Клайд казался таким довольным, что я невольно подхватила его энтузиазм. А что, интересно же! Клайд рассказывал, как мы подлетим к Шедару и какие у нас варианты с посадкой. А я просто слушала и мотала на ус, чтобы позже написать об этом статью. Может, буду вести заметки? Скажу всем, что просто личный дневник. А по прилете на Землю как-нибудь пронесу его мимо систем безопасности.
Глава 14
В столовую мы зашли под ручку. Просто Клайд держал в руках планшет и оживленно рассказывал, на какую часть Шедара можно приземлиться. Каждый раз он от восторга взмахивал руками, и картинка пропадала из поля моего зрению. Поэтому я просто повисла на умнике мертвым грузом, чтобы и карту видеть, и в лоб планшетом не получить.
При нашем появлении выражения лиц Дженкинса и капитана изменились. Алекс поморщился, а вот технарь развеселился.
– Ну все, – торжественно произнес Дженкинс. – Ты проспорил мне пудинг. Я же сказал, что Клайд ее закадрит. Девчонки то и дело вешаются на умников.
Я впала в ступор. Они на меня спорили?! Вот же… Так, а что за фраза по поводу Клайда? Похоже, Дженкинс путал наш дружеский стеб с флиртом. Не помню, чтобы хоть раз влюблялась в парня, который заставлял меня мыть полы. Чтоб я, да в продвинутом будущем, еще и при живом-то роботе-пылесосе! Нет, хозяйственность у меня всегда была на троечку. Тряпкой махать я умела, но ради какого-то парня спину гнуть не планировала.
Мы с Клайдом переглянулись. В его глазах читалось то же отвращение, что сейчас испытывала я. Мы начали играть комедию синхронно, даже не сговариваясь.
– Ах, дорогая, спасибо за чудесную компанию! – проворковал умник, прижимая мои руки к своей груди.
– Ну что ты, зайчик, это тебе спасибо! – произнесла я, восторженно хлопая ресницами. – Такой букет венерических заболеваний мне еще никто не дарил. В твоей коллекции даже хламидиоз есть!
Алекс поперхнулся чаем и едва не умер, пытаясь сделать слишком много дел одновременно: отобрать свой пудинг, сдержать смех, проглотить жидкость и как-то научиться заново дышать. Дженкинс вцепился в десерт мертвой хваткой и вытаращился на нас. Технарь не понимал, что сейчас происходило. Причудливый флирт двух ушибленных на голову интеллектуалов или все же открытые издевки?
– Обращайся, дорогая! – продолжил Клайд, пытаясь изобразить на лице улыбку влюбленного идиота. – Ради тебя я даже отыщу снимки вируса ветряной оспы.
– Так! – гаркнул Дженкинс. – Вы нас разыгрываете?!
– Нет, – ответила я, изображая праведный гнев. – Вы просто ничего не понимаете в высоких отношениях!
Алекс скривил губы в усмешке и выгнул бровь, смотря мне прямо в глаза. Я вытянула руку и показательно подпрыгнула, чтобы достать до макушки Клайда.
– Очень высокие отношения, – сказала я. – Два метра, не меньше.
– Хватит паясничать, – фыркнул Алекс. – Ешьте и по делам. Дженкинс сегодня перепроверит все системы защиты. Клайд. Пробы брать пока нельзя.
– Что? Почему?
Док помрачнел, услышав новости. Наверное, я бы тоже расстроилась, если бы мне отменили интервью с интересным человеком.
– Шедар меня напрягает, – прямо заявил Алекс. – Все чисто, все спокойно, сектор глухой, но… Что-то не так. Я чувствую.
– Мы будем опираться на твою интуицию, кэп? – закатил глаза Клайд. – Может, просто еще раз сверимся с радарами?
– Да. Этим ты и займешься. Поищи подозрительную активность. Изучи объекты на орбите Шедара.
– Я могу помочь, – вызвалась я. – Что мы ищем?
– Спутники.
После этого в столовой повисла мертвая тишина. Даже Дженкинс перестал шкрябать ложкой по тарелке. Все знали, что это значит. Если у Шедара есть хоть один искусственный спутник на орбите, у нас проблемы. Это предполагает, что население планеты достаточно продвинутое, чтобы летать в космос.
Однако на Земле первые ракеты тоже появились давно. Это не значило, что на них стояло оружие. По-моему, у первых космических кораблей даже энергощитов не было, что уж говорить о пушках.
Поэтому даже со спутниками Шедар не становился угрозой. Беспокоиться стоило только в том случае, если инопланетная цивилизация окажется сильно продвинутее нашей.
– Хорошо, – кивнул Клайд. – Кира тогда мне поможет.
Алекс бросил на меня быстрый взгляд и улыбнулся.
– У Киры другие задачи. Она будет писать отчеты. И делать к ним фотографии, конечно же.
У Алекса был хитрый вид. Он то ли задумал пакость, то ли считал, что посадить меня за бумажную работу – наказание. Ха! Наивный, отчеты мне только на руку. Мысленно я потирала лапки, но вслух лишь уныло пробормотала:
– Как скажешь, капитан.
Глава 15
Делать вид, что мне не нравится задание, оказалось куда сложнее, чем я думала. Алекс лишь посмеивался надо мной. Мне выдали подходящую камеру, допотопный компьютер, который лишь чудом подгружался к сенсору, и оставили в покое.
