АЛЕНКА. Я стыдаюся...
ЯНКА. Мабыць, нешта надта брыдкое[9]?
АЛЕНКА. I зусім не брыдкое, а дажа, як цётка Агата сказала, дужа прыгожае. Самі тэта скажаце. (Достает из мешка красиво вышитую рубаху и самотканый узорчатый пояс и подает Янке, говорит серьезно). Прыміце, калі ласка, дзядзька настаўнік, тэту драбніцу[10] ад сваёй шчыра вам удзячнай і адданай вучаніцы. З нашага лёну тэта рубаха і з нашай воўны[11] гэты пояс. А сама я сваімі рукам! ад шчырага сэрца для вас выткала і вышыла.
ГАРОШКА (подавая новую, деревянную, с большим искусством сделанную ложку). А ад мяне прыміце вось гэта... 3 сваёй яблыні і сваімі рукамі зрабіў.
ЯНКА (растроганно). Дзякую, ад усёй душы дзякую! Не ведаю, чым і заслужыў гэткую ласку?
Входят Микита и Гануля.
Явление XV
Те же — Микита — Гануля
МИКИТА (веселый, насвистывает и напевает). Радуйся, вселенная! Объявляю всем, всем, всем: немцы оккупировали, меджду чим, Менск!
ЯНКА. Ну и черт с ними!
МИКИТА. И совсем не черт, пане — хе-хе-хе! — белорус. (Напевает.)
Немцы едут, наши йдут,
Немцы наших подвезут.
(Увидев подарки.) Меджду протчим, что это у вас, пане профэссор Янка. Настоящая рубашка, настоящий пояс и настоящая ложка. Гануля. Якія ж прыгожыя!
МИКИТА. Это, получается, и вы сегодня именинник?
ЯНКА. А и правда, именинник, только с другой планеты.
Звонок. Гануля выходит и возвращается со Спичини.
Явление XVI
Те же — Спичини
МИКИТА (почтительно кланяясь). Мое нижайшее почтение, мусь профэссор! А я думал, что вы сегодня уже не придете.
СПИЧИНИ. Дела задержали. Зато мы сегодня попозже позани маемся.
ЯНКА (Гануле, в сторону). А это что еще за поздний гость?
ГАНУЛЯ. Это не гость, а нейкий важный даректар[12]. Учит Микитку по-немецки гергетать. Кто он родом — толком не знаю. Но сам он говорит, что немец, люди говорят, что итальянец, а мне сдается что он просто, как и мы, тутэйший.
МИКИТА (Гануле). Меджду протчим, мамаша, опорожните стол — нам надо поскорей за «уроки».
Гануля убирает со стола, затем стелит Гарошкам постель на полу. Выходит в другие комнаты.
ЯНКА (Алеше и Гарошке). А мы, пакуль яны будуць вучыці свае «урокі», пойдзем у мой пакой.
Выходят.
Явление XVII
Микита — Спичини — Гануля
МИКИТА (разложив на столе толстые словари). Меджду протчим» я готов, мусье профэссор.
СПИЧИНИ. Можем приступать, мусье регистратор. Вчера мы слегка прошли отдел приветствий, сегодня должны их повторить более основательно. Как вы поздороваетесь, встретив немца?
МИКИТА. Гута морген, герр германиш!
СПИЧИНИ. Хорошо! А теперь, как вы поздороваетесь, встреть немку?
МИКИТА. Гута тахт, балабоста прусиш!
СПИЧИНИ. И совсем не балабоста, а фрау... Повторите: фрау, фрау, фрау!
МИКИТА. Фраву, фраву, фраву, фру, фруву... Фраву-ву...
СПИЧИНИ. Хорошо! А как вы поздороваетесь, встретив вот такую... (показывает) маленькую немчуру?
МИКИТА. Шабас гут, герр киндер фатерлянд, меджду протчим!
СПИЧИНИ. Ой, куда вы заехали, куда вы заехали?! Только не шабес, а... (Далекий стук в дверь слева. Спичини, вскочив.) Кто-то или что-то, кажется, где-то вроде бы стучит?
МИКИТА. А правда, меджду протчим, стучит. Может, это уже герр германиш?
СПИЧИНИ. Всякий стук меня нервирует; не могу спокойно вести лекцию. Пока что честь имею кланяться. Завтра мы изучим приветствия наоборот. (Хватает шапку и исчезает в дверях справа.)
МИКИТА (вслед Спичини). До приятной встречи. (Гануле.) Меджду протчим, мамаша, сдается, и взаправду немец стучится, потому как дуже деликатно. Идите откройте двери и немного придержите его, покуда я переоденусь, а то, чего доброго, пришел на работу гнать.
Выходят оба. Пауза.
МИКИТА (возвращается переодетый в пожарника, в каске, с топором у пояса и всякими железяками для лазания по столбам. Становится в позу и напевает.)
Гусар, на саблю опираясь,
В глубокой горести стоял...
Входят Гануля и Немец в военной форме.
Явление XVIII
Микита — Немец — Гануля
МИКИТА (берет под козырек и низко кланяется). Гута морген, герр германиш. (В сторону.) Глянь, и немцы одеваются в форму а ля пожарник, это — чтоб не хватали, видно, их самих на работы.
НЕМЕЦ. Нельзя ли у вас попросить в эту манерку немного воды?
