холке зверь достигал мне примерно до бедра, имел длинные передние лапы (задние я физически не мог увидеть, но они, наверное, были не короче), которые он выбрасывал далеко вперёд, за счёт чего совершал огромные прыжки.
Тело сработало на автомате — палец утопил спусковой крючок, а затем отпустил. Короткоствольный автомат выплюнул порцию свинца, которая устремилась к вожаку. Но тот каким-то невероятным образом увернулся от пуль; они устремились к стае. Первая перебила бегущему за вожаком волку переднюю лапу, и он повалился на землю. Вторая пуля вошла ещё одному мутанту в шею, сократив тем самым численность стаи на одну особь. Остальные маленькие продолговатые куски свинца ушли в «молоко».
Расстояние между нашим отрядом и стаей псевдособак, благодаря последним неумолимо сокращалось, а мутантов из-за поворота всё прибывало. Слева от меня раздавались хлопки пистолетных выстрелов вкупе с дикими криками девушки, но туристы чаще мазали, чем попадали.
Когда очередная порция свинца из моего автомата, предназначавшаяся вожаку, но благодаря стараниям последнего снова миновала его и устремилась к стае, три пули попали в трёх мутантов и двое из них внезапно… исчезли! Фантомы! Как же я сразу не догадался — такой огромной стаи просто не может быть! Значит, где-то неподалёку сидит чернобыльский пёс-телепат, капает нам троим на мозги, показывая несуществующих существ. На испуг, значит, взять хочет, гнида! Нет, не удастся! Осознание того, что наши дела не так уж и плохи, как показалось вначале, придало мне боевого настроя.
Когда я вжал спуск, беспорядочно поливая вожака свинцом, большинство мутантов, включая огромного зверюгу, исчезли. Оставшиеся же остановились и закрутились вокруг своей оси. Но тут же упали на асфальт, сражённые очередями из моего АКСУ. Туристы добили оставшихся псевдособак, поведение которых было более чем странным.
- Эт-то ч-что? — заикаясь от испуга, спросил Дмитрий.
- Это, Димон, мутанты, — ответил я, защёлкнув в автомат новый магазин. — Добро пожаловать в настоящую Зону!
Неподалёку от куста, растущего на повороте дороги, мы обнаружили мёртвых кровососа и огромного чернобыльского пса, сцепившихся в последней, смертельной для обоих схватке. У кровопийцы была наполовину отгрызена голова, а у чернобыльца вспорот живот. Даже прекрасно осознавая, что у обоих равные шансы на победу, никто из мутантов не пожелал уйти с поля боя побеждённым…
Глава 4
До «100 рентген» наш отряд неспешным шагом добрёл за два с половиной часа. Особых проблем с представителями фауны Зоны не возникло, но пару раз пришлось стрельнуть по слепым псам, так и норовящим зайти за спину и напасть сзади.
Я вообще не хотел бы заходить в бар, но нужно всё объяснить Киру и для пущей убедительности предоставить живые доказательства того, что я не струсил идти с ним за «душой», — показать двух туристов. Иначе сталкер обидится и больше никогда не предложит мне работать в паре; два раза за четыре месяца мы с ним уже ходили в подобные рейды за артефактами, которые принесли немалую прибыль.
Но больше всего я боялся, что если в «100 рентген» будет много народу, то липовая весть о том, что я начал водить туристов-экстремалов за деньги на «сафари», разлетится вскоре по всей Зоне, и потом только успевай объяснять, что я этим не занимаюсь, когда мне будут поступать подобного рода предложения…
«Долговцы» пропустили нас на территорию Бара, содрав с каждого человека по пятьсот — итого полторы. Не люблю «Долг» ещё за то, что если у тебя нет дел к руководству группировки или к бармену, — проход платный. Это правило было введено недавно и сколько не бились сталкеры узнать у «долговцев», зачем это надо, те только огрызались в ответ и посылали в дальние эротические путешествия или бормотали всякую несусветную чушь типа «у группировки денег мало осталось, на вооружение не хватает, а кто вас защитит, если не мы?». Чушь, потому что каждый квад «Долга» приносит с очередной ходки столько артефактов, сколько одинокий бродяга вроде меня, и за две недели не соберёт.
- Проходи, не задерживайся, — проворчал охранник «100 рентген», даже не отвлекаясь от чтения журнала «Вокруг Света», когда мы спускались по лестнице в подвал, где располагался непосредственно бар.
В «100 рентген», к счастью, народу было немного, что неудивительно — день всё-таки, все в Зоне. Кир стоял за столиком у дальней стены, вперившись глазами в экран своего ПДА. Да, увидеть его в баре или на привале за другим занятием — большая редкость. Он у нас вроде программиста, всё время сидит в Сети, узнаёт последние новости, общается…
Рядом со входом у столика стояли два незнакомых мне сталкера; один облачён в довольно хороший защитный комбинезон «Берилл», а второй в обычную «Зарю» с заплатками на правом плече и спине. Видимо, наставник со своим учеником. Я сам четыре месяца назад был учеником Миротворца. Он, кстати, уважаемый в сталкерской среде за свою честность вольный ходок с большим стажем. Последний раз я его видел около месяца назад, когда мы случайно встретились на Свалке. С тех пор не видел его и ничего о нём не слышал, но и некролога о его смерти в сталкерской сети не было. Что меня очень радует.
Бармен сидел за стойкой и читал какую-то книгу. Вот и всё, больше никого нет. Зато по вечерам здесь и болту упасть негде.
Я велел ведомым ждать меня у столика, а сам пошёл к Бармену — делать заказ.
- О, Кекль, а ты чего здесь? — удивился Бармен, увидев меня возле стойки. — Ты же здесь совсем недавно был — дня три назад.
- Да так, — уклончиво ответил я, кивая на туристов, — потом как-нибудь расскажу, когда время будет. Им бы, — я снова кивнул на своих ведомых, — сейчас поесть быстренько, да мы пойдём — время!
- А, ну хорошо. Говори, что нужно. Сегодня, кстати, у нас в меню томатный суп, — подсказал мне с выбором основного блюда хозяин заведения.