гается гораздо более весомая компенсация, чем полузаброшенная база отдыха. Но Царевич-старший думал иначе. Спорить не имело смысла. Деньги я планировал достать позже, когда составлю примерную смету. А дел здесь было предостаточно… Сильвер изловчился-таки и сунул свой любопытный нос даме под хвост. Лаки, как и полагается истинной леди, взвилась до небес и клацнула зубами на нерадивого ухажера. Этого Сильва вынести не мог. Прежде, чем я успел натянуть поводок, он подмял упрямую псину под себя и попытался вцепиться ей в холку. Лаки взвыла, но вывернулась. Я кинулся разнимать собак, но за моей спиной раздалось суровое:
– Нельзя!
Не успевшая толком начаться драка тут же прекратилась. Лаки послушно вернулась к своей хозяйке. А Сильвер плюхнулся на лохматый зад и усиленно прятал от меня свои разноцветные глаза.
– Умный, – прокомментировала Зоя. – Но не воспитанный.
Я не удержался и спросил:
– Это ты сейчас обо мне?
– Оба хороши, – усмехнулась девчонка. – Надо твоему псу место подыскать. В вольеры ему сейчас нельзя. Больно молодой и шубутной.
– А мне место не нужно?
– Эко-хижина подойдет? На обрыве? – Я хотел ответить утвердительно, но Зоя подняла руку, заставляя меня молчать, и продолжила: – Тебе апарты хозяйские готовят. Но я бы на твоем месте в комнатах над ресепшеном не стала жить… Люди, проблемы… Да и шумно там.
– Спасибо, учту, – ответил я.
– Идем, познакомлю тебя с ребятами. И нужно твоего друга спасать.
Вместо ответа я оглушительно чихнул. Сильвер посмотрел на меня с сочувствием.
– Эх, в эко-хижину тебя точно нельзя, – протянула Зоя. – Зато в баню можно! Ну вот, пса можешь пока оставить здесь. Кроме котов тут больше никто не ходит. Боюсь, гостиную он нам сейчас мигом перепачкает.
Я согласно кивнул и накинул поводок на специальный столбик, тщательно проверил узел и потрепал Сильвера между ушами. Пес ткнулся мне в руку холодным носом и улегся на деревянном настиле. Да, хорошая ванная нам обоим сейчас не помешает!
Крепко сбитый бревенчатый дом с мансардой на мой взгляд выглядел немного потасканно. Но внутри оказалось достаточно просторно и уютно. Деревянная стойка администратора, мягкие диваны в светлых тонах, выскобленный и покрытый лаком деревянный пол и медвежья шкура на нем. В углу камин. Не электрический, а самый настоящий. С дымоходом. В камине с легким треском плясали языки пламени. Почему-то я сразу направился к нему и протянул к огню замерзшие руки.
– Ребята, это Даниил Царевич, – произнесла Зоя.
Я обернулся.
В комнате собралось пять человек. Все молодые, на первый взгляд вряд ли старше тридцати.
Чувствуя их пристальное, чуть настороженное внимание мне стало неуютно. Совсем не вовремя вспомнились и некогда белые кеды, и промокшая насквозь, слишком легкая для северного ноября куртка. Я запоздало откинул на спину капюшон и представился:
– День добрый. Как Зоя уже сказала, меня зовут Даниил. И я новый совладелец “Медвежьего угла”. И управляющий.
– А так можно? – уточнил парень, примерно мой ровесник.
– Как?
– Ну чтоб и хозяин, и управляющий?
– Ну да, – ответил я и почему-то перевел удивленный взгляд на Зою.
– Можно, Вань. Особенно если у хозяина денег нет, – ответила девчонка, даже не пытаясь скрыть насмешку.
Все дружно заржали, но тут же испуганно затихли. Я криво улыбнулся, расправил плечи и произнес:
– Тут такое дело. На старой дороге в машине ждет мой друг. Мы застряли, и Тема отправил нас с Сильвой за подмогой. Большая просьба, не в службу, а в дружбу, помогите вытащить его из лужи.
– Будет сделано, – тут же ответил на вид самый старший из присутствующих, бородатый детина ростом под самый потолок. – Ванька, Димка! Берите ключи от Патриота и ждите меня на выезде. Сейчас толканем твою машинку, Даниил. Не боись!
Уже знакомый мне Ванька и его напарник, которого я толком не успел разглядеть, кивнули и вышли из гостиной.
– Костя, только без фанатизма, – напомнила здоровяку Зоя.
– Обижаешь, Зоя Витальевна! – ответил Костя и повернулся ко мне: – Большая машинка-то?
– Nissan X-trail.
– Ну значит, не по самую крышу утонули, – протянул Костя, довольно потирая ладони. – Вытащим! Зоя, куда селим их сиятельство?
– Сиятельство ещё не решило, – усмехнулась Зоя и бросила на меня осторожный взгляд из-под ресниц.
Я благодушно улыбнулся. Мол, сиятельство гневаться не изволит. Пока.
Но спросил:
– Какие варианты?
– Хозяйские покои здесь вот. На мансарде тута, – ответил Костя. – А есть еще домик лесника. Там потише. А есть…
– В эко-хижине он замерзнет, – отрезала Зоя. – И заболеет. А лечить нам.
– Я за домик охотника, – вклинился я. – Если двоим там места хватит.
– Окей. Хватит. Туда и машинку подгоним. И друга тады тоже, – пробормотал Константин и тоже направился к выходу.
