– Ты не дал мне времени.
– Ты получила его, сколько хотела.
– Он слишком цеплялся за жизнь. Я не могла…
– Ты не могла, потому что любила его, – воскликнул Кулеман. – Ты хочешь сделать убийцей меня.
– Любить его? – Кирк/Дж тоже перешел на крик. – Я любил образ его жизни, власть капитана космического корабля. Теперь этот образ жизни – мой.
– Я не стану убивать, – Кулеман развернулся и быстро направился к двери. Кирк/Дж метнулся, чтобы перекрыть ему дорогу.
– Ты уже убийца. Ты знал про целебиум. Ты мог спасти их от него. Тысячу раз убийца.
Раздался громкий стон. Дверь медицинской лаборатории открылась, и в палату вошел Маккой в сопровождении медсестры Чапель.
– Я думал, что мое присутствие успокоит ее, – вкрадчиво сказал Кирк/Дж, – но получилось обратное.
– В этом нет вашей вины, – с плохо скрытой наигранностью произнес Кулеман. – Лучевая болезнь прогрессирует, вот и все.
– Корабельное оборудование, начал Маккой, – не обнаружило никаких внутренних повреждений связанных с радиацией…
– Доктор Кулеман, – спросил Кирк/Дж, – разве остальные члены вашей команды не бредили перед смертью?
– Да, капитан.
– Но Джим, – возразил Маккой, – самый подходящий диагноз для данного случая – оглушение фазером.
– Я наблюдаю за доктором Лестер и ее персоналом в течение двух лет, – холодно произнес Кулеман. – Если вы не примете моих рекомендаций, то ответственность за ее здоровье или смерть будет лежать на вас.
Кирк/Дж посмотрел на Дженис/К, чьи судороги становились все сильнее и сильнее. Затем она замерла и ее глаза открылись; она смотрела по сторонам пытаясь разглядеть и узнать лица окружавших ее людей.
– Доктор Маккой, – сказал Кирк/Дж, – мне очень жаль, но вам придется уступить это дело доктору Кулеману.
– Ты не можешь так поступить! На этом корабле главным медиком являюсь я.
– Доктор Кулеман хочет взять всю отвественность на себя. И я разрешаю ему сделать это.
– А я нет.
– Все уже сделано, – Кирк/Дж повернулся к Кулеману.
– Доктор Лестер ваш пациент. Насколько я помню, когда я вошел, вы как раз собирались ввести ей успокоительное.
– Нет! – закричала женщина. – Только не это!
Но было уже поздно.
Дженис Лестер пришла в Звездный флот годом раньше Кирка и потратила гораздо больше времени на изучение всех мелочей, связанных с космическими кораблями; знание, которое теперь должно было быть подвергнуто экзамену. Немного опыта, и она стала бы неуязвимой для подозрений. Но присутствие на борту личности Джеймса Кирка, пусть даже в бессознательном состоянии, было для нее постоянной угрозой. Лучше было бы отправить эту личность куда-нибудь, где ее сочли бы сумасшедшей.
– Вычислите курс к колонии Венеция, мистер Чехов. Сколько уйдет времени, чтобы добраться туда на такой скорости?
– Сорок восемь часов, капитан.
– Капитан, – вмешался Спок, – но тогда мы не сможем попасть на Бэту Ауриджа. Это совсем в другой стороне.
– Ничего не поделаешь. Мы должны доставить доктора Лестер туда, где ей окажут соотвествующую помощь.
– Могу я указать, что Звездная База-2 находится как раз на пути к нашему месту назначения?
– Как далеко до Звездной Базы-2, мистер Чехов?
– Семьдесят два часа, сэр.
– На двадцать четыре часа дольше. Состояние доктора Лестер становится все хуже. Следуйте новым курсом.
– Капитан, если вся проблема в болезни доктора Лестер, то колония Венеция для нее не самое подходящее место, – сказал Спок. – Тамошняя медицина очень примитивна.
– Ее будет достаточно.
– Звездная База-2 лучше оснащена и укомплектована специалистами для того, чтобы определить, что случилось с ней. Разве это не достаточно веский повод отказаться от вашего решения?
– Спасибо, мистер Спок. Но никакое оборудование не поможет, если доктор Лестер умрет. Самое важное для нас – время. Следуйте новым курсом, мистер Суду.
– Капитан, – спросила Юхэра, – должна ли я известить командование флота об изменении наших планов?
– Наши планы не изменились, лейтенант. Просто мы задержимся по пути к Бете Ауриджа Исследование гравитации двойной системы от нас не убежит, зато мы можем спасти человеческую жизнь. Согласитесь, это случается не часто, – Кирк/Дж поднялся и направился к лифту.
– Я считаю, – начал Спок, – командование должно знать, что встреча с "Потемкиным" состоится позже, чем намечалось.
– Мистер Спок, если бы вы занимались тем, чем нужно, то флот давно бы уже был извещен.
– Сэр, обычно прямой связью со Звездным флотом занимается капитан. Я посчитал свое вмешательство излишним.
– Лейтенант Юхэра, сообщите командованию о задержке. Мистер Сулу, сохраняйте курс. Увеличьте скорость до шести единиц.
Кирк/Дж наконец-то смог покинуть мостик и спуститься к своей каюте; но и там он не получил передышки – его ждал Маккой,
– Доктор Маккой, неужели вы собираетесь начать еще один бесплодный спор о диагнозе?
