Двурогих Шаб-Ниггурат тоже больше не рожал. Опасался. С гибелью Лаларту, Лалассу, Хастура и Гелала в такульту образовалось слишком много свободного места. Всякий детеныш архидемона теперь имеет шанс родиться новым архидемоном.
Шаб-Ниггурат до смерти боялся, что кто-нибудь из Двурогих таковым станет. Не так уж они преданы Шаб-Ниггурату, как тот всегда стремился показать. Они постоянно голодны, постоянно ищут, кого бы загрызть. Лишь страх перед суровым родителем держал их в узде.
А теперь, когда родитель так ослабел, от детей лучше держаться подальше. Убьют ведь. Убьют и съедят, как он сам когда-то убил и съел своего отца, Шег-Тефнута. Тот точно так же получил ужасную рану в битве с кем-то из клевретов Мардука, стал слаб и уязвим… Ну и разве же Шаб-Ниггурат, тогда сильнейший среди Двурогих, мог упустить такой шанс?
Он его и не упустил.
А без Двурогих и адских духов, без утукку и будх… из кого сколачивать основной состав? Нормальные демоны – индивидуалисты, их очень сложно заставить шагать строем. Любимой тактикой Шаб-Ниггурата всегда была тактика лавины – а лавина должна из кого-то состоять. Шогготы подходят для этого идеально… хотя после победы их придется куда-то девать…
Но это уже будет проблема Старцев.
Однако переговоры с ними не обещают ничего приятного. Дипломатия никогда не была сильной стороной Шаб-Ниггурата. Обычно такими делами занимался бесхребетный урод Нъярлатхотеп или тихоня-шептун в желтой маске, но первый издох, а второй занят какими-то своими глупостями, вот и пришлось Черному Козлу Лесов лично брести в эту глухомань, унижаться перед Старцами…
Их собралось вокруг уже довольно много. Отовсюду вырастали огромные кочки, что служат этим тварям сиденьями. Глаза на концах желтых трубок внимательно изучали козлоногого архидемона.
– Вы заставили меня прийти сюда пешком, – прорычал Шаб-Ниггурат, едва сдерживая бешенство. – Я сделал это. Теперь вы сделайте то, что должны.
– Должны?.. – раздался неслышный шепот. Он доносился одновременно отовсюду и ниоткуда. – Должны, мы?.. Что мы тебе должны, Шаб-Ниггурат?.. Мы Старцы!
– На этом ме-э-эсте мне следует восхищенно ахнуть? – язвительно проблеял Шаб-Ниггурат. – Вы просто бурдюки с вонючим жиром, которые слишком много о себе мня-а-ат!
– Бурдюки?.. – прошелестели голоса. – Мы Старцы! Величайшие и древнейшие! Когда-то мы летали меж звезд и правили мирами, мы истребили ми-го на Югготе и поработили Глубоководных. Это были славные времена, Шаб-Ниггурат, и воспоминания о них наполняют радостью наши разумы. Но мы допустили ошибку, связавшись с Древними и польстившись на их лживые речи. Это были ужасные времена, Шаб-Ниггурат, и воспоминания о них наполняют скорбью наши разумы. С’ньяк и его технологический коллапс погубил нас всех. Утянул нас во Тьму, в Бездну. Что мы теперь?.. Кто мы теперь?.. Теперь мы никто, и повинны в этом твои господа, Древние…
– У меня нет господ! Я сам господин над всеми!
– Не над нами, Шаб-Ниггурат. Не над нами. Мы не Древние, но мы Старшие. Мы не приказываем тебе, но и ты не приказываешь нам. Мы равны.
– Равны?! Вы?! Мне?! – едва не расхохотался Шаб-Ниггурат. – В чем это вы мне равны?!
– Во всем, – прошептали голоса. – Если нас уколоть – разве у нас не идет кровь?
– Не идет.
– Если нас пощекотать – разве мы не смеемся?
– Не смеетесь.
– Если нас отравить – разве мы не умираем?
– Такой отравы еще не придумали. К сожалению.
– А если нас оскорбляют – разве мы не должны мстить? Только поэтому мы и слушаем тебя до сих пор, ибо всему Лэнгу нанесено тяжкое оскорбление, а значит, и нам тоже нанесено тяжкое оскорбление…
– В моих испражнениях больше смысла, чем в вашем бормотании, – процедил Шаб-Ниггурат. – Сделайте мне армию шогготов – это все, что я от вас хочу.
– Да, это все, что ты хочешь, – согласились голоса. – Ты приходишь и говоришь: Старцы Ледяного Царства, мне нужны Смесители. Но ты не просишь с уважением, не предлагаешь дружбу, даже не думаешь обратиться к нам – Старшие. Нет, тебе просто нужен кто-то, кто будет убивать для тебя… Ты ищешь наших шогготов – но найдешь ли ты их?..
– Это я и хочу узнать! – начал терять терпение Шаб-Ниггурат. – Я говорю от имени Йог-Сотхотха, который говорит от имени Азаг-Тота, который говорит от имени С’ньяка! Вы должны исполнять мои приказы!
– Должны?.. Мы ничего тебе не должны. И мы не должны ничего Йог-Сотхотху. Кто он нам – твой Йог-Сотхотх? Да и кто он тебе самому?
– Йог-Сотхотх мне как отец, – пробурчал Шаб-Ниггурат.
– Но ты же убил своего отца.
– И съел! И вас всех я тоже съем, если вы прямо сейчас не ответите на простой вопрос – дадите ли вы мне армию?! Да или нет?! Да или нет?!!
Воцарилось молчание. Тяжелое, гнетущее молчание. Старцы беззвучно совещались, обратив друг к другу широкие паруса. Шаб-Ниггурат пристукивал копытом, ища, на ком сорвать злость. Маскимы благоразумно смешались с грязью.
