тели: в сутки положено не более шести батончиков.
В столовой полно народа. Олег вошёл, оглянулся — и заметил, как ему машут рукой с дальнего столика. Всё верно, это Алёна; со зрением что-то странное: после вчерашнего массажа глаза различают такие мелочи и подробности, которые раньше точно бы не заметили. Например, он заметил, что Алёна надела налобную повязку, «хайратник», как называет их отец.
— Не помешаю? — Олег с подносом в руках подошёл к столику Алёны.
— Ты часто задаёшь риторические вопросы? — спросила Алёна после того, как кивнула — «можно».
— Под настроение, — сказал Олег. Алёна улыбнулась — и всё на этом. Похоже, смешинка благополучно вылетела. — У тебя не было утром ощущения, что всю ночь кирпичи грузила?
— Что, и у тебя то же самое?! — удивилась Алёна. — Да. Утром был вообще караул, как будто ноги затекли. Походила немного — вроде всё в порядке. Думаешь, это наши вчерашние занятия?
— Других идей пока нет. Если что, я минут двадцать погулял спортивной ходьбой — всё прошло, ноги больше не ноют.
— Надо будет попробовать, — согласилась Алёна, и остаток завтрака они доедали молча. Из здания столовой с Алёной вышли вместе, и Олег заметил Ворошилова, который проводил их обоих взглядом. Естественно, Олег «не заметил» ничего такого.
Только на улице Олег обратил внимание, что Алёна тоже готова к занятиям — рюкзак на спине. «Мы как будто специально один и тот же дизайн подобрали, — подумал Олег, — оба выглядим одинаково: красные шиповки, синие шорты и майки под флаг России — бело-сине-красные». Только спортивные рюкзаки различаются: у Олега синий, у Алёны красный.
— Предлагаешь пройтись? — указала Алёна на беговые дорожки. Олег кивнул, и минут через десять они уже оба шли спортивной ходьбой. Олег старался особо не разгоняться — видно было, что для Алёны такая разминка непривычна, да и нет смысла перенапрягаться до начала тренировок.
Они прошли два километра, и Алёна махнула — «делаем паузу». Паузу так паузу. Стоять, а тем более садиться после таких тренировок Романов никогда не разрешал. Похоже, не разрешал и тренер Алёны: они просто отошли на «обочину», технический трек, и пошли далее обычным спокойным шагом.
— Слушай, и правда помогает, — удивилась Алёна. — Я уже начала думать, что вчера перенапряглась. А сейчас ничего, жить можно. Идём дальше? Или как ты по утрам разминаешься?
— Смотрю на природу, — сказал Олег. — Минут десять-пятнадцать. Потом снова хожу или бегаю.
— Интересно, — покачала головой Алёна. — Природы в моём расписании ещё не было. Прямо здесь смотреть будешь?
— Можно вернуться к дубу. Составишь компанию?
— Жесть! — восхищённо сказала Алёна после того, как минут пять смотрела на серп стареющей Луны в подзорную трубу. — Круто, я и не думала, что это может быть так интересно.
— Оставь себе, — предложил Олег, когда Алёна протянула ему трубу. — Если что, у меня ещё бинокль есть. Не пропаду.
— Спасибо! — Алёна сложила подзорную трубу и убрала её в футляр. — Такого мне никогда не дарили. Говоришь, дед много интересного рассказывал про космос. Расскажешь?
Олег кивнул и улыбнулся.
— Но позже, — сказал он. — Нам пора, через полчаса тренировка.
— Ого! — Алёна посмотрела на часы, сняла рюкзак и сложила туда подзорную трубу. — А вроде бы только что присели. Да, идём, хватит прохлаждаться.
Начало тренировки было вполне обыденным: несколько пробежек для разминки, простые упражнения. И Алёна, и Олег сказали Вяземской, что утром было ощущение, будто перетрудили мышцы.
— Так может быть, — кивнула Вяземская. — Спортивная ходьба — это правильное решение. Нагружает все мышцы, помогает им прийти в форму. Это пройдёт. Алёна? Готова?
Алёна кивнула.
— Начнём со ста девяноста, — сказала Вяземская, установила высоту и дала отмашку — вперёд.
Алёна разбежалась, прыгнула и… Сбила планку. Подошла к экрану стойки, посмотрела в большом недоумении.
— Странно, — заключила она. — Вроде бы всё нормально. Я такую высоту всегда брала, что это со мной?
— Сто восемьдесят восемь, — сказала Вяземская, возвращая планку на место. — Готова?
Алёна кивнула. Вновь разбег, прыжок… Планка сбита.
— Ноги как не мои, — удивилась Алёна. — Но я же ничего такого не делала вчера, как вы и говорили!
— Сто восемьдесят шесть, — сказала Вяземская.
…Алёна сумела взять только сто восемьдесят два. И то не с первого раза.
— Ничего страшного, — сказала Вяземская, не показывая на лице никаких эмоций. — Алёна, пробегите три раза по сто метров. Да, обычный спринт. Никуда уходить не нужно — прямо по соседнему треку. Постарайтесь делать как можно более резкий старт, это важно. Олег, мы пока продолжим с вами.
