«Так вот почему он так взбеленился», — думаю я.
По книге Алан прибыл в королевство Лемерии не только для заключения военного союза, но и в поисках Культа Сумрака. Того самого, что когда-то организовал успешное покушение на мать принца. Долгое время считалось, что Культ уничтожен, но буквально за пару недель до бала они предприняли новую попытку уничтожить королевскую семью Руанда. След вёл в человеческое королевство.
Чёрная магия была основным оружием культа, а место их главы занимала самая сильная чёрная ведьма, что когда-либо рождалась. В Лемерии (родине Виктории) чёрная магия не преследовалась пока находилась в рамках закона. В Руанде же только за подозрение в связи с чёрным колдуном можно было лишиться головы.
— Похоже, ты и правда удивлена... — тише говорит принц, наблюдая за моей реакцией. — Или просто хорошо притворяешься. Знаешь, что меня больше всего напрягает?
— Не знаю....
— Чёрные маги используют для колдовства собственную кровь… Особенно часто страдают руки, — он очень выразительно смотрит на моё перемотанное запястье. — Не слишком ли много совпадений?
У меня холодеет нутро… Но вдруг до ушей доносятся шаги.
— Виктория, ты где? — раздается позади оклик. Я едва не подпрыгиваю от радости. Деккард! Хоть иногда он приходит вовремя!
— Отец тебя обыскался, — говорит брат, приближаясь к нам. — ...что тут происходит?
Деккард довольно быстро оценивает обстановку, он смотрит сначала на меня, испуганно жмущуюся к дереву, потом на Алана, который стоит неприлично близко. Я неожиданно понимаю, что принц одет в форму солдата Руанда без единого знака отличия.
— Подожди! — успеваю я крикнуть брату, но тот уже налетает на принца, толкая его в грудь и заставляя отступить на шаг.
— Где твой хозяин, шавка! — кричит Деккард и идёт на принца, явно с намерением объяснить, что он не с той девушкой связался. Я успеваю перехватить его за руку в последний момент, шепчу:
— Деккард, перед тобой принц. Кронпринц Руанда!
Эта новость его ошарашивает, точно холодный душ. Должно быть брат принял Алана за простого солдата из охраны Руандского принца. Познакомиться они не имели возможности, да и в саду слишком темно, чтобы вглядываться в лица.
— Это приглашение на дуэль? — с угрозой спрашивает Алан.
— Нет, нет! — вмешиваюсь я. — Просто недоразумение!
— Мне так не показалось, — говорит принц, не скрывая издёвки. Драться с ним на дуэли — настоящее самоубийство. По книге я прекрасно знаю, что Алану нет равных в силе. А с оружием он обращается как бог. Видно, что-то такое известно и Деккарду, но отступать он не собирается.
— Виктория, если что-то было против твоего желания, если он тебе что-то сделал… — говорит брат, но я его перебиваю.
— Ничего не сделал! Мы просто… просто разговаривали! Ты не так понял… Милорд… — я поворачиваюсь к принцу. — Пожалуйста, не доводите до крайности. Случилось недоразумение. Вы же и сами это понимаете.
— Значит, это ваш брат? — Алан снова переходит на «вы».
— Да, милорд.
Принц словно задумывается, краем глаза я вижу, как Деккард разве что зубами не скрипит. Не привык он отмалчиваться, но терпит. Проблемы никомы не нужны. Интересно, что брат про меня думает? Что я вешалась принцу на шею?
— Хорошо, — наконец говорит Алан. — Не будем раздувать скандал на ровном месте.
— О, спасибо! — я облегчённо выдыхаю. «Кажется у меня всё-таки получится вырваться из сюжетной арки», — проносятся в голове мысль.
— Но тогда и вы будьте добры соблюсти приличия.
— Конечно.
— Покажите ваши запястья.
В первое мгновения мне кажется, что я ослышалась. Я поднимаю на Алана взгляд, переспрашиваю:
— Что?
— Ваши запястья. Вы единственная на этом балу с перемотанной рукой
— Я обожглась…
— Давай, покажи и пойдём, — шепчет Деккард. Он совсем не понимает опасности. И что мне делать?
— Помогите сестре, — с нажимом говорит Алан. Его приказу невозможно не повиноваться.
Деккард берёт меня за руку и сам начинает разматывать повязку… Мне остаётся только стоять и ждать.
Ждать неизбежного…
Глава 7
Время словно замедляется. Точно через пелену сна я наблюдаю как слой за слоем Деккард разматывает бинты. «Что делать! Что-мне-делать?!» — несутся в голове мысли. — «Сбежать? Но я даже руку вырвать не сумею! А если получится, то что дальше? Меня в два счёта поймают и будет только хуже!»
Алан не сводит с меня стального взгляда. Правда ли он подозревает во мне ведьму, или это только предлог? Неужели я снова вернусь в канву сюжета — на путь к собственной смерти!
Деккард снимает последний слой, я на секунду зажмуриваюсь, а когда открываю глаза, то… Ничего не происходит. На запястье бугрится корочка от заживающего ожога. И всё. Никакой метки!
«Как такое может быть?» — думаю я, не веря в своё счастье. — «Ведь я же чувствовала, как она жжёт мне руку! Неужели мне со страха почудилось? Или, может, из-за раны метка не смогла проявиться? Или дело в том, что тело Виктории теперь занимает моя душа, которая никак не связана с душою принца?»
