«А если нет? – мелькнула вдруг следом ещё одна мысль, – а если вправду политическую обстановку будет изучать?».
Сделав над собой усилие, Мирослава остановилась, решив, что будет день – будет пища. А пока слишком мало информации, чтобы делать какие-то выводы.
Вновь взглянув на сидящую в ожидании перед нею Марченко, она, чуть кивнув, произнесла:
– Спасибо Раиса, я узнала всё что нужно.
– Госпожа…
– Просто Мирослава, – остановила её безопасница. – Когда мы вдвоём, к чему эти условности?
– Хорошо, Мирослава, – опять улыбнулась Марченко, вставая. После чего, попрощавшись, вышла, оставив Мирославу одну.
Выпроводив комендантшу, начальница охраны поднялась, медленно прошлась по кабинету, задумчиво оглядывая насквозь и поперёк знакомую обстановку. Невольно остановила взгляд на оправленном витой рамкой наградном листе. «Наградить именным позолоченным оружием за безупречную службу полковницу Мирославу Витольдовну Гиржовскую. Управление имперской безопасности Её Императорского Величества. Дата. Подпись». Затем решительно направилась обратно к столу, чтобы зажать кнопку интеркома:
– Ася, кто из охраны сопровождал Петра Иванова в информаторий?
– Илана Семёнова, госпожа.
– Вызови её ко мне.
Информаторий
– Сейчас я вам задницы-то надеру! – азартно воскликнул я, в очередной раз запуская «Ответный удар 6.1».
– Блин, ты же мальчик, не тебе такое говорить! – возопила та самая любительница «Котиков», которую, как я ныне знал, звали Кристина.
Мы уже почти час вовсю рубились в местный шутер друг против друга, разделившись на две команды.
Поначалу, когда я подошёл разузнать про игру, отвечали мне неохотно, но узнав, что игра поддерживает многопользовательский режим, я тут же предложил сыграть пара на пару, и девчонки оживились, о чём-то пошушукались и выделили мне в напарницы эту саму Кристину.
Нет, сперва-то я, конечно, сливал, пока приноравливался к немного другому управлению. Но затем пальцы пообвыклись, и «Бце_коцит» вновь вышел на охоту. Годы, проведённые в компьютерных клубах, и сотни бессонных ночей в беспощадных матчах в контру давно дали мне понимание одной истины: чтобы избегать ошибок, надо набираться опыта, а чтобы набираться опыта, надо делать ошибки.
Я усмехнулся напарнице и ответил:
– Не имеет значения, кто я, главное – насколько готов мой дух!
А затем настало время удивительных открытий. Не для меня, для девчонок, естественно.
– Да как так-то?! – в негодовании вопила то одна, то другая.
Кристина ещё только бестолково толкалась у респа, а я уже рашил по лонгу на плент, ставил бомбу, после чего без труда эйсил суматошно несущихся ко мне противниц, влёгкую собирая фраги. На все взрывы негодования же только усмехался и менял раш на холд, кемперил, приноровившись, пас узкие места, иногда пробовал флик шоты, правда, хэды выдавая чисто на шару.
Развалившись в кресле после очередной моей безоговорочной победы, я с небольшим превосходством оглядел девчонок, в последних нескольких зарубах пытавшихся давить меня три против одного. Но не вышло. Посмотрел, значит, на их насупленные мордашки и, радостно оскалившись, высказался:
– Ну что? Как я вас соло-то нагнул, а? Меньше на респе колупаться надо. Пока вы тележились, я фастом зарашил через лонг, хэды раздал – и мэны вин.
– Ничего не поняла, – затрясла головой Кристина, с подозрением глядя на меня. – Ты сейчас на каком языке вообще разговаривал?
И тут-то я наконец вспомнил, где нахожусь, и мгновенно покрылся липким холодным потом. Какие, мать его, раши с хэдами, какие лонги с холдами?! Я, мать его, в другом мире нахожусь! И спалился, видать, уже по полной.
– Погоди, – произнесла вдруг вторая, которую звали Майя, – я, кажется, поняла. Это английский, только не такой, как настоящий английский, а словно изменённый для русских.
– Так ты из Англии?! – воскликнули девчонки хором, с некоторым, я бы даже сказал, восторженным интересом меня разглядывая. В общем и целом, похоже, я в их глазах из просто необычного паренька становился необычным пареньком-иностранцем, окружённым неким ореолом тайны.
Слегка отлегло, по крайней мере, вариант того, как отбрехаться, они сами же мне и предоставили. Кашлянул в кулак, а затем ответил первое, что пришло в голову:
– Лондон ис зе кэпитал оф Грейт Британ.
– Девчонки, а что он сказал? – прошептала третья, крутобёдрая и пышногрудая Клавдия, в простонародье Клава, на которую в последний час я поглядывал с чуть большим интересом, нежели на её более плоских подруг.
Всё-таки эти новые представительницы женского пола доказали, что здесь есть не только крутые бабёнки с пятым тире десятым размером груди, готовые коня на скаку и избу с разбегу. У Кристины с Майей грудь была весьма средней, так, едва на троечку, и мой развращённый крепкими начальственными сиськами взгляд за них почти не цеплялся.
– Не мешай, – шикнула тем временем Майя, – я учила в школе, сейчас соображу.
