Когда бинтование завершалось, то на ноги девочек надевались специальные маленькие туфли. Высокие, с острыми носами, они становились постоянными спутницами китаянок. Отныне никто, кроме самой девушки или ее ближайших прислужниц, не должен был видеть ее ноги обнаженными. Даже супруг не глядел на ступни без бинтов – все понимали, что деформированные стопы вызвали бы чувство брезгливости. Китайских мужчин поучали:
«Не снимайте повязки, чтобы взглянуть на обнаженные ноги женщины, удовлетворитесь внешним видом. Ваше эстетическое чувство будет оскорблено, если вы нарушите правило!»
Ступни оставались желанными и обожаемыми (и поэтично воспетыми!) именно в таком, запакованном, виде. Даже ложась в постель с мужем, женщина не снимала бинтов. На китайских эротических миниатюрах, сохранившихся со Средних веков, хорошо видно, что красавица восходит на ложе… в туфлях!
Тугие повязки причиняли боль, но на этом процедура не завершалась. Девочка должна была добиться того, чтобы ступня приняла новую форму навсегда, для чего требовалась постоянная нагрузка на подошву и пальцы. Превозмогая муку, китаянки каждый день совершали определенное количество шагов. Матери отправляли дочерей на прогулку, даже если те белели от боли. Походка получалась неуверенной, словно раскачивающейся на ветру, девочка ступала так, будто вот-вот могла упасть… Удивительно, но именно это китайцы находили невероятно эротичным! Да-да, те самые «полуслепые» движения, семенящую походку. Двигаться быстро, свободно девочка отныне не могла. В некоторых случаях она совсем лишалась возможности самостоятельно ходить (попробуй опираться взрослым телом на ступни длиной в 7 сантиметров!), но тогда на помощь приходили слуги. Некоторые знатные госпожи с детских лет могли перемещаться только на спинах служанок…
Нам трудно представить себе жизнь, в которой нет возможности сделать широкий шаг, пробежаться, двигаться уверенно и быстро, а китайские женщины тысячи лет были обречены именно на это. Вполне возможно, что традиция бинтования сыграла свою роль и в архитектуре: во многих старых городах делались чрезвычайно узкие проходы между домами, улицы, на которых трудно разойтись двоим. Для чего? Чтобы женщине, с ее «беззащитной» походкой, было легче идти – с опорой на стены! Более того, во многих домах знатных китайцев устанавливали специальные поручни для передвижения – все с той же целью! Если госпоже требовалось пройтись, она всегда могла держаться за поручень.
В эпоху династии Тан, которая правила с 618 по 907 год, стандарты красоты китайцев были совсем другими!
Ноги длиной в шесть цуней,
Кожа гладкая, полнокровная, блестящая, лощеная.
Хань Чжигуан[42]
Что такое цунь? Мера длины, китайский дюйм, равный примерно 3,33 см. Если у красавицы воспевали ножки длиной шесть цуней, нетрудно догадаться, что ни «серебряными», ни «золотыми лотосами» они в то время не были…
Бинты постоянно затягивали, все туже и туже. Повязки требовалось сменять, стирать, снова удалять ногти. В процессе девушкам делали массаж ступней, а потом заново ломали кости – если требовалось. Порой ткани отмирали, ноги приобретали удушающе неприятный запах, и поэтому их обрабатывали ароматическими притирками.
Спустя три-четыре года после начала бинтования стопа окончательно приобретала причудливый изогнутый вид, ножка легко помещалась в изящную крошечную туфельку, девочка умудрялась балансировать на маленьких ступнях и могла быть выданной замуж.
Уже став госпожой, девушка продолжала бинтование, чтобы поддерживать форму ступней. Ей помогали служанки, но иногда пытку осуществляли самостоятельно. Дело в том, что 200 лет назад бинтовать ноги девушкам начали еще и представители не самых зажиточных слоев все с той же целью – удачно выдать дочерей замуж![43] Считалось, что даже у крестьянки из села есть хороший шанс, если она миловидна и у нее крошечные ножки…
В произведении «Цветы сливы в золотой вазе»[44] можно встретить, например, такую фразу:
«Шестая дочь портного Паня еще девочкой отличалась красотой… За прелестные маленькие ножки ее и прозвали Цзиньлянь – золотая лилия». То есть обычный портной Пань, человек совсем не знатного происхождения, тоже пошел на добровольное издевательство над собственной дочерью, чтобы добиться для нее более высокой роли, чем была дана девочке от рождения!
При омовении ног, которое проводили не реже, чем один раз в неделю, не должен был присутствовать никто, кроме женщины и ее помощниц. Считалось, что, если мужчина хотя бы краешком глаза увидит процедуру, женщина буквально сгорит от стыда. Мытье ног было церемонией глубоко секретной и длительной – ведь тогда требовалось и подрезать ногти, и тщательно обрабатывать кожу, умащивая ее и добиваясь благоухания. Частенько плоть сгнивала! Тогда использовали специальные квасцы, в каждой провинции были свои рецепты ароматических составов. В конце требовалось поменять бинты, взяв свежие, белые, чистые… У женщины из небогатой семьи могло и не быть служанок, и тогда ей на помощь приходил специальный стул с множеством «кармашков» и отделений, где хранилось все необходимое. Наловчившись, в зрелом возрасте китаянки уже легко справлялись сами.
