— Ясно, Ларри, — ответил Фил. — Пойдем, док.
— И пришлите сюда Китти, — приказал человек на кровати.
___Ферма была скромно обставлена, но в гостиной были стол и стулья. Фил указал мне место и сказал Китти:
— Твой черед. Он ждет тебя.
___Она обернулась ко мне.
— Как он?
— Слаб, но жить будет.
Ее лицо было бесстрастным, когда она обернулась и проследовала в спальню, закрыв за собою дверь. Фил сел за стол. Он скинул пиджак и возвратил револьвер в кобуру на поясе.
— Как насчет карт, док? В джин-рамми{2} играете?
— Играю, — ответил я, — но как же Марти?
— Он не играет.
— Он хотя бы говорить умеет?
Фил посмотрел на дородного водителя.
— Скажи что-нибудь доку, Марти. Он думает, ты не умеешь говорить.
— Я умею говорить, — проскрипел голос.
— Господи, что у него с горлом?
— Плохой самогон. Сжег ему горло и едва в могилу не свел. Было время, когда торговали всем, что можно налить в бутылку. Да и сейчас многие торгуют, что и говорить.
Я задумался, не может ли Марти по какой-нибудь причине считать виновным в своем состоянии лично Ларри Спирса. Может, он продолжал на него работать только для того, чтобы сдать Толстяка нью-йоркским бандитам и отомстить?
Но я опять начинал вести себя как сыщик безо всякого на то повода. Грузовик с загадочными бочками вот-вот приедет, и все разойдутся по своим углам. Поскольку они до сих пор меня не убили, я был вполне уверен, что Спирс искренне решил сохранить мне жизнь.
Пока Фил раздавал карты, я спросил:
— Как думаете, кто стрелял в Ларри?
Он пожал плечами.
— Какой-нибудь нанятый снайпер из Нью-Йорка.
— Откуда он узнал, где Ларри находится?
— Следил за нами, я так думаю. Или же услышал от Бочонка Тони.
— Кого?
— Тони Баррелло. Но все зовут его Бочонок Тони, потому что он ими торгует — бочками. Сегодня он приедет с грузом.
— Скажите мне, что же внутри этих бочек?
— Ничего. Исключительно воздух.
— Ларри настаивал, что они ценны для него.
Фил взял свои карты в руки, но Марти подошел к нему и заглянул через плечо.
— Иди на улицу, Марти, — приказал он. — Жди грузовик. — Когда полный мужчина вышел, он сказал: — Действует мне на нервы. Всегда такой тихий. Никогда не догадаешься, что у него на уме. Где мы были?
— На бочках.
— Точно.
— Ларри сказал мне, они очень ценные.
— Ну, каждая стоит по шестьдесят баксов, а в грузовике ожидается двести штук. Значит, двенадцать тысяч долларов.
— Шестьдесят долларов за штуку за пустые бочки?
— Эти бочки особые, — улыбнулся Фил. — Вы сами увидите.
___Мы сыграли две партии в джин, и он оба раза выиграл. Мы едва начали третий розыгрыш, как Китти вышла из спальни.
— Он проголодался, — объявила она. — Я приготовлю ему сэндвич.
Фил покосился на меня.
— Разве при ранении в живот разрешено принимать пищу?
— Ну, пуля же не пробила ему желудок. Небольшая порция не повредит.
Она отправилась на кухню, где у них, видимо, было запасено немного холодного мяса и хлеба.
— Мне тоже сделай, — завопил Фил ей вслед. — И Марти тоже, верно, голоден. Уже второй час.
Китти принесла поднос с сэндвичами, двигаясь с непринужденной грацией, выдававшей в ней бывшую официантку.
— Где все вы находились, когда в Ларри стреляли? — невинно спросил я.
— Китти завтрак готовила, — отвечал Фил, хмуро изучая свои карты. — Мы с Марти еще не вставали. Мы легли вчера только за полночь. Я как раз просыпался, когда услышал выстрелы.
— Сколько всего?
— Три или четыре, мне показалось.
— Четыре, — сказала Китти. — Стреляли четыре раза. К тому времени, как я добежала до дверей, Ларри был уже на ступеньках, пытаясь вскарабкаться вверх. И никаких следов нападавшего. Ларри сказал, что стреляли из кустов возле дороги.
— Должно быть, он предвидел неприятности, раз взял всех вас с собой, — прокомментировал я.
— Ларри всегда чувствует угрозу, — согласилась Китти. — В особенности, если ему приходится иметь дело с типами наподобие Бочонка Тони. Тони торгует и с ньюйоркцами тоже. Непонятно, на чьей он стороне.
Ближе к вечеру я начал беспокоиться, соображая, не заметили ли уже мое отсутствие. Вероятно, нет, решил я. Стояла суббота, когда у меня не было приема без записи, а Эйприл находилась в отпуске. Шериф Ленс мог заскочить ко мне в гости, но мое отсутствие его бы нисколько не удивило.
В три часа дня я поднялся на ноги, сказав:
— Мне пора проведать моего пациента.
— Мне кажется, он заснул, — сказала Китти.
— Я только загляну одним глазком.
Я открыл дверь и заглянул внутрь. Толстяк Ларри лежал в своей постели с закрытыми глазами, но они мгновенно распахнулись. Я знал, что его рука под простынями сжимает верный пистолет.
— В чем дело? — спросил он. — Грузовик приехал?
Я зашел внутрь и закрыл за собою дверь.
— Пока нет. Я просто зашел проведать, как ваше самочувствие.
