— Её ещё называют "мягкая, или податливая техника". - продолжила.
— Мягкая? — перебивает Денис, кривится.
— Прошу не путать с нежностью! Здесь речь идет не об обмене нежными ласками. Приемы джиу-джитсу бывают какими угодно, но только нежными. Здесь понятие мягкости относиться к тому, что ты уступаешь натиску противника до тех пор, пока тот не окажется в ловушке, и тогда ты обращаешь действия врага против него самого.
Вижу, что Денис не совсем понимает, о чем я.
— Мой отец любит повторять: "Гибкая ива распрямляется после бури, а могучий дуб лежит поверженным".
Вот, совсем запутала его.
— Вот поэтому папа против того, чтобы вы занимались сами.
— Да просто ты не умеешь ничего! Чушь несёшь какую-то, а совсем не учишь! Сказала бы сразу что не хочешь тренировать, и все. — бросает Денис и уходит.
Смотрю молча ему вслед. Может не надо было включать великого мастера, а просто показать пару приемов? А ведь я тоже на первой тренировке в своей жизни так же психовала.
"Зачем мне ваши нудные тексты! Дайте уже упражнение выучить, и я уложу всех врагов!"
Надеюсь, Денис ещё поймет, что, выучив парочку упражнений, он не станет профессионалом.
Потирая ноющее плечо, пошла к себе. Денис заставил вспомнить то время, когда я ещё могла на что-то надеяться, мечтать о медалях, победах. Но оказывается, одно неверное движение и твое будущее, это месяцы реабилитации. А когда ты готова снова ринуться в бой, появляется другое препятствие. Мама! Даже отец не мог устоять перед ее слезами, куда уж мне. И не помогали ни мои, ни его доводы, что травмы случаться, что со мной теперь все в порядке. Нет! Все! Финал! Закат карьеры.
Вот, обещала ведь себе не вспоминать. Пожалуйста! Я расстроилась. Пошла на кухню, нужно заесть этот привкус печали чем-то сладким.
Алёна оказалась умной девушкой. И хитрой. После пары подстав от Дениса закрылась у себя в комнате, а после вообще сбежала из дома. Федорович уехал на работу еще утром. Странно, я вообще-то думала он просто все выходные к своей пассии уезжает, а теперь получается, что нет.
Денис тоже пропал из поля зрения. Я снова осталась предоставлена сама себе. Зашла на кухню. А там оно. То самое вчерашнее тело. И как оно дошло сюда? Еще один немало важный вопрос. Значит, как раздеться он помнит, а одеваться забыл? Почему я должна смотреть на это голое тело?
— Привет. — говорю, пройдя вперед, села за стол.
Кирилл обернулся, посмотрел на меня.
— А, новая мамочка. — бросает охрипшим голосом, отворачивается.
— Не мать я тебе. — говорю, оставаясь на месте.
Хочу уйти, но мне ведь с ним вроде как подружиться надо. А это какой-никакой, а шанс.
— Мачеха? — спрашивает, наклоняясь к холодильнику передом ко мне задом.
Залазит почти по пояс в холодильник.
— Нашел. — Говорит довольно, открывая бутылку с водой.
С жадностью пьет. Наблюдаю за тем как бегает его кадык, думаю. Что могу сказать про Кирилла?
Красивый. И я не ошиблась, похож на отца. Судя по всему, Денис в мать пошел, черты лица нежнее, волосы светлые, глаза карие. Можно, конечно, списать все на его возраст и может в будущем он перерастет еще. А вот Кир полная противоположность парня. Тоже темные волосы, правда глаза светлее чем у Олега Федоровича. А вот прожигают недовольством так же сильно.
— Нравлюсь? — спрашивает.
— Да ну тебя. — говорю. — Посадят еще.
Кир сложен хорошо. Может в спортзал ходит. Но еще не мужчина. Нет той мужиковатости в позе. На вид ему лет восемнадцать. На каком там курсе он сейчас учится?
— Не посадят. — говорит Кир, закрывая полупустую бутылку.
Ставит на стол. Наклоняется немного вперед.
-А ты не боишься, что я отцу расскажу, что ты ко мне приставала?
— Вряд ли меня за один взгляд на тебя уволят.
— Уволят? — не скрывает он своего удивления.
— Я няня Дениса.
— Ты? А что, страшные закончились? — говорит, осматривая меня снизу доверху.
— Буду считать за комплимент.
Кир пожимает плечами. Наверное, ему не интересны няни Дениса. Это хорошо. И поняв, что я не невеста его отца, он потерял ко мне всякий интерес. Это тоже отлично, не так ли? Скажу его отцу что миссия провалена. Кир меня не замечает. На контакт не идет.
Даже больше скажу, от любого контакта сбегает. Меня все устраивает. Смотрю как Кирилл уходит. Минус одна проблема.
— Знаешь, — вдруг слышу, и ко мне со спины прижимается полуголое мужское тело.
Кир положил свои руки на стол по обе стороны от меня. Дышит в макушку.
— Может поднимемся ко мне?
Не люблю, когда нарушают мое личное пространство. Ложу свою ладонь поверх руки Кирилла. Смотрю в наглое лицо парня, чуть обернувшись. Он ухмыляется. Я же с силой сгибаю его ладонь, проводя захват. Кир шипит. Больно, знаю. Встаю, и отпускаю руку парня, как только оказываюсь на свободе.
— Что ты здесь делаешь? — спрашивает Денис.
