— Но вы же говорите, ваша работа подразумевает постоянное общение с тысячами посетителей? Разве мужчины не ходят за покупками в ваш магазин?
Какая же я дура! — спохватилась Эглантайн. Надо быть осторожнее, так и проговориться недолго.
— Ходят, — согласилась она, лицемерно вздохнув, — но все они, как правило, покупают у меня косметику для своих жен. А когда магазин закрывается, я, как и они, возвращаюсь в свой мирок…
— Вы живете одна?
— Нет, с сестрой, но у нее личная жизнь вполне устроена. — Эглантайн положила вилку. — Кстати, могу спросить у вас то же самое. Вы работаете в большой фирме, где многие встречаются и женятся, а на досуге даете объявления типа «Одинокий мужчина желает познакомиться…» Интересно, что вы ожидали увидеть?
— Честно говоря, не знаю… Мне почему-то захотелось встретиться именно с вами. А письмо ваше оказалось таким… лживым.
— Что?!! — воскликнула она со смехом. — Почему лживым? Потому что мои волосы на поверку оказались не оранжевыми?
— Частично из-за этого тоже. На бумаге вы выглядели смелой, почти развязной, а в жизни — настоящая скромница. Как вы, при вашей-то робости, умудряетесь выполнять свои обязанности?
— Говорю же, на работе я совсем другая! Так или иначе, чтобы успешно продавать свой товар, вовсе не обязательно быть стервой.
— Ну да ладно. Ответьте хотя бы, из каких побуждений вы подписали свое письмо «Твоя судьба»? Судя по вашему поведению, вы вовсе не собираетесь со мной сближаться.
Эглантайн уткнулась в свою тарелку, разгребая и перемешивая салат с таким сосредоточенным видом, словно от расположения овощей зависела судьба всего человечества.
— Может, мне кажется, что сближаться еще не время… — пробормотала она, проклиная нового знакомого за настырность и неуемное любопытство.
— А не желаете все же рискнуть?
— Да что вы все обо мне, да обо мне! — взорвалась Эглантайн. — Ведь именно вы первым поместили свое объявление! Я же не спрашиваю зачем!
— Так спросите! Я долгое время работал за границей. Возвращаюсь в родные, так сказать, пенаты, и выясняется, что все здесь переменилось. Друзья разъехались по разным городам. Знакомые девушки повыходили замуж, кто-то с кем-то встречается… В общем, у всех более-менее налажена личная жизнь. А я… Ведь не будешь же ходить за ними третьим лишним?!!
Ага, тебя бросили, вот оно что! — догадалась Эглантайн и почувствовала к нему жалость.
— Все ясно, — мягко сказала она. — Но неужели вы верите, что знакомства по объявлению помогут вам встретить ту самую, единственную?
— Пока не верю. — Ник горько улыбнулся. — Результаты меня не радуют…
— Простите.
— За что? — Бирюзовые глаза глянули на Эглантайн быстро и весело, а затем с неприкрытым любопытством скользнули в глубокий вырез ее платья. — Все в ваших руках, Мьюриел. Сегодня вы можете решить мою судьбу…
Эглантайн ощутила разливающееся по всему телу приятное тепло. Ее кожа покрылась мурашками от его откровенного взгляда, и тут она услышала, как ее собственный голос, словно он принадлежал вовсе не ей, спокойно произносит:
— Вы были правы насчет лобстера. Очень вкусно…
Ник не ответил. Пристально глядя на Эглантайн, он пытался прочесть противоречивые мысли, витавшие в ее платиновой головке. Даже не принимая во внимание его одежду и прическу, Эглантайн старалась, но не могла представить этого мужчину в роли своего мужа.
— Заказать к кофе коньяк? — нарушил молчание Ник. — Или вы предпочитаете ликер?
— Ничего не надо, благодарю. — Эглантайн как бы невзначай посмотрела на часы. — К сожалению, мне пора…
— Так рано?!! — В его вопросе слышалась плохо скрываемая издевка. — Боитесь, как бы карета не превратилась в тыкву?
— Не боюсь, — буркнула Эглантайн, — но уже поздно, а нам обоим завтра на работу.
— Вы, безусловно, правы, — медленно протянул Ник, окинув ее недоверчивым взглядом. — Но нам предстоит еще столько друг о друге узнать! Вы не знаете, какой мой любимый цвет, я не спросил, какой ваш любимый фильм, и все в таком роде…
— Правда ваша, — согласилась Эглантайн. — Эти моменты мы упустили.
— Но можно заказать еще по чашке кофе, — предложил он, — и наверстать упущенное…
Эглантайн вымученно улыбнулась.
— Не думаю, что это необходимо. Мне действительно пора…
— Очень жаль. — Ник несколько секунд молчал. — Ну скажите хотя бы, где вы сейчас работаете. В каком универмаге?
Эглантайн нервно сглотнула, почуяв, как рядом с ней разверзлась очередная ловушка.
— Конкретно — нигде, — торопливо солгала она. — В данный момент мы выводим на рынок новую линию губной помады, и я кочую из одного магазина в другой. Разнообразие, сами знаете, придает ощущениям остроту…
— Это вы точно подметили, — проворковал он, наклоняясь вперед. Его голос звучал мягко и бархатисто, околдовывая Эглантайн своей чувственной хрипотцой. — Но я совсем не такой, как вы думаете. Мне уже хочется остановиться, найти определенного человека и связать с ним — точнее с ней — свою жизнь.