— Благодарю за соблюдение приличий, — немного разочарованно говорит Алан. Я вскидываю взгляд и вижу, что он пристально изучает мою реакцию. Я прогоняю с лица растерянное выражение, но слишком поздно. Алан наверняка заметил моё удивление. Он хмурится, но сделать ничего не может. Сегодня он проиграл. Один ноль в мою пользу.
— Спасибо, что не стали раздувать скандал, ваша светлость, — произношу я, чуть приседая в реверансе и надеясь, что выполнила его не слишком коряво.
Деккард тоже обменивается с принцем ничего не значащими вежливыми словами, потом берёт меня под руку и уводит. Прежде чем мы сворачиваем к террасе, я не выдерживаю и оборачиваюсь. Почему-то мне вдруг остро хочется ещё раз взглянуть на Алана… Но принца уже нигде не видно.
Алан так и не возвращается в зал, я знаю это, потому что мой взгляд против воли упорно выискивает его среди гостей. Несмотря на маленькую победу, я не чувствую себя счастливой, скорее… опустошённой. Будто отказалась от чего-то очень важного.
Возвращению в поместье Саблфордов я радуюсь как никогда. Деккард всю дорогу молчит, хотя по его взгляду ясно, что молчит он только из-за присутствия в карете Графа. Отец же, судя по всему, поведением дочери остался доволен. На обратном пути он рассказывает, что получил несколько заманчивых предложений породниться домами. Одно даже поступило от Герцога!
— Да, герцогство Дониеров весьма скромное и их финансовое состояние оставляет желать лучшего... — говорит он, поглаживая трость. — Но их титул выше нашего, стоит к ним присмотреться. Подумай об этом Виктория. Я хочу организовать встречу с наследником Дониеров на следующей неделе. Знаю, в такие дни ты особенно невыносима, но постарайся обуздать характер. Не собираешься же ты всю жизнь сидеть у меня на шее.
Домой мы прибываем сильно за полночь. Служанка помогает мне расшнуровать корсет и оставляет одну. Переодевшись в сорочку, я падаю на кровать и засыпаю, как убитая.
Мне снится сцена в королевском саду. Снится, будто я вновь стою перед Аланом и освобождаю от бинтов запястье, а под ними — метка. Чёрные завитушки складываются в точно такой же символ, какой носит на запястье принц. Алан видит мою руку, видит метку и… просто разворачивается и уходит. А я почему-то бегу за ним и зову с таким отчаянием, точно от меня уходит сама жизнь.
«Ну и бред!» — первым делом думаю я, проснувшись. — «С чего бы мне бегать за этим невыносимым мужчиной. У него тараканов в голове больше, чем у меня волос».
Через витражное окно в комнату проникают солнечные лучи. Я сладко тянусь, раскидываю руки, вдыхая полной грудью. Теперь, наконец-то, мне нечего опасаться!
Без метки сюжет не сможет привести меня к смерти, а значит надо заняться налаживанием собственной жизни. Писать свою историю! Отец что-то говорил про брак с герцогом? Может это будет и не плохой выход. Уеду из дома, где меня все презирают, буду счастливо жить с мужем. Если, конечно, это не древний старик.
Я напряю память, пытаясь вспомнить было ли что-то о доме Дониеров в книге… Ничего похожего на ум не приходило. Значит сюжет уже поворачивает в другую сторону!
«Надо жить и радоваться! Я богата, красива и здоровья хоть отбавляй! Могу заняться чем угодно и не работать до конца жизни! Найти в мужья лучшего мужчину и быть счастлива! Разве ещё о чём-то можно мечтать? А Аланом пусть занимается Элиза».
Почему-то при мысли об Алане в груди просыпается неприятное тянущее чувство. «Тревога», — решаю я. — «Надо поскорее этого невыносимого принца женить и тогда все опасности исчезнут сами собой!»
Постучавшись, служанка вносит поднос с завтраком. Блюда пахнут так восхитительно, что у меня чуть слюнки не текут. Запах почему-то напоминает мне о маме, которая тоже готовила вкусно. Интересно, она меня ищет? Или, может, в моём прежнем теле теперь живёт душа Виктории?
Пока ем, аккуратно спрашиваю служанку про библиотеку и про учителей. Лили сухо отвечает, что библиотека на прежнем месте, возле покоев Графа. А учителя — не проблема. И что граф не раз предлагал изучить некоторые полезные науки, которые не помешает знать леди. Ту же географию и историю.
— Хорошо, ты можешь пригласить их завтра? Я хотела бы добавить уроки в моё расписание.
Если Лили и удивляется, то вида не подаёт. Про себя же я решаю, что учителя танцев лучше найти где-то на стороне, чтобы не вызвать подозрений. Наверняка в городе можно будет отыскать кого-нибудь. Кажется, Элиза куда-то ходила заниматься… По поводу магии стоит тоже подумать.
В самом прекрасном расположении духа я перемещаюсь в ванную. Лили, уже зная моё отношение, не настаивает на помощи. Только набирает воду и приготавливает мыло. Оставшись одна, я скидываю одежду и, прежде чем забраться в тёплую, пахнущую цветами воду, останавливаюсь возле зеркала.
От тела Виктории невозможно отвести глаз. Она точно супермодель высокой моды, утончённая как лань. Я провожу руками по её-моим бёдрам, тонкой талии, аккуратным округлым плечикам… и замираю. Весь счастливый настрой слетает с меня в одно мгновение. Чувствую себя так, словно меня пыльным мешком огрели. Чуть поворачиваюсь боком, пытаясь заглянуть за спину. Я не могу поверить своим глазам...