живых. Она умерла в тот год, когда я вышла замуж за Льва. А родители погибли, когда мне не было и трёх месяцев. Из близких только муж и дочка. Они – вся моя семья. Но знаешь, – облизываю пальцы, поглядывая на вишню на его пирожном. Фин замечает, усмехается и толкает ко мне тарелку. – Наверное, здорово, когда есть братья или сёстры. Я бы хотела немного позже, когда Веста подрастёт, родить ещё одного малыша.
– Думаю, она станет хорошей сестрёнкой, – поддерживает Фин. – Очень добрая малышка растёт.
– Да, это правда, – отворачиваюсь к окну и грустно смотрю, как на улице снова расходится дождик.
Глава 10Фин
Проводив Яру в отель, я снова превращаюсь в тень её мужа. Смотрю, слушаю, но делаю вид, что меня не существует. Забираю их с Жанной из офиса около десяти вечера. Тискаются на заднем сиденье. Не обращая на меня внимания, она урчит ему в ухо пошлости и уговаривает провести ночь у неё, ведь завтра они уже не увидятся. Лев обещал день своей жене.
Навигатор ведёт меня по указанному адресу. Дворники уютно поскрипывают по стеклу, стирая с него капли дождя. Дорога под колёсами красиво блестит от света фар, и это интереснее, чем слушать подробности о том, на какой поверхности Жанна готова отдаться моему клиенту. Они сосутся со стонами. Отчётливо слышится звук расстёгиваемой молнии и шлепок. Скорее всего по руке.
– Хватит! – Лев резко осаживает любовницу.
– Ты уедешь завтра, – скулит она.
– Я вернусь через две недели, когда ты закончишь полный отчёт по работе Центра. Один.
Жанна вздыхает, явно проиграв эту битву за успешного бизнесмена. Полагаю, косяк, из-за которого мы здесь, допустила она, поэтому Лев не особенно доволен и жаден до сладкого. А может выдохся мужик. Не признаваться же.
Останавливаюсь возле обозначенного женщиной подъезда.
– Не глуши. Я быстро, – бросает Лев и выходит из тачки вместе с Жанной.
Они обнимаются, воркуют, снова сосутся. Лев шлёпает её по заднице. Ждёт, когда женщина исчезнет в тёмном провале подъезда. Обходит тачку, стирая ладонью с капота бисеринки воды. Садится ко мне.
– Покурим? – предлагает свои сигареты.
Мне после сегодняшней прогулки с Ярой курить хочется перманентно. Я всё время о ней думаю. О её словах о желании родить ещё ребёнка от того, кто её не ценит. О её бездонных глазах. О голосе, запахе. Об ощущениях от этой женщины в моих руках в те моменты, когда мне приходилось придерживать её на крыше. О её искренности и открытости. Это неправильно. Я ведь не просто думаю о Яре. Я опять сравниваю её с той, которую любил. Постоянно анализирую, ищу пересечения. И радуюсь, если не нахожу, потому что мне подсознательно хочется их разделить для себя. Чем быстрее я это сделаю, тем легче мне станет дышать в её присутствии.
Клиент не грузит меня рассуждениями на тему красоты окружающего мира и норм поведения после семи лет брака. Сидит и молча курит, глядя на дождь, осыпающийся с питерского неба.
Поворачиваю к отелю. Он приветливо встречает нас стильной подсвеченной вывеской.
– Вы не против, если я покатаюсь немного? – спрашиваю у клиента. – Заправлюсь на свои.
– Да без проблем. Отдыхай, – отпускает Лев.
Провожаю его до номера. Переодеваюсь в снятом для меня и спускаюсь к машине.
Долго катаюсь по улицам. Нахожу удобное место, откуда прямо из тачки можно смотреть на воду. Набираю Майю. Мне жизненно необходимо «приземлиться», потому что мои мысли опять утекают не туда.
– Привет, – отвечает сонный, хриплый голос.
– Прости, что разбудил. Я тут просто в машине сижу, смотрю на блики огней, на дождь и так хреново одному. Поговори со мной.
А в голове это звучит так: «Помоги мне. Напомни, что я с тобой, и я думал прежде, чем озвучить тебе такое решение. Останови мои мысли о том, чего уже никогда не вернуть. Напомни, что надо жить сегодня. А сегодня рядом со мной ты. И я ценю тебя, как и те два года, которые мы так или иначе, но уже провели вместе.»
– Соскучился, – слышу её улыбку.
– Наверное. Как прошёл твой день? Я вот гулял по крышам с женой клиента. Совмещал работу с шикарным видом на город.
– С женой клиента? – переспрашивает Майя.
Я сказал специально. Хочется быть честным, пусть и не до конца. Она знает не всё. Когда-нибудь поделюсь и покажу ей паспорт, где написано моё реальное имя. Не сегодня…
– Да. Он работал в офисе два дня, а я ходил тенью за его женщиной. Так как прошёл твой день?
– Работала, – вздыхает Майя. – Фирме прислали новые договора из Китая. Сегодня весь день с Юлькой разбирали. Домой приехала, заказала пиццу. Включила фильм и уснула. Ты завтра возвращаешься?
– Пока вроде ничего не менялось. А что смотрела?
– Да так, – смеётся Майя, – женское мыло. «Отпуск по обмену». Тебе действительно это интересно или ты из вежливости спрашиваешь?
– Интересно.
– Мне приятно, – шепчет она. – И я… правда скучаю. Тут всё тобой пахнет, а тебя нет. Так странно это ощущать. Будто на коже твои пальцы и губы. Фин, – её голос становится ещё тише, а у меня в груди ломается пара рёбер от попытавшегося выскочить сердца.
