Прекрасная королевская фаворитка Аньес Сорель была похоронена с почестями, подобающими только царственным особам. Так, сердце и прочие внутренние органы ее погребли в капелле Нотр-Дам в Жюмьеже. На этом месте было установлено роскошное надгробие из черного мрамора. Сама же скульптура, изображающая молящуюся Аньес, в ладонях которой покоится ее собственное сердце, выполнена из белого мрамора.
Позже останки Аньес Сорель были перенесены в замок Лош, в коллегиальную церковь Нотр-Дам. Они покоилось среди хоров в саркофаге из черного мрамора. На надгробной плите искусно изображена королевская фаворитка в своем знаменитом наряде – отороченном мехом сюрко принцессы. Около нее парят ангелы, а у ног лежат два агнца (вероятно, изображением агнцев скульптор намекал на имя прекрасной дамы – Аньес).
Надгробие Аньес Сорель
В период Великой французской революции, а именно в 1794 году, могила Сорель была варварски осквернена и практически полностью разрушена. Впоследствии реставраторы немало потрудились над восстановлением надгробия Аньес Сорель – одного из изумительнейших памятников ренессансного искусства. Теперь это мраморное надгробие находится в башне бывших королевских покоев.
Когда Аньес умерла, Карл VII продолжал жить в Лоше, не забывая, однако, и прочих своих замков на Луаре – Шинон, Мэн-сюр-Йевр, Амбуаз. Он еще много сил потратил на то, чтобы как следует укрепить Амбуаз, хотя время междоусобиц во Франции уходило в прошлое, и на первый план выступили совсем иные потребности, а точнее, неистребимое желание комфорта и удовольствий.
«Источники молодости» Людовика XI
Людовик XI, сын Карла VII, родился в Лоше. Здесь он провел свои детские годы. Когда он был ребенком, ему довелось увидеть освободительницу Орлеана Жанну д’Арк, которая в то время находилась в самом зените своей славы. Он на всю жизнь запомнил эту необыкновенную женщину, которой на его глазах удалось совершить чудо – сделать из безвольного и апатичного человека, которым по сути своей являлся Карл VII, настоящего воина, сумевшего собрать воедино силы страны и, наконец, окончательно изгнать врагов с территории Франции.
В Лоше проходило обучение шестилетнего дофина. Для него была разработана специальная программа, над которой работал ректор Парижского университета Жан Жерсон (1363–1429). Будущий король изучал риторику и грамматику, историю, как светскую, так и религиозную, живопись и музыку, математику. Большое внимание уделялось и физической подготовке наследника престола. Если первая половина дня дофина была заполнена естественными науками, то вторая отводилась для занятий по стрельбе из лука, обучению обращаться с мечом и копьем.
Амбуаз
В одиннадцать лет дофин вместе с родителями переехал в Амбуаз, который незадолго до этого заново обустроил Карл VII. Местность, где и поныне располагается Амбуаз, практически неотличима от той, где находится Лош соответственно, и сам замок был устроен на мысе над обрывом, в месте, где крохотная река Аммас сливалась с Луарой. Именно здесь еще в эпоху владычества римлян в Галлии уже строилась крепость, которая позже стала вотчиной графов Анжуйских.
Оборонительные сооружения Амбуаза вначале были выстроены из дерева, а над ними возвышался каменный донжон. Здесь же находилась церковь со святыми мощами одного из отцов церкви – Флорентина. Амбуазом долгое время владела семья Сюльписа Амбуазского. Этот замок был навсегда утрачен семьей из-за последнего потомка старшей ветви, виконта Туарского, Людовика. Он вошел в круг заговорщиков, недовольных возрастающим влиянием при дворе фаворита Карла VII – Жоржа де ла Тремуйля (1385–1445). Заговор был раскрыт, а все причастные к нему первоначально были приговорены к смертной казни. Правда, сердце короля вскоре смягчилось, и он решил ограничиться всего лишь конфискацией имущества бунтовщиков. Так Амбуаз стал частью королевского домена.
Король остался доволен новым приобретением – хорошо укрепленным замком, расположенным совсем недалеко от Парижа. Он лично следил за переустройством древней крепости: позаботился о том, чтобы стены как следует были укреплены. Кроме того, ансамбль замка украсился Часовой башней над закрытым переходом в виде галереи.
Перед тем как прибыть в Амбуаз, король посетил соседний с ним город Тур, где население восторженно его приветствовало, тем более что в замке Тура в 1436 году состоялось счастливое событие в королевской семье – венчание дофина с дочерью английского короля Якова I, Маргаритой Шотландской (1425–1445). В то время жениху только что исполнилось тринадцать лет, а невесте и того меньше – всего одиннадцать лет.
Маргарита Шотландская
В замковой часовне Людовик красовался в бархатной мантии, расшитой золотом. Маргарита также блистала юной красотой в своей мантии принцессы и с короной на голове. После венчания муж поцеловал жену, и они расстались – до достижения обоими совершеннолетия.