– В общем, вы переводите, а я, пожалуй, пойду, – закруглил я разговор, понимая, что пора сваливать, пока ещё где-нибудь не прокололся.
Поспешно вырубив комп, я почти бегом удалился из зала, провожаемый странными, но в то же время задумчивыми взглядами троицы моих наголову разбитых соперниц.
«Англичанин, блин, этого только не хватало, – думал я, пробираясь между стеллажей с книгами к выходу. – Хорошо хоть с безопасницей у нас взаимовыгодное сотрудничество, а то примут, чего доброго, за иностранного шпиона».
Стараясь не показывать, что слишком тороплюсь, я подошёл к столу заведующей всей этой богадельней, что сидела, внимательно изучая что-то на экране своего компьютера, вернее, ЭУМа. Повернув голову ко мне, она, блестя стеклами очков, заулыбалась, а я, постаравшись отзеркалить улыбку, торопливо заговорил:
– Юлия Владимировна… ой, то есть Мария Дмитриевна, спасибо, я уже всё посмотрел, не могли бы вы вызвать сопровождающую?
– Да, конечно, Пётр, – отвлёкшись, она коснулась коммуникатора на руке. – Сотрудницу охраны, пожалуйста, в информаторий, – после чего снова посмотрела на меня и спросила с участием в голосе: – Всё нормально? Девочки не обижали?
– Нет, – махнул я рукой, всем своим видом показывая, что данное предположение крайне далеко от истины. – Всё было замечательно.
– Ну хорошо.
Она посмотрела, как я мнусь возле стола, а затем предложила:
– Если хочешь, можешь пока книги какие-нибудь посмотреть.
– А у вас тут художественные есть?
– Есть, разумеется, – завинформаторием встала, подошла к стеллажу, что стоял у стены, и коснулась переплётов стоящих книг. – Вот, здесь у нас имеется подборка романов. Больше женские, правда, думаю, они тебе не слишком интересны будут. Но найдётся кое-что и для мужчин. Меньше, конечно, но авторки весьма известные.
– А авторы? – спросил я, приглядевшись к названиям и узрев сплошь женские фамилии на корешках.
– Авторы? – задумалась Мария Дмитриевна. – Был, по-моему, один, сейчас вспомнить бы… Ах да, Маринина.
– Это же женщина, – заметил я, на что собеседница улыбнулась.
– Маринина – это псевдоним, настоящая фамилия автора Сосновский.
– И про что он пишет?
– Ну, как и все мужчины. Про высокие чувства. Про любовь и предательство, доверие и обман… Драма, в общем. Сильные волевые женщины, нежные чувственные мужчины. Классика, что тут ещё скажешь.
Меня передёрнуло, и я, внутренне содрогнувшись и мысленно перекрестившись, ровным голосом произнёс:
– Пожалуй, в другой раз. А из женской прозы что посоветуете?
Глава 5
Дня три, наверное, прошло с того момента, как я сходил в библиотеку. Ну, по крайней мере, маленько разобрался с тем, что представляет из себя моя новая родина. Так сказать, кто есть ху в современной политической власти. Чем это поможет – я и сам знать не знал, но жить в информационном вакууме мне, в отличие от других наложников, было неуютно.
Прихваченную с собой стопочку книг я уже всю проглотил, благо написание слов в них оказалось вполне современным, без этих старорежимных «ятей» и прочих твёрдых знаков, и снова заскучал. Потому что в гареме делать было ровным счётом нечего. Только ешь, спишь, гуляешь по часам и пялишься в телек, ну, ходишь по вызовам ещё, но меня за эти дни дёрнули лишь раз – к какой-то средних лет женщине с замашками матёрого хозяйственника по имени Светлана Григорьевна. То ли завхоз местный, то ли завхозная начальница, что сути не меняло.
Секс с ней новизной не порадовал. Всё как обычно: стонешь, хнычешь, получаешь удовольствие. Рутина.
Нет. Сам секс мне по-прежнему нравился. Но после боярыни и Мирославы остальные как-то не цепляли. Не хватало какой-то изюминки, перчинки.
Наверное, это ещё и потому, что всё происходило слишком стандартно. Я лежал на кровати, а дама восседала сверху, на мне. И всё. Как будто других вариантов кроме позы наездницы местная камасутра не предусматривала.
«Может, с этой Семёновой повеселее будет, – подумал я, – всё-таки натурой она показалась весьма деятельной».
– Что читаешь? – плюхнулся рядом со мной на подушки Джаспер, хватая из стопки первую попавшуюся книжку. – Сиерра Золотова, – прочитал он на обложке, – «Орда насилия». Фу, очередной бабский роман про войну, – скривился парень.
– Ну не совсем, – не желая вступать в спор, тактично ответил я. – Скорее про локальный военный конфликт.
– Как будто есть какая-то разница, – фыркнул мой собеседник.
– А тебе, небось, Маринину подавай, – хмыкнул я в ответ, вспоминая комментарии Марии Дмитриевны.
– А что? – он небрежно бросил книгу обратно к остальным. – Хорошо пишет, – и наклонился ко мне, переходя на шёпот. – Я тебе больше скажу, на самом деле авторка – мужчина.
– Автор, – автоматически поправил я его.
– Ну да, автор, – кивнул Джаспер.
Неожиданно сонную атмосферу гарема разогнало появление мамки.