– Э-э…
Сайлас подвел Лили к телу Селесты и сбросил простыню на пол. Он указал на вены девушки.
– Здесь следы от уколов, видишь?
– Угу, – кивнула Лили. Только бы они не оказались признаком разгульной жизни.
– В нее залили формальдегид. Он мешает точно определить время смерти.
– Что?! – Сайлас, привыкший к тишине, поморщился от внезапного крика Лили. – Извини. Но какой в этом смысл?
– Видимо, наш дружок не хотел, чтобы тело испортилось.
– Он хотел, чтобы она казалась живой… – задумчиво прошептала Лили. – Что еще?
– У жертвы был половой контакт прямо перед смертью.
– Изнасилование?
– Не исключено. У меня есть одно подозрение, но результаты токсикологического анализа я получу только завтра к вечеру.
– А что насчет чужого эпителия?
– Она не сопротивлялась. Под ногтями чисто, никаких биологических следов во влагалище. Думаю, убийца был в перчатках и презервативе. Шею жертвы он обработал, скорее всего, тряпкой – я нашел микрочастицы ткани – и обычной водой.
Когда Лили разглядывала Y-образный разрез на теле, тянущийся через все туловище, она внезапно ощутила мерзкий запах. Зажав нос, она вновь взглянула на погибшую: черные волосы, красивая фигура, аккуратные черты лица. Все же для случайного убийцы слишком скрупулезная работа.
– Позвони мне завтра, как только получишь результаты.
– Конечно. Покурим?
Выйдя на улицу, они сели на ближайшую лавочку. Сайлас протянул Лили сигарету. Стемнело, стало еще холоднее, и Лили пожалела, что надела кожаную куртку, а не дубленку.
– Ты сказал, у тебя есть подозрения. Какие?
– Формальдегид и то, что он сотворил с сосудами, видно невооруженным глазом, можно даже не ждать результатов экспертизы. Но я почти уверен, что жертве ввели еще один препарат. Думаю, ее обездвижили.
Глава 4
По пути в видеопрокат Лили позвонила своей матери и поговорила с дочкой. Нора рассказала ей, что они с дедушкой гуляли по лесу и изучали следы животных, после чего она уговорила его поиграть в прятки, и дедушка целых полчаса не мог ее найти, так здорово она спряталась под лодкой. Лили страшно захотелось все бросить и поехать к Норе, улечься вдвоем на маленькой кроватке и почитать дочери ее любимую сказку о Золушке. Сколько бы новых книг Лили ни покупала дочери, они всегда возвращались к истории трудолюбивой принцессы.
Вскоре Лили припарковала свой «додж» возле видеопроката и, ежась от холода, вошла в маленькое, плохо освещенное помещение. Внутри витал неприятный запах, в котором отчетливо ощущалась нотка перегара. Лили задержалась у стендов с триллерами, подумав, что было бы здорово взять напрокат несколько фильмов и провести все выходные перед телевизором, но тут же вспомнила, что обещала дочери активный отдых. А учитывая, что на руках у Лилиан труп, выходные и вовсе могли отменить.
– Добрый вечер! Отличный выбор, «Сделка с дьяволом» сейчас самый популярный фильм. Вернули буквально полчаса назад. – Из комнаты для персонала вышел парень лет двадцати с пирсингом и татуировками на руках. Он доброжелательно улыбался.
– Детектив Мерфи, – вместо приветствия ответила Лили. Улыбка испарилась с лица парня. – Мне нужно задать вам несколько вопросов.
– Я не… клянусь, просто… – начал заикаться парень, от которого исходил подозрительный душок.
– Успокойтесь, я здесь по поводу убийства, – остановила поток оправданий Лилиан.
– У… убийства? Будешь тут спокоен! Господи, да я никого не убивал, вторые сутки торчу здесь безвылазно…
– Дайте мне договорить, – Лили взглянула на бейдж, – Лесли. Могу я к вам так обращаться?
– Конечно.
– Лесли, Селеста Кларк была твоей сменщицей?
– Селеста, да, она… Подождите, вы сказали «была»?! Так это Селесту грохнули?! – Лесли схватился за голову, прижав к черепу сальные светло-русые волосы.
– Лесли, мы снова отвлекаемся. Она была твоей сменщицей?
– Да… да. У нас не всегда был стабильный график, в основном она брала несколько ночных смен в неделю, иногда дневные, когда не было занятий в универе.
– Селеста вышла на смену этой ночью?
– Нет, она и не должна была, – нахмурился Лесли.
Значит, родителям Селеста солгала.
– А когда ты видел ее в последний раз?
– Она отрабатывала за меня дневную смену позавчера, кажется, – почесал затылок Лесли. – Я сменил ее в восемь вечера.
– В каком она была настроении? Расстроена, напугана?
– Нет, наоборот! Она была улыбчивой, хотя, в общем-то, она всегда такой была… Не могу поверить…
– Вы довольно близко общались?
– Нет! Нет, могли только посмотреть фильм. Она не одобряла мои… пристрастия, ругала часто. Мы с ней работали вместе всего три месяца.
Лесли рассказал, что Селеста много времени проводила в библиотеке, даже на смену приносила с собой книжки. Авторов и названия он вспомнить не мог, потому что не особо интересовался. Лесли сообщил, что их камера хранит видео только сутки, а дальше запись автоматически стирается. Но Лили все равно решила просмотреть: вдруг удастся заметить что-нибудь подозрительное.