Стоит у двери на кухню, переводит взгляд с меня на Кирилла.
— Знакомлюсь с твоей няней. — говорит Кирилл. — Еще увидимся. — Бросает мне и уходит, потеснив Дэнчика.
— Чем ты его так разозлила? — спрашивает Денис.
— Не важно. — говорю. — Ты по что пришел?
— Поесть.
— На тренировку не пора?
— Рано еще.
— Куда-то собрался, мелкий? — Спрашивает Кир.
Быстро же он вернулся. Уже одет.
— А тебя это волнует? — уточняет Денис.
Грубо так.
— Вообще по барабану. — бросает Кирилл, берет свой телефон, что лежал все это время на столе, смотрит на меня и уходит.
Провожаем его взглядами с Денисом.
— Понравился? — спрашивает он.
— Кто?
— Кир.
— Не- е-ет! — тяну.
Денис не верит. Да плевать. Еще я перед мелкими не оправдывалась. Не говорить же, что мне мужчины более зрелые нравятся. Такие как его отец, к примеру. Да, уж. Представляю реакцию Дениса. Такое лучше не говорить.
Глава 11
Честно сказать я ожидала от нее всего. От Алены этой. Слезных истерик, криков с обвинениями. Но женщина была умнее. Она не сказала Олегу Федоровичу ни слова. За ужином была самой примерной невестой. Я ей позавидовала. Вот это нервы.
А на следующий день к нам в дом явилось Это. Викториана Святозаровна. Заслуженный педагог, кандидат наук. И еще куча ученых степеней и заслуг перед родиной. Женщина как из старого фильма вышла. Она эпохой не ошиблась? Строгий костюм, темный низ, белый верх с отутюженным воротником. Волосы собраны в строгий пучок, взгляд свысока. Сколько ей лет? Семьдесят пять? Больше?
— Мы с Олегом поговорили, все обсудили. — говорит Алёна. — Он согласен чтобы Викториана Святозаровна обучила Дениса.
Я хотела спросить, обучила чему? Этикету? Танцам? Так Денис парень! И времена сейчас другие. Смотрю на Дениса.
Кому-то прибавилось работы. Бедный, как он все успевать будет? И секции и пакостить? Зато я теперь не у дел останусь получается. Так это же отлично!
Святозаровна настоящий диктатор. Ей бы указку или линейку в руку и точь-в-точь моя первая учительница. Я ее до сих пор вспоминаю и содрогаюсь. Хорошо, что ее на пенсию отправили и второй класс у меня был с другим учителем. Но травма детская по сей день осталась.
Зато теперь у Дэнчика свой репетитор есть. Мне бы радоваться. Что меньше забот и все такое, но, когда он идет к ней на занятие у меня аж сердце екает. Ну зверь ведь женщина! Еще и Денис постоянно делает такое лицо словно ему не математику рассказывают, а квантовую физику. Или что там еще страшнее есть?
Так Святозаровна помимо занятий ему домашку задает. Короче, Алена убрала Дениса из своего пути надолго.
— Чем занимаешься? — открыв дверь заглядываю к Денису.
Сидит над учебниками. Серьезный и злой.
— Чего пришла? — бросает.
— Позлорадствовать конечно. — говорю, проходя в комнату.
— Не здесь.
— Может помочь тебе? — предлагаю.
Денис поднял наконец взгляд от учебников, смотрит на меня.
— Ты?
— Я вообще-то тоже педагог. И не думай ничего такого. — отвожу взгляд, делаю невозмутимый вид. — Просто ты на джиу-джитсу ходить почти перестал. А это деньги. Так что я просто за бизнес отца переживаю.
Вру и не краснею. А что делать? Скажи я, что мне его жаль, и черта с два он разрешит ему помочь. Мужчины народ гордый.
— Ну помоги. — говорит, словно делает мне одолжение.
— Показывай. — прошу, подойдя к нему ближе. — Что не понятно?
Спустя два с половиной часа…
— Денис! Не сюда! — повышаю голос не в силах сдерживать себя. — Я тебя сейчас прибью! Что ты сделал? Вот куда ты отнес эту двойку? Я тебе сейчас по жопе дам!
Вопреки моей строгости Денис улыбается.
— Давай еще раз! — говорю.
— Смотри. — отвечает Денис, пихая мне свою тетрадь.
Проверяю.
— Правильно. — говорю.
Вон как за задницу свою переживает. Бережет ее. Я кажется нашла, чем надо ему угрожать.
— Ну молодец! — хвалю его.
Денис улыбается. Но прячет улыбку, отворачивается.
— Можешь, когда хочешь! Почему со Святозаровной так долго мучился?
— Она объясняет непонятно. — говорит насупившись.
Конечно, слушать просто надо человека, а не губы дуть и мышей в сумку подкидывать. Слышала, как она кричала, когда одна из них ее блокнот погрызла. Мне стало жаль мышку! Столько крику было, словно Святозаровна в том блокноте имена всех своих жертв… я хотела сказать учеников записывала, чтобы не забыть. А грызун испортил труд ее жизни.
Я к тому, что Дениске меня не обмануть.
— Так скажи… — начинаю говорить, но Денис меня перебивает.
— Кому? — смотрит с издевкой.
— Отцу? — спрашиваю у него.
— Если поймаешь этого неуловимого. — добавляю.
Денис улыбается. Но на этот раз как-то грустно.
— Так! — меняю тему. — Что там дальше у тебя?
— Дальше я сам. — говорит он.
— Значит на секцию успеваешь?