Старейшина внимательно слушал, его лицо оставалось невозмутимым, но в глазах читалась серьёзность. Когда Алина закончила, он кивнул и сказал:
— Хорошо, Алина. Ты всё сделала правильно. Молодец, что пришла ко мне. Оставайся здесь. Я разберусь с этим. Ни с кем не разговаривай и никому не открывай. Пока я не вернусь.
Он вышел из комнаты, оставив Алину одну. Она села на стул, её руки всё ещё дрожали. Через несколько минут старейшина вернулся. Его лицо было серьёзным, но он снова попытался успокоить её:
— Всё будет хорошо, Алина. Я уже начал действовать. Ты в безопасности.
Когда старейшина в очередной раз вышел, на этот раз чтобы поговорить с кем-то у входа, она тихо поднялась и подкралась к двери. Она знала, что подслушивать неправильно, но ей нужно было знать, что происходит.
За дверью она услышала голос старейшины и ещё один, грубый и низкий. Это был отец Гарта, кузнец Гарольд. Его голос звучал напряжённо:
— Что происходит? Почему ты вызвал меня?
— Твой сын, Гарт, — тихо проговорил старейшина. — Он совершил убийство. И есть свидетель.
— Что? — голос кузнеца стал резким. — Это ложь! Гарт не мог…
— Есть свидетель, — перебил старейшина. — Ты и сам знаешь, что мог. Он убил Арнея. — Тут старейшина немного выждал, после чего продолжил ещё более пониженным голосом. Отчего Алина уже еле разбирала слова. — Он скинул паренька в Застывшую Бездну.
Кузнец ничего не ответил. Но казалось, зашипел от негодования. Да и без слов чувствовалось напряжение.
Алина прижалась к стене, её сердце бешено колотилось. Она слышала, как Гарольд начал спорить, его голос становился всё громче и агрессивнее.
— Ты должен понять, — продолжил говорить старейшина. — Если люди узнают об этом. Даже не смотря на то, что это обычный сирота. Могут подняться волнения.
— Кто свидетель? — Резко спросил кузнец.
— Алина, из семьи Тимошеных.
Тут кузнец грязно выругался, но Алина не разобрала ни слова. Однако с каждой секундой тревога в её сердце всё больше и больше разрасталась.
— Что делать думаешь? — Неожиданно спросил старейшина, словно это кузнец здесь главный и решает вопросы.
— Надо закрыть им рот. — Жёстко проговорил тот.
— Договориться не получится?
— Ты же знаешь этих Тимошеных. Две тупых мымры, которые приехали сюда якобы из города. Стоят друг друга… и вечно строят из себя не пойми кого! Остальные-то люди может и поймут. Знают ведь, что наша деревня лишь благодаря кузнецу на плаву держится. А эти… Короче затыкать им рты нужно. Жестко. Иначе… ты же и сам понимаешь, что будет, если кто-то из них в город пожалуется. А предпосылки уже случались. Да и знакомые у них там наверное остались. Какие-никакие…
— Да брось ты. Думаешь, они настолько дуры? В город из-за этого сироты попрутся?
— А тут далеко ходить не надо. Сейчас идет ежегодный набор. Кто-то из городских может и сам мимо нашей деревеньки проезжать. А может и в несколько дворов заглянет. Понимаешь же?
— Хм. Ну да… — задумчиво хмыкнул старейшина. — Хотя к нам уже несколько лет не заезжали. Не выгодно крюк делать. Но всякое может быть…
В этот момент дверь в его дом с треском открылась и внутрь ещё кто-то зашел. И по первым же словам, Алина сразу поняла кто это. Её сердце тут же сжалось.
— Где эта сука? — Прорычал Гарт.
— Закрой свою пасть! — Рыкнул на него в ответ отец. — Ты уже наломал дров. А я теперь за тебя отдуваться должен!
Гарт насупился, но промолчал. Он тяжело дышал и явно еле сдерживался, чтобы не нагрубить своему отцу.
А у Алины глаза полезли на лоб. Она поняла, что просчиталась. Старейшина усыпил её бдительность, а теперь стал заодно с кузнецом. И что самое обидное — больше ей в этой деревни обратиться не к кому. Негде искать защиты. И из-за этого так же может пострадать и её мама. Ведь эти люди… такие как Гарт, пойдут до конца. Но было уже поздно что-либо менять.
— Так и что делать будем? — Снова заговорил старейшина в то время, как Алина принялась осматриваться по сторонам.
— Что-что? Объяснять что жизнь тяжелая штука. — С оскалом проговорил кузнец. — Порой и не такие беды случаются. С Тимошеной я сам разберусь. Местные поймут. Её слово против моего. Надо будет и языки поотрезаем, чтобы лишнего не сболтнули!
— А с её дочерью? Алиной? — Вмешался в разговор Гарт.
В этот момент возникла тяжелая пауза. А спустя несколько секунд кузнец продолжил говорить.
— Делай с ней, что хочешь. — Проговорил он. — Но чтобы она рта не раскрывала. Ты понял?
— Да. — Довольно ответил Гарт и проглотил слюну. — Я всё сделаю как надо.
После очередного удара я снова услышал Посторонних. Так я решил прозвать тех, кто изредка разговаривал со мной.
— Ты думаешь, что станешь сильнее? — засмеялись голоса. — Сильнее чего? Ты сражаешься с пустотой!
Я улыбнулся. Впервые за бесконечные годы мои губы дрогнули, и я произнёс:
— Я сражаюсь с собой.