Он с трудом улыбнулся мне.
— Неплохо для человека с пулей в кишках. Они что-то подозревают?
— Этого не заметно. Но к чему все это клонится? Вы считаете, один из них может попытаться вас прикончить?
— Вполне возможно. Давайте посмотрим, как они себя поведут, когда приедет Бочонок Тони.
Я возвратился к остальным. К тому моменту все мы, видимо, уже устали ждать, но не успел Фил раздать новую партию, как снаружи зашел Марти.
— Едут легковушка и грузовик, — хрипло объявил он.
Фил немедленно вскочил на ноги, выхватывая свое спрятанное оружие.
— Прикрой тыл, Марти, на случай, если это ловушка. — Потом, обращаясь к Китти: — Сообщи Ларри, что они едут.
Китти отправилась в спальню и быстро вернулась с посланием.
— Он велит, чтобы мы привели Бочонка Тони сюда, и он лично закрыл сделку и передал ему деньги за доставку.
Фил кивнул и направился к двери. Я поглядел в окно, наблюдая за столбом пыли, поднятым с дороги по направлению к нам. Первой по проселку ехала легковая машина, а за ней длинный, огромный грузовик с товаром, скрытым под брезентом. Заинтригованный этим загадочным грузом из пустых бочек, я все же обратил больше внимания на первую машину. Это был черный лимузин «Паккард» с задернутыми изнутри шторами. Худой мужчина среднего роста с рябым от оспин лицом вышел из-за руля. Подобно Филу, он носил темный костюм и фетровую шляпу с широкими полями, но костюм смотрелся на нем слегка великоватым.
— Это Писака Тернер, водитель Тони, — объяснил мне Фил. — А вот и Тони собственной персоной.
Писака открыл заднюю дверь, и появился дородный бородач. Хоть и не слишком похожий на бочонок, он был определенно велик, а его кустистая черная борода и шляпа с опущенными полями как-то придавали ему незаслуженно солидный вид. Пока его водитель прогуливался возле автомобиля, Бочонок Тони быстро взбежал по ступенькам к главному входу.
Фил спрятал пистолет и отворил дверь.
— Привет, Тони. Рад вновь тебя видеть.
Серо-стальные глаза Бочонка Тони мгновенно окинули все помещение, быстро проскользнув по Китти и остановившись на мне.
— А это кто? — спросил он.
— Местный костоправ. Ларри был ранен.
Я протянул ему руку.
— Доктор Сэм Хоторн. Рад нашему знакомству, Тони.
— Взаимно. — Он взял мою руку и слабо ее потряс. Я не мог не обратить внимания на бриллиантовое кольцо в форме бочки, находившееся у него на пальце. — Что стряслось с Ларри?
— Кто-то в него стрелял, — ответил Фил, прежде чем я успел открыть рот. — Но док сказал, что он поправится. Мы поместили его в задней комнате, вон там, и он желает вас видеть, чтобы обсудить сделку.
— Ему недостаточно просто меня увидеть. Пусть он лучше даст мне двенадцать тысяч плюс тариф за грузовик.
— Он все вам приготовил.
— Водитель есть?
— Марти с нами.
Бочонок Тони фыркнул.
— Этот тупица!
— А разве ваш чем-то лучше? — Фил выглянул из окна. — Что это он там делает с ружьем?
— Охраняет товар, — сказал Бочонок Тони.
Я подошел к окну и тоже выглянул. Водитель грузовика вышел наружу и встал, будто солдат на посту, с двустволкой наперевес. Китти подошла ко мне.
— Парня с ружьем зовут Чарли Хэллоу. Он наполовину индиец, или что-то в этом роде. Почти как Марти. Они оба хорошо стреляют, и все остальное.
— Чем эти бочки настолько ценные?
— Выходите наружу, и я вам покажу.
Мы подождали, пока Бочонка Тони не провели в «палату» к Ларри Спирсу. Я расслышал, как Ларри слабым голосом приветствует его:
— Тони, мой дорогой друг! Они пытались от меня избавиться, но я стреляный воробей.
Потом Тони закрыл дверь.
Я последовал за Китти на улицу, пока Фил отправился за Марти. Водитель Бочонка, Писака Тернер, все еще стоял, прислонившись к «Паккарду», но при виде нас он встрепенулся.
— Почему его зовут Писакой? — спросил я у Китти?
— Он работал в Чикаго репортером, но потом решил, что преступником быть выгоднее. Его интересуют только баксы. — Затем, уже громче, она его поприветствовала. — Как делишки, Писака?
Он заспанно ухмыльнулся ей.
— Привет, Китти. Все еще валишь всех с ног своим талантом?
— Даже не сомневайся, Писака.
Она пояснила мне:
— Я выступала однажды в чикагском бурлеске. Писака писал рецензию на мою программу, разве не так, Писака?
— Я ее обожаю.
— Мы можем взглянуть на машину Тони?
Он пожал плечами и отпер заднюю дверь. Внутри из-за опущенных штор стоял полумрак, но лампа на потолке мягко подчеркивала пышность кожаной отделки. В кармашек возле переднего кресла был воткнут обрез. Писака открыл водительскую дверь и закинул руки за подголовник кресла, наслаждаясь реакцией Китти.
— Шикарная штучка, а?
— Зачем он ездит со шторами?
— Слишком многим не терпится прошить его пулей. А так непонятно, в машине он или нет. Видишь, мое стекло тоже затонировано. Только лобовое из чистого стекла.