Один только Астрамарий не участвовал в этой минутке взаимной ненависти. Король-Палач с интересом оглядывался по сторонам. Он уже побывал во многих краях Лэнга, повидал многие из его кошмарных чудес, но Ледяное Царство ему посещать не доводилось. Только из любопытства он и вызвался сопровождать Шаб-Ниггурата.
Хотя пока что… не впечатляет. Болото и болото. Грязь. Вокруг снег, пурга, мороз, а здесь… наверное, тоже мороз, но не такой сильный. Астрамарий уже не помнил, каково это вообще – когда тебе тепло или холодно.
Такое это стало для него умозрительное ощущение.
Сами легендарные Старцы Астрамария тоже не впечатлили. По меркам Лэнга – ничего выдающегося. Их не назовешь ни особо страшными, ни особо мерзкими. В Серой Земле встречается одно растение, которое вполне можно принять за Старца.
Дохлого.
И где они прячут свои хваленые Смесители? Ничего похожего Астрамарий вокруг не видел.
Оказалось – под землей. Договорившись наконец с Шаб-Ниггуратом, Старцы вместе со своими кочками уехали куда-то вниз, в бездонную черноту.
Вязкая грязь же хлынула в стороны, раскрывая бесконечную каменную лестницу с удивительно маленькими ступенями. Это была даже не лестница, а какой-то зубчатый пандус. Видимо, именно по такому удобнее всего ползать существам с щупальцами вместо ног.
Шаб-Ниггурат семенил ловко, точно горный козел, а вот Астрамарию приходилось тяжело. Его железные сапоги с трудом удерживались на такой поверхности, он каждую секунду рисковал поскользнуться и загреметь в пропасть.
Дорогу показывал все тот же грустный маленький шоггот. Он неуклюже ковылял впереди и вел рукой по стене, включая тусклые зеленоватые лампы. Света они почти не прибавляли – лишь заставляли тени колебаться и дрожать.
В этих катакомбах царило обычное для Лэнга запустение. Печальный упадок, руины древнего величия. Тысячелетия назад здесь явно было что-то грандиозное, но теперь над всем властвовала пыль, и лишь одинокие шогготы еще бродили по темным углам.
– Прошу сюда, – бесцветным голосом произнес Сто Сорок Девятый, указывая на узкий проход.
За ним открылся огромный зал в форме перевернутой чаши. Стены покрывали глубокие выемки, за которые цеплялись щупальцами Старцы. Здесь их было свыше двух дюжин – совершенно одинаковых, безликих, хранящих гробовое молчание.
А большую часть помещения занимал гигантский биомеханизм – один из легендарных Смесителей. Всемогущая машина, способная создавать новые формы жизни и до неузнаваемости менять уже существующие.
По крайней мере, когда-то она была на это способна. Древние знания утрачены, Старцы разучились создавать и программировать Смесители. Сейчас они умеют лишь управлять теми, что достались от предков, – но им доступна лишь малая толика былых возможностей.
Смесители создавались в надежде получить сверхсущество, идеальную форму жизни. На протяжении веков и тысячелетий Старцы искали способ создания Бога-из-Машины, абсолютного и всеблагого разума. Но раз за разом у них получались только кошмарнейшие чудовища…
Именно из Смесителя когда-то явился Ктулху. Последний триумф мертвых технологий.
После него Смесители порождали только шогготов…
Но именно шогготы Шаб-Ниггурату и нужны. Испуская в нетерпении ветры, он подступил ближе и уставился на бесформенное переплетение органов и тканей. Смеситель сам немного напоминал шоггота – громадного, лишенного кожи, лиц и конечностей. Он дышал, тяжело вздымаясь и вновь опускаясь, а где-то в недрах шумно колотилось сердце.
– Запускайте, – хрипло приказал Шаб-Ниггурат.
Сто Сорок Девятый тоскливо вздохнул. Он ненавидел этот процесс.
Вначале пришлось досыта накормить блок питания. Этот огромный зубастый агрегат питался всем подряд – от старых костей до гнилых тряпок. Ему было не важно – все переварится, все превратится в энергию для основного организма. Руки тоже следовало держать подальше.
Потом стали загружать материал. Рабов и зверодемонов.
В основном зверодемонов – лярв, маллахулов, уддугхулов, косунов, осьминогов Лэнга. Рабов было не так уж много – все излишки сожрали королевы утукку, а новых еще не народилось. Но шогготов можно производить из любого биологического ресурса – лишь бы он был хоть немного разбавлен разумными существами.
Иначе результат получится слишком уж безмозглый.
Старцы извлекли со складов наноплазм и чаны с протоматерией. Все запасы, сбереженные за последние века. Сама по себе протоматерия шоггота не образует, но поможет сделать его крупнее и сильнее.
Раскрылся портал, и прямо с равнин Инкванока в Смеситель погнали стадо йорг-йоргов. Сопровождавшие их Тощие Всадники Ночи неожиданно для себя отправились туда же – и зал наполнился их громкими, но недолгими протестами.
Смеситель все сильнее разогревался. Издавая мерный гудящий звук, он с огромной скоростью перерабатывал горы протоплазмы. Разбирал ее на кирпичики, на клетки и вновь собирал воедино, но уже в другом порядке.
И вскоре из блока рождения повалили первые шогготы. Стандартные, самые дешевые формы, которые Смеситель штампует по умолчанию. Уродливые мясные кули, похожие на морских ежей с руками, ногами и головами вместо игл. Они не ходили, а перекатывались, пытались схватить все подряд, тут же тянули в рты, оглашали воздух безумными воплями…