Иногда в связи с бинтованием приводят цитату из Марко Поло: «Каждый шаг женщины не больше пальца. И при каждом движении они покачиваются, словно их уносит ветром»[45]. Впрочем, мог ли итальянский мореплаватель оставить подобные воспоминания? С XIV века было известно, что знаменитый путешественник объехал полмира и провел некоторое время в Китае. Однако в 1995 году увидела свет любопытная книга «А был ли Марко Поло в Китае?». Исследователь Фрэнсис Вуд ставит под сомнение тот факт, что Поло действительно рассказывал про Китай. По его версии, венецианец просто собрал наиболее известные байки об экзотической стране и выдал их за свои впечатления. В частности, Поло ни разу не упомянул Великую Китайскую стену (а ведь не заметить ее было бы просто невозможно!) и знаменитое китайское чаепитие (одну из важных традиций страны), а имени самого путешественника нет в источниках «с той стороны». Если Поло имел возможность досконально изучить жизнь в Китае (в том числе оставить наблюдение о ножках), значит, его должны были представить знатным людям того времени, скорее всего – и императору тоже, но этого не произошло… Так что цитату я вам привожу, но с оговоркой!
Женское бинтование ног, как я уже отмечала, подразумевало, что госпожа всегда будет находиться в туфлях или повязках. Не только ступни, но и сама обувь при этом приобретала практически сакральное значение. Увидеть туфельку могли только домашние. Если дама должна была покинуть пределы жилища, она надевала столь длинное платье, что из-под него не высовывался даже кончик обуви. Разумеется, все, что секретно, скрытно, окружено всевозможными табу, сразу становится чрезвычайно притягательным.
Обувь становилась фетишем, предметом особого внимания, интереса. Для ножек китаянок разрабатывались туфли всевозможных расцветок, с вышивками и драгоценными камнями, шнуровками и пуговками. Для каждого времени года, для каждого торжества и церемонии требовались свои туфли. Создавалась отдельная обувь для свадьбы и похорон, прогулок и празднования дня рождения. Туфли могли даже указывать на возраст! Были и специальные туфли для постели – алые, яркие, способные подчеркнуть белизну женской кожи. Девушка, которую выдавали замуж, старалась иметь не меньше двенадцати пар обуви. Причем многие из них она делала своими руками. Шить туфли ее обучала мать.
В эротической китайской литературе описывались всевозможные игры и нежные забавы с участием стоп. Походку женщины, чьи ножки были чрезмерно малыми, сравнивали с трепыханием цветка под влиянием ветерка… Нежно, поэтично, восторженно – и все через муки и боль.
Идеал женской ступни китайцы описывали так: «Тонкая, маленькая, острая, изогнутая, благовонная, мягкая, симметричная». Если ножка была пухлой, мягкой и изящной, она удостаивалась эпитета «Божественная». «Дивной» именовали ту, что выглядела слабой и утонченной. Широкая ножка называлась «драгоценной», а вот «соблазнительной» считали короткую, кругленькую, почти плоскую ступню. Недостаточно узкую ножку называли «чрезмерной», а если у девушки была слишком большая пятка, то ее ногу сочли бы практически уродливой.
Существовало распространенное мнение, что деформация ног защищает саму женщину от грехопадения. Беззащитная, полностью в распоряжении мужчин (сначала своей семьи, затем – семьи мужа), она не способна была в прямом смысле сделать ни одного лишнего шага. Могла бы китайская Джульетта последовать за Ромео, если даже двигалась со скоростью улитки или не могла пройтись без опоры? Вряд ли. Случилась бы история с китайской Анной Карениной, которой запрещалось свободное общение с мужчинами, да и покружиться в мазурке с Вронским у нее бы попросту не вышло из-за деформации ног? Ни за что. Бинтование надежно удерживало женщину дома. Поэтому-то сторонники настаивали на том, что берегут целомудрие своих дочерей и жен. Те, что способны ходить прямо, однажды могут убежать! В принципе, и не поспоришь…
Второе убеждение, выдвигавшееся в пользу бинтования, – эта процедура связана со сладострастием. Дескать, от перетянутых ног отекают бедра, и женские половые органы приносят во время любовных игр больше удовольствия как мужчине, так и женщине. Одним словом: двойная польза! О том, сколько женщин стали жертвами традиции, погибли от заражения крови при неудачно проведенном бинтовании, тактично не сообщалось. Да и врачи весьма скептически относятся к подобным аргументам, не находя прямой взаимосвязи между деформированными ногами и быстрым достижением оргазма.