ы выполняешь эти законы по традиции — ведь им следовали твои деды, отцы, старшие братья, и ты, не задумываясь, тоже их выполняешь. Эго естественно для общества на примитивной стадии его развития. Совсем другое дело, когда ты выполняешь их сознательно, потому что не можешь не выполнять. Не потому, что так хотят старшие, что так повелось от веку, а потому, что не можешь считать себя человеком, если жизнь другого для тебя ничего не стоит. Ты не воруешь не потому, что запрещает закон, а потому, что не можешь украсть, ибо иначе не будешь сам себя уважать.
Такое сознание свойственно развитому обществу, цивилизации. Это уже в полном смысле слова человеческое сознание, искусственнее сознание, потому что убивать — совершенно естественно: в животном мире. Выразителем такого сознания стал древнегреческий мыслитель Сократ, которого называют первым учителем европейского человечества.
Сократ был удивительным человеком, он не писал никаких книг, он жил так, как учил, и сделал своей философией свою жизнь. Таких философов было очень мало. Обычно Сократ бродил по улицам Афин, сопровождаемый учениками, вступал в споры со встречными и высмеивал их, иногда добродушно, иногда довольно зло.
Например, он мог спросить встречного:
— Слышал я, друг мой, что ты очень умный!
— Да уж, дураком себя не считаю, Сократ, — отвечал тот.
— А знаешь ли ты, что такое добро и зло?
— Конечно, знаю, клянусь собакой, Сократ, кто же этого не знает!
— Тогда скажи: обман — это зло?
— Несомненно!
— А если мать обманывает ребенка, говоря, что лекарство сладкое, лишь бы он выпил, — это зло?
— Да вроде нет.
— А убийство, конечно, зло?
— Еще бы!
— А если человек убивает, защищая свой дом, свою семью, — это зло?
— Клянусь собакой, не знаю, Сократ. Раньше я думал, что мне хорошо понятно, что есть добро и зло, а теперь я сомневаюсь.
— Ничего ты не думал раньше, — говорил ему Сократ, — ты просто верил бездумно тому, что тебе говорили другие, тому, что ты где-то прочитал или увидел. А сам ты только сейчас, может быть, начнешь задумываться.
Учение Сократа показало, что появился новый человек, появилась мораль, идущая не от инстинкта, а от разума. Все, что не от меня, все, что я не пропустил через свою душу, через свои сомнения, — все недостоверно. Откуда я знаю, что нужно делать то добро, которого ждут от меня, — может, это вовсе и не добро? Все, что говорят мне от имени общества, государства, класса, начальства, все это я должен подвергнуть сомнению — а вдруг это все ложь? Я должен во всем сомневаться, я должен сам прийти к тому, что такое добро и зло, что такое счастье и что такое беда.
Мне, например, когда я был школьником, все время говорили, что надо все силы отдать строительству коммунизма, и многие отдавали не только силы, но и всю жизнь, а коммунизма так и не построили; теперь эти люди, отдавшие все силы, винят всех в собственных бедах — в нищете, в подорванном здоровье, в напрасно прожитой жизни. Хочется им сказать: а кто же виноват в том, что вы слепо поверили в то, будто можно построить рай на земле, а не усомнились в этой сказке, не задумались о возможных последствиях?
Сократ говорил, что мудрый человек никогда не делает ошибок: то есть, если человек усомнился в очевидных вещах, продумал все последствия своих поступков, пересмотрел все возможные варианты и только после этого совершил поступок, скорее всего, он не ошибется. Мудрость — это как бы образующаяся с годами способность всегда поступать правильно. Сократ призывал молодых никогда не класть в основание своих поступков чужие, непроверенные мысли или идеи. Но те, над кем он насмехался, обвинили его в том, что он растлевает молодежь: раньше молодежь во всем верила своим отцам, верила старшим, а теперь она во всем сомневается, никому не верит, никого не слушается. И Сократа приговорили к смерти. Приходили друзья, говорили, что наготове стоит корабль, предлагали бежать, но Сократ остался в тюрьме. «Если я убегу, — считал он, — то все решат, будто все, что я проповедовал это только болтовня, от которой я отказался. Но я должен своей кровью подкрепить свое учение, своей смертью.
Так он и умер, выпив чашу с ядом, которую ему дал палач, до самого конца оставаясь в ясном сознании. Пока смерть не пришла, Сократ беседовал со своими учениками.
Образ Сократа показывает нам, что такие невидимые вещи, как добро, зло, добродетель мужество, честь, на самом деле составляют вторую, подлинную природу человека. Это и есть материал, из которого человек строится. Й материал гораздо более прочный, чем его кости, мышцы, его тело в целом. Сократ умер очень давно, но он гораздо живее многих из нас: ведь то, что он сделал и сказал, до сих пор живет в нашем сознании, в нашем понимании самих себя, в осознании нами своего места в мире.
ЛАО-ЦЗЫ: ПОНИМАНИЕ ЖИЗНИ
Лао-Цзы — полулегендарный китайский мыслитель, основатель философии даосизма. По преданию, родился в 604 г. до н. э., однако в историчности его личности многие ученые сомневаются. В его биографии сказано, что он был историографом-архивариусом при императорском дворе, а прожил целых 160 или 200 лет.