Получилась ровно та же история. Какое там двести двадцать девять! Олег сумел взять только двести семнадцать. Смех на палке, да и только. И тот же самый совет — пробежать стометровку трижды, разгоняться на старте изо всех сил. Когда Олег закончил третью пробежку (ногам отчего-то стало жарко, словно подержал их в ведре с горячей водой), то увидел мрачную Алёну, которая раз за разом пыталась взять сто восемьдесят шесть и не могла. После третьей попытки Алёна отошла несколько шагов от стойки, уселась прямо на трек и спрятала лицо в ладони.
— Олег, — сказала Вяземская, словно ничего особенного не случилось. — Когда пробежали стометровки, было ощущение тепла в ногах?
— После третьего раза, — согласился Олег, глядя с тревогой на молча сидящую Алёну.
— Ещё три раза по сто метров, — указала Вяземская.
— А можно небольшую паузу? — попросил Олег. Вяземская кивнула и отошла к тренерскому столику.
— Алёна? — сказал Олег, подойдя к ней поближе.
— Отстань, — буркнула Алёна, не отнимая ладоней от лица.
Олег оглянулся и увидел, как Вяземская поманила его ладонью к себе. Не очень понимая, что делать, Олег направился к ней. Вяземская молча указала на стоящие под столиком (чтобы солнце не грело) бутылки с минеральной водой. «А вот это кстати», — подумал Олег, взял две небольшие бутылки и направился к Алёне. Молча сел наземь рядом с ней и открыл одну. Услышав треск колпачка, Алёна отняла ладони от лица, и Олег увидел, что оно мокро от слёз. Олег молча протянул Алёне открытую бутылку, и та, кивнув, приняла.
Они допили минералку, и Алёна немного посветлела лицом.
— Алёна! — позвала Вяземская. — Перерыв окончен. Продолжим.
— Идём? — предложил Олег. Алёна мрачно посмотрела на него.
— Никогда со мной такого не было, — сказала она сердито. — Позорище. Это, что ли, её новая методика? Она на себе её пробовала?
Она вздрогнула и подняла взгляд. Олег тоже вздрогнул — не ожидал увидеть Вяземскую, стоящую в трёх шагах от них. «Она всё слышала», — подумал Олег, и стало неловко. Вяземская всё с тем же невозмутимым видом кивнула им, направилась к стойке и подняла планку.
— Похоже, сейчас моя очередь, — сказал Олег. Вяземская отошла от стойки на десяток шагов, повернулась к ней лицом и замерла.
Алёна и Олег не сразу поняли, что задумала Вяземская. А когда поняли, успели только подняться на ноги.
Вяземская стартовала под настолько острым углом, что показалось — сейчас упадёт. Не упала. Она добежала до стойки, оттолкнулась…
Это не был фосбери-флоп, которым прыгают Алёна и Олег. Это не был перекидной способ — Олег и Алёна увидели что-то новое. Вяземская обогнула планку по крутой дуге, в высшей точке казалось, что Вяземская согнулась пополам. Она приземлилась на спину и соскочила с матов лёгким и красивым движением.
Алёна и Олег бросились к стойке. Планка выставлена на двести двадцать восемь — то, с чего начинал сегодня Олег. А фотофиниш показал двести три миллиметра запаса. Вяземская прошла на двадцать с небольшим сантиметров над планкой.
— Двести сорок восемь, — сказала Алёна шёпотом, на пару секунд горло отказалось работать. — Двести сорок восемь?! — они оба смотрели на Вяземскую широко раскрытыми глазами и не думали скрывать ни восторг, ни удивление. Вяземская стояла и смотрела на них, улыбаясь. Она даже не запыхалась, понял поражённый Олег.
— Если у вас ещё остались вопросы, я отвечу на них. Постараюсь ответить, — добавила Вяземская.
— Но почему вы сами не выступаете?! — Алёна подошла к тренеру вплотную. — Почему?!
— Долгая история. Мне нельзя, — сказала Вяземская и взяла Алёну за руку. — Пожалуйста, не нужно так волноваться!
— Но вы только что побили мировой рекорд! — Алёна явно не желала успокаиваться. — Это что же… Я тоже смогу? — она оглянулась — Олег тоже подошёл ближе — и взяла Олега за руку. — Мы сможем? — Алёна смотрела в лицо Вяземской. — Скажите!
— Сможете, — улыбнулась Вяземская. — Но всё зависит от вас. Я прошу одного: довериться мне. Делать всё, что я скажу.
— Я буду! — заявила Алёна и снова глянула Олегу в лицо. — Мы будем! — Олег кивнул. — Извините, что я сказала там про вас!
— Ничего страшного. У вас ещё будет такое чувство не раз. Покажется, что ничего уже не получится. Просто вставайте всякий раз на ноги и пробуйте снова. Договорились?
Алёна энергично кивнула.
— Тогда задание обоим: бегите стометровку. Столько раз, сколько потребуется. Как только ногам станет жарко, очень жарко — вы поймёте — прекращайте и возвращайтесь к планке. Вперёд!
Ногам действительно стало очень жарко. При этом, странное дело, после восьми стометровок не пришло особой усталости. Вяземская поманила к себе Алёну и указала готовиться, выставила высоту на планке.
Алёна взяла сто восемьдесят шесть с первого раза. Олег не смотрел на экран, но и так было видно, что взяла с большим запасом. Вяземская подняла планку и указала Алёне — вперёд!
Сто восемьдесят восемь. Взяла с первого раза.
Сто девяносто. С первого раза.
Сто девяносто два. С первого раза.
Сто девяносто четыре. С первого раза.
Сто девяносто шесть взять не удалось с трёх попыток, а сто девяносто пять — со второй.