Маргарита стала жить в окружении королевы, своей свекрови. Практически все свободное время придворные дамы занимались тем, что сочиняли стихи. Принцессе стихосложение давалось довольно сложно, поскольку ее французский оставлял желать лучшего, зато ее многому обучили придворные поэты, коих в те времена при королевском дворе было весьма много.
Если жизнь молодой принцессы являлась по своей сути затворнической, то ее муж активно участвовал в кампании по освобождению страны от англичан, а также от последних приверженцев живодеров.
Маргарита вообразила, что для того, чтобы понравиться мужу, нужно выглядеть подобно героиням любовных романов, которые она слушала с утра до ночи. В связи с этим она изнуряла себя жестоким постом: питалась исключительно зелеными яблоками, пила уксус и едва ли не до обморока затягивала свои корсеты, чтобы выглядеть такой же стройной, как и ее образцы для подражания. Подобное поведение постоянно вызывало беспокойство королевских родственников, и это неудивительно. Такое изнурение собственного организма в юном возрасте ставило под сомнение способность принцессы родить ребенка.
Опасения оказались далеко не беспочвенными: Маргарита умерла в начале августа 1445 года от воспаления легких. Видимо, для ее нежного и ослабленного организма оказалось достаточно легкой простуды, чтобы она перешла в смертельное заболевание. Тем не менее, как обычно, появились слухи самого разного рода. Например, многие утверждали, что Маргарита не старалась хранить верность своему вечно отсутствующему супругу. Во всяком случае, всегда находились «доброжелатели», готовые донести дофину правду о похождениях юной принцессы, которую однажды будто бы заметили ночью прогуливающейся с влюбленным в нее трубадуром, декламировавшим ей стихи о любви и прекрасных дамах прошлого.
Ситуация выглядела романтической, но, естественно, не вызывала у дофина подобного настроения. Кажется, он сильно страдал; к тому же ему постоянно приходилось сражаться с интриганами, которых всегда при дворе было предостаточно. Кроме того, в это время Людовик безуспешно боролся против фаворитки своего отца Аньес Сорель, что, как говорилось выше, закончилось его изгнанием из Франции.
Герцог Бургундский Филипп III Добрый
Некоторое время дофину пришлось жить у приютившего его дяди, герцога Филиппа III Бургундского (по прозванию Добрый) (1396–1467 гг., герцог Бургундский с 1419 г.), в Брюсселе. Там в 1457 году он женился во второй раз, на Шарлотте Савойской (1440–1483). Пять лет провел дофин на благодатных землях Бургундии, где было много дичи, и это обстоятельство располагало к самому распространенному в то время развлечению – соколиной и псовой охоте. Заодно на охоте дофин мог узнать из уст простолюдинов свежие новости из Франции. Некоторые из осведомителей позже стали его ближайшими советниками. Именно так, например, произошло с цирюльником Оливье ле Денном (?–1484). Что же касается долгих зимних ночей, то их коротали за чтением различных развлекательных историй, к каковым относились, в частности, «Сто новых новелл», созданных при дворе герцога Филиппа Бургундского.
Людовик XI получил возможность вернуться во Францию только после смерти своего отца Карла VII в замке Мэн в 1461 году. Едва была проведена коронация, как король прибыл в Тур, где прошло все его детство. Первым делом он распорядился об организации ткацкой мастерской в городе, в результате чего центром по производству золотых тканей стал уже не Лион, как это было традиционно, а Тур. А после того как Людовик XI наладил на Луаре судоходство и сделал все возможное для укрепления береговых дамб, значение Тура возросло еще больше.
Амбуаз превратился в настоящий центр борьбы с недовольными, в частности высшей аристократией, организовавшей против него тайную Лигу общего блага. В ответ в Амбуазе был организован орден Святого Михаила, членами его стали верные королю дворяне, которых монарх призвал отстаивать, не щадя жизни, как интересы государства, так и церкви.
А Лош приобрел статус государственной тюрьмы, и в его стенах перебывало множество знаменитых заключенных. Здесь расставили деревянные клетки высотой в человеческий рост. Деревянные прутья сверху были окованы железом. Эти клетки в народе называли «королевские дочурки».
Шарлотта Савойская
Людовик XI не задерживался надолго ни в одном из своих замков, предпочитая Турень. Время от времени он считал своим супружеским долгом навестить Шарлотту Савойскую, скромно проводившую дни в Амбуазе. И в то время как царственный супруг непрерывно изменял ей направо и налево, добродетельная женщина регулярно рожала ему детей.
Наконец муж настолько перестал стесняться, что привез с собой в Амбуаз двух простых девушек весьма легкого поведения и обустроил их комнаты в непосредственной близости с комнатами королевы.
Шарлотта, однако, отличалась истинно олимпийским спокойствием и жила сама по себе, не особенно реагируя на поведение мужа. Она вела вполне привольную жизнь с настоящим королевским размахом. По сообщению современников, у королевы было пятнадцать придворных дам, двенадцать камеристок,