— Я, по твоему, идиот два раза попадаться на этот прием? — фыркнул Роуль. — Я никогда! Слышишь? Никогда не наступлю на одни и те же грабли дважды!
— Да? Помнишь, как твой ученик сунул перец в эклеры?
— Да, а причем тут…
— А вулкан тебе напомнить?
— Хорошо, но это были эклеры, а эклеры не в счет!
Хойсо повернулся к Русу и кивнул в его сторону головой.
— В счет или не счет, но я ему завидую.
— О чем ты?
— О том, что у него есть родной человек, — вздохнул Хойсо. — Его где-то ждут.
— О-о-оу-у-у-у-у! Хойсо, ты такой сентиментальный, — мило улыбнулся Роуль. — Хочешь, я тебе дам святыню светлых подержать?
— Что? — обернулся к другу черт.
— Что? — пожал плечами Роуль. — Я же говорю! Я принес тебе поглазеть святыню!
— Но она же…
— Нет, она не одноразовая! Да, я ее украл! Нет, пастырь был не вкусный. Да, я написал «ХЕР» на развороте свитка древнего писания. Нет, я не мочился в чашу для причастий, а очень хотелось между прочим!
От того, что упырь пожал плечами, из его рук выскочил огромный стеклянный шар, в котором был заключен светящийся белоснежным светом огонек.
— Твою налево, Роуль! Зачем ты притащил сюда это? Оно может нас всех распылить и…
— Ой, да ладно тебе! Я принес тебе поглазеть! Я собираюсь осквернить это дело и оставить имперских фанатиков без отличной безделушки.
— Ты в своем уме? Это же чистая стихия света! Как ты собираешься это осквернять?
— Я собираюсь сожрать это! — авторитетно заявил Роуль и, схватив тряпку, поднял шар. — И не смей меня отговаривать! Я собираюсь как следует повеселиться!
— Роуль, ты безумный идиот! Ты не можешь взять и сожрать стихию!
— Значит перекусить пастырю горло в один укус я могу, а сожрать стихию нет? — язвительно ответил Роуль и упер руку в бок. Шар снова выскочил из его рук и с глухим стуком упал на пол.
— Ты же так его разобьешь?
— И что? Разобью стихию? Не неси глупостей, Хойсо! — фыркнул упырь. — И вообще! Я пострадавшая сторона! Мой ученик свалил с урока! Мне снова пришлось танцевать в одиночку! Вот сожру эту мерзость и выскажу ему все, что думаю по поводу его…
Тут Рус заметил в окошке обнимавшихся брата с сестрой.
— А эта маленькая жадина, не отдавшая мне цветок из крема!
— Это был ее торт, и ее день рождения, — напомнил черт.
— Это не повод зажимать цветок! — возмутился Роуль и взглянул на небо. — О-о-оу-у-у… Самое время! Хойсо! Нам срочно надо в горы!
— Ты можешь хотя бы объяснить, что задумал? Ты реально собрался сожрать эту дрянь?
— Да, Хойсо! Именно сожрать! — расплылся в улыбке Роуль. — Я все просчитал! Если эта дрянь пройдет через меня, то светлые содрогнутся, когда увидят это!
— Что это? Ты снова будешь изменять тело при помощи поглощения света?
— Нет же! Я проглочу эту дрянь, она пройдет через тьму и выйдет из меня уже оскверненным кусочком стихии света!
— И как оно выйдет? — хмурясь спросил черт, глядя на сферу и прикидывая ее размеры.
— Естественным путем! — отрезал Роуль и, подкинув в руках сферу, кивнул в сторону тени. — Пойдем!
— Роуль, я не хотел бы тебя переубеждать, но размеры этой сферы… чисто анатомически…
— Хватит бурчать, друг мой! нас ждет величайшее осквернение! — отмахнулся упырь и ушел через тень.
— Нет, в принципе, — пожал плечами черт. — Зрелище будет занятное.
Еще раз взглянув на Руса с сестренкой, он улыбнулся и нырнул за упырем в тень.
— Рус? — тихо спросила Луна. — Что это такое?
Девочка лежала под одним одеялом с Тук и Русом в их старом маленьком домике в трущобах.
— Ты про вой? — сонно спросил братец и повернулся на другой бок. — Не волнуйся. Это мой учитель.
— А почему он воет? Может ему нужна помощь?
— Нет. Просто сегодня полнолуние, — объяснил Рус и улыбнулся.
В памяти всплыли огромные глаза учителя и гомерический хохот Хойсо, который бегал вокруг скрюченного в калач Роуля и орал «Тужься! Тужься! Сейчас выйдет!».
— Может ему все же помочь? — с такой же улыбкой произнесла Тук. — Богульника дать или еще чего?
— Нет, — потянулся Рус и поправил подушку. — Некоторые вещи должны выходить естественным путем.
Глава 4
Рус выпрямился и почувствовал, как к спине прижалась рука Тук.
— Не волнуйся, — произнесла она.
— Я не волнуюсь, — буркнул парень.
— Я ведь чувствую, — тихо хмыкнула она.
Начинающий пиромант глубоко вздохнул, а затем сделал шаг вперед и открыл дверь. За ней в уютном кресле сидел Айзу с чашкой чая в руках.
— Проходи, — кивнул он на кресло рядом с собой, но как только за Русом вошла Тук, тут же спросил: — А это кто?
Рус уселся во второе кресло и не успел ответить, как спутница элегантно уселась на подлокотник, при этом положив руку на плечо Руса так, что никаких сомнений о их взаимосвязи не осталось.