Я не готов услышать то, что она сейчас может сказать. Потому что не смогу ответить, а это нечестно.
– Ты чего замолчала? – спрашиваю очень осторожно.
– Да так… Приедешь, в глаза скажу. Только не заморачивайся сейчас. Хорошо? Приготовить тебе что-то или как обычно?
– Приготовь. Мяса хочу тушёного с картошкой. Знаешь, как в детстве бабушки наши готовили. Чтобы овощи разварились и бульон чуть сладковатый. Сможешь?
– Лучше бы не спрашивала, – хрипло смеётся она, чиркая зажигалкой в трубку. Шумно выдыхает дым. Я достаю свои сигареты и тоже закуриваю. – Попробую, но обещать, что получится вот прямо так, как ты хочешь, не буду.
– Я всё съем, – обещаю ей.
Молча курим вместе. В машине хорошо, уютно. Мне не хочется возвращаться в отель.
Прощаемся. Сбрасываю. Ещё долго слушаю гудки, сжирая себя изнутри. Надо сказать ей всё как есть. Не потом. Сразу, как вернусь. Мне больше не нравится недосказанность между нами. Я начинаю чувствовать себя сволочью.
Пока мы просто трахались, этой проблемы не было. Статусы всё же накладывают свою ответственность, и она давит. Значит надо решать. Захочет остаться – хорошо. А нет – не имею права, да и не стану держать.
Откидываю спинку сиденья, двигаю её максимально назад, чтобы вытянуть ноги. Тихо включаю музыку, выставляю будильник и закрываю глаза, слушая радио и дождь. Сны такие снятся… Сначала думал, это Майя, но пригляделся и понял, нет, не она. У моего сна карие глаза и сияющая улыбка. Тёплые губы, податливое тело, бархатная кожа под пальцами. Член болезненно трётся о ширинку. Меня будто толкают в спину. Распахиваю глаза. По спине течёт холодный пот. Руки дрожат. Дыхание сбилось.
– Твою мать! – ору в пустоту, ударяя ладонями по рулю.
Нормально я так вчера с женой шефа погулял. Чуть во сне в штаны не кончил, будто мне пятнадцать.
Выхожу на улицу. Потягиваюсь. Глубоко дышу влажным воздухом. Возбуждение плавно сходит на нет. Поправляю штаны и снова сажусь за руль. Встречаю рассвет. Еду за кофе, потом сразу в отель. В номере принимаю душ. Смотрю на своё мутное отражение в зеркале. Провожу ладонью по стеклу. В глазах тоже муть, будто я и правда кончил.
Пиздец какой-то!
Яра в нереально быстром темпе продолжает включать во мне тумблер за тумблером, возвращая к полноценной жизни.
К одиннадцати они с мужем выходят из номера. Грузим вещи в машину. Везу их в ресторан. Лев всё время держит Яру за руку, целует. Она мелодично смеётся, а я всё никак не отойду от ночного видения.
Салтыковы обедают, гуляют держась за руки. С виду идеальная семья. Только тени знают всю грязь, которую оставляет её муж на их простынях. А я дурак, раз впустил Яру в свои сны. Сколько ни пытаюсь запретить себе думать о ней как о возможно своей женщине, подсознание всё равно умудряется надо мной поиздеваться.
Вечером едем в аэропорт. А уже через считанные часы сажусь в такси от дома клиента в родном городе и еду к себе.
На пороге квартиры меня встречает Майя. Обнимает. Шепчет: «Скучала», коснувшись губами мочки уха.
– Люблю, – заглядывает мне в глаза и повторяет, приложив палец к губам, чтобы не ответил. – Не загоняйся. Это мои чувства. Я просто озвучила. Знаю, что у тебя пока другие.
– Артём, – решаю, что это будет честно. – Раньше это имя было моим. Сейчас оно значится только в документах.
– Мне нравится, – она запускает прохладные пальцы мне под футболку. – Очень, – довольно урчит, царапая ногтями кожу внизу живота прямо над ремнём, – очень нравится, – дёргает бляшку и красиво опускается на колени.
Глава 11Фин
– Подожди, – останавливаю, пока Майя не добралась до цели. – Потом. Давай просто поговорим. Мне надо кое-что тебе объяснить.
Она поднимается, кладёт ладони на плечи и заглядывает в глаза с искренним беспокойством. Приятно. Я отвык, что за меня переживают.
– Мой руки. Буду тебя кормить. Заодно поговорим.
Легко целую свою женщину в лоб и отправляюсь в ванную комнату. Вспениваю мыло на ладонях, ещё раз взвешивая, правильно ли я поступаю. Может и нет. Зато это будет честно. Меньше всего хочу причинить Майе боль. Да и не в том ли смысл попытки построить совместную жизнь, чтобы доверительно открываться друг другу? От Нины я раньше скрывал только тяжёлые рабочие моменты. Всё личное делилось на двоих.
Вхожу на кухню и улыбаюсь. Майя всё же потушила картошку, как я просил. Мелочь, но чертовски приятно.
Садимся друг напротив друга. Вдыхаю запах специй, томата и разваренных овощей. Беру ломтик мягкого хлеба. Макаю в густой бульон. Она с замиранием сердца ждёт моего мнения.
– Очень вкусно, – прожевав, набираю овощи в ложку.
– Правда?
Вместо ответа, с удовольствием съедаю ещё и даже немножко урчу. Майя смеётся. Поднимается. Обходит стол и встаёт у меня за спиной. Обнимает, целует в колючую щёку.