Центральная идея даосизма — учение о дао (дао — это путь, извечный закон развития и исчезновения всего, судьба). Поскольку никто не знает полностью закона дао, то самое лучшее для умного человека — ничего не делать. И это «недеяние может, однако, привести к свободе, счастью, успеху и процветанию. Всякое действие, противоречащее дао, означает пустую трату сил. Поэтому мудрый правитель, следуя дао, не делает ничего, чтобы управлять страной, и тогда она процветает, пребывая в спокойствии и гармонии.
Лао-Цзы по-китайски буквально означает: старый учитель. По преданию, его ученики собрали его высказывании и книге «Дао Дэ Цзин», Она десятки раз переводилась на европейские языки, в том числе на русский.
Книга эта состоит из множества афоризмов, высказанных китайским мудрецом. Я приведу некоторые из них, касающиеся учения Лао-Цзы о правильной и мудрой жизни.
Человек входит в жизнь мягким и слабым, а умирает жестким и крепким. Все существа, растения и деревья входят в жизнь мягкими и нежными, а умирают засохшими и жесткими. Жесткость и сила — спутники смерти.
Нет ничего в мире мягче и слабее воды, продолжал китайский мудрец, и нет ничего, что бы превосходило воду в ее разрушительном действии на жесткое и крепкое. Слабое побеждает крепкое, мягкое побеждает жесткое. Нет человека, который не знал бы этого, но никто не поступает так.
Лао-Цзы хотел этим сказать, что побеждать других можно только разумом, разумными доводами; разум — самое «мягкое» орудие и в то же время самое сильное. Грубая сила вызывает только отпор, а терпимость, снисходительность к недостаткам заставляют человека задуматься и попытаться понять.
Кто знает других, тот умен. Кто знает самого себя — тот мудр.
Эта древняя мысль — подлинное начало любой философии: самое главное — знать себя. Поскольку люди в глубине своей все одинаковы, то, познавая себя, ты начинаешь понимать и все мысли, характеры и тайные движения чужой души.
Кто превозмогает других, тот силен. Кто превозмогает себя — тот могуществен. Кто умеет быть довольным, тот богат.
Конечно, самое трудное для человека — победить себя, свою лень, свою алчность, свою зависть. Если ты не справляешься е самим собой, то куда уж тебе командовать и распоряжаться другими людьми.
Кто не хлопочет о жизни, мудрее того, кто ценит жизнь.
Эта мысль тоже проходит через всю историю философии. Победить страх смерти, смело смотреть ей в лицо — только после этого человек начинает по-настоящему ценить и понимать жизнь, полнокровно проживать каждую минуту.
Кто понимает, тот немногое знает, кто много знает, тот не понимает.
Лао-Цзы, как и многие философы после него, считал, что самое главное, самое глубокое в человеке, что составляет его сущность, нельзя выразить в словах, нельзя превратить в набор знаний. Мудрец не просто знает — он понимает, мудрость выше знания. Можно знать, но ничего не понимать, вызубрить какой-нибудь предмет и сдать его, так и не поняв, зачем учил, зачем тратил время. Такое учение и такая ученость приводят только к печали, о чем и говорит Лао-Цзы:
Если отбросить ученость не будет и печали.
Если не превозносить талантов, то люди не будут и соперничать.
Если не ценить труднодобываемого богатства, то люди не будут становиться разбойниками.
Если не смотреть на то, что может вызвать страсть, то сердца не трепещут.
Лао-Цзы хотел сказать этим, что люди часто стремятся к совершенно излишним вещам — к славе, богатству, чувственным наслаждениям, вместо того чтобы вести подлинно мудрую жизнь: познавать себя, вглядываться в окружающий мир, по возможности заглядывать в будущее, грустить о прошлом.
ДИОГЕН: ПОИСКИ ЧЕЛОВЕКА
У Сократа и после смерти было много последователей, под влиянием его моральной философии сложилось несколько школ, выдвинувших различные теории мудрой, нравственной жизни. Одна из них — школа киников или циников (в латинской транскрипции, которую основал философ Диоген. Современники называли его «взбесившимся Сократом».
Греческий Диоген из Синопа (умер около 330—320 гг. до н. э.) начал с того, что пошел к Дельфийскому оракулу и спросил, как ему нужно жить. Прорицатель ответил, что нужно произвести переоценку ценностей. Диоген понял это по-своему и начал чеканить фальшивые монеты, попался и был продан в рабство. Когда его как раба вывели для продажи на рынок, он кричал:
— Кто хочет купить себе господина!
И когда один человек купил его, Диоген сказал покупателю, что теперь тот должен его во всем слушаться. Новый хозяин рассмеялся, но потом действительно его во всем слушался и даже доверил Диогену воспитание своих сыновей, потому что Диоген оказался мудрым и знающим человеком. Но совершеннейшим циником в общепринятом значении этого слова. Киники — по-гречески «собаки». Диоген и учил, что надо жить подобно бродячему псу — просто и неприхотливо, бросая вызов богатству, обжорству, пьянству. Идеал мудреца — полное опрощение, Сам он жил в бочке, питался одной к