Маккой стукнул кулаком по столу.
– Нет, сэр. Пусть за меня говорят мои наблюдения.
– Почему вы так агрессивно настроены? Вы отстранены от дела, но я ничего против вас лично не имею.
– Я пришел сюда не поэтому. Я здесь, поэтому, что хочу обвинить доктора Кулемана в некомпетентности.
– Это ваше личное мнение.
– Нет, сэр. Это мнение командования флота. Я все проверил. Доктор Кулеман был отстранен от должности главного врача своего корабля за административную некомпетентность…
– Здесь от него не требуется административной сноровки.
– А также за грубую медицинскую ошибку.
– Повышения и понижения иногда мотивированы политикой, – сказал Кирк/Дж. – Вы сами это знаете, док.
– Но не в командовании флота, капитан. Тем более не в Медицинском отделе.
Кирк/Дж шагнул вперед.
– Сожалею, но я не отменю свой приказ. Я считаю, что решающим фактором является опыт, полученный доктором Кулеманом на планете, где произошла катастрофа. Я уверен, что вы согласились с этим.
– Я понимаю, что вам пришлось сделать выбор. Но у меня тоже есть ответственность, Джим. Так что я прошу тебя провести полную проверку.
– Почему? Почему ты так хочешь этого?
– Из-за твоего странного и неустойчивого поведения после возвращения с планеты.
– Ты никогда не получишь разрешения! – злобно воскликнул Кирк/Дж. – И даже дурак поймет, почему ты делаешь это!
– О моих мотивах будет судить командование флота.
– Я не позволю подавать эту мелочную просьбу, рассчитанную только на месть.
– Ты должен подчиняться законам Звездного Флота, – сказал Маккой. – Они гласят, что корабельный врач может потребовать полной проверки любого члена экипажа, включая капитана, который вызовет у него сомнения. И я приказываю тебе запросить эту проверку…
Он был прерван пищанием передатчика.
– Капитан Кирк слушает.
– Лейтенант Юхэра, сэр. Командование флота запрашивает дополнительные данные о задержке. Должна ли я ответить им?
– Я сейчас приду.
Но проверку уже нельзя было отложить или отсрочить. Слухи о странном поведении капитана быстро распространились по кораблю и вызвали тревогу экипажа. Однако, к удивлению Маккоя, Кирк/Дж успешно прошел все тесты.
Удача улыбнулась ему еще раз, когда Дженис/К в отсутствии Кулемана пришла в себя и убедила медсестру Чапель в том, что ей больше не требуются уколы. Однако затем она осколком пробирки перерезала предохранительные ремни и помчалась по кораблю, со стеклом наперевес и, убеждая всех, что капитан Кирк вовсе не Кирк; в таком состоянии она представляла собой великолепный образец опасной сумасшедшей и дала Кирку/Дж долгожданный повод посадить ее в карцер с усиленной охраной.
Но этим он недооценил наблюдательность и всепроницающую логику Спока. Ученый знал предел возможностей любой дисциплины; он понимал, что никакой медицинский тест не в состоянии выявить изменений человеческой сущности, об этом и Маккой всегда говорил. Обвинения Дженис/К заставили его кое о чем задуматься.
Пока капитан был на планете, с ним что-то случилось. Это могло произойти только в короткий промежуток времени, когда он оставался с доктором Лестер. И разговор с ней должен был пролить свет на эту загадку.
Возле ее камеры стояли два охранника.
– Как там доктор Лестер? – спросил Спок у первого.
– В сознании и спокойна, мистер Спок.
– Очень хорошо. У меня есть к ней парочка вопросов.
– Это приказ капитана, сэр?
– А зачем он вам нужен? Это мои вопросы. И это мой приказ, юнга.
– Но капитан запретил кому-либо разговаривать с доктором Лестер.
– Разве этот приказ относится к старшим офицерам?
– Нет, сэр, – юнга открыл дверь и Спок прошел внутрь. – Мистер Спок, но я думаю, что необходимо и мое присуствие.
– Конечно, конечно.
Первыми словами Дженис/К были:
– О господи, ну наконец-то Спок, ты должен выслушать меня.
– За этим я и пришел, – ответил Спок. – Что случилось с вами и капитаном, когда вы находились одни? Что это было?
– Она с помошью какой-то странной машины обменялась со мною телами. Спок, я капитан Кирк. Я знаю, насколько неправдоподобно это звучит, но так случилось на самом деле.
– Подобной возможности я не учел.
– Если я не смогу убедить тебя, я навсегда останусь пленником этого тела.
– Полный обмен человеческими душами с помощью механического устройства?
– Да. В последний момент перед обменом доктор Лестер описала мне его функции.
– Насколько я знаю, – начал Спок, – никогда и нигде в галактике такой обмен не совершался успешно…
– Он был совершен и забыт давным-давно, на Камусе-2. А я – живой тому пример.
– Это только слова.
– Я знаю, Спок. "Ну и что? Я говорю правду. Послушай: когда в толианском секторе я попал в параллельную вселенную, ты рискнул своей жизнью и даже "Дерзостью", чтобы вернуть меня. Помоги же мне вернуться теперь. А когда вианы Минара требовали оставить умирать Маккоя, разве мы сделали это? Откуда я могу знать это, если я не капитан Кирк?