– Говорю ж вам, ничего особенного за сутки.
Лили придвинулась к монитору, рассматривая мужчину, прикрывшего лицо козырьком бейсболки. Он выглядел подозрительно и все время оглядывался.
– О, не думаю, что это ваш клиент. Билли завсегдатай отдела для взрослых, он прятался от жены.
Лилиан тяжело вздохнула и потерла глаза.
– Неужели Селеста ничем с тобой не делилась?
– Со мной? Нет, мы виделись нечасто, в основном десять минут перед сменой. Болтали о фильмах, обсуждали рабочие вопросы. Иногда удавалось посмотреть какую-нибудь новинку, чтобы советовать ее покупателям.
– Может, кто-то приставал к ней? Она не жаловалась?
– Ни разу. Более того, Селеста умела резко отшивать: она продемонстрировала это в день нашей первой встречи. Думаю, вам стоит поговорить с ее подругой Мэгги. Вот кто здесь часто бывал.
– А вы знаете, как с ней связаться?
– Нет, но Селеста говорила, что она живет в соседнем с нею доме.
– Спасибо, Лесли. Вы мне очень помогли. Если вспомните что-то еще, пожалуйста, свяжитесь со мной. – Лили протянула Лесли визитку.
– Может, все-таки возьмете «Сделку с дьяволом»? – Лесли улыбнулся, и на его щеках образовались ямочки.
– В следующий раз. Думаю, я еще загляну.
В «додже» Лили растеклась по креслу. Мог ли Лесли быть убийцей? Нет, вряд ли. Во-первых, у него железное алиби: Лили просмотрела записи с камер за сутки, и, даже если бы дата вверху экрана была неверной, на видео было множество свидетелей, которые подтвердят присутствие Лесли в прокате. Во-вторых, он производил впечатление ленивого, вечно расслабленного парня, о котором старшее поколение наверняка высказалось бы нелестно. Да и его вредные привычки, аромат которых преследовал Лили всю дорогу до библиотеки, не позволили бы так аккуратно совершить убийство.
Зазвонил телефон, она раскрыла раскладушку: Картер.
– Лили, где ты?
– Около библиотеки Литл-Фри. А ты?
– У пресвитерианской церкви. Заберешь меня?
Из трубки доносился гул автомобильного двигателя.
– Ты ведь рядом с остановкой, запрыгивай на чертов автобус!
– Ну Лили…
– Ладно, еду.
Лили сдала назад, развернулась и под визг шин выехала на асфальтированную дорогу. Она чуть превысила скорость, разозлившись на Картера, но потом заметила автомастерскую и притормозила. Именно здесь в последний раз делали техосмотр «ауди» Дэниеля, которая теперь похоронена на городской свалке. Когда ей сообщили, что Дэниель разбился, она долго смеялась, но, осознав, что это не шутка, пришла в ярость. Вместо слез ее накрыло волной гнева. Ей было жизненно необходимо наказать любого причастного к аварии, хотя главным виновником была судьба.
Всего за два дня до аварии Дэниель проверял машину в этой мастерской. Лили приехала сюда на следующий день после того, как увидела в морге искалеченное тело своего мужа, схватила разводной ключ и грозилась забить до смерти каждого, кто был причастен к поломке авто. Перепуганные механики и управляющий пытались успокоить Лили:
– Миссис Мерфи, мы сделали все, что требовалось, никаких проблем выявлено не было! Мы проверили тормоза, проехались по главной дороге. Да никогда в жизни на нас никто не жаловался! Мы понимаем, вам очень больно, но дело не в нас. Возможно, в дорожном покрытии или…
– Или в чем? Хотите сказать, что мой муж с пятнадцатилетним стажем вождения отвлекся за рулем?!
– Вы же знаете, это Джуно, из леса может выскочить кто угодно…
Тогда Лили с ненавистью швырнула ключ на кафельную плитку, и та отозвалась глухим треском, который заставил вздрогнуть всех присутствующих. Она пообещала засудить их компанию, но, успокоившись и смирившись с ситуацией, приехала попросить прощения. Управляющий – его по иронии судьбы тоже звали Дэниель – налил ей крепкий кофе и попытался развлечь болтовней о рыбалке и автомобильных запчастях.
Сзади загудела машина, Лили газанула: опять задумалась и не заметила, как загорелся зеленый сигнал светофора.
Картер ждал ее на остановке. Когда она подъехала, он торопливо запрыгнул в автомобиль, радуясь, что в салоне гораздо теплее, чем снаружи.
– Привет, – улыбнулся напарник, – какие новости?
Лили рассказала обо всем, что ей удалось узнать. Картер сообщил, что никто в церкви не слышал под утро ни криков, ни других подозрительных звуков. Даже если кто-то проезжал по шоссе, они ничего не видели, так как спали. Картер опросил продавцов ближайших магазинов и заглянул на заправку: «опель» Селесты никто не видел, но внешность девушки показалась им знакомой. Однако ничего примечательного о ней так никто и не вспомнил.
Говорят, Джуно – все равно что маленькая деревня, где все друг друга знают; фамилии всех семейств, по словам родителей, были у всех на слуху. Но стоило произойти убийству – и стало ясно, что никто здесь не видет дальше своего носа.
– Завтра поеду к ее подруге, сегодня уже поздно врываться в дом, – сказала Лили.