— Даже так, — хмыкнул Айзу. — Что же. Тем лучше. Мы избавимся от больших цирковых выступлений среди знати под названием «сосватай дочь за городского мага».
— Она тоже маг, — добавил в сторону девушки парень.
— Стихия?
— Тьма, — ответила девушка и в одно мгновение наполнила комнату силой настолько, что свет из окна не смог пробиться в комнату.
Секунда, вторая, и сила по одному позыву девушки втянулась обратно.
— Я… мы не предусматривали двух магов, — признался Айзу. — Построить вторую башню…
— Нам хватит и одной, — заявила Тук и тут же уточнила: — Но кое-что все же надо будет сделать. Мне нужно большое помещение, чтобы сделать в нем больницу.
— И что же вы хотите?
— Мы немного… — тут Рус взглянул на девушку. — Мы немного разные маги.
— Тьма и огонь, — кивнул Айзу. — Я понимаю.
— Дело не в стихии, — принялся пояснять Рус. — Дело в… наших навыках.
— Что вы имеете в виду?
— Тук, она больше занимается целительством.
— Тьма и целительство? — уточнил глава города и, задумавшись, хмыкнул. — Чего только не бывает. А ты?
— Я взял себе другое направление, — ответил Рус. — Опираясь на то, что война неизбежна, мой учитель сделал выбор в сторону боевой магии.
— Вот как, — поджал губы Айзу. — Твой учитель действительно очень хорош, но твое обучение закончено?
— Нет. Он посчитал, что моих навыков хватит для того, чтобы выполнять роль городского мага.
Айзу откинулся на спинку кресла и кивнул.
— Твой учитель несказанно мудр, — произнес он. — Сейчас нас уже начинают притеснять ультимативными письмами из Кусарифа. Либо мы прогнемся под их требования и поднимем пошлину втрое, либо…
— Вы откажетесь?
— Откажемся — это очень… очень грубое слово. Скорее всего мне придется вертеться как уж на сковородке, обещая повысить пошлины.
— Но…
— Если я подниму пошлины втрое — в следующем году наша ярмарка будет пуста. Никто не привезет к нам свои товары. Даже местные будут отправлять их в Кусариф. Они хотят, чтобы мы повысили пошлины выше тех, что были раньше.
— Они не хотят пошлин. Они хотят войны, — задумчиво произнесла Тук.
— Я тоже так думаю, — подтвердил глава города. — Поэтому буду тянуть с войной как смогу.
— Если они узнают про меня, то…
— Поначалу попробуют вас убить, — кивнул Айзу. — Будь осторожен.
— Буду, — согласился Рус и добавил: — У меня есть план… по изменению крепости города.
— Ты разбираешься в фортификациях?
— Нет. Просто хочу добавить кое-какие магические элементы в наш город. Хотя бы систему оповещения и слежки за окрестностями, — пояснил Рус. — В идеале было бы неплохо сделать магический щит города, но это дело не быстрое.
— Магический щит города, — мечтательно протянул глава города. — Это моя мечта, но даже я, далекий от магии человек, прекрасно знаю, сколько труда и сил надо вложить в это.
— Все реально, только на это нужно время, — вздохнул Рус, — которого у нас нет.
— Я понимаю, — поддержал Айзу. — Я постараюсь добыть нам его как можно больше.
Рус шел с улыбкой по Сладкому переулку.
Ароматы выпечки, ванили и корицы разносились тут с такой силой, что кружило голову. За долгое время Рус впервые почувствовал, как руки чешутся что-нибудь испечь.
Его ноги привели к лавке Сулима, где, несмотря на ранний час, уже находилась вереница из посыльных и мальчишек, которые занимали очередь с раннего утра.
— Куда прешь! — возмущенно произнес патлатый мальчишка и преградил Русу дорогу. — За Косым будешь.
— Я тут работал, — хмыкнул Рус. — К учителю. Не за покупками.
— Брешешь! — буркнул парнишка. — У Сулима не было учеников толковых, чтобы он разрешил себя учителем называть.
— Был, — вмешался другой парень, одетый поприличнее. — Года два назад был Рус. Из трущоб. Знатные эклеры делал…
Начинающий пиромант расплылся в улыбке и с гордостью произнес:
— Рус — это я.
Парни переглянулись, а он пошел внутрь лавки, с удовольствием ощущая завистливые взгляды, направленные в спину.
— Здравствуйте, учитель! — громко произнес Рус, войдя внутрь лавки.
Послышался грохот от уроненой посуди и сдавленное шипение.
— Если ты пришел поиздеваться, то сегодня не лучший день, — послышался голос Сулима. — Но если ты решил заменить мне оболтуса Широ, то я так и быть не сварю тебя в кипятке.
Спустя несколько секунд из кухни показался сам хозяин лавки и замер на пороге.
— Рус?
— Здравствуйте, учитель, — с улыбкой произнес он и сделал пару шагов вперед.
Он подошел к небольшой стойке, на которой висел серый ученический фартук и спросил:
— Можно я сегодня заменю Широ?
— Он не ученик, — с доброй улыбкой произнес Сулим. — Он помощник.
— А фартук?
— С того времени, как ты ушел, до него так никто и не дошел, — покачал головой Сулим.
— Так я…
— Буду только рад, — кивнул он и отвернулся, чтобы не показывать лица. — Кстати, твои эклеры я так и не повторил. А еще я слышал, что ты готовил торт для сестры.