Эглантайн деланно рассмеялась, но сказала вполне искренне:
— Желаю успехов! — Встав из-за стола, она набросила на плечо ремешок сумочки и добавила уже более серьезно: — И спасибо за приятный вечер.
— Это вам спасибо. Вы заставили меня многое переосмыслить, — вежливо отозвался Ник, поднимаясь со стула. — Все было так интригующе, Мьюриел. До скорой встречи.
— Прощайте! — недвусмысленно ответила Эглантайн, надеясь, что он правильно поймет ее.
Согласно правилам хорошего тона, теперь ей следовало пожать ему руку.
Прикосновение мужской ладони было уверенным и обжигающе горячим. Даже слишком уверенным, подумала Эглантайн, пытаясь высвободить свои пальцы, но Ник вдруг притянул ее к себе совсем близко. А когда он слегка наклонил голову и приподнял ее лицо за подбородок, его намерения стали вполне прозрачными.
Эглантайн резко вздохнула от неожиданности, когда его губы слегка прикоснулись к ее губам — очень нежно и очень медленно. Не агрессивно, не нагло, не требовательно, словно и не ждали никакого ответа, — но Эглантайн вдруг захлестнула волна странного возбуждения, вызывая непреодолимое желание во всем теле. Как будто никто ее прежде не целовал…
Когда Ник наконец поднял голову, на его губах играла довольная улыбка.
— Нет, — сказал он, словно про себя, — совсем не то, что я думал…
— Ну и прекрасно, — процедила Эглантайн сквозь зубы. — Ненавижу быть предсказуемой. Теперь, может, отпустите?
— Ах как мне этого не хочется! — Его улыбка стала еще шире, однако бирюзовые глаза смотрели на Эглантайн очень серьезно. — Но без подарка вы все равно не уйдете.
С этими словами Ник взял со стола одинокую красную розу и осторожно просунул ее гладкий, без шипов, стебель прямо в вырез платья Эглантайн.
Затем чуть отступил назад, любуясь своим произведением: бархатистые лепестки красной розы красиво выделялись на фоне кремово-белой кожи Эглантайн.
— Останьтесь, Мьюриел, прошу вас! — взмолился Ник. — Вам ведь не надо никуда спешить…
— Надо, — тихо возразила она, не узнавая собственного голоса.
Эглантайн резко развернулась и быстро зашагала к выходу, зная, что Ник смотрит ей вслед, и моля Бога, чтобы он не вздумал броситься вдогонку.
4
Дрожащими пальцами она повернула ключ. Дверь протяжно заскрипела, и Эглантайн незаметной мышкой скользнула в дом. Передвигаясь, словно лунатик, она вошла в гостиную и тяжело повалилась на диван.
— Боже мой! — полушепотом простонала Эглантайн. — Что же я наделала?
Ей повезло, что возле ресторана стояло несколько свободных такси, благодаря чему Эглантайн удалось быстро исчезнуть.
Ника Кайла у дверей ресторана не было, однако Эглантайн, несмотря на это, едва не свернула шею, высовываясь из окна, пока такси, мчавшее ее прочь, не выехало на соседнюю улицу.
Впрочем, даже в такси она не чувствовала себя в полной безопасности. Частичное успокоение пришло, лишь когда Эглантайн буквально ввалилась в холл своего домика и тщательно закрыла дверь на все замки.
Не надо было даже соглашаться, думала она, стягивая с себя плащ. Посидела бы один день дома, ничего страшного не произошло бы… Потому что мужчины вроде Ника Кайла способны серьезно изменить жизнь женщины. Особенно если женщина и сама не прочь… Боже, сокрушалась Эглантайн, все идет совсем не так, как мы с Мьюриел наметили…
Мысленно она вернулась на десять дней назад, когда весь этот кошмар еще только начинался.
В комнату, потрясая охапкой растрепанных газет, вихрем ворвалась сводная сестра Эглантайн Мьюриел и возбужденно выкрикнула:
— Нет, ты только послушай!
Эглантайн нехотя подняла голову и со вздохом отозвалась:
— Я же работаю. Не могла подождать?
— Неужели ты не в состоянии уделить мне хотя бы пять минут? — обиделась сестра. — В конце концов, сейчас, может, решается моя судьба!
Эглантайн сочувственно улыбнулась, однако осведомилась довольно ехидно:
— Как, опять? А я-то думала, твоя судьба давным-давно связана с Тибалтом…
— Тибалта я вообще больше видеть не желаю! Зачем тратить время на человека, который даже не думает на мне жениться?!
Мьюриел драматично всплеснула руками и с размаху плюхнулась в кресло.
— Вы встречаетесь всего месяц, а ты уже требуешь, чтобы он делал предложение! — осуждающе заметила Эглантайн.
— Да он просто боится серьезных отношений! Поразмыслив хорошенько, я решила: хватит думать сердцем, а не головой. Теперь буду выбирать себе мужа не по любви, а по расчету. Вот! — Она торжествующе потрясла газетами.
Эглантайн нахмурилась.
— При чем здесь «Ньюс ин Миррор»? Что-то не понимаю…
— Здесь есть колонка частных объявлений, называется «Ищу тебя». Представь, оказывается, уйма народу пишет туда письма, надеясь, как и я, отыскать свою половинку!
— А также группка извращенцев в поисках сомнительных развлечений! — подхватила Эглантайн. — Мьюриел, ты что, серьезно?