В гостиной остались Зоя и еще две девушки.
– Я думаю, Даниилу нужно дать возможность переодеться, поесть и отдохнуть, – произнесла одна из них, маленькая пухлая блондинка. – Все остальное вполне может подождать. Зой, я провожу, не волнуйся.
Зоя посмотрела на нее как-то странно, даже губы поджала. Но кивнула, соглашаясь.
– Сильвер будет жить со мной, – зачем-то сказал я.
– Само собой, – рассеянно ответила Воронцова и, явно думая о чем-то своем, направилась к стойке ресепшена.
– Алена, – представилась девчонка. – Пойдем, я покажу дом.
Глава вторая
Зоя
Я все еще не могла поверить, что это правда. Что мой “Медвежий угол” больше не мой, а того странного парня, заявившегося в Карелию в ноябре в летних кедах. Дебил!
И фамилия у него говорящая… Царевич!
Не в силах справиться с охватившим меня бессильным отчаянием, я вытащила из кармана телефон и отправила сообщение:
“Спасибо тебе, папа!”
Ответ пришел тут же:
“Обращайся!”
Я швырнула телефон через всю гостиную на диван и пару раз постучала головой о стойку администратора. Оля, дежурившая сегодня на ресепшене, сделала вид, что полностью поглощена работой, но я затылком чувствовала ее сочувствующий взгляд.
Обращайся!
Как вообще мама это допустила? Как???
“Медвежий угол” достался мне в наследство от бабушки. Я знала здесь каждую тропинку, каждый закуток. Здесь выросли мои собаки, те самые, с которых началась история “Северной звезды”.
Но на момент вступления в наследство оказалось, что туристическая база погрязла в долгах. Папа долг выплатил, но от своей части наследства не отказался. А после и вовсе принял решение продать “Медвежий угол”. Мне пришлось согласиться. Вот так мои собаки почти что оказались на улице. И для того, чтобы этого на самом деле не произошло, мне придется работать на Царевича.
Зоя, нужно быть паинькой! Ты умная девочка, Зоя! А Царевич – двадцатилетний пацан, в отличие от тебя, избалованный родителями. Ничего страшного! Ты сильная! Ты справишься!
На улице, перекрывая шум дождя, заскулила Лаки. Ее унылое настроение тут же подхватил хор десятка голосов.
Нужно вернуться в вольеры и вывести на прогулку остальных собак, пока чужаки отдыхают после дороги.
Я извлекла из диванных подушек ни в чем не повинный телефон, набросила на голову капюшон, застегнула куртку под самое горло, сверху надела плащ и вышла на улицу. Моя девочка сидела на крыльце под крышей и жалобно ныла, намекая, что я явно про нее забыла и она страшно обижена. Я присела на корточки и обняла Лаки за шею, тщательно потрепала по холке, зарываясь обеими руками в жесткую, достаточно короткую для хаски шерсть. Через пару недель ударят морозы и придется снова кутаться в попону. Лаки была метисом. Смеском десятка пород, идеальна для ездового спорта. Одна из ее бабок точно была аляскинской хаски. А скорее всего обе.
Я отцепила поводок, и собака, благодарно ткнувшись мне в ладонь носом и на прощание вильнув хвостом, рванула в сторону реки. Сейчас, в конце осени я спокойно отпускала ее даже на территории базы. В это время года туристов здесь не бывает. Сырой ноябрь – не самое лучшее время для отдыха в Карелии. Все оживает только ближе к Новому году. А вот летом всю округу заполняют туристические палатки. Высокий берег реки особенно привлекателен для отдыхающих, и часто приходится долго объяснять людям, что это частная территория и устраивать здесь стоянку нельзя.
Летом собаки маются от жары и безделья, хотя мы часто выходим на треккинг, с туристами или без. Но и на длительные ночные прогулки мы вынуждены выходить осторожно, чтобы огромных серых псов в отсвете костров случайно не приняли за стаю волков.
Сейчас питомник хаски “Северная звезда” насчитывал десять ездовых собак. Последние несколько лет все они участвовали в гонках на короткие дистанции и завоевали определенный статус в мире ездового спорта. Но кроме них в теплом вольере ютилась красавица Молли и ее восемь щенков. Изможденную, грязную и готовую вот-вот разродиться сибирскую хаски подобрал на обочине наш прораб и автомеханик Костя Буров. Умирающая от голода собака вышла на дорогу, чтобы просить помощи у людей. Молли крупно повезло, что в это время Костик возвращался из Петрозаводска в “Медвежий угол”. Роды начали спустя еще пару часов. Я срочно вызвала из города маму, к счастью, в ту ночь она не дежурила в клинике. В итоге на свет появились восемь крошечных, еле живых комочков. Молли же ослабела настолько, что не могла даже самостоятельно попить. Неделю я, мама, Костя и девочки с базы дежурили рядом с Молли и ее выводком. Благодаря нашей заботе собака окрепла и даже могла сама кормить своих щенков. Сейчас, спустя два месяца, в стройной рыжеватой красавице тяжело было узнать отчаявшуюся грязную псину, которую Костик привез на базу. За щенками и вовсе нужен был глаз да глаз. Семь толстых парней и одна боевая девчонка, получившие имена детей Уизли, оказались мастерами подкопа.
Но я не знала, что ждет “Медвежий угол” и “Северную звезду”, а судьбу щенков скоро придется решать.