Голоса замолчали. Ненадолго. Потом их смех стал громче, злее, отчаяннее.
— Твои тренировки бесполезны. Они никак не помогут! Ты ничего не достигнешь этой глупостью.
— Я учусь слышать тишину. — Ответил я, как ни в чем не бывало. — Чувствовать пустоту. И находить во всем этом силу.
— У тебя даже оружия нет. Ты машешь ниче-е-ем. — Протянул Посторонний.
— Моё тело станет оружием.
— Рано или поздно ты сойдешь с ума. Потеряешь свой рассудок. И тогда настанет на-а-ш ча-а-ас!
— Мой разум — щит! А дух непоколебим! Я буду тренироваться вечно!
— Ты никогда не выберешься отсюда! — отчаянно закричали десятки голосов. — Ты никогда не увидишь свет! Ты никогда не узнаешь, зачем всё это!
Я нанёс ещё один удар. Мои движения однозначно стали быстрее, резче, увереннее. Я чувствовал это, но не знал, сколько времени прошло. И сколько ещё пройдёт…
— Мне не нужен выход, — прошептал я. Мой голос зазвучал тихо, но твёрдо. — Мне не нужен свет. Мне даже не нужны ответы. Я просто стану сильнее.
Пространство загудело, голоса завыли, зашипели, но их насмешки уже не могли меня задеть. Я продолжал тренироваться. Один удар. Ещё один. И ещё.
Какой он там по счету?
Глава 5
Мой единственный удар был отточен настолько, что я уже перестал замечать, бью ли я вообще? Тело двигалось само по себе. Но вот счет… счет я не прекращал.
За всё это время, после миллионов повторений, этот удар превратился в рефлекс. Мышцы и суставы подстроились под это движение, сделав его максимально быстрым, точным, мощным.
Но изменения были не только в этом. Я так же начал чувствовать окружающее пространство. Мог представить, насколько далеко или близко ходят от меня обездоленные души. Иногда мне даже казалось, что я могу не дышать здесь. Но это было ошибочно.
— А ты интересный малый! — В пустом пространстве неожиданно раздался голос. И это было ново для меня. Ведь голос был женским.
И от этого голоса внутри меня что-то колыхнулось. Перед следующим ударом я замер на мгновение. А потом сделал глубокий вдох и продолжил.
— Мне надоело наблюдать за тем, как ты машешь пустыми руками! Держи! Рядом с тобой появилась палка. Найди её. — В этом голосе слышалось нечто игривое. Точно отличающееся от всего остального.
Но стоило ей произнести это как десятки, сотни голосов тут же недовольно забормотали, зашипели, заскрежетали.
Голоса тут же принялись протестовать.
— Не помогай ему!
— Что ты делаешь?
— Зачем ты даришь ему надежду⁈
— Пусть почувствует безысходность!
— Прекрати! Ты же покровительница отчаяния!
— Не давай надежду! Ты изменяешь себе!
— Шушушушшш…
— Я? Надежду? Аха-хах-ха! — Звонкий голос разнесся по всему пространству. Хотя здесь не было ни начала, ни конца. Но я почувствовал, как голос заполонил всё. Это было впервые. А спустя мгновение, женский голос продолжил говорить. — Я дарую лишь боль и отчаяние. А это просто палка. Не стоит искать скрытого смысла там, где его нет!
— И всё же!..
— Шишшш…
Голоса продолжали шипеть и протестовать, но я уже не обращал на них никакого внимания. Немного поразмыслив, я впервые за долгое время сдвинулся с места и направился к появившейся здесь палке. Я не видел её, но точно знал, где она лежит.
Безошибочно подойдя к ней, я наклонился и взял палку в руку. И вот в этот момент я впервые за долгое почувствовал ещё кое-что. В моей руке до сих пор был зажат амулет.
Что за амулет?
Мимолетно пронеслись мысли в моей голове.
Кажется, есть какие-то отголоски. Я вроде бы должен помнить что это такое. Но…
Почему этот амулет так важен для меня?
Сложно сказать.
Я вообще не помню, что это за амулет и почему цепляюсь за него. Знаю лишь, что не собираюсь отпускать.
По итогу, долго не думая, я переложил амулет так, чтобы он мне не мешал, и схватил палку обеими руками, поудобнее. И в этот же момент я почувствовал нечто странное.
Всё здесь было чужим. Инородным. Непривычным. Сколько бы сотен лет я здесь не провел. Тысячелетий. Всегда будет так. Я это чувствовал. Но данная палка… она словно бы была частью этого мира.
Я понял, что это ни на что не повлияет. Но мне стало интересно. Для чего какое-то существо подарило мне эту палку? А ещё я порадовался тому, что смог почувствовать что-то новое в своих руках.
Голоса продолжали негодовать и шипеть.
— Вы можете заткнуться⁈ — Неожиданно громко произнес я. Буквально рявкнул, сам того не ожидая. — Мешаете.
Я сделал удар и замер.
— Ваши ж головы да горному троллю в задницу. Снова со счета сбился. — Разочарованно продолжил говорить.
В этот момент я почувствовал как весь этот пустотный мир замер в недоумении.
— Человек⁈.. ты смеешь повышать на нас голос?
— Да завалитесь уже… — буркнул я уже значительно тише и принялся снова отрабатывать удары. Но на этот раз уже держа палку в руке.
Я почувствовал её вес. И это было просто великолепно. Непередаваемые чувства.