Первый час я честно пыталась изображать скуку. Но привычка брала свое, и вскоре мои пальцы уже порхали по голографической клавиатуре, а сухой текст отчета медленно обрастал подробностями.
Журналистов учат запоминать информацию. Не всегда жертва – простите, интервьюируемый – позволит включить диктофон, а тем более камеру. Вот и приходится выкручиваться. Я научилась запоминать информацию чуть ли не прямыми цитатами, но хранилась она в моей “оперативке” лишь пару часов. Хотя многим коллегам и этого не дано.
И вот передо мной был чистый файл. Слова сами выливались на бумагу, спешно заполняли пробелы, только бы сохранить как можно больше фраз Клайда и остальных. Я даже в какой-то момент перестала контролировать, что пишу. Это было выше моих сил. Многолетняя привычка брала верх, и вскоре отчет уже походил на очень сносное интервью с ученым.
Покосившись на капитана, который ковырялся рядом со мной в картах, я быстро подтерла излишки. Пришлось сделать пару опечаток и убрать кое-где запятые, чтобы не слишком светить своими навыками. Я еще немного подумала и добавила в текст речевую ошибку. Надо звучать не слишком умно, Кира.
Рано или поздно Алекс обратит на меня внимание. И лучше, если поздно. Примерно по дороге домой, когда я уже успею сто раз все посмотреть, услышать и запомнить. Сан Саныч мне не то что премию выпишет, он мне должен кресло редактора уступить после такого!
Замечтавшись, я не сразу заметила пристальный взгляд Алекса. Капитан сидел за своим столом, подперев щеку кулаком, и задумчиво смотрел на меня. Я не могла расшифровать его эмоции. И все же такое внимание смущало. Я сто раз повторяла себе, что Алекс козел, но прекрасно помнила, какие у этого козла мягкие губы и сильные руки. Так недолго и с пути истинного сойти.
Я встретила взгляд Алекса и принялась изучать его в ответ. В голову лезли глупые вопросы. Да, Алекс Фламберг меня не помнил. Но чем это не повод закрутить с ним еще один роман? Только на этот раз брошу его первой и солью в сеть что-нибудь новенькое. Опыт у меня есть, в деревне прятаться умею. Потом снова сменю имидж и фамилию. Хотя опасно, конечно. Первый наш роман ни к чему хорошему не привел, а второй может принести еще больше боли и разочарования.
Не влюбляйся Кира. Только не влюбляйся.
– Закончила? – хрипло спросил Алекс.
– Нет, – покачала головой я. – Еще фотографии надо сделать.
Алекс кивнул и вернулся к картам, неторопливо вписывая показатели в документы и что-то отмечая. В дальнейшем его работа поможет другим кораблям быстрее найти дорогу к Шедару и выправить курс, если что-то пойдет не так.
– А что случилось? – осторожно спросила я, сворачивая программу и сжимая в руке допотопную камеру. – Ты странно смотришь.
– Да ничего. Просто рад, что на корабле нашлось что-то тебе по душе.
– Каждый член экипажа должен быть при деле? – невольно улыбнулась я.
– Вроде того, – подтвердил Алекс, на пару мгновений оторвав взгляд от карт и посмотрев на меня. – И мне просто нравится, когда ты улыбаешься. У тебя такое милое выражение лица, пока ты пишешь…
Я сердито откинула прядь волос с лица и поднялась, с грохотом отодвигая стул. Комплименты, ну как же. Я знала, что Алекс ни одной юбки мимо себя не пропустит.
– Попробую поймать хороший кадр с рубки, – сказала я и вышла за дверь.
И ни к чему капитану знать, как у меня от его похвал горят щеки. Он и так видел значительно больше, чем должен был.
Глава 16
По дороге я забрела к Клайду в лабораторию, чтобы перекинуться парой словечек. Док бесился, что ему не дали приступить к исследованиям, хотя о капитане говорил исключительно с уважением. Потом я даже выцепила Дженкинса и пообещала вымыть посуду. Технарь посмеялся и показал мне посудомойку. Как только со светскими беседами было покончено, я принялась за работу.
В общем-то, я и не искала членов экипажа. Мне просто нужен был предлог, чтобы обойти всю Ариадну и отыскать лучшие места для фотографий. А потом я уже ходила от иллюминатора к иллюминатору и ловила лучшие кадры. К обеду у меня скопилось около ста изображений, половину из которых можно было хоть на обложку пихать. Я с довольной миной вернулась к Алексу и продолжила собирать отчет.
– Как успехи? – безэмоционально уточнил он, ковыряясь в своих графиках и заполняя бортовой журнал.
– Почти готово.
Мне не было дело до Алекса. На какое-то время я даже забыла, что меня могут раскрыть. В отчете появлялись изображения Шедара. На одном удалось захватить даже оба карлика, освещающих планету. И все равно чего-то не хватало. Я вспомнила, как мы с Клайдом сравнивали мое фото и новое. Вот бы поместить такой кадр в отчет, словно “до и после”.
Я вставила фото Клайда, но оно было сделано с другого ракурса и сильно отличалось от “серенького”. Я с тоской посмотрела в сторону, где за прозрачной стеной находился Шедар. Серый туман на его поверхности почти рассеялся, делая планету прекрасной, яркой и живой. Я оставила компьютер и камеру на столе и подошла к стеклу. Красиво! Может, все-таки сделать одно фото?