МИКИТА (в сторону). Какой же холеры ради я столько потел над шпрехендойчем, когда они лучше нас самих шпрехают?! Да, видать, это мне мерещится или он прикидывается, что умеет по-нашему. (Немцу.) Зихензиш... Минутку... зиш... (В сторону.) Гляну в словари, как ему отвечать. (Листает словари.) Можно... можно... сколько хочете... хочете... хочете... воды... воды... Нету этого! Чтоб их перун спалил — такие словари! (Немцу.) Киндер фравуву, меджду протчим, фатерлянд, герр германиш. (Показывает жестами, что нальет ему воды).
НЕМЕЦ (подойдя вплотную к Миките и приглядываясь к его форме.) О-о! Что я вижу? Рихтиг русский генэраль? (В сторону.) А дурня из себя строит, чтоб от плена отвертеться. (Берет под козырек.) Ваше превосходительство! Я должен как верный немецкий солдат взять вас в плен, потому что вы есть русский генерал.
МИКИТА (перепуганный). А-я-яй! О-ей! Куды ж мне деваться? Во, меджду протчим, попался, что тебе тот паршивый пес в колодец. Как же ему втемяшить, что я не генерал, а коллежский регистратор? Пошукаю еще спасенья в словарях. (Листает словарь). Генерал... генерал... пожарная команда... О-ей! Моя ты босая команда!.. Нету в словаре. Где этот Спичини? Какая нечистая сила его унесла в такую опасную для меня минуту? О-ей! А-я-яй! Под монастырь подвел со своей наукой, этот герр профэссор! О-ей! О-ей!
НЕМЕЦ. Я жду, ваше превосходительство.
МИКИТА. Рихтик, рэхт, меджду протчим, шабас гут, фрау фатерлянд... Сейчас, сейчас! А-я-яй! А-я-яй! А спасенья ни от кого, избавленья ни от кого! Заберет в плен, в немецкий плен, и живи ты как хочешь!
ГАНУЛЯ (в отчаянии, Немцу), А мой же паночек, а мой же немчик! Не забирай у меня последнего Микитку.
МИКИТА. О-ей! О-ей! Что будет, то будет, поспробую заговорить с ним по-нашему, может, поймет. Мусье немец. Ясновельможный немец! Я не генэрал, а только пожарная команда... Пожарник Менской меджду протчим, пожарной дружины — докумэнт имеется на это с печатью. Видите, я только пожарник. Чтоб мне с этого места не сойти, если я генерал!
НЕМЕЦ. Не могу поверить, ваше превосходительство! Всегда генералы говорят, что они не генералы, если ихнее генеральство начинает им самим боком вылазить. А потому — прошу в плен!
МИКИТА. О-ей! О-ей! И понял, и не поверил. Силком делают, генералом! Чтоб тебе к черту в пекло провалиться, моя ты пожарная команда! А-я-яй. А-я-яй!
ГАНУЛЯ (мечется по комнате, заламывая руки). Матачкі мае родныя, бацечкі мае хрышчоныя! Што тэта робіцца? Садом і Гамор: (Стучит в дверь к Янке). Пане настаўнік! Дзядька беларус! Ратуйце! Немец Мікітку ў палон цягне!
Входят Янка, Аленка, Гарошка.
Явление XIX
Те же — Янка — Аленка — Гарошка
МИКИТА (став перед Немцем на колени). О-ей! Гер германец киндер фатерлянд, балабосточка мой ненаглядный! Не губи моей же лодости — не бери в плен! Больше никогда не буду генералом!
ЯНКА (услышав эти мольбы). В чем дело?
МИКИТА. О-ей! О-ей! Мусье немец сделал меня, меджду протчим генералом и хочет взять в плен, а я не хочу быть генералом и не хочу в плен идти. О-ей! О-ей! Пане учитель, батька белорус, вызволяй от египетской неволи!
ЯНКА (отводя Микиту в сторону). Дайте ему три рубля —он отвяжется.
МИКИТА. Дам десять, только ратуйте, меджду протчим! (Ощупывает карманы.) Ой, деньги осталися в регистраторских «меджду протчим». Одолжите мне до завтра. (Янка дает ему деньги, Микита подходит к Немцу, становится на одно колено и протягивает ассигнацию), Вот вам, ясновельможный мусье немец, гер германиш, пока что контрибуция, завтра отдам аннексию, а там, когда не хватит, женок, детей заложу, меджду протчим, мамашу, тольки дайте передышку, не тяните в плен!
НЕМЕЦ (пряча деньги). Заговорили бы сразу таким языком, ваше превосходительство... (Отдает честь и выходит).
Явление XX
Те же, без Немца
МИКИТА (срывая с себя и бросая поочередно на пол пожарные атрибуты). К черту пожарную команду! К черту пожарную карьеру! (Швыряет на пол словари). И немецкое шпрехен к черту! И немецкая губернаторская канцелярия к черту! С завтрашнего дня займуся свободной профессией — буду на Койдановской вулице торговать немецкими рублями!
Гануля подбирает с пола разбросанное. Аленка то и дело прыскает со смеху. Янка насмешливо качает головой. Гарошка попыхивает люлькой и сплевывает.
Занавес
Действие второе
Поздняя осень. Холодно. Вечереет. Место действия — часть Кафедральной площади, иначе «Брехаловки», вблизи Койдановской улицы; вид напротив — башня с часами. На площади сколько-то облетевших деревьев, несколько садовых скамеек. Во время действия проходят по площали то туда, то сюда разного вида граждане и гражданки и играют то лира, то шарманка. Когда подымется занавес, первым проходит справа налево Лирник с лирой, а затем Шарманщик с шарманкой, Несколько бывших пани, стоя рядом, продают всякое барахло. Неподалеку от них такое же барахло продает Гануля.